ТАЙНЫ АМЕРИКИ

факты о настоящей Империи Зла

Подборка статей о выборах 2000-го года


Содержание страницы:

  • "Верховный суд остановил пересчет голосов во Флориде: Черный день для американской демократии"

  • "Верховный суд действует вопреки избирателям США: Позорное постановление"

  • Бэрри Грей "Газеты New York Times и Washington Post и кризис американских выборов"

  • Бэрри Грей "Выборы 2000 года и наступление Буша на демократические права"




Верховный суд остановил пересчет голосов во Флориде: Черный день для американской демократии


От редакции МСВС
16 декабря 2000 г.

Нижеследующая статья была опубликована на английской странице МСВС 10 декабря 2000 г.

Решение, принятое в субботу после полудня Верховным судом США, останавливающее ручной подсчет неучтенных голосов, поданных во Флориде на президентских выборах, является лобовой атакой на самое фундаментальное из демократических прав - право голоса. Это кульминация долгих попыток кампании Джорджа В. Буша и Республиканской партии предотвратить пересчет голосов, который мог показать, что кандидат от демократов Эл Гор, а не Буш, добился победы в этом штате и на президентских выборах в целом.

В течение месяца процедуры подсчета голосов и юридических, а также политических маневров, выяснился принципиальный предмет разногласий. Верховный суд Флориды в своем решении, принятом в пятницу, заявил, что закон Флориды требует, "чтобы голос каждого гражданина учитывался, когда это возможно, идет ли речь о выборах представителя местного органа власти или о выборах президента Соединенных Штатов". Правое большинство Верховного суда США, состоящее из пяти человек, заняло позицию, выраженную словами судьи Энтонина Скалии 1 декабря: на президентских выборах "не существует права голоса".

Четыре члена Верховного суда, выступившие против остановки пересчета: Джон Пол Стивенс, Стефен Брейер (Breyer), Рут Бейдер Гинсбург и Дэвид Соутер (Souter) - вместе выразили особое мнение, сформулированное Стивенсом. Меньшинство осудило приостановку пересчета, считая это нарушением как конституционных процедур, так и демократических принципов.

Верховный суд Флориды несомненно действовал в рамках своих законных и конституционных прав при интерпретации избирательного закона штата и принятии своего постановления о пересчете голосов. С другой стороны, если что и является чрезвычайным актом судебного беззакония, так это отмена Верховным судом США решения суда штата даже без рассмотрения аргументов законного характера. Как заявляется в особом мнении судьи Стивенса, "в вопросах законодательства штата мы последовательно соблюдали мнение высших судов Штатов".

Команда Буша не смогла обеспечить законную основу для принятия решения о приостановке, заявило меньшинство, которое требует доказательства того, что Буш мог бы претерпеть непоправимый ущерб в случае продолжения пересчета. "Учет каждого законно поданного голоса не может причинить непоправимый ущерб", - утверждает меньшинство. "С другой стороны, существует опасность, что прекращение пересчета может причинить непоправимый ущерб ответчикам [т.е. кампании Гора], и, что более важно, всему обществу... Предотвращение завершения пересчета неизбежно бросит тень на законность этих выборов".

Меньшинство ясно показало, что оно считает решение Верховного суда Флориды совершенно оправданным как по законам Флориды, так и по более широким демократическим соображениям. "В более фундаментальном смысле, - написал Стивенс, - постановление суда Флориды отражает основной принцип, неотъемлемо присущий нашей конституции и нашей демократии, согласно которому каждый законно поданный голос должен быть учтен".

Это замечательный комментарий по поводу разложения американской демократии: большинство Верховного суда страны должно было запретить такое элементарное подтверждение суверенитета народа. Судьи, которых никто никогда не избирал, стремятся лишить право голоса содержания.


Циничная ложь Скалии

Четверо из пяти членов Верховного суда, которые голосовали за приостановку пересчета голосов во Флориде: председатель суда Уильям Ренквист, Кларенс Томас, Сандра Дей О`Коннор и Энтони Кеннеди - даже не обосновали свое решение. Только Скалия, который выступает как идейный лидер правой группировки, опубликовал краткое сопроводительное мнение, содержащее нагромождения циничной лжи.

Скалиа пишет: "Вопреки утверждениям несогласной стороны, ключевым пунктом не является вопрос, "может ли причинить непоправимый ущерб учет каждого законно поданного голоса". Один из принципиальных вопросов в апелляции, которую мы приняли, заключается именно в том, являются ли голоса, которые были направлены на пересчет, при правильном истолковании законов Флориды, "законно поданными голосами"".

Это поразительное измышление. Команда Буша не выступила с заявлением, что недосчитанные голоса во Флориде были "незаконно поданными голосами". Скалиа приплел это ни к селу ни к городу, не побеспокоившись объяснить, каким образом "истолкование законов Флориды" может стать предметом разбирательства в федеральных судах. Эти голоса были неоспоримо законными, они были поданы зарегистрированными избирателями и учтены как законные голоса, поданные за несметное число других учреждений и за пункты референдума 7 ноября, вплоть до выбора сенатора.

Вопрос состоит не в законности этих голосов, а в том факте, что счетные машины не смогли определить выбор в президентской гонке. Ошиблись ли машины или избиратели не решили, за какого кандидата в президенты голосовать, может определить только ручной пересчет голосов. Однако именно этого стремится не допустить правое большинство Верхового суда.

Подсчет таких голосов, согласно Скалии, "угрожает, по моему мнению, непоправимым ущербом истцу [Джорджу В. Бушу] и всей стране тем, что бросит тень на его утверждение, что он является законно избранным президентом. Сначала подсчет, а потом решение о законности не являются средством для выработки таких результатов выборов, которые имели бы общественное признание, требующееся для демократической стабильности".

Этими словами Скалиа лишь признает, что приостановка пересчета голосов была предназначена для обеспечения политического правдоподобия заявления Джорджа В. Буша о том, что он стал президентом, путем предотвращения пересчета голосов, который может показать противоположное. Он доказывает, что если бы во Флориде насчитали достаточное количество голосов для доказательства победы Гора на выборах, то будет невозможно получить "общественное признание" президентским претензиям Буша.

Эта озабоченность проявилась в записке суду юристов Буша, в которой содержались нападки на решение Верховного суда Флориды из-за того, что оно выдвигает "соответствующую возможность того, что утверждение 26 ноября губернатора Буша в качестве победителя во Флориде будет поставлено под сомнение или отменено..." Другими словами, они просили суд остановить пересчет, потому что Буш может проиграть.

Юристы Гора сконцентрировались на этом признании в своей записке Верховному суду. Она начинается словами: "Требование истцов о приостановке содержит замечательное заявление: ради мнимой цели продвижения интересов избирателей истцы настоятельно требуют у этого суда остановить подсчет голосов.Их удивительное утверждение заключается в том, что кандидат на общественный пост может претерпеть непоправимый ущерб от процесса распознавания и учета воли избирателей. Это предложение противоречит установленному закону, конституции США и основным принципам демократии".


