ТАЙНЫ АМЕРИКИ

факты о настоящей Империи Зла

Внутриамериканские выступления, бунты


  • Подавление войсками мелких народных восстаний (обычно негритянских) и разгон демонстраций, всяких маршей мира и забастовок вообще в порядке вещей. В лучших традициях тоталитарного государства. Вот некоторые из них:

    1786-87 - восстание фермерской бедноты в США под руководством Д. Шейса; происходило в обстановке обострения классовой борьбы вслед за окончанием Войны за независимость в Северной Америке 1775—83. К восстанию примкнули ремесленники, бывшие солдаты. Восставшие требовали равного распределения земель и богатства, отмены всех долгов, справедливого судопроизводства. Отряды повстанцев нападали на помещения судов, уничтожали дела о взыскании долгов, освобождали должников. В декабре 1786 отряд повстанцев численностью около 1100 чел. безуспешно пытался захватить арсенал в г. Спрингфилд. В феврале 1787 восставшие были разбиты правительственными войсками. 13 руководителей восстания были приговорены к смертной казни (впоследствии помилованы). Ш. в. было кульминационным пунктом демократического движения в США в последней четверти 18 в. (273)

    1800 - восстания негров-рабов на Юге США под руководством Габриеля.

    1831 - восстания негров-рабов под руководством Ната Тёрнера.

    1859 - вооруженное восстание против рабства под руководством Джона Брауна.

    1861-65 - Гражданская война.


    1 мая 1886 года рабочие Соединенных Штатов Америки выдвинули требования о 8-часовом рабочем дне. Забастовки, совмещенные с митингами и демонстрациями, прошли во многих городах США. Судом 5 лидеров рабочих были приговорены к казни. Вот отрывок речи одного из них – Августа Шписа – перед вынесением приговора: «Я выступаю здесь как представитель одного класса перед представителями другого. Если вы считаете, что, повесив нас, вы уничтожите рабочее движение... движение, в котором ищут спасение миллионы людей, которые трудятся, не получая в награду ничего, кроме горя и нищеты, если вы так считаете, тогда зовите вашего палача. Повесив нас, вы погасите искру, но здесь и там, повсюду вокруг вас разгорается пламя. Пока это скрытый огонь, но вам его не погасить!» В память об этих трагических событиях зародился Первомай. (151)

    1892 - Айдахо. Армия разгоняет бастующих шахтёров серебряных приисков.

    1894 - Чикаго. Войска разгоняют бастующих железнодорожников, 34 человек погибло.

    1908 год. Город Спрингфилд, штат Иллинойс. В начале 20 века город Спрингфилд развивался с неимоверной быстротой, постепенно превращаясь в крупный промышленный центр. Рост населения, однако, превышал рост создаваемых рабочих мест. Чернокожие рабочие с Юга США, а также новые иммигранты из Европы представляли серьезную конкуренцию для местных белых рабочих. Чернокожие рабочие, в основном, использовались в качестве штрейкбрехеров, что не могло не раздражать местных белых рабочих. Это раздражение в итоге вылилось в бунт. Поводом для волнений стали два инцидента с чернокожими преступниками: в первом из них был убит инженер, попытавшийся остановить ворвавшегося в его дом чернокожего преступника, во втором - чернокожего арестовали по обвинению в попытке изнасилования белой женщины. Местные газеты в погоне за сенсацией также подлили масла в огонь. Большая толпа собралась вокруг офиса шерифа с требованием выпустить двоих подозреваемых чернокожих преступников, чтобы линчевать их. Шериф, чувствуя взрывоопасность ситуации, тайно вывез заключенных в Блюмингтон - город в 60 милях от самого Спрингфилда. Скоро толпа поняла, что была обманута и начала ломать и крушить все на своем пути. Местные власти попытались остановить погромы, однако силы были явно не равны. После того как толпа разгромила магазины и другие заведения, принадлежащие чернокожим, она ворвалась в еврейский магазин-ломбард и забрала оттуда все оружие. Вооружившись и став абсолютно бесконтрольной, толпа двинулась в зону проживания черных - район Бедлендс. Очередным объектом для гнева толпы стало заведение чернокожего цирюльника Скотта Бартона, который особо раздражал толпу, поскольку был женат на белой женщине. Бартон попытался защитить свой магазин, достав дробовик и направив его на толпу, призывая погромщиков остановиться. Однако скоро его нервы не выдержали, и он пальнул из дробовика. Толпа ответила шквалом огня, убив Бартона на месте. Тело Бартона протащили через несколько районов, повесили на дереве и изрешетили из ружей и пистолетов. Толпа двинулась дальше в глубь черных районов и продолжала крушить дома афроамериканцев. Те дома, из окон которых были вывешены белые платки, бунтовщики не трогали, зная что дома принадлежат белым. Бунт был подавлен только после того, как в город прибыли пят тысяч солдат Национальной гвардии. В результате погрома погибли 7 человек, нанесенный ущерб был оценен в $200 тыс., огромную по тем временам сумму. Никто из погромщиков не был осужден. Чернокожий заключенный, обвиняемый в изнасиловании белой женщины, также был отпущен, поскольку предполагаемая жертва призналась властям, что выдумала историю с изнасилованием, поскольку ей нужно было выпутаться из затруднительного положения, в котором она оказалась из-за своих любовных отношений. Убийца инженера был осужден. События в Спрингфилде являются последним случаем, когда чернокожее население в США не оказало организованного сопротивления погромщикам.

    14 апреля 1914 года работники угольной промышленности Колорадо решили потребовать у властей разрешения создать свой профсоюз. Сначала их за это выгнали из их домов, принадлежавших заводу, и они были вынуждены разбить палаточный городок. Дирекция завода увидела, что запугиванием не обойдешься, и приказала всех расстрелять, а палатки их сжечь. 20 человек погибло, само это дело вошло в историю как резня у Людлов.

    В июле 1917 года, вскоре после того как США объявили войну Германии, третьему батальону 24 пехотной дивизии США, состоявшему из чернокожих солдат, было приказано передислоцироваться из городка Коламбус в штате Нью-Мексико в Форт Логан, находящийся в Хьюстоне, Техас. Батальон было поручено сопровождать семи белым офицерам. С самого начала пребывания в Техасе чернокожие солдаты подвергались оскорблениям и дискриминации на расовой почве со стороны офицеров и местных жителей. И хотя большинство из них выросли в южных штатах США, и привыкли к дискриминации, они, будучи солдатами США, ожидали равного с белыми обращения. Однако полиция, водители трамваев, представители официальной власти восприняли появление чернокожих солдат в Хьюстоне как нарушение "расового баланса". Однако черным не нравилось, когда, например, им приходилось стоять на подножках трамвая, когда многие сиденья пустовали в так называемой "белой" части трамвая. Небольшая часть солдат начала открыто выражать свое недовольство. 23 августа начался бунт. Около полудня два полицейских арестовали чернокожего солдата, который попытался заступиться за черную женщину на местном рынке. Когда, позднее, Чарльз Балтимор, один из 12 чернокожих служивших в подразделении военной полиции, поинтересовался причиной ареста солдата, возникла перебранка, и один из гражданских полицейских ударил Чарльза по голове. Последний решил спастись бегством, после чего белые полицейские открыли по нему огонь. Чарльз был пойман и сдан в руки полиции. Чернокожие сержанты начали раздавать оружие и боеприпасы солдатам, призывая их освободить Балтимора из полицейского участка. Потом появился слух, что вооруженные белые полицейские приближаются к казармам. После этого, около 100 взбушевавшихся чернокожих солдат прошли по центру города, убив 15 человек, четверо из которых были полицейскими. Бунтовщики убили капитана Национальной Гвардии, приняв его по ошибке за полицейского, после чего в рядах восставших начались раздоры и паника. Утром 24 августа власти Хьюстона ввели комендантский час, а 25 августа Третий батальон был отправлен обратно в Коламбус, где их ожидал военный трибунал. 19 бунтовщиков были повешены, 63 - приговорены к пожизненному тюремному заключению.

    1919 год. Город Вашингтон. Подозреваемый в попытке изнасилования белой женщины чернокожий житель Вашингтона был отпущен столичной полицией из-за недостатка доказательств. Пострадавшая была женой офицера военно-морского флота США. В тот момент в Вашингтоне находились сотни солдат и офицеров - ветеранов недавно закончившейся Первой Мировой войны. Большинство из них были безработными. После того, как об инциденте с изнасилованием написали газеты, ветераны начали погром. Ночью 19 июля толпа белых мужчин начала двигаться из центрально части Вашингтона в сторону Юго-Восточной части города, где, в основном, проживали черные. Погромщики избили чернокожего, который, ничего не подозревая, прогуливался со своей женой. Другому афроамериканцу проломили череп кирпичом. На второй день бунт начал разрастаться, так как погромщики почувствовали, что местные силы правопорядка не в состоянии остановить их. Они начали избивать черных сограждан прямо в центре столицы США, в том числе, непосредственно перед Белым Домом. Когда черное население поняло, что полиция и власти не в состоянии обеспечить их безопасность, то оно стало скупать оружие для самообороны. Более 500 единиц оружия было продано за один день. В понедельник, 21 июля, толпы вооруженных белых и черных жителей столкнулись. Чернокожие ветераны войны начали доставать свои ружья и занимать оборону. Позже они начали беспорядочно стрелять в белых прохожих. Один из чернокожих выпустил все содержимое барабана своего револьвера в трамвай, заполненный белыми пассажирами, после чего был застрелен полицией. В общей сложности, 10 белых и 5 черных жителей Вашингтона были убиты в ночь 21 июля.

    Наконец власти осознали, что ситуация выходит из под контроля, и президент США Вудро Вильсон\Woodrow Wilson ввел в Вашингтон 2 тыс. солдат для подавления бунта. Однако конец волнениям положили не войска, а сильные ливни.

    1920 - 1921 - Западная Вирджиния. Войска подавляют выступления шахтёров.

