ТАЙНЫ АМЕРИКИ

факты о настоящей Империи Зла

СТР. 7: "БОЙНЯ В САМАРРЕ — ЛОЖЬ И САМООБМАН АМЕРИКИ"...


Содержание страницы:

  • „Бойня в Самарре — Ложь и самообман Америки“

  • „Как англичане бомбили Ирак в двадцатые годы“

  • Р.Б. ЖДАНОВИЧ „ПОБЕДА ПРОПАГАНДЫ“

  • Хаким Мирзоев "Повелители мух"

  • Василий Сафрончук "АМЕРИКА ХОЧЕТ ПОХОРОНИТЬ ООН"



Бойня в Самарре — Ложь и самообман Америки


Дэвид Уолш
7 декабря 2003 г.

Данная статья была опубликована на английской странице МСВС 3 декабря 2003 года.

Первоначальное сообщение армии США о произошедшем в воскресенье, 30 ноября, бое в городе Самарра, расположенном в центральной части Ирака, некритично преподнесенное раболепными СМИ американскому народу, было ложью. Как выяснилось, "крупная победа" над иракским сопротивлением на самом деле была безжалостным обстрелом центра Самарры американскими войсками, которые при этом убивали невинных мужчин, женщин и детей, разрушали здания — в том числе мечеть и детский сад — и еще больше озлобили местное население.

События Самарре — сам бой, утверждения военных и роль СМИ — отражают практически все аспекты нынешней американской оккупации Ирака.

Представители американских военных сначала заявили, что войска США отбили "крупную атаку" и причинили большой ущерб врагу. По словам Пентагона, было убито 46 иракских партизан, а потом их число возросло до 54.

Американские СМИ поспешили растиражировать эту "хорошую новость", повторив заверения военных о десятках уничтоженных иракских боевиков. Как 2 декабря отметило издание Editor & Publisher Online, " New York Times, New York Post, Boston Globe, USA Today, Washington Post или Найт Риддер (Knight Ridder) в свои первоначальные сообщения в понедельник не включили высказывания ни одного гражданского лица, оказавшегося свидетелем боя, или сообщения из иракских больниц. Во многих случаях данные о потерях и отчеты о ходе столкновения не содержали необходимой ссылки на то, что они получены из "американских военных источников". New York Times поместила на первой странице огромный заголовок "46 иракцев убиты в жестоком бою повстанцев и американских солдат [1]"; подобным образом поступили почти все газеты".

Принадлежащая Руперту Мердоку (Rupert Murdoch) New York Post, как и можно было ожидать, отличилась самым мерзким заголовком: "Американские солдаты покончили с 46 фанатиками Саддама".

Однако прекрасная новость выдохлась почти сразу после своего появления. Сообщения журналистов с места событий показали, что утверждения о десятках убитых партизан — просто абсурдны и придуманы американским военным командованием в Ираке. Местные жители рассказали репортерам, что погибло 8-10 человек, и большинство из них были мирными жителями.

Во вторник, 2 декабря, версия военных продолжала разваливаться на глазах, так как даже крупные американские СМИ выразили сомнения по поводу предполагаемого военного триумфа США и распространили некоторую информацию о жертвах среди гражданского населения.

Журналистка San Francisco Chronicle Вивьен Уолт (Vivienne Walt) сообщила из больницы в Самарре: "Местные жители с ненавистью и скорбью рассказывают, как солдаты [американской] бригады без разбору обстреливали рынок в центре города, убив несколько гражданских лиц, а также двух иранцев, вероятно, прибывших с паломничеством в местную шиитскую мечеть. "Все в городе сейчас жаждут мести", — говорит 50-летний санитар городской больницы Маджид Фадель аль-Самараи. "Они хотят убивать американцев точно также, как те убивали мирных жителей. Было бы у меня оружие — я тоже пошел бы сражаться"".

"Местные жители также обвинили американских солдат в том, что те и не пытались обеспечить безопасность гражданских лиц во время перестрелки. "Я видел, как один мужчина побежал через улицу, чтобы добраться до своего маленького сына, оказавшегося под перекрестным огнем", — говорит 47-летний Абдул Сатар, владелец хлебопекарни, расположенной в квартале от одного из банков, куда направлялись обстрелянные конвои. "А американцы убили его ", — заключает он".

Подобные сообщения жителей Самарры появились и в других крупных газетах и даже на американском телевидении. New York Times привела высказывания 52-летнего водителя машины городского морга Аднана Сахиба Дафара, показавшего на убитую женщину и спросившего: "Разве она стреляла из гранатомета? Разве она боевик?" New York Times также цитирует 47-летнего лавочника Сатара Насъяфа, который видел, как американские солдаты убили двух мирных жителей: "Если бы у меня тогда было оружие, я бы сам напал на американцев... Они стреляли во все стороны".

Корреспондент New York Newsday Мохаммед Бази (Mohammed Bazzi) замечает: "По словам некоторых свидетелей, войска США, попав под удар, стали стрелять наугад. "Они просто палили во все стороны", — говорит 43-летний Акиль аль-Джанаби, чей брат, как он утверждает, попал под перекрестный огонь и был ранен. "Они совершенно не щадили мирных жителей. Это не мы напали на них, но сейчас мы хотим мстить за наших убитых и раненых".

Журналисты британской газеты Guardian беседовали с местными должностными лицами, которые "выразили сомнения по поводу большого количества убитых и заявили, что среди жертв оказались люди, не участвовавшие в бою. "Мы считаем, что погибло не больше восьми или девяти человек", — сказал Халед Мохаммед, работник приемного отделения больницы. Но он допускает, что некоторых убитых могли отвезти прямо в городской морг.

"Капитан городской полиции Сабти Авад рассказал, что американские военные, попав в засаду, стали стрелять наугад, убивая и раня мирных жителей. Другой полицейский, Ахмед аль-Самараи, говорит: "Было убито не более 10 человек, и некоторые из них не участвовали в бою"... Студент Джихад Хусейн сообщил, что видел, как прохожие пытались спастись бегством. "Под обстрелом была вся улица", — рассказывает он. "Не знаю, кто первым открыл огонь, американцы или федаины, но я видел, как пуля попала в молодую женщину, бросившуюся перед тем на землю".

На веб сайте Soldiers For The Truth ("Солдаты за правду") американский солдат, утверждающий, что он участвовал в бою в Самарре, поясняет, что "большинство убитых были мирными жителями, а не повстанцами или преступниками, как это утверждают. Попав в засады, танки и броневики в ответ стали поливать огнем жилые дома, другие здания и автомашины".

Корреспонденты агентства France Presse (AFP) беседовали с местными жителями, которые после боя не видели ни одного убитого партизана. Водитель машины морга Абдельмонейш Мохаммед рассказал, что ему не пришлось перевозить трупы боевиков. "Если бы они там были, я бы их подобрал. Не думаю что это до меня сделали американцы. Если бы число убитых соответствовало заявлениям американцев, то сейчас в Самарре было бы совершенно другое настроение".

Владелец бакалейного магазина, расположенного менее чем в 60 метрах от места одной из атак, сказал AFP: "После перестрелки я вышел из своего магазина. На улице не было ни одного раненого или убитого. Интересно, куда это они исчезли?"

(Независимо от того, какие уроки из боя в Самарре извлек Пентагон, многие, должно быть, подумают об одном — о необходимости помешать журналистам опровергнуть американскую версию событий. Весьма вероятно, что военные снова станут убивать репортеров, — как они это уже делали в начале иракской войны, чтобы запугать и заставить молчать тех журналистов, которые не намерены слово в слово повторять официальные сообщения.)