Стандарты подсчета голосов

Последним вопросом, поднятым Скалией, было решение суда Флориды не предписывать особые критерии того, что составляет право голоса. Он подверг сомнению "правильность, а в действительности, конституционность стандарта определения намерения избирателя, который варьируется в разных избирательных округах".

Здесь Скалиа вторит истерической пропаганде команды Буша, подхваченной также средствами информации, относительно 64 округов, применяющих, как утверждается, 64 стандарта для подсчета голосов. Этот вопрос, однако, целиком является отвлекающим маневром. Предоставление таких решений чиновникам местных избирательных комиссий является характерной чертой законов о пересчете голосов на выборах в большинстве штатов США, в том числе и во Флориде.

Более того, существует широкое разнообразие в способе "измерения выбора избирателя" в различных районах Соединенных Штатов. Некоторые округа используют машины для голосования, некоторые - проколотые карточки, некоторые - бюллетени, отмеченные карандашом и сканируемые оптическими приборами, некоторые - бумажные бюллетени, подсчитываемые вручную. Постановление, которое Скалиа предлагает объявить неконституционным - не просто пересчет голосов во Флориде, а президентские выборы целиком и всякие другие выборы в Америке.

Верховный суд Флориды отказался предписать детальные критерии не потому, что такие критерии не введены Законодательным собранием Флориды или избирательными законами штата. Напротив, оно подтвердило законный стандарт, предусмотренный законодательством штата, а именно, что местные чиновники пытаются определить "выбор избирателя" согласно виду избирательного бюллетеня.

Здесь снова обнажается необыкновенное лицемерие окружения Буша и большинства Верховного суда. Команда Буша обжаловала первоначальное решение суда Флориды, который перенес крайний срок для утверждения итогов голосования с 14 на 26 ноября, заявив, что это был незаконный и антиконституционный юридический акт, который равнозначен переписыванию избирательного закона Флориды. Скалиа, Ренквист и другие правые судьи надоедливо толковали об этом в ходе первых слушаний в Верховном суде 1 декабря.

Сейчас Скалиа и команда Буша осуждают Верховный суд Флориды за то, сто он не переписал избирательный закон Флориды путем установления нового унифицированного стандарта для подсчета поданных разными способами голосов.

Циничная недобросовестность этих аргументов показывает реакционный характер позиции, занятой Скалией и большинством суда. Они не рассуждают, последовательно исходя из законных, пусть даже консервативных, принципов. Напротив, они отправляются от желаемого результата - введения Джорджа В. Буша в Белый дом - и действуют в обратном направлении, хватаясь за любые юридические и конституционные предлоги, какие они могут придумать, для оправдания искомого результата, невзирая на отсутствие какой бы то ни было связной логики.

Есть явный элемент отчаяния и бесстыдства в этих юридических махинациях. Никогда ранее американский кандидат в президенты не стремился войти в Белый дом после проигрыша как всенародного голосования, так и голосов выборщиков. Буш использовал аппарат правительства штата Флорида (контролируемого его братом, губернатором Джебом Бушем) в попытке извратить волю народа Флориды и американского народа в целом. Сейчас, посредством поддержки податливых средств информации и Верховного суда, заполненного представителями правых, этот антидемократический заговор движется дальше.


Прострация демократов

Робкая реакция команды Гора и Демократической партии на это реакционное решение является дальнейшей демонстрацией банкротства либерализма и его неспособности защищать демократические права против нападения справа. Контраст со злобной решимостью республиканцев удивительный. После решения Верховного суда во Флориде в пятницу, представитель Буша Джеймс Бейкер без зазрения совести дал резкий ответ, осуждающий большинство суда как узурпаторов, утверждая, что решение, принятое большинством в 4 голоса против 3, в сущности незаконно, и угрожая аннулировать их действия посредством подачи апелляции в Верховный суд США, Законодательное собрание Флориды и контролируемый республиканцами Конгресс.

Однако после субботнего решения большинством в 5 голосов против 4, постановившего остановить пересчет, юридический и политический представитель Гора не выразил никакого публичного возмущения, открытого вызова и не высказал даже просто серьезной критики. Неужели не было никакого произвола? Откуда это нежелание сказать то, что всякий признает правдой: большинство Верховного суда является соучастником заговорщиков в попытке правых захватить пост президента. Вместо этого главный юрист Гора Дэвид Бойес (Boies) подтвердил законность решения суда.

В ходе избирательной кампании Гор неоднократно ссылался на опасность того, что Буш может назначить больше судей, вроде Скалии и Томаса, в качестве аргумента голосовать за демократов. Сегодня, когда Скалиа и Ко проявляют себя как юридические разбойники на войне против демократии, Гор придерживается абсурдной отговорки, что Верховный суд является беспристрастным арбитром в политической борьбе. Таким образом, демократы вносят вклад в обман насчет того, что то, что сейчас происходит, является неким видом обоснованного проявления юридического пересмотра, а не подлым и преступным нарушением демократических прав.

Даже если приостановка пересчета не последует вплоть до решения в понедельник, целиком отменяющего решение Верховного суда Флориды, прекращение подсчета голосов уже имело огромное воздействие, так как предварительная дата завершения отбора выборщиков от Флориды - это 12 декабря. Ссылаясь на неясный закон 1887 г., к которому никогда ранее не обращались, контролируемое республиканцами Законодательное собрание Флориды угрожало назначить выборщиков за Буша, невзирая на голоса, поданные население штата, если отбор выборщиков не закончится к 12 декабря. Двухдневная задержка, вызванная решением Верховного суда о приостановки пересчета голосов, делает еще более трудным уложиться в этот крайний срок.

В том, что Верховный суд принял решение, которое поддерживает команду Буша и замалчивает голоса десятков тысяч жителей Флориды, проявляется наступление на демократические права, невиданное, с точки зрения своей грубости и цинизма, со времен печально известного решения Дреда Скотта 1857 г. Тогда Верховный суд поддержал систему рабства и заявил, что черные являются собственностью и не могут быть гражданами. Сегодня тот же суд находится на грани решения, равным образом фундаментального, заявляя, что правое меньшинство, а не голоса американского народа, должно избирать следующего президента.

Столкновения последнего месяца обнаружили, как мала поддержка демократии со стороны самых богатых представителей американского общества: в корпоративных кругах, среди политиков, судей и в средствах информации. Правые элементы все в большей мере сознают тот факт, что они не могут навязать своей экономической и политической программы - огромных налоговых сокращений, разрушения всех правительственных социальных программ, уничтожения всех ограничений для корпоративной Америки - внутри демократической структуры.