    1921 год. Город Тулса, штат Оклахома. В ночь на 31 мая 1921 года в городе Тулса прозвучали призывы к линчеванию Дика Роуленда, чернокожего мужчины, который обвинялся в попытке изнасилования белой женщины по имени Сара Пейдж. Местные газеты напечатали статьи, в которых сообщалось, что Роуленд, войдя в лифт, где уже находилась Пейдж, попытался изнасиловать ее. По другой версии, Роуленд в лифте случайно наступил на ногу Пейдж, которая потеряла равновесие. Роуленд попробовал поддержать ее за руку, чтобы не дать ей упасть, после чего Сара вскрикнула, и Роуленд, испугавшись, выскочил из лифта. На следующий день Роуленд был арестован. Как всегда в таких случаях, местные газеты начали накалять страсти сенсационными заголовками о изнасиловании белой женщины. К зданию суда города Тулсы, где должен был пройти судебный процесс над Роулендом, начали стекаться толпы черных и белых граждан города. Один из белых зевак подошел к черному мужчине, имевшему при себе ружье и спросил: "Зачем тебе оружие?" - "Чтобы использовать его, если понадобится". Белый горожанин попробовал отнять у чернокожего ружье, в результате борьбы ружье выстрелило, пуля попала в белого, нанеся ему смертельную рану. С этого начался бунт. Белые начали стрелять по всем чернокожим жителям, которые попадались им на глаза. На следующий день, когда пороховой дым рассеялся, около 1.4 тыс. жилых домов и офисов были разрушены. Для восстановления этой части города понадобилось 10 лет. Первоначально власти оценивали число погибших в 100 человек. Сегодня историки считают, что погибших было намного больше - от 300 до 3 тыс.

    1932 - "марш ветеранов на Вашингтон". Тогда вернувшиеся с Первой Мировой войны солдаты отправились на Капитолийский холм требовать денежных компенсаций, которые правительство не захотело выплачивать. Президент Гувер почему-то счел демонстрантов коммунистами и приказал генералу Дагласу МакАртуру разогнать палаточный городок. А тот почему-то сделал это с помощью танков. Были убиты 1600 человек - в основном дети и женщины - члены ветеранских семей. Тех, кто остался в живых, на грузовиках вывезли в местечко Эверглейдс во Флориде. Если верить официальной версии, 240 оставленных там ветеранов погибли от пришедшего с юга урагана. Если верить самим ветеранским свидетельствам, то флоридские болота стали коллективной могилой - под рассуждения майора Пэттона о "предательстве" солдаты сначала расстреляли семьи изменников, а потом их самих. Соперник Гувера на выборах по фамилии Рузвельт сказал тогда - "ЭТО сделает меня президентом". Так и вышло. Но компенсации ветераны все равно не получили. (265)


    1943 год. Город Детройт, штат Мичиган. Являясь важным промышленным центром США, Детройт получил новый толчок к развитию в годы Второй Мировой Войны, выполняя заказы оборонных ведомств. Спрос на рабочую силу намного превышал предложение, и в город начали стекаться рабочие из близлежащих штатов, многие из которых были чернокожими. Однако город был просто не в состоянии справиться с таким наплывом людей. В результате, город столкнулся с кризисом - в частности, в нем катастрофически не хватало жилья. Около 200 тыс.

    чернокожих рабочих были вынуждены жить в условиях страшной скученности и антисанитарии в маленьком районе в восточной части города. По иронии, этот район носил название "Райская Долина". Бунт 1943 года в Детройте начался в парке развлечений Бел Айл\Belle Isle. Летним вечером 20 июня, в парке, где, как обычно, скопилось большое количество людей для отдыха, произошли несколько драк между черными и белыми подростками. В таких драках белых подростков часто поддерживали матросы с местной военно-морской базы.

    Автомобильные пробки, большое скопление людей и изнуряющая жара начали еще больше раздражать людей. На мосту, находящемся около парка, произошла большая драка между белыми матросами и чернокожими жителями, общая численность которых составила около 200 человек. Вскоре после этого, около 5 тыс. белых жителей Детройта собрались около моста с целью расправы над группой черных граждан, пытающихся пройти через мост. К полуночи полиция была уже не в состоянии остановить беспорядки. Несколько слухов, быстро распространившихся среди распаленной толпы, еще более накалили ситуацию.

    Согласно первому слуху, белые матросы сбросили черную женщину и ее ребенка с моста. Согласно другому, черный мужчина изнасиловал и убил белую женщину прямо на мосту. После этого черные жители Детройта начали крушить магазины, принадлежавшие белым, а также атаковать всех людей с белым цветом кожи, попадающимся им на глаза. Белые начали ломать и сжигать магазины, дома и автомобили, принадлежащие черным. Толпа белых прошла по Райской Долине, сметая на своем пути машины, дома и магазины. 25 черных и 9 белых жителей Детройта были убиты. Количество раненых достигло 700, а ущерб был оценен в $2 млн.. Только введение 6 тыс. контингента федеральных войск смогло остановить беспорядки. Учитывая, что США находились в состоянии войны с Германией, Италией и Японией и немецкие радиостанции уже успели сообщить о внутренних проблемах Америки, американской пропагандой некоторое время предлагалась версия, согласно которой бунт начался из-за того, что японцы, жившие в городе, умышленно разжигали расовую ненависть. Федеральные войска находились в Детройте еще полгода.


    конец 60-х - начало 70-х - многочисленные протесты против войны во Вьетнаме. Расстрелы демонстраций, уличные бои, количество убитых иногда превышало потери на фронте.

    1962 год Университет штата Миссисипи. В 1962 году США потрясла волна беспорядков, связанных с попытками чернокожего гражданина Джеймса Мередита зарегистрироваться в Университете Мисиссипи в качестве студента. Это был беспрецедентный случай, поскольку никто из афроамериканцев ранее не смел пойти на такой шаг. На сторону Мередита встали Верховный Суд и Министерство Юстиции США. Президент США Джон Кеннеди\John Kennedy издал особый указ, который фактически разрешал Мередиту вход в университет. Однако местные власти впускать Мередита наотрез отказались. 30 сентября 1962 года Джеймс Мередит в сопровождении нескольких сот представителей властей, полицейской и военной охраны направился в университет с намерением войти в него. Данная попытка спровоцировала массовое возмущение белых, начавших избиение черных. Кеннеди был вынужден ввести 30-тысячную армию для наведения порядка, причем предварительно около 5 тыс. чернокожих солдат были отделены от остальной части войск, которую предполагалось послать в Миссисипи. Мятеж продолжался около 14 часов. В результате, погибло два человека, 375 было ранено. Интересен факт, что для подавления мятежа внутри США понадобился 30 тысячный военный контингент, что в два раза превышало количество американских войск, расквартированных в тот момент в Корее, и в шесть раз - американский военный контингент в Западном Берлине. Данный конфликт не получил широкой огласки в прессе, поскольку считалось, что тема является деликатной и особое внимание к ней может привести к дальнейшим нежелательным последствиям.

    1992 - Кровавые события в Лос-Анджелесе в апреле-мае 1992, развернувшиеся после того, как коллегия присяжных, полностью состоявшая из белых <*all-white jury>, оправдала четверых полицейских, избивших негритянского юношу Р.Кинга . Когда решение суда было обнародовано, в Лос-Анджелесе начались погромы и нападения на белых; в ходе беспорядков погибло 53 человека, было сожжено около 1,1 тыс. домов, общий ущерб составил более 1,5 млрд. долларов. Кроме полиции и национальной гвардии <*National Guard> в восстановлении порядка приняли участие подразделения армии и морской пехоты. Состоявшиеся вслед за этим демонстрации протеста в городах Атланте, Лас-Вегасе, Сан-Франциско, Майами и Сиэтле также сопровождались насилием.

    1999 год. Город Сиэтл, штат Вашингтон. Массовыми волнениями был ознаменован форум Всемирной Торговой ОрганизацииWorld Trade Organization Около 40 тыс. антиглобалистов приняли участие в первоначально мирной демонстрации. Однако позже участники демонстрации начали крушить местные магазины, что стало началом масштабных погромов. В результате, около 600 человек было арестовано. Нанесенный ущерб был оценен в $3 млн.

    2003 - В США проходят аресты участников выступлений против войны в Ираке. В Сан-Франциско полиция арестовала 123 наиболее активных участника манифестации, попытавшихся перекрыть подходы к высотным зданиям в деловой части города. По той же причине свыше 60 человек были задержаны в ходе демонстрации в Хартфорде (штат Коннектикут).

    2005 - американцы ведут себя поистине варварски после урагана "Катрина": мародёрство, изнасилования, убийства, война банд в Новом Орлеане.


    Историк П. Гилдж из университета штата Индиана в своей книге "Беспорядки в Америке" (1997) утверждает, что там были по крайней мере 4000 бунтов с начала 1600-х по 1992 г. Он говорит, что "без понимания воздействия беспорядков мы не сможем полностью постичь историю американского народа".

    Сколько жертв бунтов и коллективного насилия унес более чем 400-летний американский исторический опыт?

    Это никогда точно не могло быть известно, т.к. включает официальное и неофициальное насилие против индейцев, негров, мексиканских американцев, азиатов, а также бессчетные бунты, линчевания и т.д.

    Но по оценкам, возможно, было около 200 тыс. таких смертей и серьезных увечий с 1607 г. по 2001 г. (или приблизительно 5063 таких случая ежегодно в течение 395 лет), что кажется умеренным и весьма консервативным количеством для аналитических целей.

    Общее количество смертей в результате всех других форм коллективного насилия, кажется, превышает 20 тыс. Самый большой американский бунт в Нью-Йорке в июле 1863 г. насчитывает от 105 до 150 смертных случаев, в то время как жертвы главных бунтов 1960-х гг. в Уоттсе, Лос-Анджелесе, Ньюарке и Детройте составили в общем 103 смертных случая. В Лос-Анджелесе в 1992 г. бунт забрал 60 жизней. Приблизительно 5000 индивидов, как известно, линчевали между 1882 г. и 1968 г., и примерно еще 2000 чел. были убиты в насильственных трудовых конфликтах.(196, 246)


    С теми, кто протестует против системы, правительство поступает просто: их убивают или в лучшем случае сажают. Один пример. Жил был один эксцентричный белый сепаратист Рэнди Уивер. Он уехал со своей семьёй в Руби Ридж, т. е. абсолютную глухомань вдали от цивилизации. Там он обьявил, что отделился от Америки и будет жить по своим, христианским законам. Его вызывают в суд, но он не является, ведь он же отделился... Тоже ума не много, но на это он и американец. Короче, 21 августа 1991 г. к нему приехали ребята из ФБР, застрелили его собаку и 14-летнего сына, а жене вообще отстрелили голову. Чтоб не выпендривался. (2,54)

  • Во время 2-й войны в Ираке в Америке впервые в истории арестовали не только участников антивоенного марша, но и зрителей в количестве 70 человек.(94)



--------------------------------------------------------------------------------

Санкт-Петербургский Государственный Университет

Факультет международных отношений

Кафедра Североамериканских исследований

Курсовая работа по дисциплине:

«История США»

Тема: «Движения социального протеста в Соединенных Штатах Америки в 1960-1970 годах».

Студентки II курса Лесовой Екатерины

Научный руководитель: Цветков И.А.