Даже перед лицом столь веских доказательств Пентагон во вторник продолжал настаивать на своей "крупной победе". В Брюсселе генерал Питер Пейс (Peter Pace), заместитель председателя Объединенного комитета начальников штабов, заявил журналистам: "Они напали на нас, и мы их убили. Я думаю, это будет им хорошим уроком".

Министр обороны Дональд Рамсфелд (Donald Rumsfeld) заверил, что повстанческую борьбу ведет "ограниченное число лиц, готовых убивать невинных мужчин, женщин и детей". По словам Рамсфелда, их "окружают, берут в плен, убивают, ранят и допрашивают". Один высший военный чин заявил New York Times : "Они [иракское сопротивление] получили по заслугам и вряд ли сунутся еще раз".

По поводу убитых мирных жителей, о которых написали почти все газеты мира, американский бригадный генерал Марк Киммитт (Mark Kimmitt) на пресс-конференции в Багдаде сказал: "Мы не получали такие сведения ни от врачей, ни от полиции".

Американские военные пытались реагировать наглостью на отсутствие трупов иракских партизан. Киммитт заявил корреспондентам: "Подозреваю, что противник мог унести их с собой на базу". Полковник Фредрик Рудесхейм (Fredrik Rudesheim) на такой же вопрос ответил: "Вы хотите, чтобы я их [трупы] вам предъявил? Это хороший вопрос, но, по-моему, на него вам лучше ответят нападавшие — федаины или кто они там были".

Полковник Райян Гонсалвес (Ryan Gonsalves), командир дислоцированного в Самарре 166-го бронетанкового батальона, сказал, что число убитых определялось "на основе докладов с места боя". AFP едко заметило по этому поводу: "Тайна сия [несуществующих трупов] почти столь же сложна, как решение математического уравнения, и ответ полковника Гонсалвеса лишь увеличил эту сложность. По его словам выходит, что 60 партизан, разделившись на две группы, напали на два конвоя, доставлявших новые иракские деньги в банки города... Если американские солдаты убили 46 и пленили 11 нападавших, то получается, что в живых остались только трое, которые и подобрали все трупы".

Невозможно точно сказать, какую именно роль в этом "подсчете трупов" в Самарре и в общем отображении американскими военными данного боя сыграл самообман и какую — обычный обман. Американские командиры, конечно же, стремятся поднять боевой дух своих солдат и доставить администрации Буша "хорошие новости" с фронта.


В любом случае, произошедшее в Самарре раскрывает характерные особенности этой войны:

1. Массовое и нарастающее народное сопротивление американской оккупации в Ираке. Как солдаты США, так и сами иракцы сходятся в том, что войска США открыли огонь по всем сторонам, и, как пишет газета Newsday, "некоторые местные жители отправились домой, достали свое оружие и принялись стрелять в американцев. "Это были нормальные люди, не связанные с сопротивлением, — рассказал один очевидец. — Но они увидели, что американские пулеметы и танки палят куда попало, и решили оказать сопротивление"".

Своими действиями в последние месяцы и, в частности, беспорядочным применением смертоносного оружия в воскресенье солдаты США озлобили население Самарры, которое при прежнем режиме было настроено резко против Саддама Хусейна. Подобные процессы идут в большинстве других городов страны.

2. Падение морального духа американских войск. Нарастающая деморализация американских солдат в Ираке, вероятно, происходит под влиянием многих противоречивых ощущений: нежелания воевать, дезориентированности, замешательства, страха, разочарования, а также убийственной ярости.

Американский военный, слова которого на сайте Soldiers For The Truth приводились выше, выражает озабоченность многих солдат США, когда пишет по поводу боя в Самарре: "Я боюсь, что скоро мы узнаем — мы убили многих мирных жителей, а также иракских партизан. Вероятно, это настроит против нас множество иракцев. Я опасаюсь, что таким образом мы не выбираемся из ямы, а погружаемся в нее еще глубже".

3. Всеобщая растерянность правящих кругов США — как политическая, так и военная. Дальнейший курс американской политики в Ираке может быть проложен только в одном из двух направлений. Это либо вывод войск США из страны, что для администрации Буша и американской правящей элиты неприемлемо по стратегическим соображениям, либо физическое уничтожение тысяч иракцев и превращение этой страны в огромный концентрационный лагерь.

Начало операции "Железный молот" ("Iron Hammer") и применение огромной огневой мощи при первом удобном случае — как это было в Самарре — свидетельствует о намерении американских военных искать выход из своего нынешнего затруднительного положения в ужесточении насилия и террора по отношению ко все лучше организованному иракскому сопротивлению и к населению в целом.

4. Фальсификации и выдача желаемого за действительное при помощи американских СМИ. Малая ложь военных по поводу боя в Самарре разоблачает большую, основополагающую ложь всей иракской операции. Ведь идет незаконная война, основанная на выдумках об "оружии массового поражения" и о связях Саддама Хусейна с "Аль-Каидой", противоречащая желанию большинства иракцев и сталкивающаяся с массовым осуждением во всем мире. Нападение на Ирак и его оккупация имеют хищническую, колонизаторскую подоплеку, о которой администрация Буша и американские масс-медиа не могут говорить вслух.

Бой в Самарре — лишь предвкушение той катастрофы, которую администрация Буша готовит иракцам, народу США и населению всего земного шара.

Примечание:

[1] В оригинале в газетных заголовках используется сокращенное обозначение американских военнослужащих — GIs, которое расшифровывается как "government issue" — "правительственное имущество".

http://www.wsws.org/ru/2003/dez2003/sama-d06.shtml




Как англичане бомбили Ирак в двадцатые годы


Американское и английское правительство, как и большинство западных СМИ, пытаются объяснить решительное сопротивление иракского народа англо-американскому нападению ссылками на события первой войны в Заливе 1991 года, когда Буш-первый предал курдов на севере и шиитов на юге. Согласно этим объяснениям, как только иракцы убедятся, что «союзники» всерьез собираются оккупировать страну, они восстанут и встретят их как освободителей.

Подобные предположения не принимают во внимание глубокую враждебность жителей Ирака к попыткам подчинить страну извне, вызванную десятилетиями колониального и полуколониального господства Запада, разграблявшего иракскую нефть. Во время Первой мировой войны Англия захватила Месопотамию и в 1920 году сделала ее своей подмандатной территорией. В 1921 году колонизаторы организовали королевство, посадив на трон Файсала Первого — сына короля Хуссейна из Хеджаза и главу арабской армии во время Первой мировой войны. Англичане «ушли» из Ирака в 1932 году, но английские и американские нефтяные компании сохранили свой контроль над экономикой этой страны.

Одна из самых трагических страниц этой истории, весьма напоминающая нынешнюю войну — двадцатые годы. Во многих отношениях сегодняшняя война против Ирака с воздуха является продолжением политики англичан, пытавшихся удержать власть над своей колонией 80 лет тому назад.

Обеспокоенный финансовым кризисом, вызванным Первой мировой войной, Уинстон Черчилль — тогдашний военный министр — в феврале 1920 года запросил у командующего британских ВВС Хью Тренчарда (Hugh Trenchard) план относительно того, как привести Месопотамию в покорность наиболее дешевым способом: используя самолеты, в том числе оснащенные химическими бомбами, и при поддержке всего 4 тысяч английских и 10 тысяч индийских солдат.