Существует растущее согласие в правящих кругах в отношении необходимости двигаться к авторитарному режиму и к отбрасыванию демократических структур и институтов, которые были основой Соединенных Штатов в течение всей их истории. Это согласие выражается в свирепости и агрессивности республиканцев, в бесстыдной пропаганде средств информации, в робости и трусливости демократов и в глупом и благодушном отношении со стороны либеральных и академических кругов.

В конечном счете кризис выборов 2000 г. показывает, что политические формы в Соединенных Штатах подходят к той черте в социальной структуре страны, за которой все больше и больше устанавливается олигархия богатства меньшинства, баснословно разбогатевшего посредством бума на фондовом рынке, на фоне огромного большинства, стоящего перед лицом все более трудной борьбы за выживание.

Однако успех правого крыла окажется иллюзорным. Богатая элита может отказаться даже от признания на словах демократических принципов, однако широкие массы американского народа еще не сказали своего слова и не вовлечены в борьбу. Вплоть до сего дня кризис выборов 2000 г. принимал форму злобной борьбы внутри правящей элиты. Однако то, за что ведется борьба, имеет величайшее значение для всего населения. Когда наступление на основные демократические права станет более явным, а политические вопросы прояснятся в умах миллионов, эти события будут иметь чрезвычайно радикализирующее воздействие. Создается арена для огромных социальных и политических потрясений в Америке.

http://www.wsws.org/ru/2000/dez2000/elec-d16.shtml




SEA ISLAND, UNITED STATES: US From left are: Yemeni President Ali Abdullah Saleh; Japanese Prime Minister Junichiro Koizumi; Bush; Afghan President Hamid Karzai; and Jordanian King Abdullah.


Верховный суд действует вопреки избирателям США: Позорное постановление


От редакции МСВС
21 декабря 2000 г.

Нижеследующая статья была опубликована на английской странице МСВС 14 декабря 2000 г.

Постановление, принятое во вторник Верховным судом США, знаменует собой поворотный пункт в истории США. Оно производит фундаментальный и бесповоротный разрыв с демократией и традиционными формами буржуазной законности.

Действиям суда нет прецедента. После выборов, в которых приняли участие 100 миллионов человек, их результат был определен пятью неизбираемыми судьями, принявшими судебное решение большинством в один голос. Большинство суда остановило пересчет голосов во Флориде с очевидной целью помешать кандидату в президенты от Демократической партии Элу Гору, который получил большинство голосов избирателей в национальном масштабе, подтвердить получение голосов в его пользу и тем самым добиться голосов всех выборщиков от этого штата. Судьи украли результаты выборов и бросили их к ногам своего республиканского союзника Джорджа В. Буша.

Они сделали это на глазах американского народа, отменив решение Верховного суда Флориды и игнорируя предупреждения других членов суда, которые тщетно протестовали против решения, указывая на то, что оно подрывает законность судебной власти и дискредитирует претензии Соединенных Штатов по части образцового соблюдения демократических принципов.

Один пассаж из решения, которое приняли председатель суда Уильям Ренквист и судьи Энтонин Скалиа, Кларенс Томас, Сандра Дей О`Коннор и Энтони Кеннеди, стоит процитировать. Своим неприкрытым отрицанием права голоса она обнажает сущность их действий:

"Отдельный гражданин не имеет федерального конституционного права голосовать за выборщиков президента Соединенных Штатов до тех пор, пока законодательное собрание штата не проведет выборы в масштабах штата как средство осуществить свою власть для назначения членов коллегии выборщиков".

Далее в постановлении большинства говорится, что всякое законодательное собрание штата в любое время может отменить результаты народного голосования и, "если оно так решит, само выбрать выборщиков".

Сами методы, использованные кампанией Буша и его союзниками в Верховном суде, а также откровенно антидемократическая основа их действий разоблачают сущность политики, которую намеревается проводить новая администрация. Буш говорит от имени самых безжалостных и алчных слоев правящего класса, которые требуют снятия всех законодательных, политических и нравственных ограничений на эксплуатацию рабочего класса, извлечение прибыли и накопление личного богатства.

Выборы 2000 г. довели до конца ожесточенный конфликт по вопросам политики и стратегии, который бушевал внутри правящей элиты США в течение последнего десятилетия. Существенный слой корпоративной и политической верхушки никогда не признавал легитимности демократической администрации Клинтона-Гора. Несмотря на усилия Клинтона умиротворить правых республиканцев и принять их социальную программу, могущественные силы из финансовых и корпоративных кругов рассматривали его администрацию как отступление от агрессивной антирабочей и пропредпринимательской политики Рейгана и старшего Джорджа Буша. Они злобно реагировали на малейшие жесты Клинтона в направлении социальных реформ.

Эти силы стремились добиться отставки Клинтона, поддержав ряд скандалов и провокаций, которые достигли кульминации в попытке импичмента и судебном процессе над президентом-демократом в Сенате. Верховный суд играл видную роль в этой попытке государственного переворота, начиная с его единогласного постановления в мае 1997 г., отклонившего просьбу Клинтона отложить судебное разбирательство по иску Паулы Джонс о сексуальных домогательствах до окончания срока его президентских полномочий. Председатель суда Ренквист играл ключевую роль в этом заговоре, назначив ультраправого судью, который инициировал первое независимое расследование по делу Уайтуотер, а затем заменил его Кеннетом Старром.

Потерпев неудачу в попытке сместить Клинтона, эти же самые силы вмешались в выборы 2000 г. с целью вернуть республиканскую администрацию, которая будет проводить курс классовой конфронтации и использовать авторитарные методы.

Ни один принцип марксизма не опровергался более горячо защитниками капиталистической системы, как либеральными, так и консервативными, чем теоретическая концепция государства как инструмента классового правления и буржуазной демократии как в конечном счете формы диктатуры капитала. Однако развитие кризиса, связанного с выборами, дало веское подтверждение этой основной марксистской идеи. Пять членов Верховного суда, самые элитные представители американской буржуазии, вмешались в события, чтобы решить исход выборов, и приняли решение вопреки голосам 50 миллионов сторонников Гора.

Тот факт, что действия суда являются атакой на демократические права, признается в особом мнении члена Верховного суда Джона Пола Стивенса, который пишет: "В интересах завершения дела большинство, однако, фактически дало указание о лишении гражданских прав неизвестного числа избирателей, чьи бюллетени показывают их выбор - и поэтому являются законными голосами, согласно законодательству штата, - но были по некоторым причинам забракованы счетными машинами".

В заключение своего резкого заявления о несогласии Стивенс говорит: "Хотя мы можем никогда не узнать с полной определенностью личность победителя президентских выборов этого года, личность проигравшего совершенно ясна. Это доверие нации к суду как беспристрастному стражу правопорядка".

Здесь Стивенс указывает на существенный аспект того процесса, который развертывался в течение последних пяти недель: небрежность, проявленную господствующими фракциями внутри правящей элиты США, которые поддерживают Республиканскую партию. Их готовность пожертвовать представлением о законности Верховного суда перед лицом широких слоев общественности подчеркивает авторитарную траекторию их политики. Общественное доверие к суду не столь важно для тех, кто рвет с демократическими нормами и движется в направлении к диктаторскому правлению.