Санкт-Петербург

2003

--------------------------------------------------------------------------------


Оглавление

Введение

Глава I. Основные движения массового протеста

1.1. Студенческое движение в США

1.2. Движения против войны во Вьетнаме

1.3. Массовое рабочее движение в США

1.4. Движение в защиту равноправия женщин

1.5. Расовые проблемы в США

Глава II. Причины протестов и массовых движений: советская и современная американская точки зрения

2.1. Социально-психологическая характеристика студенчества

Заключение

Список использованных источников и литературы

--------------------------------------------------------------------------------

Введение

60-е годы ХХ века вошли в историю общественно-политической жизни США как «бурное десятилетие». Бунты в гетто и походы борцов за гражданские права негров, рост студенческого движения, захват студентами университетских кампусов и масштабные походы противников войны во Вьетнаме – все эти выступления, охватившие миллионы американцев, разрушили миф о социальном благополучии в стране, об «исключительности» развития американского капитализма, породили глубокий социально-политический кризис. Дух 60-х определялся явной неприязнью ко всему безликому и стандартному, враждебному отношению к власти и порождаемому благополучием благодушию.

Бунтарство, нонконформизм, необычные формы самовыражения, демонстрации, беспорядки, акции гражданского неповиновения, взрывы бомб – все это задало тон десятилетию, дало импульс к развитию новых стилей в искусстве, направлений в музыке, жанров в литературе.

В данной работе рассмотрены основные движения общественно-политической жизни США в 1960-1970 гг., особое внимание обращено на причины их появления.

Количество литературы, посвященной этому вопросу американской истории достаточно ограничено: это либо книги написанные в советскими исследователями (в настоящее время этот вопрос практически не изучается), либо публикации современных американских авторов. Целесообразным вижу анализ двух точек зрения – «советской» и американской, поскольку, как советские, так и американские ученые смотрят на этот вопрос с разных сторон и в качестве причин видят разные факторы. Однако, ввиду того, что «советская ментальность» существенно отлична от американской, наиболее логичным будет сделать акцент на американские источники, что я и попыталась сделать.

Целью данной работы является попытка найти объяснение политическим столкновениям и критике общества, которыми характеризовался тот период истории в Соединенных Штатах Америки.


Глава I.

Основные движения массового протеста


1.1. Студенческое движение в США

Обострение социальных противоречий в США наиболее яркое выражение находит в студенческой среде. Студенчество очень чутко отражает ход общественного развития, расстановку политических сил в стране.

Экономическое и социальное положение молодых американцев 60-х годов характеризовалось дискриминацией во многих областях общественной жизни, побуждая их к критическому осмысливанию действительности и радикальному образу мышления. Леворадикальные молодежные группы выражали свое недовольство и возмущение порядками общества, в котором господствовал дух наживы и корысти. Существование комплекса социальных проблем, многие из которых наиболее остро стояли именно перед молодежью: рынок труда переполнен молодыми людьми, ищущими работу, существование возрастной дискриминация на производстве, расовая сегрегация стоит преградой на пути негритянской молодежи, многие студенты несут непосильные расходы на образование - представлялось неразрешимым. Кроме того, на положение американской молодежи самым непосредственным образом влияло кризисное состояние внешней политики США.

Разочарование молодежи в политическом курсе страны стало проявляться еще в начале 50-х: корейская и «холодная» война породили «битников» - молодежь, отрицающую меркантильность и бюрократизм американского общества. Но это был пассивный протест, попытка уйти из активной социальной жизни в мир иллюзорной независимости от общества. Но на фоне нигилистического протеста появилось новое отношение американской молодежи к обществу - все большее число юношей и девушек выбирали путь активной борьбы.

В публикациях СССР того времени указывалось: «Наиболее сознательным выражением разочарования американской молодежи во всей системе капитализма является ее широкое участие в борьбе рабочего класса, в движении за мир, за права негров, в радикальном студенческом движении. Все больше молодых людей начинали убеждаться в необходимости коренных социальных преобразований». [1]

Помимо чисто политических факторов, вовлечению учащихся в акции протеста способствовали глубокие изменения в экономике в результате научно-технической революции, что привело к серьезным проблемам трудоустройства среди дипломированных специалистов, породило нервозность и бунтарские настроения.

Неудовлетворенность своим положением, болезненная реакция на все проявления централизации и бюрократизма, отрицание иерархического руководства, подчиняющего личность чуждым ей интересам, получили широкое распространение среди студентов. Американскому социологу Тому Вульфу принадлежит меткий термин «десятилетие «я»», которым он обозначал 60-70-е гг..

Летом 1967 года на тротуарах Телеграф-авеню в Беркли (Калифорния) и Гринвич-вилиджа в Нью-Йорке появились первые живописные группки неряшливых, длинноволосых юношей и девушек, а в обиход вошло словечко “хиппи”. Американцы отнеслись к этому явлению как к очередному крику моды. Однако скоро стало ясно, что дело здесь не в преходящем чудачестве чьих-то избалованных отпрысков, а это явление по сути своей имеет гораздо более серьезный характер. К весне следующего года семимиллионное население университетских городков почти целиком было захвачено веяниями “нового сознания”, решительно, казалось, порвавшего с “отцами”, отвергавшими их образ жизни, их мораль, их искусство и т.д.; «drop out» - отпадение от существующих институтов стало для них лозунгом дня. Университетский мир раскололся: преподавательский оказался как бы в осаде, вокруг него воцарилась новоявленная богема, исповедующая любовь ко всем, раскованная, непредсказуемая, скабрезная, инфантильная и мистическая. Но этот мятежный стан в свою очередь обступала остальная Америка, с изумлением, переходящим в негодование, наблюдавшая за тем, что в нем происходит. Встревоженные “отцы” заговорили о “новых варварах”, угрожающих существованию цивилизации; парадоксальным выглядело то, что ни в лесах или диких степях обосновались “варвары”, как в иные времена, а на хорошо подстриженных газонах кампусов.

Основными элементами мировоззрения «хиппи» были: пацифизм, аполитичность, игнорирование любой власти и неудовлетворенность социальными институтами, поиск глубокого духовного удовлетворения и саморазвития, сознательное упрощение жизненных условий, употребление наркотиков, фестивали, путешествия, терпимость к добрачным и внебрачным связям, к гомо- и бисексуальности. [2]

Хотя мы привыкли ассоциировать 1960-е гг. с бунтарством, нонконформизмом, необычными формами самовыражения, специалисты, занимающиеся историей общества, замечают, что в этот же период возникают и новые формы конформизма и регламентации. Объявление в «New York Times» (реклама универмага «Marcy`s») хорошо передает дух того времени: на картинке изображен улыбающейся молодой человек, одетый на армейский манер; подпись гласит: «Как прикольно носить хаки, когда ты можешь не делать этого…». Объявление в «Marcy`s» нашло своих читателей, портные стали шить одежду новых фасонов. Голубые джинсы, одежда фермера, ботинки и прочее, обязаны своим появлением стремлению отождествить себя с беднотой, которой безошибочно был приписан этот стиль. [3]


1.2 Движение против войны во Вьетнаме

Говоря о 1960-х гг., нельзя обойти вниманием небывалое движение массового протеста против американского участия во вьетнамской кампании: университетские диспуты, сжигание повесток и бесконечные дебаты, вызванные войной. По мнению советских политологов того времени: «Народные массы демонстрировали этим, как велика их роль и ответственность за укрепление мира, все более активно и сознательно вмешивались в вопросы не только внутренней, но и внешней политики. Одним из основных факторов, способствующих более ответственному отношению масс к вопросам внешней политики, являлся пример социалистических стран, проводящих в своей внешней политике принципы открытой дипломатии, активность их народов, участвующих в выработке и проведении политики своих государств. Их пример стимулировал развертывание широких общественных движений в защиту мира во всемирном масштабе и в отдельных странах, в том числе, в США». [4]

Размах антивоенного движения объяснялся исключительно жестоким характером войны во Вьетнаме: использование напалма против женщин и детей, бомбардировка деревень и селений, насильственное изгнание миллионов вьетнамских жителей из родных мест, использование химических средств с целью уничтожения лесного покрова и посевов, разрушение древней культуры Вьетнама. Вторжение 500 тыс. американских солдат и ассигнование 150 млрд. долларов на войну, которая велась вопреки нормам международного права и американским законам, - имело целью удержание у власти то один, то другой диктаторский режим в Сайгоне. С другой стороны размах антивоенного движения объяснялся неравенством сил противников – самая мощная держава в мире обрушивала миллионы тонн бомб и снарядов на одну из самых слабых стран мира. Немногие американцы имели представление о последствиях налетов американских самолетов в Южном Вьетнаме, где обширные районы были объявлены «зонами свободного огня». Актом жестокости, получившим наиболее широкую известность позже – явилось массовое истребление 16 марта 1969 года жителей небольшого селения Май Лай 4. Сотни вьетнамцев, включая стариков и женщин с младенцами на руках, были окружены, загнаны в ров и расстреляны американскими солдатами. Многие американцы испытывали чувство стыда за то, что их страна совершала массовые убийства с целью сохранения у власти в Сайгоне генеральской элиты и богатых землевладельцев. Другая причина заключалась в том, что граждане США просто устали от этой войны, в которой было убито 40 тыс. американских солдат и еще 250 тыс. человек ранено, и которой не было видно конца.

Политическая активность этого периода во многом связана с антивоенным движением. Почти десятилетие Вьетнам находился в центре общественного внимания, и более всего эта тема заботила студентов, преподавателей и других интеллектуалов. [5]

Дискуссия студентов и преподавателей Мичиганского университета по вопросам внешней политики США 24 марта 1965 года положила начало массовому движению «тич-инс». [6] По ходу дискуссии высказывалось следующее: «Долг всех американцев разоблачить и нанести поражение тем, кто делает нашу страну самой ненавистной на земле. Американская война во Вьетнаме – это агрессивная война, она нацелена на сдерживание противоположной социальной системы и подавление ее сторонников. Выступая против этой войны, мы отстаиваем наше лучшее наследие, мы защищаем честь и образ нашего народа и нашей страны». [7] Оппозиция Вьетнамской войне расширялась и среди части военнослужащих, многие отказывались давать присягу в верности Соединенным Штатам и идти воевать, многие в знак протеста, возвращали правительству полученные боевые награды. [8]


1.3 Массовое рабочее движение в США

В 70-е годы в США резко обострилась проблема безопасности трудовой деятельности. Жизнь и здоровье работников, в первую очередь в горнодобывающей, строительной и обрабатывающей промышленности, на транспорте и, в меньшей мере - в торговле и сфере обслуживания, были подвержены реальной опасности. В 1973 г. в частном секторе промышленности официально было зарегистрировано свыше шести миллионов травм, увечий и болезней, вызванных условиями работы. Смертельный исход был зарегистрирован в 5700 случаях.. В том же году, по официальным данным, 200 тыс. человек тяжело болели по причинам, связанным с условиями труда. [9]

Однако официальная статистика давала искаженную картину, так как сама система учета и широко распространенная практика сокрытия несчастных случаев компаниями не позволяла с достаточной полнотой выявить весь вред, который производственные условия наносят здоровью рабочих. В 1973 году специальная группа под руководством Ральфа Нэйдера сделала доклад, согласно которому только в 1970 г. в результате несчастных случаев на работе 14200 человек погибло и 2,2 млн. человек потеряло трудоспособность (постоянно или временно), всего было потеряно из-за несчастных случаев 245 млн. человеко-дней (в четыре раза больше, чем из-за стачек), а общий экономический ущерб исчислялся в 9 млрд. долларов. [10] Для обеспечения безопасности труда в США делалось крайне мало. В декабре 1970 г., после многолетней борьбы профсоюзов, был принят Федеральный Закон о здоровье и безопасности труда на работе, но уже в первые годы выявилась его неэффективность.