Через несколько месяцев и Ираке началось массовое восстание, которое удалось подавить только массированными бомбардировками, которые длились несколько месяцев и включали применение горчичного газа. В разгар этого подавления как и Черчилль, так и Тренчард не жалели похвал действиям Королевских Военно-воздушных cил (КВС).

Английский историк Дэвид Омисси (Omissi), автор книги Власть над небом и колониальный контроль: Королевские Военно-воздушные cилы в 1919-1939 годы (Air Power and Colonial Control: The Royal Air Force 1919-1939), сообщает: «В первую неделю июля шли яростные бои у Самавы и Румайты на Евфрате, однако 7 июля Черчилль заявлял правительству: "Наша атака была успешной... Врага эффективно разбомбили и расстреляли из пулеметов при взаимодействии авиации и наземных сил"».

Один из командиров КВС Дж.Э. Чемье (J.A. Chamier) в приказе выразился без экивоков: «Атака бомбами и пулеметным огнем должна быть безжалостной и неослабевающей и продолжаться день и ночь, обрушиваясь на дома, жителей, посевы и скот».

Артур Харрис (Harris, по прозвищу «бомбардировщик»), молодой командир эскадрильи КВС, отрапортовал после возвращения с задания в 1924 году: «Арабы и курды теперь знают, что значит настоящая бомбежка, какие бывают жертвы и разрушения. Они знают, что через 45 минут большая деревня будет стерта с лица земли и треть жителей убита».

КВС послали отчет в парламент, описывающий меры, принятые пилотами для избежания жертв среди мирного населения. Воздушная война — менее жестока, чем остальные виды установления военного контроля, сказано там. Вывод гласит: «Главная цель — покорить [противника] при минимальных разрушениях и людских потерях».

Но летчики знали правду. По крайней мере один из офицеров подал в отставку. Лайонел Чарлтон послал письмо с протестом в 1923 году и вышел в отставку из-за того, что он назвал «политикой запугивания при помощи бомб». Он сделал это после посещения местной больницы, полной раненых гражданских лиц.

Методы, впервые опробованные в Ираке, применялись затем на всем Ближнем Востоке. Омисси пишет: «КВС в двадцатые годы выполняли многочисленные полицейские задачи, в основном по поддержанию власти в арабских королевствах Трансиордании [нынешняя Иордания — ред.] и Ираке, но самолеты также помогали подавлять население и в других колониях Великобритании».

«Схемы, подобные тем, которые применялись в Ираке, были задействованы в 1922 году в подмандатной Палестине, а также в протекторате Аден спустя шесть лет. Бомбардировщики неоднократно посылались против восставших в Египте, племен Фронтира [нынешний Пакистан — ред.], пастухов Южного Судана и кочевников внутренних районов Сомали».

www.wsws.org/ru/2003/apr2003/bomb-a10.shtml



ПОБЕДА ПРОПАГАНДЫ


В газете "Секретные материалы" (N1(20), январь 2000) К. Тихорский отлично показал разницу между реальной войной и войной пропагандистской. В плане психологической войны, которую ведет "Дуэль", позволю себе дать длинную цитату этой его статьи "Пролетая над гнездом Хусейна":

Ровно девять лет назад, в ночь с 16 на 17 января, началась операция "Буря в пустыне". Говорят, что эта война стала триумфом военной доктрины Запада и наглядно продемонстрировала всю отсталость советской боевой техники, и что мы в очередной раз убедились, как далеко нам до Америки. Наши самолеты якобы поражались в воздухе как мишени на тренировках, средства ПВО не попадали в цель, ракеты попадали, но не взрывались. Запад вроде как выиграл эту войну почти без потерь. Ирак понес неисчислимые жертвы.

Об этом тогда твердили пресса и телевидение всего мира, включая и СССР; об этом они не перестают повторять и теперь. Им есть чем восхищаться. Американцы и их союзники одержали величайшую победу в истории человечества.

Это факт. Спорить со средствами массовой информации всего прогрессивного человечества бессмысленно.

Но мы все же попробуем.


Самолеты в безоблачном небе статистики. Авиация - главная ударная сила союзников. Не выиграй Запад войну в воздухе, не видать бы ему победы и на земле. Это - еще один непреложный факт.

Вот о нем сейчас и пойдет речь.

По утверждению победителей, Ирак обладал невероятной боевой мощью. ВВС этой страны располагали 500-600 боевыми самолетами различных типов и назначений.

Попробуем разобраться с данным заявлением.

Подвергнуть инспекции цифру 500 самолетов нет никакой возможности. Но допустим, что это правда. Допустим. И начнем считать.

Своей авиационной промышленности Ирак не имеет. ВВС этой страны укомплектованы исключительно самолетами советского и французского производства. Наиболее массовая боевая машина - истребитель "Мираж" F-1. Прекрасный справочник "Истребители" Владимира Ильина и Михаила Левина характеризует этот самолет так: "Основной истребитель ПВО французских ВВС конца 1970-х - первой половины 1980-х годов".

Ирак заказал около 130 этих машин, но использовал их в жестокой войне против Ирана на протяжении восьми лет. Были потери. Часть самолетов просто не дошла до адресата. Поставки были прекращены после оккупации Ираком Кувейта.

В актив Хусейну можно занести и 41 самолет МиГ-29, самое грозное оружие иракских ВВС.

Кроме этого имелось несколько десятков перехватчиков МиГ-25 и истребителей МиГ-23МС и МФ (образца 1973 и 1977 годов), штурмовики Су-22 и Су-25 (1975 и 1979 годов) и... И все.

Остальное - Су-7БКЛ, МиГ-21Ф13, Ил-28, бомбардировщики Ту-16 и даже шедевр британской авиационной мысли 50-х годов - несколько истребителей "Хантер". Все эти некогда весьма грозные машины давно выработали свой ресурс и не то, что вести бой - зачастую и подняться в воздух не могли.

Этой военной махине США противопоставили:

68 истребителей F-14,

249 истребителей завоевания господства в воздухе F-16,

120 истребителей F-15C,

146 истребителей F/A-18C ВМС (еще 72 подкинула морская пехота),

90 штурмовиков "Харриер"

плюс такие достойные машины, как А-10А, F-111F, F-15E и т.д., перечислять можно очень долго.

ВВС Франции добавили, помимо истребителей, 14 разведчиков F-1 (еще 13 предоставил Катар), 28 штурмовиков "Ягуар", 10 разведчиков "Мираж"2000.

Великобритания не поскупилась на 42 истребителя-бомбардировщика "Торнадо" (восемь подбросила Италия), а также 12 "Ягуаров".

Не остались в стороне Германия, Саудовская Аравия и некоторые другие страны.

Вся эта армада была готова к активному противодействию со стороны Ирака.


Что упало - то пропало. Уже девять лет статистика военных потерь продолжает утверждать: Ирак потерял 51 ЛА, из них 39 в воздушных боях.

Военно-воздушные силы США потеряли в боевых действиях 32 ЛА. Еще 4 ЛА потеряли ВМС.

Эти цифры вызывают серьезные вопросы. И, прежде всего: что такое "ЛА"?

ЛА - сокращение от словосочетания "летательный аппарат". Под летательным аппаратом может подразумеваться все, что душе угодно, лишь бы это могло подниматься в воздух. К примеру, известно, что Ирак потерял несколько вертолетов МИ-8. Для людей несведущих поясним: МИ-8 - чрезвычайно живучая машина, идеально соответствующая условиям боевых действий 60-х годов.

Записывать эти вертолеты в список боевых потерь Ирака довольно стыдно, поэтому им присвоено нейтральное наименование ЛА. Что под этим скрывается, каждый решает для себя.

