ТАЙНЫ АМЕРИКИ

факты о настоящей Империи Зла

ИСТОРИЯ США В ЧЕТЫРЕХ ТОМАХ. ТОМ ТРЕТИЙ 1918-1945

Глава тринадцатая. ОТ ПЁРЛ-ХАРБОРА ДО ВЫСАДКИ АМЕРИКАНО-АНГЛИЙСКИХ ВОЙСК В СЕВЕРНОЙ АФРИКЕ


1. ВСТУПЛЕНИЕ ВО ВТОРУЮ МИРОВУЮ ВОЙНУ.

РЕШЕНИЯ ВАШИНГТОНСКОЙ КОНФЕРЕНЦИИ (1941-1942)

7 декабря 1941 г. в раннее воскресное утро над Гавайями царил полный покой. Острова медленно пробуждались под лучами восходящего солнца. Было безоблачно, на море стоял штиль. День обещал быть хорошим, да и война была за тысячи миль отсюда. В бухте Пёрл-Харбор скопилось более 90 кораблей. Тихо и безлюдно было на аэродромах, где, будто на параде, выстроились десятки самолетов.

Ровно в 7 часов, как обычно, на кораблях раздалась команда: «К подъему!». Более трети офицеров и матросов отсутствовали, получив увольнение на берег. Расчеты у зенитных орудий, томясь, ожидали смены. Офицеры беззаботно собирались в столовой на завтрак, обсуждали, как лучше провести день. Радиометристы выключили радарные установки и собирались уезжать в город, но грузовик почему-то опаздывал. Используя свободное время, сержант Эллиот решил потренироваться на радарной установке. Вскоре он увидел на экране силуэты летящих в направлении гавани самолетов. Сержант немедленно доложил лейтенанту, а тот — в информационный центр. Оттуда последовал ответ: для беспокойства нет оснований.

Неожиданно в небе послышался нарастающий гул моторов. В 7 час.

55 мин. над гаванью и аэродромами появилось множество самолетов — их было 183. Головной бомбардировщик, пикируя, устремился в атаку, за ним последовали остальные. Град бомб и торпед обрушился на отлично видимые цели — неподвижные громады линкоров, на крейсеры, эсминцы, самолеты.

Пронзительный свист бомб дополнился оглушительными взрывами.

На кораблях возникли пожары, взрывались боеприпасы, огромные столбы воды поднимались ввысь. Гавань напоминала огнедышащий кратер. Охваченный пламенем корабль «Аризона», став объектом нескольких прямых попаданий торпед и бомб, постепенно погрузился в воду и затонул, унося с собой более тысячи человек экипажа1. Три торпеды пробили другой крупный линейный корабль — «Оклахома»; он сразу дал крен и перевернулся. Холодные и мутные волны поглотили его... А самолеты продолжали массированную воздушную бомбардировку, сбрасывая бомбы и направляя торпеды в намеченные цели.

Командование флота и военно-воздушных сил США на Гавайях было застигнуто врасплох, что породило растерянность. Несколько зениток пытались открыть огонь, но тщетно. Поднявшиеся в воздух американские истребители в большинстве своем были сбиты.

Первая атака японцев закончилась в 8 час. 30 мин. Затем, после короткого перерыва, над гаванью появилась вторая волна самолетов — 170 бомбардировщиков и истребителей. Они методично бомбардировали гавань и аэродромы, не затронув, к удивлению, склады с горючим, а они были огромны — 400 тыс. т мазута2. Воздушный налет длился всего 1 час 35 минут. В 9 час. 30 мин. все было закончено, и японская авиация стала поспешно удаляться от Гавайев.

В результате внезапного нападения японцев и беспечности командования США американский флот понес крупные потери. Из восьми линейных кораблей, стоявших в гавани, пять пошли ко дну, три были серьезно повреждены; уничтожено 272 самолета. Потери в людях составили 3400, в том числе 2402 убитыми3. Потери японцев были невелики: 55 летчиков, 28 сбитых и 74 поврежденных самолета4.

Одновременно вооруженные силы Японии атаковали о-ва Гуам, Уэйк, Мидуэй и предприняли широкое наступление в Юго-Восточной Азии.

8 декабря японская авиация подвергла бомбардировке американские аэродромы и военно-морскую базу Кавите на о-ве Лусон, уничтожив там половину тяжелых бомбардировщиков и более трети истребителей.

10 декабря передовые части 14-й армии высадились на Лусоне. Американо-филиппинские сухопутные войска, понеся потери, начали отступление.

Кроме того, в ночь на 8 декабря японские десантные части под прикрытием авиации высадились в Британской Малайе. С территории Индокитая японцы вторглись также в Таиланд. 10 декабря японские самолеты атаковали и потопили британские линкор и крейсер. Сухопутные силы англичан остались без прикрытия и поддержки с моря5.

Страшная и неожиданная весть из Пёрл-Харбора нарушила мирную жизнь Вашингтона. В полдень, когда президент Рузвельт и ближайший его советник Гопкинс беседовали за завтраком, в Белом доме раздался длинный, тревожный телефонный звонок. Президент взял трубку и услышал необычно взволнованный голос военно-морского министра Нокса, который сообщил: Япония атакует Гавайи. Гарри Гопкинс, не поверив, заметил: «Это, вероятно, ошибка»6. Однако жестокая действительность рассеяла все сомнения.

В Вашингтоне не предвидели подобного развития событий. Долгие годы руководители США строили свои расчеты на военном столкновении Японии с СССР, полагали возможным и японское нападение на британские владения, даже ожидали этого. Представители высшего командования армии и флота были убеждены, что тихоокеанская война неминуемо разразится и это может произойти в декабре. Но они не допускали и мысли, что Япония осмелится первый удар нанести именно по ПёрлХарбору. Рузвельт не раз доверительно говорил Гопкинсу, что японцы постараются избежать вооруженного конфликта с США, воздержатся от прямого нападения на Филиппины и тем более на Гавайи. Их целью явятся британские, французские и голландские колониальные владения в Юго-Восточной Азии. В благоприятный момент они предпочтут нападение на Россию 7.

Между тем, как уже отмечалось, острота американо-японского антагонизма достигла предела. Длительные дипломатические переговоры между Вашингтоном и Токио не давали результатов. Под их прикрытием велась форсированная подготовка обеих сторон к войне. Но США хотели вступить в нее как можно позже, причем там и тогда, где и когда наступит наиболее благоприятный для них стратегический момент. Они стремились выиграть время для создания более сильной армии, флота и авиации.

В Токио решили взять инициативу в свои руки и нанести внезапный сокрушительный удар по Тихоокеанскому флоту США, вывести его из строя. Япония торопилась изменить соотношение сил в свою пользу и обеспечить выгодные условия для ведения войны в целях установления контроля и господства над Тихим океаном и странами Юго-Восточной Азии. Столкновение экономических, торговых и политических интересов между Японией и США привело к вооруженному конфликту. Японская атака на Пёрл-Харбор показала ошибочность расчетов американского руководства и положила конец нейтралитету США.

8 декабря в 12 час. 30 мин. Рузвельт выступил на заседании обеих палат конгресса. В глубоком молчании сенаторы и члены палаты представителей заслушали речь президента. Сообщив о трагедии, постигшей американский флот в Пёрл-Харборе, и крупных американских потерях, он назвал день нападения японцев на Гавайи датой, «которая войдет в историю как символ позора»8. Президент потребовал объявить Японии войну. Конгресс единодушно его поддержал. Политика «умиротворения» агрессора дорого обошлась Соединенным Штатам. По образному выражению сенатора У. Брукса, «изоляционизм затонул в Пёрл-Харборе»9.

С нападением Японии на Гавайи и страны Юго-Восточной Азии пожар войны охватил новые огромные водные пространства и еще болеe значительную часть суши. В орбиту военных действий были дополнительно втянуты десятки государств. Вслед за США войну Японии объявили Великобритания и ее доминионы, Китай, большинство стран Латинской Америки. Германия и Италия 11 декабря декларировали состояние войны с США, которые в тот же день вступили в войну с этими странами «оси».

Конфликт принял поистине глобальный характер. Фронт антифашистской борьбы расширился. Возросли его силы, наметилось более четкое их размежевание.

Вступление США в войну поставило перед администрацией ряд неотложных задач в области внешней политики, которые определялись быстро изменившейся международной и военно-политической обстановкой.

Усилия американской внешней политики были направлены на создание благоприятных условий для ведения войны с фашистским блоком, приобретение союзников и переложение по возможности на их плечи тягот борьбы.

Особое внимание в Вашингтоне уделяли позиции Советского Союза в связи с тихоокеанской войной. Государственный секретарь К. Хэлл 11 декабря при встрече с послом СССР в США М. М. Литвиновым, который только что прибыл в Вашингтон, поставил вопрос о желательности использования советских аэродромов на Дальнем Востоке10. Хэлл высказывал не только свое мнение: эту идею отстаивали и некоторые представители военного министерства. Командующий вооруженными силами США на Дальнем Востоке генерал Макартур 10 декабря направил по этому вопросу специальную телеграмму в Вашингтон11. Советское правительство отклонило подобное предложение, сознавая, к каким опасным последствиям оно могло привести, а именно к обострению советско-японских отношений и втягиванию СССР в войну на два фронта.

США предприняли также шаги для выяснения позиций других государств. Совещания представителей ряда стран, проведенные в Чунцине и Сингапуре, мало что дали. Тем большее значение приобретали отношения с Англией, проявлявшей заинтересованность в упрочении отношений с Вашингтоном. Как только эфир принес весть о нападении Японии на Пёрл-Харбор, Черчилль немедленно позвонил Рузвельту и услышал приятные для себя слова: «...теперь мы все находимся в одной лодке» 12.

Была достигнута договоренность о встрече. 12 декабря Черчилль в сопровождении большого числа советников и помощников поспешно отправился на конференцию в Вашингтон для выработки совместного англоамериканского стратегического плана ведения войны. Продолжалась она три недели — с 22 декабря 1941 г. по 14 января 1942 г.