Хотя проблемы уровня жизни, безработицы, дискриминации, безопасности труда стояли исключительно остро и служили поводами выступления профсоюзов, они отнюдь не исчерпывали причин недовольства рабочих. В 70-х все шире распространяется протест против самого содержания труда, против его социальной сущности, рабочих не могло не затронуть всеобщее брожение, массовый протест, социальная неустойчивость, падение доверия к властям и авторитетам, характерные для 60-70 годов». [11]

В советских первоисточниках эта тема звучала следующим образом: «Рабочие протестовали против монотонного, жестко регламентированного, чрезвычайно интенсивного производственного процесса. Их работа не давала им возможностей ни для творческого самовыражения, ни для значительного продвижения по службе. Рабочие начали понимать, что хозяева рассматривают их просто как продолжение машины, что работа обрекает их на положение «граждан второго сорта». [12]

Однако следует особо отметить, что роль марксизма в социальной критике 1960-х гг. была не столь велика, как в 1930-е гг., когда это учение представлялось американским интеллектуалам новым, любопытным и, что немаловажно, таящим в себе сладость запретного плода. В ту пору Советский Союз еще не поблек в глазах западных интеллектуалов, при этом он был единственным обществом, претендовавшим на воплощение принципов марксизма и использовавшим его в качестве законодательной основы. Советский пример скорее повышал, чем умалял престиж марксизма. К 1960-м же годам ситуация серьезно изменилась, Советский Союз успел дискредитировать себя, и западные марксисты уже не могли подтверждать правильность марксизма, ссылаясь на советский опыт, — напротив, они умудрялись сохранять верность марксизму вопреки этому опыту.

Появление ряда обществ, каждое из которых именовалось марксистским, мало что меняло в этом смысле. В свою очередь, коммунистические партии и движения раскололись, что являлось отражением конфликтов между идеологиями и различными социалистическими странами, и в первую очередь, между Советским Союзом и Китаем. На Западе появилось множество школ марксизма, ревизионисты различных мастей занимались спасением, интерпретацией, выделением и принижением различных его аспектов. Понятие марксизма по сравнению с 1930-ми гг. приобрело ряд новых смыслов и множество новых сторонников. Все это не значит, что марксизм не повлиял и не окрасил определенным образом социальную критику этого времени. Во всех критических выступлениях новых левых и деятелей контркультуры чувствовалась выраженная, пусть и несколько романтическая антикапиталистическая жилка. Язык марксизма — его страстный дух протеста, полемики и осуждения — привлекал к себе. Мало того, определенные базовые положения марксизма, такие как осуждение жажды наживы, стяжательства и полнейшего безразличия к судьбам ближних, также сохраняли свое значение и привлекательность. Слова «живы без наживы» стали своего рода лозунгом (подобно знаменитому «занимайтесь любовью, а не войнами»).


1.4 Движение в защиту равноправия женщин, феминизм

Возросший уровень индивидуальных запросов или ожиданий делает понятными не только общий тон, свойственный этому времени, но также и некоторые конкретные социальные движения, такие, например, как движение за освобождение женщин, в котором участвовали главным образом представительницы среднего класса и студентки университетов. В основе феминизма 60-70-х гг. лежала растущая потребность в самореализации и самовыражении. В лучших учебных заведениях читались курсы и проводились семинары (такие как «Project Self» в Массачусетском университете в Амхерсте), на которых слушателей призывали к повышению уровня личных запросов и к их реализации.

Занятия женских групп обычно сводились к внимательному рассмотрению личных проблем, наличие которых препятствует осуществлению желаемого, при этом группы поддержки и расширения сознания занимались их взращиванием и культивированием. Популярные школы психотерапии и новые религиозные культы, а также ряд существующих церквей также широко пропагандировали стремление к самореализации и самовыражению женщин. [13]


1.5 Расовые проблемы американского общества

На протяжении всей истории США его цветное население по своей социально-профессиональной структуре значительно отличалось от белого. Цветные всегда подвергались сверхэксплуатации и расовой дискриминации, принадлежали к самым обездоленным слоям населения. Черные использовались в качестве неквалифицированной рабочей силы. Так, в домашнем обслуживании в 1974 г. они составляли 37 % всех занятых, составляли 27 % уборщиков и т.п., их непропорционально много среди работников тяжелых, низкооплачиваемых профессий. [14]

На структуру самодеятельного негритянского населения повлияли изменения в структуре общественного производства, сдвиги в составе самодеятельного населения США, потребности в более квалифицированной рабочей силе, а также борьба черных американцев против расовой дискриминации.

Гнев черных выплеснулся не только на улицы американских городов, он также нашел свое выражение в искусстве и литературе: в воинственной поэзии Лероя Джонса, в прозе Элдриджа Кливера, написавшего книгу «Душа на льду», в речах Малколма Икса, в тех новых, откровенно смелых словах, которыми делились друг с другом негры по всей стране и все это для того, чтобы достичь подлинного равноправия, «завоевания негром звания человека».

Конфедерация христианского руководства на Юге во главе с Мартином Лютером Кингом, созданная в 1958 г., играла руководящую роль в борьбе черного населения. В начале 60-х гг. их действия были подхвачены молодежными группами негритянского населения Юга, которые в 1960 году устроили серию сидячих забастовок в столовых, ресторанах, кафе г.Гинсборо, Северная Каролина, отказывавшихся обслуживать негров. В ходе этой кампании, быстро

перекинувшейся на другие регионы Юга, возник новый центр борьбы – Студенческий координационных комитет ненасильственных действий.

В 1962-1963гг. в «штатах глубокого Юга» было проведено много массовых походов и демонстраций против расовой дискриминации, получивших название «рейдов свободы». Они носили мирный характер и не выходили за рамки ненасильственных действий. Но юные расисты ответили на них волной массовых арестов, избиений и убийств участников движения. Весна 1963 г. ознаменовалась разгоном негритянских демонстраций в Бирмингеме, проведенным с такой жестокостью, что по приказу президента Кеннеди с целью защиты негритянского населения туда были в срочном порядке направлены подразделения регулярной армии. Эти события всколыхнули всю страну и 28 августа 1963г., по завершении общенационального марша участников борьбы за гражданские права негров, в Вашингтоне у мемориала А.Линкольна состоялся грандиозный митинг с участием 250 тысяч человек, черных и белых.

Бурный подъем движения за равноправие черных американцев и ответная волна антинегритянского террора южных расистов заставили правительство Кеннеди занять четкую позицию: на рассмотрение Конгресса США был внесен первый билль о гражданских правах, который был встречен взрывом ярости южных расистов, и на Юге вновь прокатилась волна антинегритянского террора.

В июле 1964 г. в силу вступил Закон о гражданских правах, который запретил дискриминацию черных американцев при обслуживании в местах общественного пользования, при приеме на работу и т.д. Хотя закон и требовал равной оплаты за равный труд, этот принцип часто не соблюдался: любые перебои в экономике в первую очередь сказывались на положении черных трудящихся - «Когда белая Америка заболевает насморком, черная Америка получает воспаление легких». [15]

В 70-е годы новым источником националистических чувств является ощущение неудовлетворенности результатами борьбы в 60-е годы, ограничившимися в основном лишь получением формального равноправия. Характеризуя эти настроения, негритянская поэтесса Мэри Ивенс с горькой иронией писала в стихотворении «Символ общественного положения»:

«Сегодня они нанимают меня,

Мне

Доверен ответственный пост…

Со служебным удостоверением

Вместе

Они вручили мне символ общественного положения –

ключ от запертой наглухо двери,

ключ

от уборной

для белых…». [16]

С конца 60-х годов изменились не только задачи, стоящие перед движением черных, но и общественно-политическая обстановка, в которой оно разворачивалось. Приход в 1969 г. к власти республиканцев привел к определенным изменениям в правительственной политике в сфере расовых отношений. В первые годы своего правления, когда еще живы были в памяти массовые выступления в черных гетто, Администрация президента Никсона продолжала программы, начатые при президенте Джонсоне. Однако в начале 70-х Администрация решила взять курс на свертывание социально-экономических программ, так как считала, что в будущем можно не опасаться новых взрывов недовольства в гетто. Это проявилось в стремлении урезать государственные ассигнования на социальные программы, особенно те, которые касались в основном черных и других беднейших слоев населения США, а также в отказе Администрации от принципа «предпочтительного обращения» с негритянским и другими этническими меньшинствами. [17]

По сравнению с 60-ми годами, изменилась и морально-политическая атмосфера, в которой приходится действовать движению черных. Если в 60-е годы расовая проблема наряду с войной во Вьетнаме занимала одно из первых мест среди вопросов, волновавших американскуюобщественность, то в 70-е годы она была отодвинута на второй план другими проблемами: экономическим кризисом, инфляцией, коррупцией в правительстве. Проведенный в конце 1974 г. службой Харриса общенациональный опрос общественного мнения показал, что лишь 2% опрошенных ставили расовую проблему в ряд самых важных (в 1972 г.—21,%, в 1973 г.—7%) [18] , она заняла последнее место в списке проблем, волнующих опрошенных граждан.