Вообще при желании в ЛА можно записать и дирижабль.

Насколько нам известно, американские ВВС вертолетов не теряли, поэтому все их потери составляют боевые самолеты. Согласитесь, между "ЛА" и боевым самолетом есть принципиальная разница.

Теперь второй вопрос. Намного интереснее первого. Почему в официальной статистике указаны только потери США?

А другие что же? Может, у англичан или французов самолеты лучше, чем у их союзников американцев? Верится с трудом. Просто, если суммировать все потери, статистика окажется уж совсем удручающей.


Буря мглою небо кроет. Никто не спорит, авиация союзников с самого начала захватила господство в воздухе. В небе постоянно дежурили несколько десятков лучших американских истребителей F-15C, сбивая каждый появившийся вражеский самолет.

В таких условиях принимать бой было глупо. И Ирак его не принял. Вместо активных действий по всей территории страны ВВС Хусейна ограничились постановкой воздушных заслонов над рядом важнейших объектов, в том числе над Багдадом, и эвакуацией почти всех своих самолетов в соседний Иран.

Случалось, что в момент эвакуации в небе появлялись F-15, и приходилось вступать в бой. Такие бои заканчивались победой американцев. Так были сбиты два Су-25 и два Су-22 - штурмовики, абсолютно не приспособленные для ведения воздушных схваток. Кроме них, F-15С "Орел" сбили семь "Миражей", шесть МиГ-23, два МиГ-25, два Миг-21Ф13 (об этой машине мы говорили чуть раньше) и четыре МиГ-29. Еще один "двадцать девятый" погиб в результате аварии. Американцы торжествовали. Единственным на тот момент самолетом, способным на равных биться с "Орлами", был Су-27. О таком оружии Ирак мог только мечтать. Победа в воздухе, казалась, обеспечена. НО...


В Багдаде все спокойно. "Орлы" не сделали главного. Они НЕ закрыли небо для истребителей противника. В условиях, когда остальные самолеты союзников просто НЕ МОГЛИ (ДА И НЕ УМЕЛИ) ВЕСТИ ВОЗДУШНЫЕ БОИ, этот факт имел для них самые тяжелые последствия.

На второй день войны шальной перехватчик МиГ-25 над морем столкнулся с палубным истребителем ВМС США F/A-18C "Шершень". "Орлов" по близости не оказалось, а "Шершень" с МиГом, даже "двадцать пятым", сделанным под стандарты семидесятых годов, тягаться не может. "Восемнадцатый" был сбит, а МиГ благополучно вернулся к себе на базу. Вскоре F-14B, еще один палубный истребитель США, погиб в бою против МиГа-29. И опять рядом не было "Орлов", а с "двадцать девятым" никакой другой самолет конкурировать не в состоянии.

Однако куда больший удар ждал американцев впереди. F-16C "Сражающийся сокол", истребитель завоевания господства в воздухе, был сбит с допотопного МиГа-23 ракетой ближнего боя на встречном курсе.

С F-16 вообще получилась история, достойная отдельного упоминания. Этот самолет создавался, как полноценный истребитель, но в ходе "Бури в пустыне" не смог сбить НИ ОДНОГО летательного аппарата иракцев. Перепрофилированный на решение ударных задач, "Сокол" вновь показал крайне низкую результативность. Всего за войну ВВС США потеряли пять этих машин, если верить официальным данным. По неофициальным их число в несколько раз выше. Арабские источники называли цифру в 15 и даже 20 самолетов.

В отсутствии "Орлов" остальным самолетам американцев, в том числе и истребителям, с авиацией проклятого и на редкость живучего Хусейна справиться не удалось.

F-14 сбили лишь один вертолет. А-10 - так же один вертолет. F-18 и "Харриеры" вообще никого не сбили, и все до единой боевые машины союзников не поднимались в воздух, пока не получили твердой гарантии безопасности в виде эскорта из нескольких "Орлов". На долю последних приходится 37 из 39 ЛА, потерянных Ираком в воздушных боях.

Самым результативным самолетом Ирака стал МиГ-29. Эти машины уничтожили восемь самолетов союзников. Два самолета (F-16 и "Торнадо") на счету МиГ-23.


"Все объекты разбомбили мы дотла". Но и при чистом небе у союзников хватало проблем.

Мобильные пусковые установки ракет "СКАД" щедро сыпали смерть на казармы армии США в Саудовской Аравии и в Израиле. За этими целями американцы гонялись с начала войны, а уничтожили лишь одну установку (с помощью штурмовика А-10А). Ракеты продолжали падать на головы союзников даже тогда, когда Ирак был готов капитулировать, и от них не спасали хваленые комплексы "Пэтриот", сбивавшие в лучшем случае каждую вторую ракету.

Штурмовики А-10, машины довольно архаичные, к тому же предназначенные для борьбы исключительно с бронетехникой, грешили откровенной неточностью и стрельбой по своим войскам (так был уничтожен бронетранспортер морской пехоты США, танк "Абрамс" и опорный пункт английских войск).

Самолетам не удавалось добиться пятнадцатиминутной готовности на вызовы с земли и зачастую, прибыв по требованию пехоты на место боевых действий, авиация бомбила лишь пустыню, а то и сбрасывала бомбы на своих. Для улучшения существующего положения были вызваны штурмовики-ветераны с "Бронко", принимавшие участие еще во вьетнамской войне, но иракцы не посмотрели на возраст старичков и в первый же день сбили две машины, заставив другие отказаться от активного участия в боевых действиях.

Для прохождения испытаний в боевых условиях из США были присланы новейшие истребители-бомбардировщики F-117А "Черный коршун", сделанные по технологии "Стелс". (Ныне все видели этот самолет, он очень красиво горел в 40 км от Белграда.)

Война в заливе была для него первой. Основной расчет делался на неуязвимость "Коршуна" для устаревших радаров противника, но вот незадача: каждый первогодок, служащий в войсках ПВО, знает, что старые советские радары работают не в дециметровом диапазоне, а в метровом, и на них "Стелс" заметен лучше, чем любой другой самолет. Один F-117 был сбит огнем с земли, еще один, по неофициальным данным, погиб в бою с МиГом-25.

Главное же, это потери союзников от зенитной артиллерии Ирака.

Огнем зенитно-ракетных комплексов и 23-миллиметровых самоходных установок было сбито пять штурмовиков А-10.

В результате применения иракцами ПЗРК "Стрела-2", а так же от действий ЗРК "Оса" и "Куб" было потеряно пять самолетов "Харриер". Шестой попал в аварию и разбился без посторонней помощи.

"Сражающиеся соколы" вообще несли катастрофические потери.

Однако совершенно отдельной страницей нашего повествования заслуживает образец западноевропейской боевой мощи - истребитель-бомбардировщик "Торнадо".


"На честном слове и на одном крыле". Первый "Торнадо" был сбит утром 17 января, как пишет В. Ильин в своей книге "Штурмовики и истребители-бомбардировщики", огнем ЗСУ "57-2".

Экипаж катапультировался. Вечером в том же районе был сбит еще один самолет. На сей раз экипаж погиб. Три машины в результате обстрелов с земли получили серьезные повреждения, но остались в строю. Следующие несколько дней англичане убивали время, начав охоту за старьем, переполнявшим обочины иракских аэродромов. Лихо разделавшись с "Хантерами" и Ту-16, они, наконец, успокоились и переключились на более достойные цели, а 20 января получили тяжелейший удар. Восемь "Торнадо" поднялись в воздух, чтобы атаковать авиабазу Мухаррак. До цели долетели семь. Восьмой разбился по дороге. Сброшенные на авиабазу бомбы в цель не попали. При уходе на свой аэродром англичане подверглись нападению МиГов-29, которые сбили еще один истребитель-бомбардировщик. Третий самолет был настигнут ракетой, выпущенной ЗРК "С-20". Домой вернулись лишь пять самолетов.