Английская делегация провела большую подготовку, разработала подробный вариант британской стратегии затяжной, «периферийной» войны. Составленные Черчиллем планы не предусматривали активных боевых действий союзников против Германии в 1942 г. Основную борьбу на Европейском континенте, по мысли премьер-министра Великобритании, должна была вести Советская Армия, которая развернула под Москвой крупное контрнаступление, имевшее большое международное, военное и политическое значение.

Московская битва продолжалась с 30 сентября 1941 г. по 20 апреля 1942 г. Враг потерял 11 танковых, 4 моторизованные и 23 пехотные дивизий. То было первое крупное поражение фашистской Германии во второй мировой войне. Это сражение похоронило гитлеровский план «молниеносной войны», развеяло миф о «непобедимости» германской армии.

Вермахту, отметил Черчилль в меморандуме, предстояло выдержать кровопролитные зимние бои. Великобритания и США, с удовлетворением заметил он, не будут принимать в этом участия, кроме отправки Советскому Союзу обещанных материалов 13. Этим, по существу, была определена стратегическая линия обоих западных союзников в отношении СССР, стремившихся переложить основную тяжесть ведения войны с Германией на плечи советского народа.

Идея ослабления Советского государства в процессе его единоборства с рейхом, а также мирового господства США и Англии, которую развивал Черчилль 14, находила сторонников в реакционных кругах США. Говоря о целях участия США в войне, специальный советник корпорации «Дженерал моторз» заявил 21 сентября 1941 г.: «Англосаксы должны управлять миром» 15. Гегемонистские замыслы оказывали, как свидетельствовали события, растущее влияние на военную стратегию и политику Вашингтона.

В конце 1941 г. в Лондоне были всерьез озабочены тем, как бы США не сосредоточили главные вооруженные силы на Тихоокеанском театре военных действий. Поэтому британская дипломатия в вашингтонских переговорах ставила задачу не допустить пересмотра заранее согласованных с США стратегических планов, предусматривающих разгром сначала Германии, а потом Японии. Черчилль, выступая на первом пленарном заседании с изложением британской концепции ведения войны, подчеркнул, что Германия является главным противником и ее разгром — ключ к победе. «Не тратьте слов,— сказал президент Черчиллю,— нам все это известно не хуже, чем вам. Дело в том, что мы можем разбить Японию и все же проиграть войну, однако невероятно, чтобы, разгромив Германию, мы не смогли затем добить Японию» 16. Следовательно, опасения англичан были необоснованными. На конференции был подтвержден принцип: сначала Европа, затем Тихий океан. Уместно при этом заметить, что в действительности западные союзники поступили вопреки этому принципу.

Встретив взаимопонимание в этом вопросе, Черчилль и его начальники штабов изложили британскую стратегию войны против нацистского рейха. Они говорили о важности окружения Германии, создания вокруг нее кольца, завоевания господства на море и в воздухе. Замыкание, стягивание кольца вокруг Германии намечались по линии Архангельск — Черное море, северное побережье Средиземного моря и западное побережье Европы. В этом гигантском периметре наиболее слабым звеном, по мнению англичан, являлось североафриканское побережье, где они и предлагали предпринять в 1942 г. наступательную операцию 17. Американцы не оспаривали идею окружения Германии, но считали стратегически целесообразным сосредоточить силы на Британских островах и развернуть наступление в Западной Европе. Таких взглядов во время конференции придерживались, в частности, военный министр Г. Стимсон, начальник штаба армии генерал Дж. Маршалл, генералы Г. Арнольд и Д. Эйзенхауэр.

Военное министерство США еще накануне конференции изучило вопрос о высадке десанта в Северной Африке. Штаб армии не без оснований обращал внимание на крайне невыгодные условия для операции в Северной Африке (небольшое число портов, слабо развитая сеть коммуникаций—железных и шоссейных дорог). И главное — операция в Северной Африке отдалена от Германии, «дорога и бесполезна» и лишь «косвенно содействовала бы делу разгрома нацистов» 18. Развивая эти взгляды, старший советник Маршалла генерал Эмбик выступил на конференции с возражением против английских планов военных действий в Северной Африке и Средиземноморье. Предложение англичан, говорил он, основано скорее на политических, а не на военных соображениях, и принятие его окажется «ошибкой первостепенной важности» 19.

Между тем президент Рузвельт высказал пожелание, чтобы американские войска приняли участие «в активных боевых операциях где-либо по ту сторону Атлантического океана» 20. Начальникам штабов и оперативному управлению было дано указание: изучить возможности проведения операции в Северной Африке. В ходе обсуждения было решено продолжить изучение и подготовку к этой операции, отложив проведение ее до выхода из критического положения на Тихом океане 21.

Рассмотрению тяжелой для союзников военной ситуации в Азии и на Тихом океане, обсуждению стратегического курса войны против Японии на конференции было уделено значительное внимание. Японские агрессоры развивали активное наступление. 25 декабря они захватили Гонконг, а 2 января — столицу Филиппин Манилу; высадили десанты на о-вах Борнео и Целебесе; начали массированные воздушные налеты на Рангун и Рабаул. Американо-английские войска оказались не подготовленными к ведению военных действий, и в частности к обороне: они были малочисленны, распылены, недостаточно вооружены; у союзников не было плана согласованных действий. Неся серьезные потери, они отступали. В Вашингтон и Лондон поступали отчаянные телеграммы, взывавшие о помощи: присылать в первую очередь самолеты. Особенно настойчив в требованиях был генерал Макартур.

Участники вашингтонских переговоров обещали направить ему подкрепление и рекомендовали продержаться на Филиппинах как можно дольше. Было решено сосредоточить усилия на том, чтобы сдержать натиск японцев, обеспечить безопасность Австралии, Нбвой Зеландии и Индии, оказать помощь Китаю. Тем временем США предполагали восстановить боевые силы флота, построить корабли, сохранив передовые базы и морские коммуникации в Тихом океане. По предложению американской стороны было создано объединенное командование вооруженными силами союзников в юго-западной части Тихого океана и на юговостоке Азии, возглавленное английским адмиралом Уэйвеллом.

Для разработки планов ведения войны, координации и согласования операций был создан Объединенный комитет начальников штабов США и Англии с местонахождением в Вашингтоне. Выработанные комитетом рекомендации должны были представляться на утверждение президента и премьер-министра. Был образован Совет по распределению вооружения и ряд других объединенных советов.

Конференция глав правительств США и Великобритании явилась важным этапом на пути развития американо-английских союзнических связей. На ней были одобрены основы совместной стратегии войны. Вместе с тем союзники не торопились использовать возможности, которые появились в связи с разгромом немецко-фашистских войск под Москвой, для нанесения решительного удара противнику в Западной Европе.

На конференции обсуждались и политические вопросы. При активном участии президента США был подготовлен документ, получивший название Декларации Объединенных Наций. 1 января 1942 г. ее подписали 26 государств. Правительства СССР, США, Великобритании и других стран, поставивших свою подпись, обязывались употребить все ресурсы, военные и экономические, против членов Тройственного пакта и присоединившихся к нему государств. Страны — участницы Декларации торжественно провозгласили свое намерение сотрудничать друг с другом и не заключать перемирия или мира с общими врагами22. Декларация имела большое значение в укреплении союза государств и народов.

Сразу после завершения Вашингтонской конференции по инициативеСША в Рио-де-Жанейро было созвано консультативное совещание министров иностранных дел латиноамериканских государств. На совещании (15—28 января 1942 г.) обсуждались вопросы, связанные со вступлением латиноамериканских государств в войну. США ставили целью добиться принятия совместного с этими странами заявления о разрыве дипломатических отношений с державами «оси», рассмотреть вопросы о повышении роли Западного полушария в международных отношениях, размещении войск США на базах стран Латинской Америки, а также проблемы военного и экономического сотрудничества 23.

Бразилия активно выступила в поддержку США. К ней присоединились другие государства. Аргентина заявила, что не порвет отношений с державами «оси». Конференция приняла ряд резолюций, в том числе в пользу разрыва латиноамериканскими странами дипломатических отношений с державами «оси», прекращения прямых и косвенных торговых и финансовых отношений между странами Западного полушария и участниками Тройственного пакта. США приложили энергичные усилия для того, чтобы была одобрена резолюция «О производстве и обмене стратегическими материалами», которая предусматривала поставки странами Латинской Америки стратегического сырья и материалов для США.

Таким путем определенному контролю Соединенных Штатов подчинялось промышленное развитие этих стран, они превращались в поставщиков сырья для военной промышленности США.

Участники совещания приняли резолюции о создании Чрезвычайного консультативного комитета по политической обороне и Межамериканского совета обороны. Этим создавались благоприятные условия для оказания Вашингтоном политического и военного влияния на страны Латинской Америки. Решающую роль в учреждении Межамериканского совета обороны сыграли США. Не случайно военный министр Стимсон многозначительно заявил: «Создание Совета — это не просто начало совместной обороны полушария, это начало новой политики» 24.

Внешнеполитическая деятельность США в Латинской Америке заметно возросла. Усилились их экономические позиции в этом регионе.

Латинская Америка стала важным источником снабжения США стратегическими материалами. Всего за годы войны они ввозили оттуда 83% меди, 56,4% олова, 49,4% вольфрама, 70,7% ванадия, 67,4% ртути, 48,8% слюды. Бразилия поставляла Соединенным Штатам железную руду, Венесуэла — нефть. Американские компании получали из Латинской Америки каучук, бокситы, висмут, сурьму, хинин, мышьяк и т. д.25 С помощью Экспортно-импортного банка правительство США контролировало всю кредитную политику латиноамериканских стран. Под предлогом обороны оно развернуло строительство своих военных и военноморских баз в ряде этих стран, установило контроль над стратегически важными коммуникациями26. Во многих странах появились военные миссии США. Латиноамериканцы снабжались вооружением из США. Все большее их число направлялось для обучения в военные училища и академии США. В целом политика США была направлена на подчинение экономики Латинской Америки и создание в будущем под их эгидой военно-политического блока стран Западного полушария.