Изменилось отношение к движению черных и со стороны части рядовых белых американцев, они стали отделяться от черных плотной стеной и, вопреки своим ответам на вопросы служб общественного мнения, не проявляют желания смешиваться с ними в единую нацию. Массовый отток с 1960-х гг. белых из городов в пригороды, имел очевидную расовую подоплеку: после того, как чернокожие получили право и возможность селиться в городских районах, в которых проживали белые, последние стали дружно покидать насиженные места и перебираться за город. В ответ на появление чернокожих детей в белых школах белые родители, которые согласно опросам общественного мнения поддерживали десегрегацию обучения, стали переводить своих детей в расово чистые загородные школы. Можно заключить, что расизм, исчезнувший с языка американцев, продолжал сохраняться в их сознании. [19]

В ответ черные американцы заняли собственную расовую позицию, в стремлении обособиться от белых по причине их неискоренимого расизма, они стремились сформировать собственную субцивилизацию: создавали школы, театры, высшие учебные заведения. Другая часть негритянского населения стремилась интегрироваться в белое общество, пыталась овладеть его идеалами. Несмотря на это, со временем, среди черных американцев все больше и больше распространялось убеждение, что интегрироваться в белую Америку можно, только преобразовав себя по подобию белых, то есть ценою отказа от собственной социокультурной идентичности.

Экономические трудности и особенно беспрецедентный в послевоенный период рост безработицы породили или усилили у них негативное, а часто и открыто враждебное отношение к требованиям улучшения социально-экономического положения черных. Подобные настроения среди белых американцев по отношению к требованиям, выдвигаемым черными, с начала 70-х годов искусственно подогревались средствами массовой информации. При участии высокопоставленных, официальных лиц в стране была развернута широкая пропагандистская кампания, целью которой являлось желание свалить вину за социально-экономические трудности, испытываемые белыми американцами, на черных, создать атмосферу нетерпимости к их требованиям.

Следует отметить, что и сам президент Никсон был очень далек от расовой терпимости. Это подтверждается тайными записями телефонных разговоров в стенах Белого дома, Кэмп-Дэвида и прочих резиденций, сделанных по его распоряжению. Вряд ли он предполагал, что через 30 лет его высказывания станут достоянием американской общественности и даже по прошествии такого времени вызовут скандал, по крайней мере в рядах республиканской партии, готовящейся сейчас к выборам. Фаина Раневская называла неудачные киноработы артистов "плевком в вечность", потому что они навсегда остаются на пленке. Вот и некорректные высказывания сильных мира сего - президентов и премьеров - произнесенные сегодня в частном порядке, вполне конфиденциально, по прошествии лет могут оставить не совсем приглядный след в истории. [20]

Дискриминации в США в 60 годы подвергались не только негры. Сюда также следует отнести большую группу американских граждан, говорящих на испанском языке, в большинстве своем, латиноамериканского происхождения. К 60 годам в результате изменения в положении и социальной структуре населения мексиканского происхождения создались социальные и политические предпосылки для зарождения массового движения протеста - чиканос.

Движение развивалось по тем же направлениям, что и другие массовые движения - в особенности, негритянское; идеология его исходила из того, что американцы мексиканского происхождения являлись народом, насильственно лишенным права на свою территорию и превращенным в объект политической и экономической эксплуатации, в связи с этим чиканос ощущали себя людьми «второго сорта». Волнения чиканос были связаны с их неравенством в экономической, социально-политической и культурной жизни страны, с многолетней дискриминацией в сфере трудоустройства, о чем говорил уровень безработицы. Особенно остро стояла проблема языковой дискриминации. В отличие от других этнических групп США, американцы мексиканского происхождения сохранили свой родной язык как основное средство общения. Однако система школьного образования до последнего момента отказывалась учитывать специфику испаноязычных учащихся. Приходя в школу, большинство чиканос бросали учебу, так и не получив образования, необходимого для получения квалифицированной работы. Проблема заключалась в языковом барьере. Чиканос не принимали теорию «плавильного котла», согласно которой единственный путь стать американцем – это отказ от своего языка, обычаев и традиций. Основным требованием, выдвигаемым чиканос, было введение двуязычного обучения, учет в процессе обучения культурных, национальных и языковых традиций.

В течение 1960-х годов, чиканос применяли тактику ненасильственных действий, заимствованную у негритянского движения, но, поняв невозможность достижения положительного результата такими методами, в 1970-х годах чиканос пришли к сочетанию различных форм деятельности: парламентская и внепарламентская, экономическая и политическая борьба на местном и общенациональном уровнях, массовые выступления, лоббирование в законодательных органах.. Тем самым, перейдя в новую фазу, чиканос добились более высокого понимания со стороны правительства. [21]

Характеризуя массовое движение американцев мексиканского и пуэрториканского происхождения в целом, следует отметить, что они, во-первых, как и другие угнетенные группы американского общества, усилили свою экономическую и политическую борьбу; во-вторых, в этой борьбе, наряду с промышленным и сельскохозяйственным пролетариатом, все большее участие принимает учащаяся молодежь и интеллигенция (немногочисленная). И, в-третьих, их борьба приобрела общеполитическое значение.


Глава II

Причины протестов и массовых движений: советская и современная американская точки зрения


Американские исследователи высказываются по этому вопросу достаточно однозначно, видя корни массовых протестов и движений в психологических и социальных проблемах и ситуациях, которые вызвали определенные реакции у различных групп населения. По мнению Пола Холландера - известного американского социолога, характер 1960-х годов в Соединенных Штатах может оцениваться на двух уровнях. С одной стороны, допустимо ориентироваться на реальные исторические и культурные события и видеть в них объяснение происходящего. Здесь следует вспомнить Вьетнамскую войну, движение за гражданские права, волнения в гетто, рост наркомании, усиливающееся влияние средств массовой информации. В то же время, 1960-е годы могут рассматриваться и оцениваться как отражение менее явных тенденций и событий. Лично мне ближе его точка зрения, когда он полагает, что получившие широкое распространение именно в этот период взгляды, позиции и мнения возникли бы и в отсутствие Вьетнамской войны или расовых волнений. Они могли бы принять несколько иные формы и, вероятно, имели бы другие временные рамки; отрицание же существующего общества значительной частью представителей средних классов и прежде всего молодежью, было, что называется, предопределено судьбой, всем ходом мировой истории. Вьетнамская война способствовала разве что направлению этих импульсов и тенденций в некое единое русло и выведению их на поверхность, но никоим образом не являлась причиной их возникновения.

Несмотря на то, что между США и СССР наступил период резкого обострения международных отношений, вошедший в историю под названием «холодной войны», отфильтровав резкую критику советских ученых всего американского, можно сделать вывод, что советские исследователи в качестве причин, приведших к массовой борьбе, видели прежде всего идеологический аспект: антинародную политику руководства страны и, как следствие, дезинформацию общественности, коррупцию, другие нарушения законности. Кроме того, ряд экономических кризисов сильно ослабил США, подтвердив этим, что только социалистическая экономика свободна от экономических кризисов. Вышеперечисленные факторы, по мнению советских авторов, порождали в сознании части американцев представление о политике, как о «грязном деле», и служили побудительным мотивом для вовлечения в борьбу с «антинародным режимом» и за соблюдение своих прав.


2.1.Социально-психологическая характеристика студенчества

Под влиянием общественно-политических движений в стране большинство американской молодежи изменило свои убеждения и нравственные ценности. Она стала считать, что деньги и социальное положение не делают человека счастливым и не гарантируют того, что он сможет «…прожить свою жизнь так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно прожитые годы…». Вот что пишет об этом Э.Дж. Хобс-баум, современный социальный критик: «Возрождению революционности в 1960-е годы ... способствовало открытие того, что капиталистическое решение проблемы материальной нужды обнажает или, возможно, порождает новые проблемы, являющиеся центральными как для этой системы, так, возможно, и для всего индустриального общества». [22] Согласно Кеннету Кенистону, теперь молодежь требовала ответов на вопросы типа «что находится за изобилием?» или «если не изобилие и не свобода, то что?». Эти молодые люди «воспитывались в таких семьях, где достаток, относительная экономическая стабильность, политическая свобода и изобилие являются простыми фактами жизни, а не целями, к которым надо стремиться.» [23]

Изобилие не могло даровать человеку чувства довольства и сделать его жизнь полноценной и осмысленной, но при этом, оно производило чувство безопасности, так или иначе сказавшееся на поведении сотен тысяч молодых представителей среднего класса в Америке, что способствовало развитию бунтарских настроений и отрицанию законной власти. Многие представители молодежи того времени нисколько не боялись, а, наоборот, презирали тех, кто стоит на страже закона; это было обусловлено не только их осознанным программным отрицанием любой власти, а в неспособностью поверить в реальность возможного наказания. Судебные заседания рассматривались не как прелюдия к тюремному заключению, а как очередная возможность высмеять «систему», лишний раз подвергнуть ее критике, о чем свидетельствуют соответствующие документы.

Люди уходили из колледжей, университетов, бросали работу, инстинктивно (и совершенно справедливо по их мнению) считая, что они не потеряют при этом того, что представлялось им предметами первой необходимости, к которым они относили пищу, жилье, марихуану, одежду, стереоустановки, гитары и возможность пользоваться автомобилем. Они практически не сомневались в том, что кто-то и как-то о них в любом случае побеспокоится. Голодных людей на улицах Беркли или Гарварда действительно практически не было. Существовали временные работы, благотворительные организации, друзья, «ночлежки», коммуны и, на худой конец, родители.

Чувство безопасности сильно повлияло и на протесты, вызванные участием американцев во Вьетнамской войне. Хотя для большинства студентов перспектива быть призванными в армию была достаточно отдаленной, она самим своим наличием обращала в ничто былое ощущение безопасности. Выросшее и воспитанное в тиши и покое 1950-х гг. поколение, уставшее от «риторики холодной войны», потерявшее доверие к ее идеям и выразителям (к Маккарти и компании, а также к их духовным наследникам) и познавшее мощь американской техники, считало внешнюю угрозу чем-то нереальным. Вторая мировая война представлялась им давней историей, одним из отцовских рассказов, таким же занудным, как и все прочие его «байки» о былых трудностях и лишениях (скажем, о Великой депрессии). Таким образом, это чувство безопасности и игнорирование исторической правды не могли не оказать сильного влияния на антивоенную кампанию.