22 января огнем тяжелых зенитных орудий был сбит очередной "Торнадо", 23 января - еще один. Всего англичане потеряли десять истребителей-бомбардировщиков, подтвердив тем самым, что не только американские ВВС несли потери пресловутых ЛА.

Итальянцы имели в Ираке лишь восемь "Торнадо". В первом боевом вылете были задействованы все восемь. У одного из самолетов возникли технические проблемы, и он вынужден был вернуться на аэродром, где, не сумев выпустить шасси, пропахал брюхом на взлетно-посадочной полосе дорожку длиной несколько десятков метров (летчик при этом не пострадал). Еще шесть самолетов не смогли дозаправиться в воздухе и вернулись обратно, а последний упорно летел на Багдад, над которым, наконец, и был сбит истребителем МиГ-23.

Такие приключения разубедили итальянцев в собственных силах, и больше активного участия "В буре в пустыне" они не принимали. Учитывая злоключения союзников, это было мудрым решением.

Двадцать седьмого февраля 1991 года операция "Буря в пустыне" завершилась. Началась информационная война. Именно ее, в отличие от реальных боевых действий, союзники выиграли с блеском. То была великая победа западной военной мысли и западных технологий. Это факт. И с этим нельзя поспорить.


Не помню уже откуда, но сохранилась у меня выписка: за время войны Ирак смог успешно перегнать в соседние страны - Иран и Иорданию, выведя таким образом из-под удара и сохранив на будущее 1 МиГ-23УБ, 4 МиГ-23БН, 7 МиГ-23МЛ, 4 МиГ-29 (!), 7 Су-25, 4 Су-20, 40 Су-22, 24 "Мираж" F-1, 24 Су-24МК, 33 пассажирских самолета разных типов. Потеряно было при этом всего два МиГ-21, два Су-25, шесть Су-20 и Су-22. Вот такая арифметика.

Константин Тихорский рассказывает, что было с той техникой, которую иракцы не перегоняли, равно как и с воздушной техникой западных союзников, противостоящей им.

Мне же вспоминаются репортажи самых первых дней, когда америкосы еще не обнаружили, что их превосходство отнюдь не тотально, а о качественном превосходстве вообще речи нет, и фильтровали и фальсифицировали сообщения еще не так интенсивно, как в дальнейшем.

17.01.91 г. в первый день по итоговым сообщениям западные союзники потеряли семь самолетов, сбитых над Ираком: четыре американских (F-15 и, может быть, F-16), по одному - английскому, итальянскому ("Торнадо") и катарскому ("Мираж"). У французов, передавших это отдельным, своим сообщением, в нашей прессе вообще не упомянутом, при налете на весьма жидко прикрываемую авиабазу в Эль-Кувейте были поражены ЗУР три самолета "Ягуар" ЖР-3. Только относительная слабость боевых частей советских мобильных ЗУР и редкая живучесть этих устаревших французских истребителей-штурмовиков позволили им после этого благополучно совершить посадку.

Американцы в этот день, по их собственным утверждениям, в воздушных боях сбили 10 иракских самолетов, в том числе 1 МиГ-29, потеряв лишь один F-15. Что-то сомнительная арифметика, вот пример следующего дня:

18.01.91 г. истребители ПВО Саудовской Аравии американского производства F-15 перехватили над заливом два иракских истребителя-бомбардировщика "Мираж" F-1, несущих противокорабельные ракеты, прикрываемых одним МиГ-23. Самолетами F-15, могущими обстреливать одновременно несколько целей, "Миражи" были сразу сбиты, а МиГ-23 противоракетными маневрами уклонился от выпущенных по нему управляемых ракет и ушел от преследования.

Цифры и эпизоды следующих дней, в советской прессе полностью повторявшей утверждения своих империалистических (!) друзей, уже не идут ни в какие ворота и противоречат как итогам войны, так и появившимся после нее объективным оценкам. Совершенно справедливо, что западные союзники с блеском выиграли войну в прессе, войну информационную, что, впрочем, было им не так уж и сложно - до сих пор США еще ни разу за время ведения ими информационных войн не встретили адекватного противодействия.

Хочется еще раз обратить внимание на непревзойденные качества УСТАРЕВШЕГО оружия в умелых руках. Примерно то же самое было и во Вьетнаме. Мало кому известно, что из 4500 потерянных американцами самолетов, более всего - около 50%, пришлось на долю ствольной зенитной артиллерии, у вьетнамцев отнюдь не самой совершенной и многочисленной.

Р.Б. ЖДАНОВИЧ
http://www.duel.ru/200012/?12_6_1



Повелители мух


27.11.2004
Хаким Мирзоев

ОДИН ИЗ ПОСТОЯННЫХ ЧИТАТЕЛЕЙ НАШЕЙ ГАЗЕТЫ ("Завтра") волею случая оказался в осаждённой американскими войсками Фаллудже. Чудом он выбрался из разрушенного, блокированного города и при первой же возможности переправил нам свои дневниковые записи.

…С приходом американцев в город пришли мухи. Их миллионы. Кажется, весь город во власти мух. Мухами облеплены трупы. Чем старее труп — тем больше мух. Сначала труп покрыт ими как какой-то странной сыпью. Потом они начинают кишеть на трупе, а затем труп просто покрывает серый шевелящийся саван мух. Над некоторыми руинами мухи роятся, как серые чудовищные тени. Смрад жуткий.

Мухи везде. В больничных палатах, в операционных, в столовой. Их находишь даже там, где их быть не может. В "гуманитарной" пластиковой бутылке с тёплой, воняющей пластиком водой. Бутылка почти полна, кто-то просто на секунду открыл её и сделал глоток, но в воде уже плавает чёрная точка…

С водой вообще кризис. Чистых источников просто нет. Местные жители воду берут из реки — мутную, серую, мёртвую. За воду сейчас можно купить, что угодно. Канализация разбита, водопровод разбит, света в городе нет.

Что здесь будет через пару недель — подумать страшно. Гепатит будет косить тысячами. Уже поговаривают, что на окраинах люди мечутся в бреду с симптомами тифа. Но проверить это невозможно. Передвигаться по городу запрещено.

То, что город будут штурмовать, — все понимали. Но никто не мог себе представить, КАК это будет происходить. Даже я, честно говоря, не верил, что вновь окажусь в аду. После ада Грозного я думал, что больше никогда ничего подобного повториться не может. Что штурм Грозного — это такой национальный русский мазохизм, откат в средневековье, глупость напополам с преступлением. Да и сданный практически без боя Багдад тоже наводил на мысль, что штурм долго не продлится. Постреляют для острастки по окраинам, разбомбят пару домов и всё на этом кончится. Боевики попрячутся, — а американцы бодро отрапортуют об успешной операции.

Мой знакомый "боевик" Абдалла предложил мне уехать. Он меня упорно называет "хаким". По-арабски это что-то типа "мудрец".

— Хаким, уезжай! Будет большая битва. Наши не уйдут из города. Мы хотим показать этим шакалам, как умеют воевать иракцы. Кровь оккупантов будет рекой течь по улицам… Мне это казалось бравадой.