Наряду с обсуждением внешнеполитических проблем внимание администрации было сосредоточено на решении неотложных важных социальных и политических проблем. Первостепенное значение, разумеется, имела реорганизация экономики и подчинение ее военным целям.

2. ПЕРЕСТРОЙКА ЭКОНОМИКИ Весть о разгроме Тихоокеанского флота США в Пёрл-Харборе потрясла страну. В умонастроении американцев произошел резкий перелом, исчезли нейтралистские иллюзии, многие стали записываться добровольцами в армию и флот. В первых рядах были рабочие. В штаб-квартиры АФТ и КПП поступали многочисленные письма от рабочих, резолюции профсоюзных собраний. В них выражались желание и готовность вести борьбу с агрессорами, всемерно содействовать укреплению военной мощи страны и мобилизации ее ресурсов на войну 27.

15 декабря исполнительный комитет АФТ принял резолюцию об отказе от забастовок. Два дня: спустя состоялась конференция представителей федерации, обсудившая вопрос о задачах тред-юнионов в связи со вступлением США в войну. Так поступили и руководители Конгресса производственных профсоюзов. Тогда же по инициативе президента Рузвельта в Вашингтоне встретились представители промышленности, профсоюзов и администрации, чтобы договориться на время войны о «мире в промышленности», о формах и методах урегулирования трудовых отношений.

Конференция продолжалась с 17 по 23 декабря. Представители делового мира стремились оговорить наиболее выгодные условия для предпринимателей, требовали отказа рабочих от забастовок. Руководители тред-юнионов согласились зафиксировать этот отказ, но предложили создать военное управление по урегулированию трудовых отношений в составе представителей администрации и равного числа представителей от профсоюзов и предпринимателей. Между участниками конференции было достигнуто соглашение, в котором говорилось, что рабочие не станут прибегать к забастовкам, а возникающие конфликты будут разрешаться мирным путем. Для этого президент должен сформировать военное управление труда28. Предприниматели были довольны исходом конференции, предусматривавшей сохранение «мира в промышленности». Перед ними вырисовывалась радужная перспектива бума в экономике, находившейся в течение длительного периода в состоянии кризисов и депрессии.

Фермерские организации, занимавшие долгое время изоляционистские позиции, также заявили о поддержке правительства в вопросе о войне.

9 декабря на ежегодном съезде Американской федерации фермерских бюро президент Эдвард О'Нил отметил, что фермеры понимают свою ответственность и сознают, что продовольствие является оружием войны 29.

На следующий день председатель исполкома «Нэшнл грейндж» Фрэд Фристоун сказал: «Грэйндж и все фермерство выполнят свой долг» 30.

Национальный фермерский союз занял такую же позицию.

Компартия призвала народ объединить все силы на борьбу против держав «оси». Многие коммунисты вступили в армию и флот для того, чтобы с оружием в руках сражаться против агрессоров. Между демократической и республиканской партиями была достигнута договоренность о прекращении межпартийных разногласий на время войны. Представителями делового мира и общественными организациями были разработаны мероприятия по мобилизации рабочих и всех членов профсоюзов на повышение производства вооружения и обеспечения фронта всем необходимым.

Таким образом, в стране создались более благоприятные условия для ведения войны. Американский народ выразил готовность активно участвовать в борьбе против агрессоров, что усиливало антифашистский характер войны.

Со вступлением США в войну был взят курс на форсированное создание военной экономики, увеличение армии, флота и авиации. В стране была объявлена всеобщая мобилизация. В течение года военное министерство предусматривало довести численность армии до 5,4 млн.31 Ее надлежало вооружить и обучить. 6 января 1942 г. в послании конгрессу президент провозгласил «Программу победы», рассчитанную на значительный рост военного производства. В 1942 г. промышленность страны должна была произвести 60 тыс. самолетов, 45 тыс. танков, 20 тыс. зенитных орудий, 500 тыс. пулеметов, 720 тыс. авиационных бомб, построить торговых судов общим тоннажем 8 млн.32 Хотя намеченные цифры не были достигнуты, уровень военного производства США в 1942 г. заметно превысил показатели 1941 г.33 Провозгласив обширную программу по переводу экономики на военное производство, правительство Рузвельта встало на путь военно-государственного регулирования и контроля. И в прошлом США прибегали к государственному регулированию. Известно, что в 1917 г. президент B. Вильсон создал специальное Управление военной промышленности, которое было наделено полномочиями контроля над распределением военных материалов и промышленных изделий, установления квот в области найма рабочей силы и цен производства34.

В 30-е годы США, столкнувшись с глубоким экономическим кризисом, также встали на путь государственного регулирования. Около 100 различных министерств и агентств, комиссий и комитетов, а также управлений осуществляли комплекс экономических и антикризисных мероприятий35.

После вступления США в войну государственное регулирование, к которому правящий класс, как отмечено, прибегал еще во время войны 1914—1918 гг. и в 30-е годы, приняло невиданно широкий размах. Оно преследовало совершенно определенные классовые цели: в максимальной степени сосредоточить в руках государства экономический, научный и технический потенциалы, использовав его в интересах крупного капитала; обеспечить гарантированные прибыли и сверхприбыли монополиям, предельно ускорить на выгодных для них условиях создание военно-хозяйственной машины для удовлетворения нужд войны. Война ускорила процесс слияния монополий с государственным аппаратом.

Было создано более 20 управлений по различным вопросам регулирования экономики и социальных отношений. Британский посол в Вашингтоне Э. Галифакс в конфиденциальном обзоре за 1942 г. отмечал, что руководители этих управлений, наделенные огромными полномочиями, действуют независимо от кабинета министров и не подчиняются конгрессу, что они установили полный контроль над промышленностью36.

Ведущее место в системе государственно-монополистического регулирования заняло Управление военного производства (УВП). Возглавил его вице-президент крупнейшей торговой компании Дональд Нелсон. В совет УВП были включены военный министр, министры военно-морского флота и сельского хозяйства, глава Реконструктивной финансовой корпорации, президент «Дженерал моторз», руководитель комиссии по рабочей силе, глава по установлению цен Л. Гендерсон, представитель КПП C. Хиллмэн и др. Это управление представляло собой как бы сверхминистерство, которое состояло из 30 отраслевых отделов, имело свои филиалы сначала в 13 крупных промышленных центрах, а позже во всех штатах. Через год численность его сотрудников достигла 22 400, оно заняло 14 зданий в столице.

В компетенцию УВП входило размещение военных контрактов и организация военного производства, вопросы взаимоотношений труда и капитала, обеспечение предприятий рабочей силой, контроль за выполнением правительственных заказов. Оно ведало строительством новых заводов, переводом гражданских предприятий на военное производство, распределением ресурсов для нужд промышленности. Под жесткий централизованный контроль УВП была поставлена, по существу, вся хозяйственная деятельность государства, связанная с военными заказами.

Между монополиями развернулась ожесточенная конкурентная борьба за выгодные контракты. В первую очередь военные заказы предоставлялись крупным корпорациям, представители которых заняли ведущие посты в УВП. Они нередко получали от государства символическую оплату — всего в 1 долл., основное же жалованье наряду с дивидендами им выплачивали компании; в середине 1942 г. таких «однодолларовых» сотрудников насчитывалось в УВП 57537. Получая выгодные военные заказы, монополии привлекали для их исполнения большое количество средних и мелких предприятий в качестве субпоставщиков, подчиняя их своим интересам.

В рамках процесса концентрации производства и капитала применялась кооперация предприятий. Вот характерный пример. Автомобильная компания «Крайслер», производившая танки, получила в 1942 г.

военных заказов на сумму 2 млрд. долл. Для их выполнения она привлекла 8079 субпоставщиков, которые были разбросаны в 859 городах и расположены в 39 штатах. Для производства бомбардировщиков «летающая крепость» фирма «Боинг» организовала кооперацию 195 заводов.

Авиакомпания «Дуглас» имела 22 собственных завода и 300 субпоставщиков, находящихся в 11 штатах38.

К середине 1942 г. Управление военного производства издало 250 различных предписаний, направленных на сокращение производства основных потребительских товаров и увеличение продукции для нужд войны.

Важные отрасли промышленности — автомобильная, самолето- и судостроительная, металлургическая, энергетическая и химическая — переключались на удовлетворение потребностей вооруженных сил. В 1942 г.

развернулось широкое строительство предприятий прямого военного назначения. Финансирование взяло на себя в значительной степени государство, которое заключало контракты с корпорациями на чрезвычайно льготных для них условиях. На эти цели было выделено 17,2 млрд. долл.

Рабочий класс США, заинтересованный в борьбе против фашизма, поддерживал мероприятия правительства; он выступал за наращивание темпов и объема военной продукции. Усилия трудящихся были направлены на расширение военного производства, мобилизацию военных ресурсов государства. Рабочие и профсоюзы развернули кампанию за 7-дневную рабочую неделю. Профсоюзы КПП на съезде решили создать комитеты борьбы за обеспечение победы на предприятиях. К концу 1942 г. их насчитывалось 1900; они представляли 3750 человек, или почти 25 % рабочих промышленности39. Тред-юнионы воздерживались от проведения забастовок. Предприниматели и правительство, которые всеми средствами добивались установления и поддержания «классового мира» в промышленности, повышения производительности труда, увеличения выпуска продукции и роста прибылей, старались использовать готовность рабочих пойти на определенные жертвы во имя победы над врагом человечества — фашизмом.

Для урегулирования трудовых конфликтов президентом Рузвельтом было сформировано военное Управление труда (УТ) во главе с У. Дэвисом, куда вошли по четыре представителя от профсоюзов и промышленБОСТИ. Одновременно были созданы рабоче-предпринимательские комитеты, численность которых к концу войны возросла до 5 тыс.40 Министерство труда активно содействовало пресечению стачек. В общем в той или иной степени трудовыми отношениями занимались 13 постоянных и чрезвычайных административных органов41. Сам президент проявлял к этому вопросу повышенный интерес. Он часто встречался с лидерами ведущих профсоюзов, лично принимал участие в урегулировании трудовых конфликтов. Осенью 1942 г. число рабочих в военной промышленности достигло 15 млн. Резко сократилась безработица, к концу года составив 1,7 млн. человек.