Английский автор Роланд Стромберг пишет: «Молодые радикалы… представляли… первое поколение людей, которым было абсолютно не во что верить и которые располагали для этого массой времени». [24] Сочетание материальной безопасности, свободного времени, малого числа обязанностей (или их полного отсутствия), стимулирование самовыражения (со стороны родителей и образовательной системы) и порядок жизни в пригородах и студенческих кампусах привело к возникновению устойчивого комплекса обстоятельств, которые легко могли породить бунтарскую активность. Американский социолог Джон Олдридж пишет об этом так: «Возможно, решающим фактором оказалась скука, от которой страдало подавляющее большинство студентов. Не имея выраженных амбиций и интересов, которые были бы хоть как-то связаны с университетом, обычные студенты, подобно всем обычным людям, оказываются полностью зависимыми от внешних стимулов, которые отвлекали бы их и тем самым делали бы их жизни сносной. Чем больше интеллектуальный вакуум, тем сильнее нужда в отвлечении внимания; вакуум в человеческом сознании, вероятно, еще более отвратителен, чем вакуум в природе. Они были напрочь лишены возможности хоть как-то проявить себя. Двадцатью годами раньше они могли бы принять участие во Второй мировой войне, которая теперь представляется их сентиментальным отцам эдаким рыцарским походом. Они не пережили депрессии и потому не изведали голода. Более того, единственной доступной им войны они не могли принять по моральным соображениям». [25]

Рьяный бунтарь Джерри Рубин сетовал: «Мы хотим быть такими же героями как те, о которых пишут в книгах по истории. Мы пропустили первую [sic] американскую революцию. Мы не попали на Вторую мировую войну. Мы прозевали революции в Китае и на Кубе. Так что же суждено нам? Или мы так и просидим всю жизнь перед телевизорами?» [26]

Если ориентироваться на сравнительно-исторические стандарты, жизнь в Соединенных Штатах в 60-70-е гг. была ничуть не менее благополучной, чем в большинстве других обществ. Тем не менее, материальная и политическая безопасность порождала потребность в стимуляции и приключениях или же способствовала ее возникновению. Рутинная деятельность воспринималась как невыносимая и тягостная — 1960-е гг. были декадой растущих ожиданий, прежде

всего на Западе, а не в развивающихся странах, к которым вначале и была приложена эта концепция (концепция революции растущих ожиданий). Политическая активность стала своеобразной ареной новой жизни, приключений, стремления к возвышенным целям и обеспечения социальной справедливости. Весьма непросто понять, какое именно сочетание идеалистических, альтруистических и авантюрных мотивов лежало в основе политических выступлений, направленных против войны и несправедливости американского общества.

Советские исследователи в свою очередь считали, что на формирование общественной психологии и ценностных ориентаций молодежи, в конечном счете определяющих их социальную активность и политическое поведение, в первую очередь влияют, как уже было обозначено ранее, социально-экономические и идейно-политические факторы развития страны. Говоря о 1970 гг., они отмечают, что существовала главная проблема – получение выпускниками колледжей работы – число выпускников превысило спрос на них. Так, в 1972 г. не смогли получить работу 9,3% выпускников при общем уровне безработицы среди рабочих 5,6%. [27]

Другим фактором определяющим формирование общественного сознания учащейся молодежи, а студенчество всегда считалось самым опасным и самым бунтарским классом, служит воздействие со стороны преподавателей. Профессорско-преподавательский состав колледжей и университетов пополнился бывшими участниками студенческого и других демократических движений 60-х гг., многие из которых сохраняли левые взгляды, свою приверженность идеалам социальной справедливости. Вследствие этого, студенты активно участвуют в митингах солидарности с патриотами Чили, в демонстрациях протеста против фашистской хунты. Под лозунгами политического характера велась борьба студентов за «импичмент» Р. Никсона в 1973-1974 гг. Во многих кампусах прошли демонстрации протеста против нарушения главой государства конституционных норм, был создан Студенческий комитет за импичмент, который проводил пикеты, демонстрации, распространял листовки, собирал подписи под петициями с требованиями отставки президента. [28]

В подтверждение своего тезиса о росте антиправительственных настроений «по идейным мотивам» советские ученые ссылаются также на изменение отношения студентов к выборам от первоначального их отрицания до последующего абсолютного принятия. Также появилась масса локальных студенческих организаций, включившихся в борьбу за улучшение условий жизни и учебы студентов в кампусах и социально-экономических условий в жилых кварталах, за соблюдение гражданских прав преподавателей. В связи с этим делается общий вывод, кардинально отличающийся от понимания проблемы американскими исследователями: столь разнообразная деятельность студентов отнюдь не свидетельствуют об их политической апатии и инертности. [29]

Известный американский социолог Д. Янкелович, изучавший настроения молодежи в течение ряда лет (1969—1974: гг.), пришел к выводу о том, что в кампусах в 70-е годы усиливается «скептическое отношение к правительству, политическим партиям, судебной системе, корпорациям, религиозным институтам». Два аспекта американского общества, отмечает Янкелович, продолжают вызывать особенно острую критику со стороны студентов: заинтересованность бизнеса в прибылях, а не в решении общественных проблем, и определение внешнеполитического курса страны интересами узких групп правящей элиты. В исследовании Д. Янкеловича подчеркивается, что, несмотря на окончание войны во Вьетнаме, продолжало сохраняться негативное отношение большинства студентов к войне как средству национальной политики.

Эти же тенденции отмечали и другие исследователи и социологи. В специальной монографии, посвященной эволюции настроений и взглядов американского студенчества, профессор Стэнфордского университета Г. Элмонд пишет: «Молодые образованные люди все менее доверяют правительству, среди них усиливаются левые настроения». Дж. Гэллап в 1975 г. отмечал, что «сегодня в американских кампусах преобладает отрицательное отношение к бизнесу».

Недоверие студентов к корпорациям, заинтересованность в решении социальных проблем проявляются и в выборе профессий. Так, в начале 70-х годов значительно возросло число студентов, готовящихся стать юристами, врачами, психологами, журналистами, воспитателями детских дошкольных учреждений, т.е. работать в тех областях, которые приносят общественную пользу. «Поколением людей, стремящихся оказать помощь другим», назвала газета «Нью-Йорк пост» нынешнее поколение студентов.

Вместе с тем в исследованиях Д. Янкеловича выявлен значительный рост в 70-е годы доли тех студентов, которые видят в труде, в своей будущей работе в первую очередь средство обеспечения существования. Так, в 1969—1970 гг. 33% опрошенных считали свою работу «средством обеспечения жизни» и 36% —рассматривали главным ее достоинством материальное вознаграждение. В 1973 г. эти показатели были соответственно 58 и 61%. На этом основании некоторые буржуазные обозреватели делают вывод о практицизме и прагматизме поколения американских студентов 70-х годов, противопоставляя им «идеалистически настроенное» поколение 60-х годов. Таким образом, в 70-е годы получают дальнейшее развитие взгляды, настроения и ценности, характерные для студентов 60-х годов. [30]

В качестве следующего фактора, который привел к росту массовых движений социального протеста среди широких слоев населения следует отметить влияние средств массовой информации (далее – СМИ), телевидения в особенности и, как следствие, желание стать известным. Социальные проблемы, конфликты и политические протесты становились известными миру благодаря средствам массовой информации. Телевизионное освещение вьетнамской войны оказало влияние на характерный тон эпохи. Каждодневный показ реальных страданий реальных людей придавал антивоенному движению особую моральную силу.

Американские исследователи полагают, что СМИ во многом способствовали стремлению молодых людей к мгновенному удовлетворению желания прославиться, стать «знаменитостью»; это была эпоха появлявшихся в одночасье (пусть и эфемерных) знаменитостей из мира уличной политики, дешевых массовых увеселений, политических протестов, преступлений или любого рода эксцентричных поступков. Убийцы, похитители людей, террористы испытывали немалое удовлетворение оттого, что их действия становились известными всей стране. Они могли рассчитывать на то, что средства массовой информации вознаградят их за сенсационное или возмутительное поведение благоприятным освещением событий, не зависящим от их расы, вероисповедания, пола, возраста, национальности или морали. Страсть к известности пронзила всю социальную жизнь. Актеры, артисты эстрады, академические мудрецы, литературные интеллектуалы, политики, члены уличных банд - все желали известности и стремились к ней, изобретая новые способы для ее обретения, прибегая к специальным эффектам, искажению собственной личности, выставляя свою частную жизнь на всеобщее обозрение. И артисты эстрады, и политики мечтали о «мгновенном узнавании». СМИ, в довершение всего, способствуют развитию нетерпимости ко всему обыденному, развивают жажду необычайного, стимулируют желание перейти от безызвестности к славе. Помимо прочего, телевидение развивает привычку к новому и соответственно стремление к нему,вследствие чего происходит отрицание всех существующих институтов и ценностей. Выдающийся французский литератор Алексис де Токвиль считал стремление к новизне центральной характеристикой американской культуры. По мнению американцев новое всегда превосходит старое, они жадно принимают все нововведения.


Заключение

Основной темой социальной критики 1960-х гг. стала борьба с неравенством, хотя она имела существенно иные аспекты по сравнению с аналогичной кампанией 30-х гг. В обществе изобилия неравенство имело иные размеры и следствия, чем в обществе, страдавшем от безработицы и экономической депрессии. Речь шла уже не о бедности как таковой; главным объектом критики скорее стало ущемление прав расово-этнических меньшинств и, в меньшей степени, женщин. Понятие неравенство стало одновременно и уже, и шире: уже, поскольку оно прилагалось почти исключительно к меньшинствам; шире, оттого что теперь рассматривался не только материальный его аспект. Под неравенством часто стали понимать любоепрепятствие на пути самоосуществления и реализации человеческого потенциала. В то же самое время неравенство оставалось особенно болезненным явлением в жизни американского общества еще и потому, что многие продолжали считать его обществом равных возможностей. Очевидно, в Западной Европе, где социальное расслоение воспринималось как нечто само собой разумеющееся, неравенство не вызывало столь болезненных чувств. Требование пропорционального представления определенных меньшинств и женщин в тех или иных сферах деятельности, в образовательных заведениях и в государственных учреждениях было следствием принятия новой концепции равенства, отличной от аналогичной концепции 1930-х гг.