Зря я его не послушал. На вторые сутки город стали просто сносить с лица земли. Пол под ногами ходил ходуном от близких разрывов. С потолка сыпалась штукатурка, лопались стёкла. От непрерывной канонады говорить можно было только крича. Но самое страшное началось уже в первый день. В больницу потоком пошли раненые. По карманному радиоприёмнику кто-то из врачей поймал Би-би-си. Диктор в новостях что-то бубнил про высокоточное оружие и высокий профессионализм солдат, мол, потери среди мирного населения сведены к минимуму.

Я не знаю, где применялось высокоточное оружие, но у нас сплошным потоком шли раненые дети, женщины, старики. Не десятками — сотнями! На третьи сутки запас лекарств стал подходить к концу. Особенно анестетики и антибиотики. Но поток не иссякал. И только на четвёртый день раненых стало меньше. Но не потому, что штурм стих. Наоборот — теперь уже бои грохотали на улицах. Просто район больницы был взят американцами…

Американцы. Впечатление такое, что кроме "фак" и "шит" других слов просто не существует. Любое обращение друг к другу, любая команда сопровождаются непрерывным потоком "факов", "шитов" и "булшитов". Я смотрю на американцев с жалостью. Русский язык куда богаче на выражение эмоций.

Разглядывая американцев, я неожиданно ловлю себя на мысли, что они до боли похожи на русских солдат, которых я видел в Грозном в январе девяносто четвёртого. Та же бесконечная усталость, "выжженность" в глазах. То же отупение лиц, когда сознание устаёт реагировать на внешние раздражители. Такое же отторжение от всего окружающего, аутизм. Во всём мире сейчас для них есть только они и всё остальное злое и враждебное… Да, города штурмовать это ещё то занятие! Что в Сталинград, что Грозный, что Фаллуджу…

Но есть и отличия. Сразу бросается в глаза полное единообразие формы и амуниции. Мне кажется, что половину из того, что таскает каждый солдат, можно спокойно оставить в тылу, но, тем не менее, всё надето и закреплено. Дисциплина ношения формы и амуниции у них на высоте.

Второе — коллективность. Поодиночке американцы вообще не перемещаются. Даже парами я их не видел. Если появляются, то сразу целым отрядом. И от отряда никто никуда не отходит. Даже когда отряд ведёт бой, они все в радиусе зрительной и голосовой связи.

Напротив нашего госпиталя американцы вступили в перестрелку с боевиками. Было странно наблюдать, как вдоль стены в ряд выстроилось, наверное, человек десять "джи ай", и они этой шеренгой, как на баррикадах в 19 веке, дружно поливали улицу перед собой огнём. Разорвись хоть одна мина или снаряд за их спиной, и накрыло бы всех…

В больнице обыск. У всех проверяют документы. Суетятся иракцы-переводчики. Самая мерзкая категория людей. В них словно сошлись воедино все худшие черты. Угодливые, заискивающие до приторности, как это могут только арабы, с "хозяевами" — американцами, они бессовестно нахальны и напыщенны со своими. На переводе делается непрерывный гешефт. Если американец требует подготовить дом к осмотру, то переводчик обязательно добавит, что дом будет обыскан, но за то, чтобы американцы не заходили на женскую половину, ему, переводчику, нужна взятка. Хотя по приказу на женскую половину и так должны заходить только иракские полицейские. Правда, несмотря на приказ, американцы не очень церемонятся…

"Джи ай" смуглый, с крючковатым орлиным носом — по виду чистый перуанец, разглядев меня среди "восковых" иракцев, грозно надвинулся на меня. Обрез его каски оказался на уровне моего подбородка, и я никак не мог разглядеть его глаза. А это опасно.

— Ху а ю? — спросил он. Мой английский далёк от идеала, но его ещё дальше.

…Вообще, бросается в глаза, как много среди американских солдат всякого рода "цветных". Почему-то сразу вспоминаю свою службу в Забайкалье и родную роту, где на сто человек было только тридцать русских, пятеро нас, кавказцев, а остальное — сплошь Средняя Азия. Среди "цветных" "джи ай" больше всего "латинос", за ними всякого рода африканцы и полуафриканцы. Белые в основном офицеры, но встречаются и чёрные… Но вот почему солдаты армии США говорят на ломаном английском — убей бог — не понимаю!

Объясняю, что я — врач, представитель гуманитарной миссии. Показываю ему свой пластиковый "бейджик". Он недоверчиво вертит документ в руках . Ствол его автомата при каждом движении то и дело упирается мне в бедро. Турецкий паспорт запутывает его окончательно. Солдат берёт меня за рукав и тянет куда-то за собой. Понимаю, что спорить бесполезно, иду за ним. В коридоре меня передают сержанту. Сержант белый. Повторяю ему всё, что сказал солдату. Тот так же недоверчиво изучает мою "ксиву". Потом требует, чтобы я снял халат и футболку. Ну, это мы уже проходили не раз и в Чечне, и в Сербии. Раздеваюсь по пояс. Сержант с солдатом внимательно изучают мои плечи в поисках синяков от приклада. Наконец разрешают одеться.

Когда я застёгиваю халат, сержант, вдруг, лающим, командным голосом, спрашивает, лечил ли я боевиков? Мне становится смешно. Возникает какое-то дикое ощущение — словно я смотрю фильм про Отечественную войну с собственным участием, и здоровенный немец в каске (а они у американцев здорово похожи на немецкие!) меня спрашивает: "Где есть партизанен?" Я пожимаю плечами. Говорю, что к нам приносят всех. Но без оружия. Кто боевик, а кто гражданский — не разберёшь. Сержант сразу теряет ко мне интерес. Не выдерживаю, спрашиваю: сильно ли сопротивляются боевики? Лицо сержанта каменеет. Потом следует целый поток непрерывных "факов", "бул шитов" в адрес боевиков. Из всего этого потока я улавливаю, что морские пехотинцы уже давно взяли бы город и перебили бы боевиков, но командиры оглядываются на политиков и жалеют бомбы и снаряды. Поэтому солдатам приходится тяжело. Но победа уже близка…

Я вспоминаю двухдневную бомбёжку и думаю, что если это значит "жалеть снаряды", то что же тогда такое их не жалеть?

Когда возвращаюсь в ординаторскую, обыск идёт уже полным ходом. Солдаты проверяют палаты, сначала опасливо заглядывая за дверь, а потом сразу группой заваливаются в палату. Лязг оружия, топот, команды. Основное внимание — молодым мужчинам. Ищут почему-то тех, кто с пулевыми ранениями. Но у нас здесь только совсем тяжёлые, в большинстве — без сознания. У каждой постели целая толпа родственников. Над больницей стоит непрерывный крик.

Вчера доктор Ахмед принёс откуда-то поллитра йода в бутылке из-под "Чивас регал". Поставил его в давно размороженный холодильник. Один из "джи ай" распахивает холодильник, взглядом натыкается на бутылку. Оглянувшись по сторонам, быстро достаёт её. Видимо, заметив, что она открыта, он отвинчивает пробку и нюхает жидкость. Потом резко морщится и, с уже привычным "фак", швыряет её об стенку. Йод рыжим дождём разбрызгивается по процедурной. Остро пахнет морем и спиртом. "Джи ай" молча уходит. Мы тоже молчим. Йод был последним.

Наконец они уходят. С собой они уносят троих раненых иракцев. Их подозревают как боевиков.