Администрация установила контроль над ценами и заработной платой.

27 апреля президент обратился с посланием к конгрессу, предложив стабилизировать заработную плату, установить «потолок» цен на товары и повысить налоги. На следующий день глава Управления по контролю над ценами Л. Гендерсон издал распоряжение о «потолке» розничных цен. 7 сентября президент обратился к конгрессу и потребовал в решительной форме принятия закона о стабилизации стоимости жизни.

2 октября 1942 г. конгресс одобрил закон об экономической стабилизации. Рузвельт его подписал, и акт немедленно вступил в силу. Для его проведения было создано во главе с Дж. Бирнсом Управление экономической стабилизации. Ему поручалось установить контроль над ценами и заработной платой якобы для того, чтобы не допускать роста стоимости жизни.

На практике закон об экономической стабилизации, предусматривавший замораживание заработной платы на уровне, достигнутом к 15 сентября 1942 г., и стабилизацию цен, тяжелым бременем лег на трудовое население, ибо рост цен на товары продолжался и увеличивалась, следовательно, стоимость жизни. Рабочие оказались в трудных условиях, так как предприниматели отказывались, ссылаясь на закон, удовлетворять их справедливые требования о повышении заработной платы.

Экономические трудности трудящихся усугублялись еще и тем, что в октябре конгресс одобрил законопроект, повышавший подоходный и другие налоги. Проходившие в ноябре съезды АФТ, КПП и ряда других отраслевых союзов отразили растущее недовольство рабочих экономической политикой правительства. Участники съездов подвергли острой критике работу государственных органов по регулированию заработной платы.

Таким образом, в США наступил новый этап в развитии государственно-монополистического капитализма. Крупные корпорации непосредственно овладели рычагами исполнительной власти государства. Представителями «большого бизнеса» укомплектовывался государственный аппарат, все его важные ключевые звенья. Военно-промышленный бум принес огромные доходы корпорациям. Прибыли составили после вычета налогов 9,4 млрд. долл.42 Рабочий класс США стремился внести свой вклад в общую борьбу против фашизма. За 1942 г. в США было произведено около 25 тыс.

военных и 23 тыс. гражданских самолетов, 24 тыс. танков, 14,4 тыс. зенитных орудий, 597 торговых судов типа «Либерти» и 62 танкера.

К концу 1942 г. США располагали громадным торговым флотом грузоподъемностью 16,8 млн. т. Значительны были достижения и в области строительства военно-морского флота. В строй вступило 128 боевых кораблей, 6902 десантных и более тысячи небольших судов43.

Серьезные изменения произошли и в сельском хозяйстве, которое долгие годы находилось в состоянии застоя и кризиса. С войной возрос спрос на сельскохозяйственные продукты. Наступило оживление, а затем подъем сельского хозяйства, который сопровождался быстрой его механизацией.

Рост деловой активности, связанный с переводом экономики страны на военные рельсы, сопровождался развертыванием вооруженных сил и решением вопросов ведения вийны, ее стратегии.

3. ПРОБЛЕМА ВТОРОГО ФРОНТА Целью США в начальный период их участия в войне было обеспечение благоприятных условий как внутри страны, так и вне ее для наращивания военно-экономической мощи. Для этого, по мнению официального Вашингтона, нужно было, во-первых, постараться удерживать в состоянии войны в Европе Советский Союз, а в Азии — Китай и, во-вторых, отражать на Тихом океане натиск Японии, защищать основные морские коммуникации и ключевые позиции в этом регионе, воспрепятствовать продвижению японцев в направлении Австралии и Новой Зеландии.

В начале марта 1942 г. Рузвельт дал указание усилить оборону этих стран.

Командующим юго-западного района Тихоокеанского театра военных действий был назначен генерал Д. Макартур, а главнокомандующим Тихоокеанским флотом стал адмирал Ч. Нимиц. В Китай прибыл в феврале генерал Дж. Стилуэлл, заняв должность начальника штаба гоминьдановских войск. На него была возложена задача усилить китайское сопротивление японской агрессии.

Быстрое продвижение японских вооруженных сил в Юго-Восточной Азии и на Тихом океане вновь поставило на повестку дня вопрос, какой театр военных действий следует считать главным: Европу или Тихий океан. Выявились две точки зрения. Представители военно-морского флота отдавали предпочтение Тихоокеанскому театру военных действий, а командование сухопутных сил подчеркивало первостепенное значение Европейского театра. «Мы должны,—писал генерал Эйзенхауэр,—вместе с англичанами немедленно разработать план военных действий в северозападной Европе». Он считал необходимым сосредоточение войск на Британских островах, рассматривая их как «единственный плацдарм, откуда возможны эффективные наземные и воздушные операции против Германии» 44.

16 марта Объединенный комитет начальников штабов также пришел к заключению, что для США целесообразнее приступить к накоплению американских войск на Британских островах45. Подобных же взглядов придерживалась и объединенная комиссия стратегического планирования, которая считала, что Западная Европа — единственное место, где можно организовать наступление, одновременно использовать основную массу вооруженных сил Англии и США против Германии.

25 марта Эйзенхауэр представил генералу Маршаллу меморандум, в котором говорилось, что главной целью наступления должна быть Германия и нужно ее атаковать на западе Европы46. В тот же день президент дал указание разработать план вторжения в Европу. 1 апреля документ, известный в литературе как «меморандум Маршалла», лежал на столе Рузвельта. В нем определялось направление главного удара союзников.

Для вторжения на побережье Западной Европы к 1 апреля 1943 г.

намечалось сосредоточить на Британских островах 48 дивизий и 5800 самолетов. Проведение операции предполагалось весной 1943 г.47 В сентябре или октябре 1942 г. планировалось осуществить ограниченное вторжение союзников силами 6—8 дивизий в Западную Европу, если внезапно создастся критическая ситуация на советско-германском фронте и оборона Германии в Западной Европе окажется сильно подорванной48.

Президент Рузвельт одобрил этот меморандум и направил Гопкинса и Маршалла в Лондон для согласования с британским правительством.

8 апреля представители США прибыли в Англию. В течение недели они вели переговоры с британскими начальниками штабов, неоднократно встречались с Черчиллем, членами его кабинета. Переговоры происходили в напряженной для западных союзников международной обстановке в Европе. Американский и английский народы ожидали и требовали от своих правительств активизации военных действий. Отнюдь не случайно Рузвельт при отправке своих представителей в Англию 3 апреля доверительно телеграфировал Черчиллю, что народы настаивают на открытии фронта в Европе. «Ваш и мой народы,— говорилось в телеграмме,— требуют создания второго фронта, чтобы снять бремя с русских. Наши народы не могут не видеть, что русские убивают немцев, а также уничтожают вражеского снаряжения больше, чем США и Великобритания, вместе взятые» 49.

Мрачные вести продолжали поступать и с Дальнего Востока. Японцы неудержимо наступали. Они заняли Филиппины, а также Малайю, Бирму, Гонконг и Голландскую Ост-Индию. О-ва Гуам и Уэйк попали под их контроль. Пала британская военно-морская крепость Сингапур, где капитулировали 70 тыс. англичан. В первых числах апреля эскадра адмирала Нагумо появилась в Индийском океане. Японские самолеты подвергли бомбардировке британскую военно-морскую базу в Коломбо, затем по топили два тяжелых крейсера — «Дорчестер» и «Корнуол». Вскоре авиация адмирала Нагумо атаковала военно-морскую базу Тринкомали на Цейлоне, одновременно были уничтожены авианосец «Гермес» и сопровождавший его эсминец.

Практически Япония установила безраздельное господство над всей Юго-Восточной Азией, овладев богатейшими месторождениями нефти,, олова и почти всеми мировыми ресурсами естественного каучука. Она оккупировала огромную территорию с населением в 120 млн.

На первом заседании в Лондоне Маршалл изложил американский план военных действий в Европе. Черчилль же сосредоточил внимание не на Европе, а на Юго-Восточной Азии; он говорил о капитуляции Сингапура, о нарастании напряженности в Индии и важности защиты Среднего Востока. Первоочередной задачей, утверждал премьер, являлось принятие срочных мер для обороны Среднего Востока. Такие же взгляды развивали и его начальники штабов.

Английское правительство ожидало нового наступления вермахта на советско-германском фронте. 7 марта Черчилль писал Рузвельту: «Все предвещает возобновление весной в громадных масштабах германского наступления в России...»50. В переговорах с американцами англичане охотно поддержали их предложение о подготовке к высадке англо-американских войск в Западной Европе весной 1943 г., но выдвигали множество оговорок по поводу проведения ограниченной операции вторжения в Северную Францию в 1942 г.

Между тем весной 1942 г. США и Великобритания располагали значительными вооруженными силами. Сухопутная британская армия насчитывала 54 пехотные дивизии и 19 отдельных пехотных бригадг 12 бронетанковых дивизий и 9 отдельных бронетанковых бригад. Военно-воздушные силы имели 4857 самолетов. Большая часть сухопутных и военно-воздушных сил располагалась на Британских островах: 27 пехотных дивизий, 16 пехотных бригад, 6 бронетанковых дивизий и 9 отдельных бронетанковых бригад, 303 авиационные эскадрильи. Британский флот состоял из 13 линейных кораблей, 20 авианосцев, 60 крейсеров, свыше 200 эскадренных и эскортных миноносцев и 70 подводных лодок.

Сухопутные силы США насчитывали 2661 тыс. человек (42 дивизии).

Основная их часть находилась на территории США. За океаном было476 тыс. человек (17,9% общей численности армии) 51. Американский военно-морской флот был самым сильным в мире: 17 линейных кораблей, 8 авианосцев, 40 крейсеров, 178 эскадренных миноносцев и 114 подводных лодок52.