Ослабление роли марксизма как основы и источника социальной критики связано, помимо прочего, и с тем обстоятельством, что критики 60-х гг. или новые левые, как правило, не очень-то интересовались теоретической стороной дела и этим серьезно отличались от старых левых. Радикалы 60-х гг. были ориентированы скорее на действие и стремились к мгновенному удовлетворению своих требований, чем отчасти определялись использовавшиеся ими формы политической активности. Скажем, подавляющее большинство сторонников Движения за ядерное разоружение заявляло, что они придерживаются политики, при которой достижение определенных целей не является первоочередной задачей. В политике важен принцип, важны жесты, производящие ощущение морального превосходства, которые могут и не обладать особой практической значимостью

Основной теоретической предпосылкой социальной критики того периода был не столько марксизм, сколько его неоригинальные версии, интерпретации, модификации и адаптации марксизма и ленинизма. Разумеется, популярными были Маркузе, Миллс и Гудмен, а также Фэнон, Че Гевара и Мао. Однако книги этих авторов рассматривались не как теоретические труды, но как источники лозунгов и «ролевых моделей». Социальная критика 1960-х гг. была менее рациональной, порой сознательно искаженной, неразвитой и подчеркнуто лишена каких-либо теорий. В эпоху, когда превыше всего ценились глубина чувства и спонтанность, словесные теоретические построения и представления не вызывали особого внимания и интереса. В 1960-е гг. изменилась не только тематика социальной критики, другим стал и лежащий в ее основе характер отчуждения или отхода от социума. В отличие от 1930-х гг., в позднейшие времена вовлеченность в политику приобрела более личностный аспект, особенно в Соединенных Штатах. Возможно, это было следствием возрождения «привычки американцев оценивать политические идеи нарциссически, ибо они привыкли видеть себя владеющими всем миром». [31] В 1960-е гг. многие критики считали, что в американском обществе просто невозможно жить честно, настолько губительным было действие коррумпированных социальных институтов и принятых обществом ценностей. Филипп Слейтер утверждает, что «хотя мы живем в самом богатом изо всех известных обществ, этой жизни постоянно сопутствует столь же беспрецедентное ощущение ущемления прав и дискомфорта». [32]


Список использованных источников и литературы

Источники

www.adic.org.ua

www.1tv.ru

www.africawithin.com/mlking/dream.htm

www.lexis-nexis.com/academic/guides/african_american/sclc/sclc2.asp#intro



Литература

1. Общественно-политические движения в США (60 – начало 70-х годов XX в.). Под ред. М.С. Возчикова Издательство политической литературы. М. 1974

2. И.А. Геевский, Л.А. Салычева. Массовые движения социального протеста в США (Семидесятые годы). Изд. «Наука», М. 1978

3. В. Согрин. Политическая история США. Изд. «Весь мир», М. 2001

4. История новейшего времени стран Европы и Америки. Под ред. Е.Ф. Язькова Изд. «Простор», М. 2002

5. Сборник «Негритянская поэзия США. 20 век.». Перевод А.Ибрагимова. М., 1971

6. Зинн. Говард США после Второй мировой войны: 1945-1971. Изд. «Прогресс», М. 1977

7. Холландер. Пол Политические пилигримы. Изд. «Лань», СПб, 2001

8. Page J., O`Brien M. Bitter Wages. Ralph Nader`s Study Group Report on Disease and Injuries on the Job. N. Y., 1973

9. John W.Alridge, In the country of the young, New York, 1969

10. David C. Schwartz, Political Alienation and Political Behavior,

Chicago, 1973

11. “Teach-Ins: USA. Reports, Opinions, Documents”. Ed. By L. Menashe

and R. Redosh, N.Y., 1967

12. Yankelovich D. The New Morality. A Profile of American Youth

in the 70s. N. Y., 1974

13. Change, 1975, Sept.

14. Daily World, 1975, 4 Apr.

--------------------------------------------------------------------------------

[1] Под ред. М.С. Возчиков. Общественно-политические движения в США. М. 1974. С. 92

[2] http://www.adic.org.ua Посещение: 3.10.2003

[3] Пол Холландер. Политические пилигримы. СПб. 2001. С. 276-277

[4] И.А. Геевский, Л.А. Салычева. Массовые движения социального протеста в США. М. 1978. С. 191

[5] Говард Зинн. США после Второй мировой войны. М. 1977. С. 105-109

[6] Под ред. М.С. Возчиков. Общественно-политические движения в США. М. 1974. С. 189, 190-193

[7] . “Teach-Ins: USA. Reports, Opinions, Documents”. Ed. By L. Menashe and R. Radosh. N. Y., 1967, pp. 225, 229. Цитировано по изданию:. Под ред. М.С. Возчиков. Общественно-политические движения в США. М. 1974. С. 193

[8] там же. С. 199-200

[9] И.А. Геевский, Л.А. Салычева. Массовые движения социального протеста в США. М. 1978. С. 39

[10] Page J., O`Brien M. Bitter Wages. Ralph Nader`s Study Group Report on Disease and Injuries on the Job. N. Y., 1973, p. 161, цитировано по изданию: Под ред. М.С. Возчиков. Общественно-политические движения в США. М. 1974. С. 63-63

[11] там же. С. 64

[12] там же. С. 64

[13] И.А. Геевский, Л.А. Салычева. Массовые движения социального протеста в США. М. 1978. С. 295.

[14] The Social and Economist Status of the Black Population in United States, p. 75. Цитировано по изданию: И.А. Геевский, Л.А. Салычева. Массовые движения социального протеста в США. М. 1978. С. 94-96

[15] Vital Speeches of the Day, 1975, 1 July, p. 562. Цитировано по изданию: там же. С. 101

[16] Перевод А.Ибрагимова. Негритянская поэзия США. 20 век. М., 1971. С. 136-137

[17] Пол Холландер. Политические пилигримы. СПб. 2001. С. 291-292

[18] Harris Survey, 1974, 12 Dec. Цитировано по изданию: И.А. Геевский, Л.А. Салычева. Массовые движения социального протеста в США. М. 1978. С. 117

[19] В.В.Согрин. Политическая история США ХVII-XX в.в.М. Весь мир.2001.С.241.

[20] http://www.1tv.ru/owa/win/ort6_main.main?p_news_title_id=62029. Первый канал. Официальный сайт. Посещение: 13.12.2003

[21] И.А. Геевский, Л.А. Салычева. Массовые движения социального протеста в США. М. 1978. С. 151, 155

Под ред. М.С. Возчиков. Общественно-политические движения в США. М. 1974. С. 152-153

[22] Hobsbawm, Revolutionaries, p.254, цитировано по изданию: Пол Халландер. Политические пилигримы. СПб.,2001. С. 270

[23] Kenneth Keniston, «You have to grow up in Scarsdale to Know How Bad Things Really Are”, April 27, 1969, p. 124, 130.

[24] Stromberg, After Everything, p.77, цитировано по изданию: Пол Халландер. Политические пилигримы. СПб.,2001. С. 274

[25] John W. Alridge, In the Country of the Young, New York, 1969, p. 79-80, цитировано по изданию: там же. С.274

[26] Rubin, Do it, p.87, цитировано по изданию: там же. С. 274

[27] Change, 1975, Sept., p.25, 26, цитировано по изданию: С. 266

[28] Daily World, 1975, 4 Apr, цитировано по изданию: там же. С. 76

[29] И.А. Геевский, Л.А. Салычева. Массовые движения социального протеста в США.М. 1978. С. 280

[30] Yankelovich D. The New Morality. A Profile of American Youth

in the 70s. N. Y., 1974, p. 17—22, 86—87

[31] David C. Schwartz, Political Alienation and Political Behavior, Chicago, 1973, p. 3-21, 233-246 цитировано по изданию: Пол Халландер. Политические пилигримы. СПб.,2001. С. 309

[32] : Quentin Anderson, “On the middle of a journey”, in Art, Politics and Will: Essays in Honor of Lionel Trilling, ed. Quentin Anderson, Stephen Donadio and Steven Marcus, New York, 1977, p. 254., цитировано по изданию: Пол Халландер. Политические пилигримы. СПб.,2001. С. 309

http://www.amstd.spb.ru/Library/student_works/protest.htm




США – 1886 ГОД: ТАК НАЧИНАЛАСЬ ИСТОРИЯ ПЕРВОМАЯ


А. Арсеенко

Во второй половине XIX в. Чикаго стал самым быстро растущим городом в мире. Дух беспощадной конкуренции пронизывал там все поры жизни. Потребность в рабочих руках с лихвой покрывалась за счет иммиграции. В поисках счастья в Чикаго устремились тогда десятки тысяч ирландцев, затем немцев, чехов, поляков, русских, украинцев. Каждая волна эмиграции подпирала предыдущую в борьбе за рабочие места, что создавало идеальные условия для проведения политики “Разделяй и властвуй!”

Промышленные магнаты Чикаго полностью контролировали политическую жизнь в городе. По отзывам иностранцев, “доллар был королем Чикаго”. В погоне за прибылью власть имущие подвергали новых пришельцев чудовищной эксплуатации, искусно стравливали разные национальные группы, препятствуя их организации в профсоюзы. Незнание английского языка, трудность адаптации к диким нравам Нового Света обрекали большинство из них на нищету. Положение иммигрантов усугубилось после “великого пожара” в Чикаго в 1871 г., в котором погибло около 250 чел. Более 100 тыс. остались без крова.

После пожара рабочие США, Англии, Франции и Германии собрали более 5 млн. долл. в помощь голодающим пролетариям. Это была внушительная сумма, более чем полмиллиарда в нынешних ценах! Однако чикагский мэр Дж. Медилл перевел эти средства в распоряжение Общества пособий и помощи (ОПП) во главе со многими его друзьями по бизнесу. Те же использовали их в своих интересах в качестве беспроцентного банка. Так деньги для вспомоществования бедным стали “кассой взаимопомощи” для богатых. Но никто из управляющих ОПП не был привлечен к ответственности, несмотря на многие доказательства коррупции и спекуляции. Зимой 1872 г. тысячи голодных пришли к ОПП, взывая о помощи. По приказу властей полиция загнала рабочих в туннель под р. Чикаго, закрыла его с двух сторон и жестоко расправилась с ними. Несколько человек было убито. Эта трагедия вошла в историю США под названием “голодного бунта” 1872 г.

В борьбе с капиталом рабочие использовали множество средств, в т.ч. стачки. Однако забастовка чикагских трамвайщиков, моряков, железнодорожников в 1877 г. была жестоко подавлена полицией, федеральными войсками и национальной гвардией. Антирабочая истерия в городе достигла апогея. Газета “Чикаго Таймс” призывала к использованию динамита против стачечников. В этих условиях чикагские рабочие лидеры пришли к трем выводам: 1) чтобы противостоять истеблишменту, нужны политические действия; 2) чтобы донести правду до людей труда, нужны этнические рабочие газеты; 3) чтобы защитить рабочих от полицейских атак, нужны военизированные группы.

Десятилетие накануне чикагской трагедии было периодом успехов и поражений. Попытки Рабочей партии провести своих кандидатов в органы местной власти в конце 1870-х гг. провалились вследствие нарушений выборной процедуры. В этой связи один из лидеров чикагского пролетариата А.Парсонс писал: “Именно тогда я начал осознавать безнадежность политической реформации. Многие рабочие начали терять веру в потенциальную возможность выборов или защиты бедных законом”.

Наивно полагая, что Конституция США гарантирует всем “право на ношение оружия”, рабочие начали создавать свои “стрелковые клубы”. Власти штата ответили запретом на ношение оружия рабочими, но разрешили его ношение бизнесменам – членам Национальной гвардии США. Более успешными были усилия пролетариата на ниве создания рабочей печати. 22 марта 1879 г. на массовом собрании в Чикаго (более 40 тыс. чел.) были собраны деньги на учреждение двух ежедневных рабочих газет. Вскоре стали выходить еще несколько пролетарских еженедельников. Они несли правду рабочим до их закрытия после кровавых событий в Чикаго в 1886 г.