Фактом, однако, является то, что наряду с дискредитацией Верховного суда дурную славу приобрели все другие институты буржуазного государства. Конгресс в глазах широких масс уже навлек на себя позор своей ролью в сексуальном скандале Моники Левински и в связи с заговором импичмента. Душок мошенничества витает над президентством, даже до того, как Джордж В. Буш займет место в Белом доме.

Глубоко укорененная социальная поляризация внутри американского общества нашла сегодня абсолютное выражение в распаде традиционных буржуазных демократических институтов. Ожесточенные и продолжительные столкновения внутри правящей элиты распространяются на все общество, и массы больше нельзя удержать в стороне.

Социальные и политические атаки, которые предпримет администрация Буша, будут встречать все более значительное сопротивление со стороны трудящихся и всех тех, кто готов бороться за демократические права и социальную справедливость. Дряблая оппозиция Гора и демократов - это одно. Оппозиция рабочего класса - это нечто совершенно иное.

Кризис выборов 2000 г. знаменует собой новый отправной пункт в ходе американской жизни, а в действительности - и в мировых делах. Общественные отношения и политические условия никогда более не вернутся к тому состоянию, в каком они находились до 7 ноября. Первая задача американского рабочего класса заключается в том, чтобы действовать на основе этого огромного политического опыта и извлечь из него соответствующие политические уроки. Партия Социалистического Равенства (Socialist Equality Party) и ее политический орган Мировой Социалистический Веб Сайт готовы играть руководящую роль в этом процессе политического воспитания и подготовки грядущих великих классовых битв.

http://www.wsws.org/ru/2000/dez2000/elec-d21.shtml




Бэрри Грей

Газеты New York Times и Washington Post и кризис американских выборов


24 ноября 2000 г.

Нижеследующая статья была опубликована на английской станице МСВС 13 ноября 2000 г.

Обращение газет New York Times и Washington Post[это две ведущие официозные (полуофициальные) дневные газеты Соединённых Штатов, которые определяют диапазон тем и мнений, обсуждаемых в американской прессе, телевидении, радио и других СМИ - ред.] к демократическому кандидату Элу Гору с предложением отказаться от судебных исков против ошибок в подсчёте голосов в ключевом штате Флорида, показывает равнодушие обеих газет в отношении демократических прав американского народа.

В прошлую пятницу, через день после того, как глава избирательного комитета Гора Уильям Дэйли объявил, что лагерь демократов поддержит иски в суд со стороны избирателей штата Флорида, и описал возможные юридические шаги со стороны представителей кандидата, обе газеты опубликовали редакционные статьи, осуждающие кандидата от демократов. Обе газеты присоединились к растущему шуму в прессе, которая требует, чтобы Гор уступил президентство республиканцу Джорджу В. Бушу.

Неискренние попытки газет представить дело так, будто сторона Гора не права в этом споре по поводу 25 электоральных голосов, были быстро опровергнуты событиями. На следующее утро представители Буша объявили, что они подают иск в федеральный суд для того, чтобы остановить ручную проверку голосов в тех четырех избирательных округах (counties), в которых избиратели жалуются на широкие нарушения правил голосования. Ручной пересчёт голосов уже начался в округе Палм-Бич, в котором обманчивый дизайн бюллетеня привел к тому, что несколько тысяч сторонников Гора по ошибке проголосовали за крайне правую партию Реформ и её кандидата Пэтрика Бьюкенена, а примерно 19.000 других избирателей ошибочно выбрали больше одного кандидата и таким образом испортили свои бюллетени.

Post опубликовала в субботу редакционную статью с критикой представителей Буша за то, что они подали иск в суд против продолжения более аккуратного подсчёта голосов, протестуя в то же время против каких-либо исков со стороны Гора. Times не сделала даже и этого. Хотя газета резко осудила Гора за его угрозу подать в суд, она не высказала подобной же критики по адресу лагеря Буша за сам факт иска.

Даже до подачи в суд сторонники Буша открыто выразили свое презрение по отношению к озабоченности граждан Флориды, политический голос которых был подавлен испорченными бюллетенями и другими неполадками. К тому моменту, когда редакторы Times и Post опубликовали свои нападки на Гора, сторонники Буша открыто продемонстрировали, что их стратегия заключается в том, чтобы предотвратить какое-либо расследование этой пародии на выборы и силой пробиться в Белый Дом, полагаясь в то же время на помощь со стороны прессы в обезоруживании общественного протеста и на вполне проверенную трусость самих демократов. Между тем автоматическая проверка голосов во Флориде ещё более уменьшила преимущество Буша в голосах: из шести миллионов поданных в этом штате голосов перевес Буша снизился с 1725 объявленных в конце выборов голосов до всего лишь 327.

Несмотря на это, в своей редакционной статье от 10 ноября Times осудила Гора, заявляя, что он "ужесточил враждебную атмосферу вокруг выборов президента своим решением подать иск в суд Флориды". Газета обвинила представителей Гора в том, что они "применяют язык конституционного кризиса" и осудила демократического кандидата за его "чрезмерно поспешный судебный иск".

Подобно этому, Post осудила представителя Гора Уильяма Дэйли за то, что тот сказал во время пресс конференции 9 ноября: "Если мы хотим, чтобы победил выбор граждан, то мы обязаны признать, что Гор победил во Флориде, и он будет нашим следующим президентом". Газета назвала ядовитым утверждение Дэйли о том, что победа Буша означала бы, что "выборы сворованы".

Post продолжает: "Мистер Дэйли и другие сторонники Гора продолжают намекать, будто небольшой перевес в голосах каким-то образом даёт ему преобладающий статус, если даже и не частичное право на пост президента, то всё же право оспаривать избирательное решение во Флориде. Но это не так, и они это знают. Единственный фактор - это голоса коллегии выборщиков".

Правда заключается в том, что согласно архаичным конституционным законам о выборах тот кандидат, который собирает большее число электоральных голосов, даже если он собрал меньшее число бюллетеней, выигрывает пост президента. Но любой человек, придающий значение теории, которая утверждает, что выборы должны определить волю народа, - любой такой человек должен придавать огромное значение результату всеобщего голосования и обязан настаивать, чтобы все меры были приняты для того, чтобы победитель в таком голосовании не проиграл бы в результате обмана или грубых нарушений правил голосования в каком-то отдельном штате. С этой точки зрения защита принципов демократии требует именно того, чтобы кандидат, набравший большее число голосов избирателей, получил "преобладающий статус".

В этих условиях заявление Буша о получении большинства электоральных голосов опирается именно на спорный и не вполне добросовестный результат голосования во Флориде, где к тому же брат Буша является губернатором и заведует процедурой голосования. Имея в виду ситуацию во Флориде, заявление Дэйли, что воля избирателей Флориды должна выразиться в победе Гора, является совершенно верным.