Располагая необходимыми силами, руководители США и Великобритании воздерживались от их использования. Это находилось в соответствии со «стратегией выжидания», занятой в отношении войны на советско-германском фронте. Англичане не намеревались подвергаться опасности высадкой войск на западном побережье Европы в 1942 г. По их мнению, это было преждевременно. Американское командование рассчитывало выдвинуть англичан на первый план и возложить на них ответственность за проведение операции. В личном меморандуме президенту Маршалл писал, что «проведение операции в 1942 г. зависит прежде всего от английских войск, а не от наших» 53.

В Лондоне разгадали намерения американцев и не собирались предпринимать каких-либо военных акций. Разногласия были налицо. В то же время, опасаясь усиления в США позиции сторонников активизации Тихоокеанского театра военных действий, Черчилль предпочел на словах согласиться с предлагаемым американцами планом. На заключительном заседании он подчеркнул важность применения стратегической аксиомы — концентрации основных сил на решающем направлении против главного противника. В итоге были одобрены предложения США, но с рядом оговорок касательно вторжения войск союзников на европейское побережье в 1942 г.

Маршалл и Гопкинс были удовлетворены и немедленно телеграфировали об этом решении в Вашингтон. Между тем президент Рузвельт придерживался иного мнения. 21 апреля 1942 г. он сказал послу СССР М. М. Литвинову, что миссия Маршалла и Гопкинса в Лондон «была неудачной»54. Англичане намерены отложить открытие второго фронта в Западной Европе до 1943 г. 29 апреля британский военный кабинет, заслушав доклад Черчилля о военном положении, принял решение: Англия не может быть связана твердым обязательством провести операции по захвату плацдарма на Европейском континенте в 1942 г.55 Рузвельт в беседе с Маршаллом 3 мая высказался в принципе за подготовку к операции «Болеро» и сосредоточение войск на Британских островах. «Нужно все время помнить, что русские армии,— отметил президент,— уничтожают больше живой силы и техники армий государств оси, чем все 25 союзных стран, вместе взятые» 56.

Обстановка на советско-германском фронте в то время настоятельно требовала активных мер со стороны США и Англии. Советские войска оставили Керченский полуостров и потерпели поражение под Харьковом.

Германское командование вело последние приготовления к широкому наступлению на Кавказ. 20 мая в Лондон прибыл нарком иностранных дел СССР В. М. Молотов.

Наряду с заключением договора между Советским Союзом и Англией о союзе в войне против гитлеровской Германии состоялся обмен мнениями по вопросу открытия второго фронта в Западной Европе в 1942 г.

Глава советской делегации заявил, что это вопрос не только военный, но и политический и его должны решать государственные деятели.

Известно, что Гитлер готовит наступление, летом предстоят огромные по масштабам и важности бои, следовало бы отвлечь силы вермахта путем вторжения войск союзников на западное побережье. Английское правительство уклонилось от конкретных обязательств относительно сроков вторжения войск союзников на Европейский континент. Черчилль и Иден пытались доказывать, насколько это рискованно и трудно, ссылаясь на отсутствие транспортных средств.

После этого Молотов вылетел в Вашингтон 57. В ходе переговоров Рузвельт заявил, что «американское правительство стремится и надеется на создание второго фронта в 1942 году» 58. Генерал Маршалл признал готовность армии к участию в выполнении такой задачи. Это нашло отражение и в тексте совместного американо-советского коммюнике о переговорах, в котором сказано, что «была достигнута полная договоренность в отношении неотложных задач по созданию второго фронта в Европе в 1942 году»59. Было заключено также соглашение о принципах, применимых к взаимной помощи и ведению войны против агрессии60.

Решение об открытии второго фронта в 1942 г. было встречено с одобрением многими общественными организациями США. Руководители ряда тред-юнионов сообщали, что рабочие приветствуют опубликованное коммюнике о переговорах представителей СССР и США и сделают все необходимое для претворения его в жизнь61.

9 июня Молотов возвратился в Лондон, встретился с Черчиллем и вновь поставил вопрос об открытии второго фронта. Британское правительство вынуждено было согласиться на включение в коммюнике, как это уже сделала американская администрация, формулировки, что «между обеими странами была достигнута полная договоренность в отношении неотложных задач создания второго фронта в Европе в 1942 г.»62.

Но премьер-министр Великобритании поспешил при этом вручить памятную записку наркому иностранных дел СССР о том, что осуществление этой операции зависит от многих обстоятельств, поэтому англичане не дают твердого обещания. Ознакомившись с содержанием этой записки, посол И. М. Майский, как отмечено в его воспоминаниях, пришел к выводу: «Ну, значит, никакого второго фронта в 1942 г. Черчилль открывать не будет» 63.

Тем временем война вступала в один из решающих моментов. Гитлеровское командование, сконцентрировав 90 дивизий на южном участке советско-германского фронта, предприняло наступление в направлении Кавказа и Сталинграда. Развернулось крупное сражение. Немецко-фашистским дивизиям удалось прорвать оборону и устремиться в южном направлении. В Вашингтоне и Лондоне внимательно следили за ходом единоборства. В беседе с министром финансов Г. Моргентау президент в июне сказал: «В целом ответ на вопрос — выиграем мы войну или проиграем — зависит от русских. Если русские смогут продержаться это лето и будут сковывать в боях три с половиной миллиона немцев, то мы определенно сможем одержать победу» 64.

Американские и английские начальники штабов при встрече в Вашингтоне в июне поставили разработку военных действий в зависимость от исхода летней кампании на Восточном фронте. В военных кругах США и Англии шли дискуссии о стратегии войны и главных ее направлениях.

Именно тогда советская дипломатия предприняла важный шаг.

19 июня В. М. Молотов заявил американскому послу У. Стэндли о заинтересованности Советского правительства в выполнении союзниками договоренности об открытии второго фронта в Европе в 1942 г. Находясь под впечатлением этой беседы, посол США телеграфировал Рузвельту и Хэллу, что, если союзниками не будет предпринято вторжение на Европейский континент, советские люди «будут не только обмануты в своей вере в искренность наших намерений и желаний предпринять согласованные действия — делу Объединенных Наций будет нанесен ущерб, не поддающийся оценке» .

Понимая серьезность сражений на русских южных равнинах и их возможные опасные последствия, в Вашингтоне было решено направить в Лондон делегацию для консультации с английскими представителями по вопросам ведения войны. Такая миссия была возложена на генерала Маршалла, адмирала Кинга и Гопкинса. Президент вручил им инструкцию, где выражалось беспокойство за исход битвы на советско-германском фронте и предлагалось изучить совместно с английскими начальниками штабов возможность проведения операции «Следжхэмер» — вторжения войск союзников на континент через Ла-Манш в 1942 г.

Осуществление ее необходимо и важно, отмечалось в инструкции, именно «в этом году, когда силы Германии скованы в России и обстановка наиболее благоприятна...» 66. По прибытии в Лондон представители США в соответствии с инструкцией изложили начальникам штабов свои взгляды. Они выступили за проведение плана «Следжхэмер» в 1942 г. Основные силы должна была поставить Англия. Представители Великобритании решительно высказались против. Переговоры зашли в тупик.

23 июля И. В. Сталин направил послание Черчиллю, отметив, что вопрос о втором фронте принимает несерьезный характер и «Советское правительство не может примириться с откладыванием организации второго фронта в Европе на 1943 г.»67. Глава английского правительства был недоволен и раздражен посланием. В эти же дни посол М. М. Литвинов беседовал с Рузвельтом. Президент, к удивлению посла, больше вел разговор об операции в Северной Африке, а не в Европе. Советский посол поэтому информировал Москву о том, что Рузвельт полон сомнений о высадке американо-английских войск во Францию, ссылаясь на мнение морских и военных специалистов. Он больше обеспокоен судьбой Египта и Среднего Востока. Из беседы с президентом у посла сложилось впечатление: «вопрос о втором фронте не может быть сдвинут с места» 68.

Раскрывая подлинные цели политики США и Англии, Литвинов писал в Москву: «Советский Союз должен быть, по их расчетам, ослаблен настолько, чтобы он не мог говорить слишком громко при заключении мира» 69.

Учитывая отрицательную позицию англичан в отношении открытия второго фронта в Европе в 1942 г., Гопкинс обратился к Рузвельту с просьбой дать указание, как действовать дальше. Из Вашингтона последовала телеграмма: найти какие-либо другие наземные операции.

На следующий день президент уточнил свою позицию: он стоит «за операцию в Северной Африке в 1942 г.» 70. После этого была быстро достигнута договоренность. Белый дом получил от Гопкинса лаконичную телеграмму: «Африка» 71. США не случайно проявляли значительный интерес к Северной Африке. В Вашингтоне учитывали, что этот континент богат природными ресурсами. По мнению руководителей США, наступило благоприятное время для проникновения американского капитала в этот регион. В одном из документов госдепартамента говорилось: «Военная оккупация Северной Африки является исключительно важным мероприятием США с точки зрения стратегии войны и послевоенного мира» 72.

Летом 1942 г. комитет по делам Африки опубликовал доклад, авторы которого предлагали создать в госдепартаменте специальный отдел стран Африки для изучения их экономического и политического положения и разработки внешней политики США в отношении этих государств73.

Американский журнал «Форчун» незадолго до этого писал, что после Азии самым богатым континентом является Африка, которую можно считать «важнейшей экономической мишенью мира» 74. PI в высших политических кругах США эти факторы принимались во внимание при разработке общих проблем стратегии войны, в том числе при обсуждении и планировании операции вторжения американских войск в Северную Африку.

День отказа от открытия второго фронта в Европе в 1942 г. Д. Эйзенхауэр назвал «черным днем в истории» 75. Военный министр Стимсон отметил, что операция в Северной Африке «сведет на нет возможность предпринять большое вторжение через Ла-Манш в 1943 г.» 76. Стратегия периферийных действий, проведения которой активно добивался Черчилль, одержала верх. Последствия ее понимали в Вашингтоне. На деле это означало истощение СССР в единоборстве с фашистской Германией.

Г. Стимсон в этой связи в воспоминаниях заметил: «Не открыть вовремя сильный западный фронт во Франции означало переложить всю тяжесть войны на Россию» 77.