За следующие два дня процедура обыска повторяется ещё дважды. Каждый раз они кого-то уносят с собой…

Вечером приносят раненого подростка. У него два пулевых ранения в грудь. С ним женщина — его мать, и пожилой мужчина. Они что-то кричат, объясняют. Слышу знакомое — Мин фалдик! — пожалуйста! Аунни! — помоги!.. Подростка увозят в операционную. Но шансов у него никаких — лекарств практически нет. И даже если операция пройдёт удачно, вытягивать его просто нечем. Абдуль Крим мрачно распечатывает пачку сигарет. Он только что долго выслушивал сбивчивые разъяснения мужчины.

— Американцы после допросов отдают простых пленных нашим предателям… — так он называет новую армию Ирака, — а те их расстреливают. Этого мальчишку расстреляли вместе с ещё тремя мужчинами. Мерзавцы…

Слухи о бессудных расстрелах наливаются реальностью. Многие раненые говорят о том, что на их глазах кого-то расстреляли или добили. После всего увиденного за эти дни я начинаю в это верить. Американская армия явно сорвалась с катушек...

Через час выходит хирург. Подросток умер. Кричащую мать уводит пожилой иракец. Это её брат. Хирург садится на диван и закрывает глаза.

— Анэ тэбэн! — я так устал!

За пять суток, пока ещё вёлся подсчёт, через нашу больницу прошло больше трёх тысяч раненых. Это только те, кто жил рядом. Кого ещё можно до нас доставить. Сколько в городе убитых — не знает никто. И не узнает никогда…

Утром за мной приезжает машина миссии. Как её водитель смог прорваться в город, одному Аллаху известно. Может, сработала эмблема на капоте и дверях.

И вот я еду через город, и в потрясении не могу сказать ни слова. Я не узнаю город. Ещё десять дней назад это был небольшой иракский город, в котором шла размеренная веками арабская жизнь. Кипели рынки. Шумела улица. И вот теперь я еду по пустому мёртвому городу, среди уродливых "пирамид" разрушенных домов, разбитых улиц, стёртых с лица земли кварталов. Город убит и расчленён каким-то чудовищным садистом. Вельзевулом — повелителем мух. Под звёздно-полосатым флагом, на котором звёзды так похожи на жирных трупных мух…

Я еду, и вновь, как пять лет назад в разбомблённом дотла Косово, спрашиваю у неба — неужели так никто и не ответит за это варварство? Но небо не отвечает. Только несколько американских боевых вертолётов проносят неподалёку от дороги в сторону руин города. Убийство продолжается.

"Завтра" № 48 (575) от 24 ноября 2004 г.
http://www.iraqwar.mirror-world.ru/tiki-read_article.php?articleId=31834



13 марта 2003 г.

АМЕРИКА ХОЧЕТ ПОХОРОНИТЬ ООН



Бликс и Барадей Колину Пауэллу и Джеку Стро — не указ

7 марта глава миссии инспекторов ООН в Ираке (ЮНМОВИК) Ганс Бликс и гендиректор Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) аль-Барадей выступили в Совете Безопасности ООН с очередной информацией о ходе выполнения положений резолюции 1441, касающихся ликвидации оружия массового уничтожения. Сенсации от их сообщений никто не ждал. Тем не менее вывод двух высоких ооновских чиновников был однозначным: правительство Ирака добросовестно сотрудничает с инспекторами ООН и уничтожение запрещенных видов оружия идет успешно.

Говоря конкретно, Бликс отметил, что процесс разоружения Ирака идет успешно, производится уничтожение ракет Асама-2, проводятся беседы с иракскими учеными, которые были заняты в программах ОМУ, производятся облеты территории Ирака самолетами-радарами АВАКС, изучаются представленные Багдадом документы химического и биологического досье и т. п. Инспекторы, по его словам, практически не сталкиваются с трудностями в плане получения доступа к интересующим их объектам. Бликс также отметил, что вопреки тому, что ранее говорил Пауэлл, инспекторы не нашли в Ираке подтверждения того, что Багдад скрывал программы производства химического и бактериологического оружия. Он отметил лишь один негатив: Ирак, располагая развитой административной системой, мог бы предоставить больше информации о своей программе вооружений.

Столь же позитивно оценил работу своих инспекторов и аль-Барадей. По его словам, нет никаких свидетельств того, что Ирак пытался возобновить, или развить, или восстановить свою программу ядерного оружия. Нет никаких доказательств того, что Ирак покупал уран в Нигерии или что обнаруженные инспекторами алюминиевые трубы предназначались для изготовления центрифуг, а те, в свою очередь, должны были использоваться для обогащения урана. Таким образом, заключил аль-Барадей, у МАГАТЭ нет претензий к Ираку по части ядерного оружия. Даже Пауэлл в своем выступлении в Совете Безопасности вынужден был признать, что в работе инспекторов, как в вопросах существа, так и в вопросах формы, был достигнут прогресс. Единственная его претензия — Ирак должен доказать, что он сотрудничает с инспекторами «с энтузиазмом». Чтобы дискредитировать Бликса, американцы с подачи британских газет обвинили Бликса в сокрытии информации: инспекторы якобы нашли в Ираке беспилотный самолет, но Бликс не указал его в своем отчете. Но, во-первых, запрет на такого рода самолеты не содержится ни в одной резолюции СБ ООН, они являются законным компонентом ПВО любой страны. Во-вторых, Бликс не скрывал этой информации, он указал ее в материалах, распространенных после оглашения устного доклада. Вообще противники Ирака часто говорят о «полном», «всеобъемлющем» и т.п. разоружении Ирака. Никакого такого разоружения резолюции ООН не предусматривают. Речь в них идет лишь об оружии массового уничтожении: химическом, биологическом, ядерном и ракетах дальностью более 150 км. Все остальное оружие оборонительного характера Ираку иметь не возбраняется, и ни о каком «полном разоружении» Ирака речи быть не может.

Несмотря на то что, как мы видим, процесс ликвидации ОМП в Ираке набирает темпы, администрация Буша продолжает настаивать на своих военных планах против Ирака. При этом Белым домом подчеркивается, что ему не нужна никакая резолюция ООН, они могут напасть на Ирак, не имея мандата Совета Безопасности ООН. А резолюция, дескать, больше нужна Лондону, чтобы погасить сопротивление войне против Ирака со стороны английского народа. Ведь даже значительная часть фракции правящей лейбористской партии, в том числе ряд членов правительства, выступает против войны. Ряд членов британского кабинета грозятся подать в отставку, если Англия ввяжется в войну с Ираком. Не случайно именно британский министр иностранных дел Джек Стро на той неделе внес на рассмотрение СБ пересмотренный проект резолюции, устанавливающий 14 марта как крайний срок выполнения абсурдных требований Вашингтона и Лондона к Багдаду. США и Англия настаивали на голосовании по этой резолюции 11 марта.

Вместе с тем Буш (по телефону), Пауэлл, постпред США при ООН, послы и эмиссары Вашингтона в столицах стран — членов СБ ведут активную обработку правительств этих стран, чтобы склонить их к поддержке пересмотренного проекта резолюции. Такую же работу ведут премьер Англии Блэр и его министр иностранных дел Джек Стро.