Аргументы, выдвинутые Times и Post, подчёркивают их презрение по отношению к принципам демократии. Они заявляют, что обращение Гора в суд является незаконным. Эти заявления игнорируют жалобы граждан Флориды, единственный выход которых в защиту собственных избирательных прав состоит в подаче исков в суд. В более широком смысле позиция газет - это игнорирование озабоченности десятков миллионов американцев, которые кровно заинтересованы в результате выборов.

Каким же иным образом сторонники Гора могут опротестовать явно нечестный и антидемократический результат выборов, как не обращением в суд, особенно в условиях, когда обратная сторона пытается предотвратить серьёзное расследование этого процесса выборов? Ни Times ни Post не отвечают на этот вопрос.

Если начинать не с соображений политического удобства и защиты определённых интересов а, напротив, с точки зрения того, что выборы должны определить волю общества, то становится ясно, что Гор должен отвергнуть требования о капитуляции и вместо этого, пока исход выборов остаётся ещё под вопросом, обязан использовать любую законную возможность [для прояснения ситуации].

Times и Post утверждают, что исход выборов должен быть определен простым подсчётом голосов во Флориде, включая также бюллетени, посланные по почте до 17 ноября. Нужно проигнорировать испорченное голосование в Палм-Бич. Также нужно забыть о заявлениях избирателей из национальных меньшинств (негров и латинских иммигрантов), что их притесняли и запугивали полицейские и служащие избирательных участков, а также и показания о том, что многие ящики с бюллетенями были утеряны (и это в штате, который имеет печальную известность в связи с прошлыми фальсификациями выборов).

Такое решение было бы явным нарушением демократических прав. Инаугурация кандидата в таких условиях была бы равнозначна силовому навязыванию правительства против воли населения. К тому же, результаты быстрых проверок голосов до сегодняшнего дня опровергают утверждения сторонников Буша: даже не учитывая спорные бюллетени, перевес Буша в голосах упал на 81% по сравнению с результатом, объявленным в день выборов.

Даже если число в 327 голосов вырастет на тысячу с лишним посланных по почте голосов, то и тогда разница между Бушем и Гором составит ничтожную величину по сравнению с шестью миллионами бюллетеней, поданных в штате Флорида. Такая ничтожная разница между большинством и меньшинством голосов не заслуживает доверия. По сравнению с национальными выборами, где было подано 105 миллионов голосов, настаивать на том, чтобы народ согласился с результатом, основанным на количестве людей, которые все вместе могут легко поместиться в среднем актовом зале, совершенно безрассудно.

Поскольку в штате Флорида нет явного победителя, можно прийти к двум альтернативам. Первый выход проблематичен, но является законным. Можно исключить Флориду из подсчёта электоральных голосов. Но этот выход не понравится гражданам Флориды, и они будут правы.

Итак, единственный выход заключается в проверке голосования в этом штате. Это явно оправдано свидетельством о нарушениях правил о голосовании прежде всего в округе Палм-Бич. Из этого вытекают две альтернативы. Можно провести новое голосование в этом уезде. Или же можно внимательно проверить те 19.000 бюллетеней, которые были исключены из-за того, что в них были помечены два кандидата. Можно подсчитать статистически, какой процент этих голосов присудить Гору, какой Бушу.

Скажем, если проверка покажет, что 18.000 бюллетеней отмечали Гора и другого кандидата, а 1.000 отмечали Буша и другого кандидата то можно распределить все голоса между двумя кандидатами соответственно этой пропорции.

Ясно, что в любом из этих случаев в результате победил бы Гор с излишком в тысячи голосов, и именно поэтому все попытки сторонников Буша при поддержке газет Times и Post состоят в предотвращении такой проверки. Вся аргументация кампании Буша, если сорвать с нее законнические и конституционные претензии, сводится к тому факту, что Буш получил преимущество вследствие обширных недочётов в выборах, возможно даже в результате фальсификации, и теперь желает предотвратить какую-либо проверку этих событий.

Реакция либеральной прессы на этот избирательный тупик выражает суть политического кризиса. Раздоры вокруг претендента на высшую государственную власть указывают на развал институтов американской буржуазной демократии под давлением огромных расколов и напряжения, выросших внутри США.

В самом центре потрясений внутри общества находится резкий рост общественного неравенства. В особенности за последнее десятилетие самые привилегированные пять или десять процентов населения сильно разбогатели, в то время как общественное положение огромного большинства населения застыло или упало. Несмотря на разговоры среди представителей общественного мнения о процветающей и довольной собой нации, на самом деле классовые противоречия внутри Соединённых Штатов являются более резкими и потенциально взрывоопасными, чем когда-либо после окончания Второй Мировой войны.

Значительный слой либерального истэблишмента улучшил своё положение в результате общего перераспределения национального богатства от трудящихся масс в сторону тех, кто находится на высших ступенях экономической лестницы. Разжиревшие и коррумпированные в результате своих инвестиций на рынке и огромных жалований, эти элементы всё более отдаляются от широкие массы населения и презирают их. Для этого слоя политическая стабильность, то есть защита status quo, гораздо важнее, чем защита демократических свобод.

New York Times и Washington Post выражают мнение именно этого общественного слоя. Разногласия между ним и силами, представляемыми Бушем и Республиканской партией, невелики. Если дело идёт к выбору, поддержать ли лагерь открытой общественной реакции или рискнуть тем, что рабочий класс вырвется из под контроля корпоративной двухпартийной системы, то они инстинктивно выбирают первое.

Внутри самой Демократической партии, которая всегда больше притворялась насчет помощи рабочим, чем действительно им помогала, работает точно такая же динамика. Администрация Клинтона и избирательная кампания Гора ясно показывают траекторию этой партии вправо, её отчуждение от трудящихся, сужение её социальной базы в сторону секторов финансового капитала и высоко привилегированных слоёв среднего класса.

Миллионы рабочих, особенно из наиболее угнетённых секторов пролетариата, голосовали за Гора, чтобы предотвратить победу республиканцев. Но опыт вскоре покажет - вероятнее всего, весьма быстро - что эта дряблая партия, соединяющая пустые разговоры о реформах с подчинением большому бизнесу, ненадёжна в деле защиты демократических прав и общественных завоеваний рабочих от нападок крайне правых. Следующий виток политического кризиса ещё более резко укажет рабочему классу на необходимость построить свою собственную массовую партию и выдвинуть свои собственные демократические и социалистические рецепты для излечения американской болезни.

http://www.wsws.org/ru/2000/dez2000/elec-d21.shtml



Бэрри Грей

Выборы 2000 года и наступление Буша на демократические права


12 апреля 2002 г.

Нижеследующая статья была опубликована на английской странице МВСВ 14 ноября 2001 г.