Решение о вторжении войск западных союзников в Северную Африку было принято в то время, когда в США движение за открытие второго фронта в Европе приобрело массовый характер. В мае в Нью-Йорке состоялся многотысячный митинг Национального союза моряков. В начале июня и особенно после опубликования соглашения об открытии второго фронта в 1942 г. профсоюзы развернули широкую кампанию за сбор подписей под петицией о незамедлительном открытии второго фронта.

22 июня в Нью-Йорке в Мэдисон-сквер состоялся митинг рабочих и служащих. На нем выступил Г. Гопкинс, советский посол в США М. М. Литвинов, мэр города Нью-Йорка Ф. Лагардиа, член Верховного суда США С. Рид и др.78 Участники единодушно требовали немедленного вторжения американо-английских войск в Западную Европу.

Редакции газет получили множество резолюций от участников митингов и писем читателей с требованием открытия второго фронта. Активное участие в этом принимали Компартия и профсоюзы, прежде всего КПП. Одна лишь нью-йоркская организация КПП направила президенту более 500 тыс. писем с требованием открытия второго фронта79. Это придало движению организованный характер.

25 июля 1942 г. в Нью-Йорке состоялся митинг, на котором выступили руководители ряда тред-юнионов. Участники митинга обратились с письмом к Рузвельту, настаивая на немедленном открытии второго фронта. Делегация доставила письмо президенту в Белый дом. Митинги состоялись в Чикаго, Лос-Анджелесе, Сан-Франциско, Нью-Хейвене, Буффало, Детройте, Ньюарке, Питтсбурге, Новом Орлеане80. «Требование открытия второго фронта,— отмечал в июле один из американских комментаторов,— слышится сотни раз даже в обыденных беседах людей...» 81 По мере продвижения немецко-фашистских войск в направлении Сталинграда кампания в США за открытие второго фронта принимала более широкий размах. В нее включались различные слои населения, но первостепенную роль играли рабочие — члены профсоюзов82. 2 августа профсоюзное руководство КПП в Чикаго организовало митинг, на котором присутствовали 30 тыс. человек. В единодушно принятой резолюции выражалось требование немедленного вторжения в Европу. Участники митинга в Вашингтоне также поддержали это требование. Представители 70 профсоюзных организаций КПП, выступавшие от имени 70 тыс. рабочих, обратились к Рузвельту с телеграммой, настаивая на вторжении в Европу до окончания 1942 г. 50 руководителей тред-юнионов Бостона, входивших в КПП и АФТ, послали такого же содержания телеграмму Рузвельту. Делегаты конференции КПП — рабочие автомобильной и авиационной промышленности в Чикаго организовали шествие по городу, требуя вторжения войск союзников в Западную Европу. Профсоюзный центр АФТ в Буффало (штат Нью-Йорк) единогласно вынес аналогичную резолюцию. Члены профсоюза рабочих автомобильной промышленности, высказавшись за открытие второго фронта, приняли обязательство способствовать максимальному увеличению производства вооружения.

Рабочий класс США, отмечалось в письме советника посольства СССР в США А. А. Громыко 14 августа 1942 г., выражает свое мнение через профсоюзные организации. Руководство обеих основных организаций: Американской федерации труда и Конгресса производственных профсоюзов — стоит за скорейшее открытие второго фронта83.

Одновременно же советское посольство сообщало из Вашингтона, что вопрос о втором фронте в Европе «не сходит со страниц американской печати. Рабочие крупных городов США собираются на митинги, выносят резолюции, призывающие правительство Рузвельта ускорить открытие второго фронта. Широкие массы населения видят и не могут не видеть, что открытие второго наземного фронта в Западной Европе означало бы ускорение разгрома гитлеровских армий и ускорение победы союзных государств» 84.

Массовое движение солидарности с советским народом, нараставшее в США и других странах антигитлеровской коалиции, не могли не учитывать правительственные круги в Вашингтоне и Лондоне. Принимая это во внимание, Рузвельт и Черчилль решили предпринять дипломатический шаг, направленный в известной мере на успокоение общественности.

12 августа Черчилль вместе с личным представителем президента А. Гарриманом прибыли в Москву. Им предстояло выполнить нелегкую миссию — информировать Советское правительство об отсрочке второго фронта. Переговоры, продолжавшиеся три дня, носили напряженный характер. Черчилль пытался оправдать решение союзников; он говорил о трудностях открытия второго фронта в Европе и доказывал выгодность проведения операции в Северной Африке. Глава Советского правительства показал несостоятельность доводов союзников, обратив внимание на нарушение с их стороны принятых обязательств.

В этой связи достоин внимания цитированный документ, проливающий свет на позицию США. В этом же письме советское посольство из Вашингтона сообщило в Москву, что в США производятся в огромном количестве самолеты, танки, пушки: в июне произведено 4 тыс. самолетов, полевых орудий и противотанковых пушек — более 2 тыс. в месяц, пулеметов — более 50 тыс., ручных пулеметов — около 60 тыс. В мае произведено 1500 танков. За первое полугодие 1942 г. построено 228 торговых судов общим тоннажем 2544 тыс. т. Срок производства судна доведен до 45 дней.

Численность американской армии составляет 4 млн. человек. Около 70 дивизий сформировано и хорошо оснащено, в том числе 10 танковых дивизий85.

Одним словом, за короткий срок в экономическом и военном отношении США стали неузнаваемы. Касаясь военной стратегии и использования вооруженных сил, в письме отмечалось, что основная масса самолетов и военных материалов направляется против Японии, в район Тихого океана — на Гавайи, в Австралию, но не против Германии. Отношение к открытию второго фронта в Западной Европе в значительной степени определяется военными кругами. Большое влияние на позицию Рузвельта оказывал генералитет армии. Все еще сильны антисоветские настроения, особенно в аппарате военного департамента. Многие питают надежду на истощение гитлеровской Германии и Советского Союза. «Они,— говорилось в сообщении,— не хотят победы Гитлера. Но еще больше они не хотят победы Советского Союза» 86.

И эти люди стояли во главе американской армии, определяли ее стратегию. В частности, начальник отдела стратегических планов объединенного штаба армии и флота США генерал Ведемейер в августе во время беседы с советским дипломатом А. А. Громыко открыто заявил, что главным врагом Гитлер считает Советский Союз, а не Англию и США.

Американские вооруженные силы могли бы принять участие в открытии второго фронта в Западной Европе, но нет общего главнокомандующего.

Другие представители американского генералитета в качестве основного аргумента невозможности вторжения на Европейский континент выдвигали недостаточное количество транспорта для переброски войск через Атлантический океан.

Правительство Рузвельта, отмечалось в донесении, выражает желание и готовность к вторжению в Западную Европу. Одновременно в стране предпринимаются меры к ослаблению пропаганды за открытие второго фронта. Управление военной информации и другие агентства оказывают давление на общественное мнение и печать, ограничиваются выступлениями в газетах в пользу открытия второго фронта87. В сообщении посольства констатировалось: нет признаков того, что правительство США серьезно готовится к открытию второго фронта в Западной Европе в 1942 г.

Изложенные наблюдения, оценки и выводы советника посольства СССР в США А. А. Громыко соответствовали действительности, они отличались глубиной анализа политики США и полностью подтверждались миссией премьер-министра Великобритании, который прибыл в Москву для того, чтобы официально сказать Советскому правительству: открытие второго фронта в Западной Европе в 1942 г. не состоится; подписанное об этом соглашение не будет выполнено. В дополнение к этому следует отметить, что с 1 октября 1941 г. по 30 июня 1942 г. по ленд-лизу Советский Союз получил всего 267 бомбардировщиков, 278 истребителей, 368 средних танков, 420 легких танков, 16 502 грузовика, что составляло примерно треть американских обязательств88. Одной из причин такого положения явилось нежелание американских промышленников принимать советские заказы89.

23 сентября 1942 г. глава Советского правительства обратил внимание лидера республиканской партии У. Уилки на тот факт, что США не выполняют взятых обязательств по поставке вооружения СССР.

Через Персидский залив эта программа выполнена за последние два месяца на 40-50%, а по северу - на 15-20% 90.

Во время переговоров и пребывания в Москве Черчилль и Гарриман проявили повышенный интерес к положению на советско-германском фронте, они хотели в первую очередь и главным образом знать: выдержит ли Советский Союз натиск германского вермахта и насколько обеспечена оборона Кавказа. Британский премьер телеграфировал Рузвельту, что русские будут сражаться и они победят. По возвращении в Лондон он доложил об этом военному кабинету. В беседе с советским послом И. М. Майским он сказал, что «не видел и не слышал ни одного слова, ЕЙ ОДНОГО жеста, ни одного даже самого отдаленного намека на то, что Россия может не выдержать и выйти из войны» 91. Во всем чувствовалась «железная воля и полная непримиримость к Германии». А это было важно с точки зрения стратегии выжидания, проводимой США и Англией. В Вашингтоне и Лондоне приступали к подготовке операции в Северной Африке.

4. СРАЖЕНИЕ У ОСТРОВА МИДУЭЙ.

ОПЕРАЦИЯ «ТОРЧ» На Тихом океане начало лета 1942 г. ознаменовалось важным событием — морским сражением у о-ва Мидуэй92. 3 июня японское авианосное ударное соединение атаковало Алеутские острова. Не встретив серьезного сопротивления, японцы высадились на о-вах Адак, Атту и Кыска. Эта операция рассматривалась как отвлекающая и спланирована была на сутки раньше основной — против о-ва Мидуэй. 4 июня адмирал Ямамото, сосредоточив главные силы Объединенного флота, атаковал атолл Мидуэй. Цель состояла не только в захвате этого острова и установлении контроля над центральной частью Тихого океана. Он рассчитывал разгромить американский флот, который, по его мнению, должен был бы спешно отбыть из Пёрл-Харбора на оборону Мидуэя93. Японское командование возлагало надежды на свое значительное превосходство в самолетах и в надводных кораблях.