Из истории применения вето в Совете Безопасности ООН

Основной довод Вашингтона и Лондона состоит в том, что, дескать, отклонение предлагаемой ими резолюции, особенно путем применения права вето, полностью дискредитирует ООН, продемонстрирует ее полное бессилие и в конечном счете приведет к ее бесславной кончине. Более лживые аргументы трудно себе представить. Так могут рассуждать только люди, не знакомые с историей ООН или сознательно искажающие эту историю. За 57 лет своей работы Совет Безопасности ООН принял более 1440 резолюций. Еще больше проектов резолюций было отклонено либо потому, что они были заветированы, либо потому, что не собрали нужного числа голосов: 7 голосов до 1965 года, когда в СБ было 11 членов, и 9 голосов после 1965 года, когда членов Совета стало 15. А Генеральная Ассамблея приняла за свою историю более 12 тысяч резолюций. Еще больше проектов резолюций было отклонено, не собрав нужного простого или квалифицированного большинства голосов.

Советский Союз активно пользовался правом вето в Совете Безопасности в 50-е и 60-е годы, когда у Запада было «карманное большинство» в Генеральной Ассамблее и в СБ. Однако в 70-е и 80-е годы положение кардинально изменилось. Большинство и в Совете Безопасности, и в Генеральной Ассамблее перешло к социалистическим и неприсоединившимся странам. В этой обстановке США, Англия и Франция стали все чаще использовать вето. Общий итог за 1946—1990 годы таков: западная тройка применяла вето 133 раза, а Советский Союз — 124 раза. С 1990 года постоянные члены Совета Безопасности, в том числе Россия, практически перестали пользоваться правом вето. Но Западу оно и не нужно, он опять контролирует большинство голосов в СБ. А вот России не следовало бы забывать про это эффективное дипломатическое оружие.

Советский Союз применял вето, чтобы защитить свои позиции на мировой арене, интересы других социалистических стран и оградить дружественные нам неприсоединившиеся страны от угрозы империалистической агрессии. Советская делегация, например, использовала этот дипломатический инструмент для того, чтобы обеспечить прием в члены ООН европейских стран народной демократии и МНР, предотвратить вмешательство во внутренние дела Чехословакии, остановить обострение ситуации во время Берлинского кризиса 1948 года, ускорить предоставление независимости Индонезии и другим колониальным странам, остановить американскую агрессию против КНДР, помочь международному признанию Бангладеш, поддержать справедливую борьбу арабских народов против израильской агрессии и т. д. и т. п.

Не менее активно пользовались своим правом вето США, Франция и Англия. Вашингтон, например, наложил вето на проекты резолюций, осуждавших вооруженное вторжение США в Гренаду в 1983 году и в Панаму в 1989 и 1990 годах. США десятки раз применяли в СБ вето, чтобы блокировать принятие резолюций, осуждавших израильскую агрессию против арабских народов и требовавших ухода Израиля с оккупированных территорий, и т. д. Как мы видим, применение права вето никак не подорвало роли ООН как основной организации по обеспечению международной безопасности.

Столь же несостоятельными являются и утверждения Юшенкова и ему подобных правых политиков, что блокирование Россией американо-английского проекта резолюции в СБ приведет к осложнению отношений с Соединенными Штатами и ликвидации всего того «положительного», что якобы накоплено в отношениях с США в последние годы. Хотелось бы напомнить этим господам, что в годы холодной войны, когда Вашингтон и Москва, отстаивая свои интересы и интересы своих союзников, активно применяли вето в СБ, между США и Советским Союзом были подписаны десятки соглашений, направленных на ограничение гонки вооружений, развитие двухстороннего сотрудничества в различных областях.

Можно лишь выразить удовлетворение по поводу того, что в Кремле наконец-то поняли эту истину и устами министра иностранных дел И. Иванова заявили 10 марта, что Россия применит вето в СБ, чтобы не допустить войны против Ирака. Явно чувствуется приближение выборов, и Кремль хочет показать твердость в отстаивании государственных интересов. Впрочем, как говорят, еще не вечер и не исключены попытки Путина вырулить на какой-нибудь гнилой компромисс с Бушем. Угроза вето со стороны России, а также Франции заставила соавторов проекта резолюции — США и Англию — перенести голосование по ней с 11 марта на более поздние сроки — на конец текущей недели. Сейчас соавторы — англичане срочно вносят в проект поправки, чтобы сделать его более приемлемым для колеблющихся членов Совбеза. Когда пишутся эти строки, расстановка сил по резолюции такова: США, Англия, Испания и Болгария — за; Россия, Франция, Китай Германия и Сирия — против; Ангола, Гвинея, Камерун, Чили, Мексика и Пакистан — пока не определились или держат свою позицию в секрете.


Сенат США ратифицирует Договор о сокращении стратегических потенциалов

В России почти незамеченным прошло сообщение, что 7 марта сенат Соединенных Штатов ратифицировал Договор о сокращении стратегических потенциалов (ДССП), подписанный Путиным и Бушем в Москве в мае прошлого года. Он предусматривает сокращение к 31 декабря 2012 года суммарного количества боезарядов двух стран до 1700—2200 единиц. При этом каждая из сторон сама будет определять состав и структуру своих ССП, исходя из установленного суммарного предела. В настоящее время каждая из сторон обладает более чем 6000 боеголовок. Закон о ратификации войдет в силу после того, как его подпишет президент Буш.

В США, однако, это событие широко комментировалось в СМИ, на него откликнулись почти все газеты. Отмечалось, что сенат ратифицировал ДССП единогласно — 95 сенаторов проголосовали «за» и никто не голосовал «против». Почти все комментаторы отмечали, что договор не предусматривает уничтожения демонтированных боеголовок или их носителей, как это имело место в рамках предыдущих договоренностей. Это обстоятельство стало основным объектом критики со стороны сенаторов-демократов. Они указывали на то, что стороны могут быстро вернуть боеголовки со складов и вновь оснастить ими ракеты, подводные лодки и бомбардировщики. Многие демократы высказывали озабоченность и тем, что в договоре не прописаны механизмы проверки его исполнения и охраны демонтируемых боеголовок. Особое беспокойство по этому поводу выразил сенатор-демократ Джон Кэри, который намерен выдвинуть свою кандидатуру на следующих президентских выборах. Он назвал договор самым слабым из всех когда-либо обсуждавшихся в сенате.

В общем, сенаторы в течение двух дней больше спорили не о том, что зафиксировано в договоре, а о том, что в нем отсутствует. Они также указывали на то, что Россия не располагает достаточными финансовыми возможностями, чтобы обеспечить безопасность и сохранность демонтируемых ядерных зарядов. Раздавались также призывы не останавливаться на достигнутом, а добиваться дальнейшего снижения порога ядерного противостояния двух стран.

Проблеме безопасности хранения снятого с вооружения российского оружия массового поражения были посвящены недавние слушания в комитете по вооруженным силам палаты представителей американского конгресса. По сообщению газеты «Бостон глоб» (09.03.2003 г.), на слушаниях отмечалось, что России по наследству от СССР достались 30 тысяч ядерных зарядов, 600 метрических тонн различных ядерных материалов, 40 тысяч тонн химического оружия. К этому надо добавить 2100 ракет и 40 исследовательских центров, которые были заняты разработкой и производством бактериологического оружия. Говорилось, что прогресс в деле уничтожения этого оружия недостаточен и вина за это возлагалась на правительство России. Оно, дескать, неспособно финансировать свою долю совместных расходов на эти цели, а также не предоставляет беспрепятственного доступа на некоторые ядерные и биологические объекты. Но конгрессмены признали, что часть вины лежит и на американской стороне. Тем не менее в России за прошедшие 12 лет было уничтожено более 6000 ядерных боеголовок, 847 ракетных пусковых установок, 856 баллистических ракет и другого оружия.

Василий Сафрончук
http://www.sovross.ru/2003/027/027_7_01.htm