В течение периода, последовавшего за террористическими атаками 11 сентября, американские средства массовой информации направляют свои усилия на то, чтобы обеспечить поддержку администрации Буша в войне с Афганистаном и наступлении на демократические права. Они некритически воспроизводят правительственную пропаганду и смиренно соглашаются с запретом, налагаемым правительством на какую-либо независимую информацию.

Как и в войнах 1990-х годов — в Персидском Заливе, Сомали, Косово — общественность наводняется слухами, которые исключают какое-либо серьезное рассмотрение текущих событий в их историческом или политическом аспектах, без чего невозможно дать им разумную оценку. Вызывающие оцепенение общественного мнения патриотические образы и военные лозунги, демонизация врагов и сведение мировой политики к борьбе между добром (США) и злом (самой последней целью американских бомб) предназначены для того, чтобы стимулировать форму исторической амнезии, когда события современности отделяются от предшествующего им хода развития, породившего их.

Такой мелочный и демагогический подход является необходимым элементом пропаганды, которая стремится не к тому, чтобы информировать и воспитывать, а скорее дезориентировать массы и направлять их к поддержке той политики, которая нацелена против их же интересов.

Частью этой пропагандистской кампании стал миф об 11 сентября, который можно кратко выразить фразой «все изменилось». Это должно быть понято так, что ни одно из тех значительных изменений в американской политической жизни, которые произошли после этой даты, не имеют никакого отношения к событиям, которые предшествовали им. Предполагается, что все далеко идущие институциональные перемены, которые расширили полицейские полномочия правительства и сократили гражданские свободы, были осуществлены в ответ на непредвиденные события 11 сентября, которые и невозможно было предвидеть. Все эти меры следует целиком воспринимать в качестве крайней необходимости в «войне на два фронта» против глобального терроризма — войне, на которую была вынуждена пойти администрация Буша.

Никто не попытался объяснить — и меньше всего администрация Буша — почему падение угнанных самолетов на Всемирный Торговый центр и Пентагон потребовало начать войну против Афганистана, и почему это вызвало широкие меры по учреждению полицейского государства в США. Заклинание «все изменилось» основано на циничной и оправдывающей саму себя лжи. В действительности, наступление на демократические права, последовавшее после 11 сентября, — это продолжение и ускорение тех процессов, которые развивались задолго до террористических атаки.


Выборы 2000 года

Год назад американская правящая элита нашла фундаментальный способ бесповоротно покончить с демократическими нормами и процедурами. В результате впервые в американской истории итоги национальных выборов не соответствовали поданным голосам избирателей и оказались противоречащими воле электората.

Демократический кандидат Эл Гор победил на общенациональных выборах с перевесом примерно в 600 тыс. голосов избирателей. Однако в день выборов ни один из кандидатов не набрал большинства голосов избирателей, а результаты выборов в решающем штате Флорида оказались спорными. (При той архаичной системе, которая была установлена отцами-основателями Америки, предвыборная борьба за пост президента не решается народным голосованием. Президент фактически избирается выборщиками от различных штатов. Число выборщиков равно числу представителей от штата в Палате представителей плюс два сенатора от каждого штата).

Имея голоса во Флориде, подсчитанные справедливым и беспристрастным способом, Гор выиграл бы в этом штате, получил 25 голосов его выборщиков и был бы объявлен следующим президентом. Этого, однако, не произошло. Вместо этого, голоса тысяч граждан Флориды не были подсчитаны, и посредством мошенничества и заговора республиканский кандидат Джордж У. Буш воцарился в Белом доме.

Будущие поколения будут смотреть на выборы 2000 года как на вполне определенный пункт, обозначивший переход американского правящего класса на путь, ведущий к диктатуре. Все те авторитарные методы, которые приняли такие зловещие и конкретные формы, начиная с 11 сентября, были уже использованы кампанией Буша и Республиканской партией, чтобы произвести успешный избирательный coup d'etat (государственный переворот).

За девять дней до того, как Верховный суд США решением 5 голосов против 4 остановил подсчет спорных голосов в решающем штате Флорида и тем самым вручил победу в выборах Бушу, председатель редакции Мирового Социалистического Веб Сайта Дэвид Норт подвел итог основным проблемам избирательного кризиса в докладе на открытом собрании в Сиднее, Австралия [Уроки истории: Выборы 2000 г. и новый «непримиримый конфликт»]. В этом докладе он сказал:

«Решение суда покажет, как далеко готов зайти правящий класс Америки в отходе от традиционных норм буржуазной демократии и конституционных законов. Готов ли он санкционировать фальсификацию голосования и подавление воли избирателей и посадить в Белый дом кандидата, который пришел к этому посту путем явно нелегальных и антидемократических методов?»

12 декабря 2000 года Верховный суд США именно так и поступил. Пять республиканских судей правых убеждений, не избранных и не несущих ответственности перед американским народом, приняли решение, попирающее демократические права и игнорирующее любые законодательные или конституционные сомнения в его правильности. Это решение было принято судом, большинство членов которого применяло в прошлом формулы «права штатов» и «судебное ограничение» для того, чтобы уменьшить власть правительства США по проведению в жизнь законов, защищающих права рабочих и различных меньшинств. Но когда встала проблема: какими соображениями руководствоваться при вынесении решения об оспариваемых результатах выборов во Флориде — потребностью выразить волю электората или стремлением наиболее правого крыла правящей элиты посадить своего человека в Белом доме — Верховный суд вмешался во внутренние дела Флориды и совершил экстраординарное действие, отменяющее решение высшего суда штата.

Верховный суд Флориды отверг попытку республиканской администрации этого штата, возглавляемой губернатором Джебом Бушем, утвердить Джорджа У. Буша, брата губернатора, победителем предвыборной борьбы за пост президента на основе разницы в несколько сотен голосов. Республиканские избирательные должностные лица обеспечили Бушу надежную защиту, блокируя или игнорируя данные ручных подсчетов тысяч избирательных бюллетеней, в которых не оказывалось предпочтения нужному президенту. (Такие ручные подсчеты предусмотрены законом Флориды и большинством других штатов как средство для решения вопроса при спорных итогах выборов). Верховный суд Флориды потребовал, чтобы неподсчитанные избирательные бюллетени были подсчитаны.

Принимая такое решение, судьи из Флориды взывали к основным демократическим принципам народного суверенитета и праву участвовать в голосовании. Они заявили: «Право избирать — исключительное право, содержащееся в Декларации прав [Флориды], поскольку без этой основной свободы все другие будут умалены».

Антонин Скалия, выразитель идеологии крайнего правого крыла в Верховном суде США, устроил разнос суду Флориды за сохранение этих демократических принципов. Основываясь на реакционной интерпретации Конституции США, этот человек, занимающий пост, который является одним из воплощений американской юриспруденции со времен Гражданской войны, заявил, что американские граждане не имеют никакого конституционного права голосовать за президента Соединенных Штатов. Это явное отрицание права голоса стало основой для решения, принятого 12 декабря, благодаря которому Джордж Буш утвердился в Белом доме путем отказа в праве голоса тысячам граждан Флориды.