Однако события развернулись далеко не так, как планировало японское военно-морское командование. Американская разведка, своевременно раскрыв японский шифр, оказалась в курсе планов противника. Штаб адмирала Нимица получил сведения о целях и намерениях японцев, об их силах, направлении главного удара и времени начала операции. Это имело большое значение для исхода сражения у атолла Мидуэй, продолжавшегося с 4 по 7 июня 1942 г.

Японское командование было уверено в победе, когда авианосцы адмирала Нагумо 4 июня, перед восходом солнца, под прикрытием облачности и тумана приблизились с северо-запада к Мидуэю и 108 самолетов, поднявшиеся с авианосцев, атаковали этот небольшой остров.

За полчаса все, что находилось на земле, было разрушено: электростанция, топливные цистерны, самолетный ангар94. Американские же самолеты, предприняв неоднократные атаки на японские корабли, не причинили тем существенных повреждений. Тогда командование военно-морских сил США решило ввести в сражение свои авианосцы, находившиеся на северо-востоке от Мидуэя.

В 10 час. на следующий день американские летчики атаковали одновременно два японских авианосца — «Акаги» и «Kaгa» и потопили их.

Вскоре загорелся авианосец «Сорю». Это привело японцев в смятение.

Адмирал Ямамото не смог правильно оценить обстановку, полагая, что у американцев только один авианосец, и все еще надеялся захватить Мидуэй. К концу дня 4 июня пришло донесение о гибели четвертого японского авианосца «Хирю». Нагумо в панике начал отступать.

Ямамото, однако, не терял надежды восстановить положение. Но все было тщетно. Адмирал Ямамото не мог координировать действия флота, силы оказались крайне рассредоточены, авианосные соединения и десантные войска не имели достаточного прикрытия. Потеряв основное ядро эскадры, он вынужден был отдать приказ об отходе на запад, отказавшись от высадки десанта на атолл Мидуэй. 5 июня утром американцы, узнав об отступлении японцев, начали их преследование. В результате были повреждены дополнительно два крейсера и несколько эсминцев.

Японский флот в сражении у Мидуэя потерпел первое серьезное порагкение. Были потоплены 4 авианосца, 1 тяжелый крейсер, сбиты 332 самолета и погибли 3500 человек. Потери США оказались невелики: 1 авианосец и 1 эсминец, 150 самолетов и 307 американцев 95.

Морскую операцию у о-ва Мидуэй некоторые американские историки расценивают «как одно из действительно решающих событий войны» 9в; относят ее к «поворотным пунктам» на Тихоокеанском театре военных действий. Это явное преувеличение97, ибо операция не ликвидировала превосходства японских сил на Тихом океане, которые и после нее продолжали проводить наступательные боевые действия. 21 июля 1942 г. они высадились на северо-восточном берегу Новой Гвинеи, в августе — предприняли продвижение к Порт-Морсби, стремясь укрепить предмостный плацдарм, угрожавший Австралии. По оценке президента Рузвельта, операция у Мидуэя являлась оборонительной и представляла собой «часть стратегии сдерживания, которая характеризовала эту фазу войны» 98.

После поражения японцев у атолла Мидуэй императорская ставка отказалась от планов вторжения в Новую Каледонию и захвата в июне 1942 г. о-вов Фиджи и Самоа. Американское командование сосредоточило усилия на укреплении позиций в юго-западной части Тихого океана, что имело для США важное стратегическое значение.

7 августа 1942 г. утром дивизия морской пехоты США высадилась на о-ве Гуадалканал. Численность десанта была небольшая — всего 10 тыс. солдат. Они фактически не встретили сопротивления. Операция на о-ве Гуадалканал преследовала цель обеспечить безопасность морских коммуникаций по линии Сан-Франциско — Гавайи — Австралия, не допустить дальнейшего усиления японской военной угрозы Австралии.

Шесть месяцев морские бои в этом районе продолжались с переменным успехом. Каждая сторона несла потери. В ночь с 8 на 9 августа японцы нанесли внезапный удар по американо-австралийским военно-морским силам. Союзники потеряли четыре тяжелых крейсера из семи. Американское командование направило сюда подкрепления и, создав значительное превосходство сил, в декабре изгнало японцев с острова.

Операции у о-ва Гуадалканал, продолжавшиеся полгода, носили упорный и напряженный характер. Флоты обеих сторон понесли серьезные потери — 49 боевых кораблей (2 линкора, 3 авианосца, 13 крейсеров, 27 эсминцев, 4 подводные лодки) ". Американские историки рассматривают эти бои также как «поворотный пункт» и начало контрнаступления в войне на Тихом океане 100. Между тем по масштабам и последствиям эта операция в стратегическом смысле имела оборонительное значение и лишь в тактическом плане — наступательное. Таково было мнение самого президента Рузвельта 101.

Американское командование одновременно предприняло наступательные действия против Соломоновых островов. США высадили десант на о-ве Тулаги. В течение августа — ноября 1942 г. между силами японского и американского флотов произошло шесть боев.

В решении задачи обеспечить оборону морских коммуникаций по линии Сан-Франциско — Гонолулу (Гавайи) — Самоа — Фиджи — Австралия, по которой шли интенсивные перевозки войск и техники на театр военных действий, широко использовались подводные лодки.

Наряду с проведением военно-морских операций на Тихом океане в августе командование США приступило к разработке операции по высадке американо-английских войск на побережье Северной Африки.

Подготовка шла по всем направлениям: военному, политическому, дипломатическому. В это время германо-итальянские войска стояли у ЭльАламейна. Роммелю не удалось прорвать британскую оборону; он ждал подкреплений. Англичане поспешно отправляли в Египет войска, танки, самолеты, артиллерию. К концу августа ими было достигнуто превосходство над противником. Одновременно были проведены изменения в военном руководстве. Главнокомандующим британскими войсками на Среднем Востоке стал генерал Г. Александер, а командующим 8-й армией — генерал Б. Монтгомери. Английское командование активно вело подготовку к наступлению.

Союзники выделили для операции в Северной Африке армию в 107 тыс. человек, а для их перевозки — 450 десантных судов. Высадка войск союзников планировалась в районе Касабланки (35 тыс. американцев), в Оране (39 тыс. американцев) и Алжире (33 тыс. англичан и американцев). Три дивизии, ранее предназначенные для форсирования Ла-Манша, союзное командование решило использовать на этом театре военных действий. В сентябре значительная часть американских войск была отправлена с Британских островов для участия в операции «Торч».

В Англии осталась только американская 29-я пехотная дивизия. Главнокомандующим экспедиционных сил союзников был назначен генерал Д. Эйзенхауэр. Рузвельт предложил начать операцию 30 октября — в канун промежуточных выборов в конгресс. Однако командование в силу ограниченности времени на подготовку попросило перенести ее начала на 8 ноября. Президент согласился.

Подготовка к операции проходила в то время, когда на подступах к Сталинграду развернулось ожесточенное сражение; советские воины оказывали героическое сопротивление наступавшим гитлеровским ордам.

Мужественная и самоотверженная борьба советского народа вызвала у американского народа чувство восторга и восхищения. В стране ширилось движение за быстрейшее открытие второго фронта102. Под этим лозунгом в Ньюарке состоялась массовая демонстрация с участием 75 тыс. человек. В Детройте профсоюзным центром КПП был организован митинг, где присутствовали 20 тыс. человек. Его участники направили телеграмму Рузвельту с требованием организации второго фронта и обещанием бороться за повышение выпуска военной продукции.

B Филадельфии митинг прошел также под лозунгом немедленного перехода к наступательным действиям на Западе.

В сентябре движение в поддержку СССР развернулось в США в еще больших масштабах. Повсюду раздавались решительные призывы к открытию второго фронта. В Кливленде на съезде профсоюза рабочих электромашиностроительной промышленности была принята резолюция с требованием немедленно открыть второй фронт. 6 сентября в Нью-Йорке в митинге, посвященном «Дню труда», приняли участие 100 тыс. человек. Всякое упоминание об СССР встречалось бурными аплодисментами.

Через четыре дня по инициативе 40 представителей профсоюзов состоялся еще один массовый митинг в Нью-Йорке. Его участники приняли резолюцию, настаивая на безотлагательном открытии второго фронта. В тот зке день, 10 сентября, в Балтиморе состоялся митинг; участвовали 5 тыс. человек. Выступавшие подчеркивали необходимость перехода к наступательным действиям на Западе.

В телеграмме на имя президента Рузвельта рабочие Сиэтла писали, что готовы идти на любые жертвы и выполнять любую работу, какую потребует открытие второго фронта. Резолюции митингов и собраний, телеграммы и письма поступали в Белый дом и конгресс. В них выражалось стремление народа активизировать борьбу против общего врага в первую очередь нанесением удара по Германии с Запада. В ноябре 1942 г. в Бостоне состоялся съезд производственных профсоюзов, принявший резолюцию о немедленном наступлении на Западе. В ряде городов страны была проведена Неделя Сталинграда. Мэры Нью-Йорка и других городов объявили 8 ноября 1942 г. Днем Сталинграда 103.

Подъем массового движения поставил правительственные круги в трудное положение. В беседах с советским послом М. М. Литвиновым президент США неохотно касался темы второго фронта. Он говорил, чтo форсирование Ла-Манша пока невозможно, даже исключено 104. Конгресс воздерживался от обсуждения этих вопросов. Некоторые газеты пытались доказывать, будто США и Англия пока не готовы предпринять такую наступательную операцию, поскольку-де не располагают для этого ни войсками, ни тем более транспортными судами. Когда же в сентябрe 1942 г. развернулась кампания «Второй фронт — немедленно», Рузвельт выступил 12 октября с речью по радио. Он выразил недовольство тем, что вопросы открытия второго фронта являются предметом столь широкого обсуждения в прессе 105.

Антисоветские и изоляционистские элементы выступали против открытия второго фронта. «Движение за второй фронт в печати и нa собраниях,— писал М. М. Литвинов 13 октября 1942 г.,— приняло такиe размеры, что открытые антисоветские и изоляционистские элементы нe выдержали и разоткровенничались» 106. Но требования американскогo народа, острые политические дебаты, восхищение стойкостью и мужеством советских людей не могли не повлиять на характер переписки Рузвельта со Сталиным. «Доблестная оборона Сталинграда,— писал президент в начале октября,— глубоко взволновала в Америке всех, и мы уверены в ее успехе» 107.