В условиях нагнетания антирабочей истерии один из будущих палачей Хеймаркета, инспектор чикагской полиции Бонфилд приступил к полицейским учениям для отработки новой техники подавления городских восстаний. В связи с этим газета “Аларм” 21 декабря 1885 г. писала: “Давайте вникнем в это дело и убедимся, для чего проводятся эти тренировки … Конечно, не в целях борьбы с внешним неприятелем, с иностранным врагом.. В таком случае, они предназначены для наших внутренних врагов.. В кого будут стрелять?” Ответ на этот вопрос был получен 3-4 мая 1886 г. на улицах Чикаго.

В центре майского выступления пролетариата была борьба за 8-часовой рабочий день и улучшение условий труда. Движение за сокращение рабочего дня с 10-16 час. до 8-10 час. исчислялось десятилетиями. В 1867 г. профсоюз на заводе сельхозмашин Маккормика выдвинул лозунг “8 часов – и хватит!”, подхваченный другими профсоюзами. 1 мая более 10 тыс. чел. бросили работу и вышли на демонстрацию. По признанию “Чикаго Таймс”, это было “самое крупное шествие, когда-либо виданное на улицах Чикаго”. В испуге некоторые хозяева согласились с требованием профсоюзов. Однако рост безработицы вскоре позволил им возвратиться к старой практике. Рабочий день продолжительностью 10-14 часов вновь стал правилом.

В сокращении рабочего дня рабочие видели путь к решению проблемы безработицы и таким образом протягивали руку солидарности своим братьям по классу, выброшенным на улицу. На съезде Федерации тред-юнионов и рабочих союзов в Чикаго в 1884 г. была принята резолюция: “Решено, что продолжительность законного рабочего дня после 1 мая 1886 года должна составлять 8 часов”. Выбор этой даты был выражением признания первой попытки рабочих установить 8-часовой рабочий день в Чикаго 17 лет назад.

Эпицентром борьбы в мае 1886 г. стала компания Маккормика, отличавшаяся особо жестоким режимом с приходом к управлению 25-летнего С.Маккормика II. Он поставил своей целью уничтожить профсоюз, снизить зарплату и сдельщину на 10-15% и еще больше повысить прибыли, достигшие 71% в условиях спада производства в 1884- 1885 гг. 6 февраля 1886 г. С.Маккормик II уволил 1482 рабочих, в основном членов боевого профсоюза литейщиков. Полиция потворствовала ему в проведении локаута. Более 300 полицейских окружили завод и 1 марта эскортировали на предприятие штрейкбрехеров. 2 марта они разогнали собрание уволенных вблизи завода. Многие были избиты, арестованы. По убегающим открыли огонь. Погибло 4 рабочих. 3 мая во время спровоцированного столкновения безработных со штрейкбрехерами на заводе пролилась кровь. Около 200 полицейских учинили дикую расправу над рабочими. 6 человек было убито, 50 – ранено.

Кровопролитие в Чикаго продолжилось 4 мая на площади Хеймаркет, где состоялся митинг протеста против расстрела рабочих. В нем участвовали более 2500 чел., в т. ч. мэр К.Харрисон, разрешивший его проведение. Гневные обвинения убийц прозвучали в выступлениях рабочих лидеров – социалистов А.Парсонса, А.Шписа и С.Филдена. В своей речи А.Парсонс подчеркнул, что трудящимся достается всего 15% производимых ими благ. “Всякий раз, когда вы требуете увеличения зарплаты, вызываются войска, шериф, пинкертоновцы, чтобы стрелять в вас и избивать дубинками”, – заявил он рабочим.

Когда выступал последний оратор, пошел дождь. Митингующие начали расходиться. Покинул площадь и мэр. По пути домой он зашел в полицейский участок, где находился Бонфилд, и распорядился отпустить полицейских. На площади оставалось около 200 чел. Когда мэр покинул участок, 176 полицейских приступили к разгону митинга. В ход была пущена тактика, отработанная ранее на улицах Чикаго. Удары дубинок обрушились на головы оставшихся участников митинга. “Затем внезапно кем-то, неизвестным по сей день, была брошена загадочная бомба”, – пишется в чикагском справочнике для туристов.

Не исключается, что 1 мая украинские “демократические” СМИ в очередной раз поведают нам, что взрыв бомбы был делом рук анархистов. Но это – ложь, позаимствованная из арсенала чикагской охранки. Использование ее в наши дни еще раз подтверждает, что журналистская профессия в условиях рынка – вторая древнейшая.

По одной из версий “бомбистом” Хеймаркета был полицейский агент Р.Шнобельт, скрывшийся затем в Швеции. В результате взрыва 1 полицейский погиб, 2 – получили ранения. В учебниках по истории США число убитых полицейских доведено до семи. Но никто не считал и не записывал на скрижалях истории имена жертв полицейских расправ. По некоторым сведениям, они исчислялись 4 убитыми и 22 ранеными. Полицейские могли стать жертвами своих же собратьев, поднявших в панике и темноте беспорядочную стрельбу. В хеймаркетском деле имеются рапорта, что после взрыва “стражи порядка” укрылись в близлежащих домах. Но это не помешало прокурору на суде заявить: “Как благородно они вели себя! Вместо того чтобы спастись бегством, они сказали: “Ребята, погибнем в бою!”, и город был спасен”.

5 мая в городе ввели военное положение, начались обыски и аресты. Все гарантии свободы и неприкосновенности личности были растоптаны полицией. На скамье подсудимых оказались лидеры рабочего движения А.Парсонс, А.Шпис, С.Филген, Ю.Шваб, А.Фишер, Д.Енгель, Л.Линг и О.Небе. Предъявленное обвинение было безосновательным. Все они, кроме С.Филдена, покинули площадь еще до взрыва. Суд над ними стал попранием всех правовых норм. Присяжных подобрали из людей, известных своей ненавистью к левым. По словам историка Х.Виша, “лица, не понимающие смысла слов социализм и анархизм, подвергались полицией пыткам, иногда подкупались с тем, чтобы выступить свидетелями в интересах штата”. Церкви в течение нескольких недель посвящали свои воскресные проповеди осуждению “анархистов”, вина которых не была доказана. Судья Дж.Гэри, как отмечают историки, “превратил суд в пародию на правосудие”. Он проигнорировал даже факт, что один из членов жюри был родственником погибшего полицейского.

Об обстановке, царившей на суде, можно судить по словам прокурора Ю.Гриннела: “Суд идет над анархией. Эти люди были выбраны большим жюри и обвинены потому, что они – лидеры. Они виновны не больше, чем тысячи людей, следовавших за ними. Джентльмены из жюри! Осудите этих людей в назидание другим, повесьте их, и вы спасете наши институты, наше общество”. В ходе судебного процесса буржуазная печать раздувала антирабочую кампанию в стране. За 24 часа до вынесения приговора “Чикаго Трибюн” призвала собрать 100 тыс. долл. для вознаграждения членов жюри. Деньги посыпались незамедлительно. Один из приславших их писал: “Длинная агония закончилась. Право восторжествовало. 12 достойных мужчин, чья честность и справедливость сделала осуждение возможным, не должны остаться забытыми. Собирайте фонд для того, чтобы отблагодарить и вознаградить этих прекрасных людей”.

Что представляли собой эти “люди”, видно из их собственных признаний. Один из присяжных Б.Грейнер заявил, что связь обвиняемых с хеймаркетским делом очевидна, так как они были на площади. Второй – Г.Адамс – признал, что его мнение о подсудимых сформировалось под влиянием газет. Третий – Х.Сэндфорд – на вопрос, есть ли у него предубеждение против социалистов и коммунистов, ответил: “Да, сэр! решительное предубеждение”.

“Чикагские мученики” вели себя с исключительным достоинством и мужеством во время суда и казни. Как известно, А.Парсонсу удалось избежать ареста. Через несколько недель он сдался властям, заявив о своей невиновности, и вместе с товарищами предстал перед судом. На предложение адвоката подписать петицию о помиловании он ответил отказом, при этом сказав: “Я могу позволить себе быть повешенным ради идей, в которые я верю, и дела, которое я поддерживаю, если народ штата Иллинойс может позволить себе повесить невиновного человека, который добровольно сдался его властям”.

Суд приговорил семерых “чикагских мучеников” к повешению, восьмого (О.Небе) – к 15-летнему тюремному заключению. Мощная кампания в их защиту в США и Европе вынудила власти штата заменить смертную казнь С.Филдену и Ю.Швабу на пожизненное заключение. За день до казни Л.Линг трагически погиб в тюрьме при загадочных обстоятельствах. По одной из версий, тюремная охранка подсунула ему сигару, начиненную динамитом. 11 ноября 1887 г. АЛарсонс, А.Шпис, Д.Энгель и А.Фишер были повешены. Они мужественно встретили смерть, отвергнув предложение рабочих взять штурмом тюрьму и освободить их. “Придет время, когда наше молчание будет красноречивее наших речей”, – таковы были последние слова А.Шписа.

День казни 4 из 8 “чикагских мучеников” вошел в историю США как “черная пятница”. Тысячи чикагских рабочих проводили их в последний путь 13 ноября 1887 г. как героев-революционеров. И тысячи людей собрались через шесть лет – 26 июня 1893 г. – на открытие им памятника. В тот же день новый губернатор штата Иллинойс Дж.П.Алтгельд помиловал А.Филдена , Ю.Шваба и О.Небе, а также осудил полицию, судью и жюри как участников заговора с целью предания смертной казни людей за идейные убеждения.

На могиле чикагских борцов за освобождение труда возведен монумент, в центре которого изваяна Справедливость в образе женщины. Она возлагает лавровый венок к голове рабочего, павшего в борьбе, и сама устремлена в будущее, о чем свидетельствует ее готовность изъять меч из ножен в новых битвах за лучшую жизнь. Кровь чикагского пролетариата была пролита не напрасно. В результате забастовки 185 тыс. рабочих добились 8-часового рабочего дня, около 200 тыс. – его сокращения до 9-10 часов. Движение под лозунгом “8 часов – работе, 8 – семье и 8 – отдыху!” стало мощным оружием в борьбе миллионов людей труда с капиталом.

К сожалению, это величайшее завоевание пролетариата было утрачено нами после развала СССР. Чтобы возвратить его в условиях современного реванша буржуазии, следует помнить слова, начертанные на памятнике “чикагским мученикам” – “Пусть голос народа будет услышан”. Чтобы народ был услышан, надо вытравить из себя раба, выйти из безмолвия и во весь голос заявить эксплуататорам и тиранам: “Мы – не рабы! Рабы – немы!”

http://rk.org.ua/rk/11/154_1.html


Библиография