На следующий день демократический кандидат Эл Гор произнес малодушную речь, в которой он пошел на уступки, приравняв нападение суда на право голоса к «норме закона» и призывая всех американцев сплотиться за спиной «избранного президента».

Двумя месяцами позже в своем докладе во время международной школы в Сиднее член редакции МСВС Бэрри Грей подвел итог выборам 2000 года [«Всемирно-историческое значение политического кризиса в Соединенных Штатах»]:

«Выборы 2000 года в Соединенных Штатах являются историческим водоразделом. Они знаменуют окончательный разрыв с формами и традициями американской демократии... Несмотря на попытки средств информации и политической элиты — либералов в не меньшей степени, чем консерваторов, — оставить без внимания события ноября и декабря 2000 г. и "идти дальше", как будто бы не произошло ничего обладающего огромным значением, Америка изменилась принципиальным образом, и ничто не будет отныне таким же, как раньше, ни в Соединенных Штатах, ни в мире».

Далее Грей сказал: «Соединенные Штаты не превратились в диктатуру. Однако правящая элита этой страны встала на путь, который должен привести либо к авторитарному правлению фашистского типа, либо к социальной революции».


Политические войны 1990-х годов

Избирательный кризис 2000 года довел до точки кипения ожесточенный конфликт по поводу политики и стратегии, который назревал внутри правящей элиты США в течение предыдущего десятилетия. Значительная часть корпоративного и политического истеблишмента никогда не считала законной администрацию Клинтона-Гора. Несмотря на усилия Клинтона снискать доверие правых республиканцев и приспособиться к их социальной повестке дня, мощные силы внутри финансовых и корпоративных кругов видели в его администрации отступление от агрессивной антирабочей политики и защиты интересов бизнеса, которые проводил Рейган и старший Джордж Буш. Они сильно возмущались символическими жестами Клинтона, которые он делал в сторону необходимости проведения социальных реформ.

Вопросы, стоящие в повестке дня этой группы правящего класса, сегодня находят выражение в откровенном милитаризме администрации Буша и в ее фронтальном наступлении на демократические права. По сути, задачи этой части правящего класса состоят в снятии любых ограничений — законодательных, политических и моральных — для накопления частных состояний и получения прибыли.

Эти силы пытались снять Клинтона с его должности, поддерживая ряд скандалов и провокаций, которые в итоге завершились импичментом и судом Сената над президентом-демократом. Методы, которые они использовали — заговор, провокация, уничтожение репутации — уже сами по себе говорят о разрыве с буржуазной законностью и традиционными демократическими нормами.

Такие «грязные махинации» всегда были характерным modus operandi [образом действия] тех фашистских тенденций, которые получили доминирующее влияние в Республиканской партии. Будучи когда-то партией умеренного консерватизма и имея социальную опору в сельской и провинциальной Америке, эта партия перешла на политический фланг, объединяющий правых христиан, военное лобби, фанатиков борьбы против абортов и элементы военизированных формирований.

На выборах 1994 года правые республиканцы, руководимые республиканцем от Джорджии Ньютом Гингричем, получили контроль над обеими палатами Конгресса. Гингрич и компания пытались в конце 1995 и начале 1996 годов навязать свою реакционную социальную программу и ослабить федеральное правительство. Клинтону удалось обратить народный гнев себе на пользу и в 1996 году добиться своего переизбрания.

Этот опыт убедил влиятельные слои правящей элиты, что они не в состоянии преодолеть народное сопротивление их политике традиционными парламентскими и демократическими средствами. Они попробовали изгнать дважды избранного президента посредством псевдо-юридического хода. Группы христианских фундаменталистов, ведущие правых «ток-шоу», республиканские адвокаты и судьи, а также их союзники в высших эшелонах средств массовой информации — все это сообщество объединилось вокруг республиканского Конгресса и Независимого Прокурора Кеннета Старра с тем, чтобы унизить Клинтона, дестабилизировать его правительство и в конечном счете низвергнуть его. Таково происхождение иска Паулы Джонс о сексуальных домогательствах и скандала с Моникой Левински.

Правые республиканцы действовали с полным пренебрежением к мнению народа, которое было очень оппозиционно настроено по отношению к попыткам использования сексуального скандала для смещения избранного президента. Выборы 1998 года в палату Представителей Конгресса стали политическим ударом по республиканцам, чье большинство в палате Представителей было подавляющим. Гингрич был вынужден уйти с поста спикера Палаты и вскоре оставил место конгрессмена, однако отношение масс к импичменту, отразившееся на результатах выборов, только укрепило убеждение правого крыла в том, что придется применить внепарламентские и псевдо-юридические меры для того, чтобы достигнуть такого результата. Республиканцы возобновили свою попытку произвести переворот, и в следующем месяце палата Представителей фракционным голосованием подвергла Клинтона импичменту — первому импичменту когда-либо избранного президента.

В конце концов нарастающий гнев большей части населения заставил правящую элиту отступить, и Сенат оправдал Клинтона. Но это новое поражение только подлило масла в огонь и привело правых республиканцев в бешенство. Поддерживаемые наиболее влиятельными слоями корпоративной олигархии, они рассчитывали получить контроль над всеми рычагами политической власти, захватив Белый дом в 2000 году. В качестве своего знаменосца они выбрали политическое и интеллектуальное ничтожество (cipher), имеющее связи с большим нефтяным бизнесом, которое обладало преимуществом признанного имени, придерживалось в общем правых взглядов и на которое можно было бы рассчитывать при осуществлении предписаний его спонсоров с Уолл-Стрит и из промышленников США.

Для республиканцев выборы 2000 года были последним удобным случаем для достижения их целей. Они рассматривали эти выборы как возможность выхода из той социальной и политической ситуации, которая складывалась против них. 90-е годы показали, что не существовало никакой массовой поддержки их социальной программе. По мере приближения дня выборов становилось все более ясно, что бум фондового рынка предыдущих двух десятилетий, который сыграл огромную роль в привлечении к республиканской партии голосов избирателей из слоев богатых нуворишей, заканчивается. Социальные и политические последствия рецессии, в условиях потрясающего роста социального неравенства и распадающейся системы социальной безопасности, были непредсказуемы.

Республиканцы увидели страну, которая в демографическом и социальном отношении двигалась — с точки зрения объективных тенденций — против них. Эти силы решили применить любые средства, чтобы занять Белый дом и использовать свой контроль над судебной властью и Конгрессом для того, чтобы отразить возрастающую угрозу со стороны масс.