Положение администрации демократов осложнялось и нападками республиканцев на ее военную политику и стратегию за неудачи на Тихом океане и пассивность в Европе. Росло недовольство трудящихся инфляцией, ростом цен, повышением налогов, жестким контролем над заработной платой. В создавшейся ситуации президент США придавал большое значение высадке американских войск в Северной Африке.

23 октября британские войска начали наступление. Итало-немецкие войска находились недалеко от Суэца и Александрии. Они занимали выгодный оборонительный рубеж к юго-западу от Эль-Аламейна протяженностью около 60 км. Северный фланг упирался в Средиземное море, а южный — в труднопроходимую впадину Каттара. Армия противника насчитывала 12 дивизий (4 немецкие, 8 итальянских): 80 тыс. человек, 540 танков, 1219 орудий, 350 самолетов 108.

Англичане располагали количественным и качественным превосходством, сосредоточив крупные силы. Армия (230 тыс. человек) включала 3 корпуса, 10 дивизий. Кроме того, были австралийские, индийские, 1 новозеландская и 1 южноафриканская, греческая и французская дивизии и бригады. Англичане имели более 2310 орудий, 1440 танков. Армию поддерживали 1500 самолетов 109.

В первые три дня британским войскам не удалось прорвать оборону.

Генерал Монтгомери приказал ввести в сражение часть подвижных соединений второго эшелона. Но и это не принесло желаемых результатов.

Тогда командование предприняло танковый контрудар. Сражение продолжалось два дня — 3 и 4 ноября. Армия Ромме ля понесла значительные потери. В немецких танковых дивизиях оставалось всего по 35 — 40 танков. 4 ноября оборона была прорвана, британские войска начали быстро продвигаться. Создалась реальная угроза окружения приморской группировки. Роммель стал спешно отводить войска на запад.

Победа англичан под Эль-Аламейном была значительным событием для союзников. Впервые им удало,сь нанести ощутимый удар по противнику. Роммель потерял 55 тыс. убитыми, ранеными и пленными, 320 танков и около 1 тыс. орудий110. Это существенно изменило обстановку в Северной Африке.

На Западе операция под Эль-Аламейном изображается как «поворот судьбы» в войне и «одно из решающих сухопутных сражений» 111. Иногда даже ее сравнивают с битвой под Сталинградом, хотя общеизвестно, что по масштабам, напряженности, значению и последствиям эти два события никак не сравнимы. Достаточно напомнить, что на Сталинградском направлении численность немецко-фашистских войск составляла более 1 млн. человек, а под Эль-Аламейном было лишь 80 тыс. солдат и офицеров.

Выборы в конгресс США проходили в обстановке ликования по поводу победы под Эль-Аламейном. Республиканцы единодушно выступили на них под лозунгом «Энергичнее воевать». У. Уилки критиковал правительство за пассивность в войне. В лагере демократов не было единства. Выявились разногласия между Рузвельтом и Дж. Фарли — бывшим председателем национального комитета демократической партии112.

Многие избиратели отдали голоса республиканцам, которые и добились внушительного успеха, получив 9 дополнительных мест в сенате и 47 — в палате представителей. Соотношение сил в конгрессе изменилось.

Теперь ни один законопроект не мог быть одобрен в конгрессе без поддержки республиканцев, располагавших 40% всех голосов в сенате и 48% —в палате представителей. Кроме того, в самых крупных штатах страны — Нью-Йорке и Калифорнии — губернаторами были избраны республиканцы Т. Дьюи и Э. Уоррен.

Поражение демократов на промежуточных выборах в конгресс вызвало беспокойство у президента Рузвельта. Он ожидал и опасался такого исхода выборов. Пассивность союзников в военных действиях разочаровала сторонников демократической партии. В ней обострились разногласия, усилилась критика по адресу президента, который переложил ответственность за неудачи на выборах на председателя национального комитета демократической партии Э. Флинна. Возмущенный Флинн ушел в отставку; его место занял Ф. Уолкер.

Четыре дня спустя поступили приятные новости. Утром 8 ноября американо-английские экспедиционные войска на 450 кораблях, достигнув благополучно берегов Северной Африки, стали высаживаться в районах Касабланки, Орана и Алжира. Для командования стран «оси» это было неожиданностью. В Берлине предполагали, что местом высадки станут Триполи, Бенгази либо о-ва Сицилия, Сардиния. Войска правительства Виши (до 200 тыс. человек и около 500 самолетов) не оказали сколько-нибудь серьезного сопротивления 113.

Задолго до планируемой операции в Алжир был направлен американский дипломат Р. Мэрфи, развернувший там совместно с разведслужбами США бурную деятельность. Ему удалось установить контакты с французской колониальной администрацией. В конце октября американский генерал М. Кларк с группой офицеров, прибывших на подводной лодке в Алжир, вступили в переговоры с коллаборационистом адмиралом Ж. Л. Дарланом, главнокомандующим вооруженными силами правительства Виши. Переговоры завершились 13 ноября подписанием соглашения.

Дарлан отдал приказ вишистским войскам прекратить сопротивление.

Благодаря этому экспедиционные силы союзников без особых трудностей высадились на побережье Северной Африки.

13 ноября генерал Эйзенхауэр объявил верховным комиссаром п «главой государства Северной Африки» адмирала Дарлана. Вишистские губернаторы африканских колоний Франции Ш. Ногес, И. Шатель, Ж. Бержере, П. Буассон перешли на сторону Дарлана. Адмирал Жиро был назначен командующим вишистской армией в Африке. 15 ноября Дарлан заявил об установлении новой власти. Развитие событий приобретало зловещий характер — фактически США вступили в сговор с предателями Франции.

Против сотрудничества США с вишистами поднялась волна протеста американской демократической общественности. В печати появились статьи с резкой критикой политики администрации Рузвельта. Участники движения Сопротивления, возглавляемого де Голлем, также решительно выразили протест официальному Вашингтону. В ответ Рузвельт сердито заявил: «Конечно, я договорился с Дарланом, раз Дарлан дал мне Алжир! Завтра я вступлю в переговоры с Лавалем, если Лаваль даст мне Париж!» 114.

Военно-дипломатические действия США, направленные на то, чтобы установить контроль над французскими колониальными территориями, вызвали беспокойство в Лондоне. Экспансионистские устремления США в этом регионе, как и в Индии, стали очевидны. 10 ноября Черчилль и сделал свое многозначительное заявление: «Я стал премьер-министром короля не для того, чтобы председательствовать при ликвидации Британской империи» 115.

8 ноября союзники заняли Алжир. 10 ноября капитулировал гарнизон в Оране. За шесть дней высадки союзники потеряли 1083 человека убитыми и 1068 ранеными 116.

Высадка американо-английских войск на северо-западном побережье Африки явилась крупной десантной операцией, которая, между прочим, свидетельствовала о возможности форсировать Ла-Манш. Союзникам удалось скрытно организовать доставку морем войск на большое расстояние, обеспечить внезапность и одновременность высадки десантов в различных районах. Затем американо-английские войска стали продвигаться на восток и к середине ноября заняли территорию Марокко и Алжира, вступили в Тунис.

Гитлер, получив сообщение о высадке войск союзников в Северной Африке, отдал приказ о захвате Туниса и создании там плацдарма для итало-немецких войск. Из Франции и Италии по воздуху и морю началась срочная переброска танковой и пехотной дивизий в Тунис. Одновременно гитлеровские войска пересекли демаркационную линию и оккупировали юг Франции, планируя захватить ее флот, но не успели. Французские моряки совершили мужественный акт: потопили и вывели из Тулона 60 кораблей флота, дабы те не попали в руки оккупантов. Это резко изменило положение в соотношении сил в Средиземном море в пользу союзников.

17 ноября западнее Бизерты американо-английские войска встретились и вступили в бой с итало-немецкими частями. Армия Роммеля, совершив марш в 2 тыс. км, добралась до Туниса и предприняла ряд удачных контратак. Союзники не сумели сходу овладеть восточной частью Туниса. Они решили приостановить наступление и перейти к наращиванию сил. В январе 1943 г. армия союзников составила уже более 400 тыс.

человек. Немецко-фашистскому командованию удалось перебросить 112 тыс. итальянских и немецких солдат и офицеров117.

В Северной Африке наступило затишье. Воюющие стороны вели ограниченные действия. Активность проявляла только авиация союзников, обладавшая превосходством. Ее бомбардировки препятствовали италогерманскому командованию организовать поставки воинских частей, вооружения, боевой техники и горючего в Тунис, где с обеих сторон шла подготовка к предстоящим военным действиям.

Одновременно развернулась напряженная борьба за Атлантику. Нацистские подводные лодки усилили атаки против американских и английских кораблей. Западные союзники несли серьезные потери. Затруднялась переброска за океан военной техники и живой силы. В январе 1942 г. немецкие подводные лодки потопили в Атлантическом океане 45 кораблей общим водоизмещением 297 тыс. т, в июне — 114 кораблей водоизмещением 627 тыс. т, а в ноябре эта цифра возросла до 800 тыс. т 118. В целом за первые шесть месяцев 1942 г. немецко-фашистские подводные лодки в Атлантике потопили 506 кораблей западных союзников общим водоизмещением 2250 тыс. т119. 117 кораблей были потоплены подводными лодками, применявшими тактику так называемой «волчьей стаи», суть которой состояла в том, что несколько лодок одновременно окружали жертву торпедной атаки и топили ее.

Большие потери настоятельно требовали от союзников принятия неотложных мер, направленных на обеспечение бесперебойной и безопасной переправы через Атлантику войск и материалов. Это было одной из важных военных задач в 1943 г.


Оглавление: ИСТОРИЯ США В ЧЕТЫРЕХ ТОМАХ. ТОМ ТРЕТИЙ 1918-1945