В ходе избирательной борьбы во Флориде, продолжавшейся пять недель и закончившейся вмешательством Верховного суда США, Республиканская партия организовала массированное давление на избирательных должностных лиц округа Майами-Дэйд. Цель состояла в том, чтобы довести до их сознания, что они должны остановить пересчет спорных избирательных бюллетеней. Республиканская партия обратилась к вооруженным силам США с призывом выступить против пересчета, что было одобрено демократами и санкционировано Верховным судом Флориды. Она стремилась подтолкнуть фашиствующих правых к безумным выходкам, используя механизм «большой лжи» для того, чтобы обвинить демократов именно в том, что делала она сама — в краже выборов.

Республиканская администрация во Флориде неоднократно пыталась вмешаться в процедуру ручного пересчета голосов в трех наиболее симпатизирующих демократам южных округах и прервать эту процедуру. В то же время контролируемые республиканцами административные структуры штата при поддержке должностных лиц предвыборного штаба Буша и главы Верховного суда Скалии готовились к тому, чтобы выдвинуть свою собственную команду настроенных в пользу Буша выборщиков в том случае, если бы усилия республиканцев, направленные на остановку пересчета голосов, потерпели бы неудачу и Гор был бы объявлен победителем.


Социальная поляризация и классовые антагонизмы

В основе электорального кризиса и отказа от соблюдения демократических норм лежит то, что составляет наиболее существенную особенность современной американской жизни. Имеющая огромное революционное значение, эта особенность полностью проходит мимо политического внимания «власть имущих». Речь идет о растущем социальном неравенстве, которое сделало США самым социально поляризованными обществом из всех развитых капиталистических стран.

Рост социального неравенства за прошедшие двадцать лет сопровождался также и другими далеко идущими изменениями в социальной структуре Америки. Они подталкивались на самом базовом уровне масштабными изменениями в мировой экономике — получившими наименование «глобализации», — которые связаны с революционными достижениями в области развития компьютеров и информационных технологий в последние десятилетия ХХ века.

Соединенные Штаты подверглись процессу пролетаризации, когда значительная часть тех, кто традиционно рассматривался в качестве среднего класса — белые воротнички, профессионалы, мелкие фермеры, владельцы небольших магазинов — оказались вытолкнутыми в разряд американских наемных работников. Так как численность рабочего класса выросла, социальный вес среднего класса уменьшился. Строго говоря, Соединенным Штатам сегодня более чем когда-либо за послевоенный период свойственна поляризация между рабочим классом и буржуазией. При этом численность среднего класса, который мог бы служить основой парламентарной демократии и политической стабильности, значительно уменьшилась.

В то же самое время с возрастанием веса мировой экономики и мирового рынка в обществе усилились центробежные тенденции, в том числе внутри правящего класса, где издавна упрочившиеся «шестьдесят семейств» по крайней мере частично были вытеснены новыми могущественными выскочками, которые баснословно обогатились в условиях быстрых технологических изменений и необузданных финансовых спекуляций.

Эти изменения в фундаменте общества нашли свое отражение в политической надстройке, где политический консенсус (всеобщее согласие) внутри истеблишмента уступил место жестокой войне, а вся политическая система все более и более отдаляется и отчуждается от народных масс. Поскольку ось буржуазной политики качнулась вправо, социальная основа обеих партий сжалась, а политический аппарат стал напоминать перевернутую пирамиду, будучи при этом коррумпированным, окостеневшим и глубоко неустойчивым.

Как отметил Дэвид Норт в своей лекции в Сиднее 3 декабря 2000 года, «взаимосвязь между политическими формами и классовой структурой общества имеет сложный диалектический характер. Однако, в конечном итоге, приходит время, когда степень общественного напряжения, вызванная буйно разросшимся социальным неравенством, не может сохраняться внутри традиционных демократических форм. Американское общество достигло этого уровня».


Характерные особенности администрации Буша

Каким бы ужасающим и трагическим ни было событие 11 сентября, не оно явилось причиной последовавшего после этого масштабного наступления на демократические права. Действительно, темные обстоятельства, которые окружают террористический захват самолетов, остаются не проясненными. Каким образом группа предполагаемых арабских террористов могла организовать и выполнить такое сложное нападение на стратегические центры американской экономической и военной мощи без того, чтобы не оказаться обнаруженной или блокированной американскими разведслужбами?

Что является ясным, однако, так это то, что администрация Буша воспользовалась событием 11 сентября для того, чтобы осуществить репрессивные меры, которые давно уже составляли центральную часть реакционной повестки дня правых республиканцев. Более того, можно сказать, что атмосфера беспокойства и гнева, вызванная террористическими атаками, позволила администрации Буша перейти к этим мерам более стремительно, чем это можно было ранее ожидать. Однако нападение на демократические права, развернувшееся в продолжение последних двух месяцев, можно было предвидеть уже заранее. Это было видно уже по тем антидемократическим методам, благодаря которым Буш оказался у власти.

Правительство, которое пришло к власти путем мошенничества и узурпации, вынуждено и управлять теми же самыми средствами. Оно является, строго говоря, правительством провокаций и насильственных ухищрений, не имеющим демократического мандата и не обладающим конституционной законностью. Не имея серьезной массовой поддержки и столкнувшись лицом к лицу с углубляющимся экономическим и социальным кризисом, администрация Буша неизбежно будет прибегать к репрессиям и насилию для того, чтобы защитить себя от угрозы сопротивления низов.

Необходимо прямо сказать: люди, которые стоят во главе правительства США — те же самые гангстеры, которые украли результаты выборов 2000 года. Почему нельзя предположить, что, получив такой шанс, они не используют его для того, чтобы демонтировать конституционные гарантии и уничтожить гражданские свободы?

Беглый взгляд на ведущие фигуры администрации Буша подтверждает эту оценку. Они представляют собой сочетание военных должностных лиц и ветеранов администраций Рейгана и Буша-старшего, большинство из которых стали мультимиллионерами, превратив свои политические связи в прибыльные посты в таких отраслях промышленности, как нефтедобывающая и фармацевтическая. Одной из таких известных фигур является генеральный прокурор (Solicitor General) Теодор Олсон. Он был одним из наиболее активных участником заговора против Клинтона в 1990-е годы. Другая фигура — американский представитель в Организации Объединенных наций Джон Негропонте, который близко работал с лидерами эскадронов смерти и военными убийцами в Центральной Америке, занимая во время тайных войн Вашингтона в 1980-е годы пост американского посла в Гондурасе.

За несколько дней до того, как Верховный суд вмешался в ход избирательной кампании, чтобы остановить пересчет голосов во Флориде, Эл Гор произнес речь, которая была передана по национальному телевидению. Это был один из редких случаев, когда кандидат Демократической партии непосредственно коснулся вопроса о принципиальных проблемах демократических прав в связи с угрозой избирательного кризиса. Гор поднял совершенно законный вопрос: «Если мы проигнорируем голоса тысяч избирателей во Флориде на этих выборах, как можете Вы или другой американец быть уверены, что ваш голос не будет проигнорирован на будущих выборах?»

В свете недавних событий, вопрос должен быть перефразирован следующим образом: может ли любой американец быть уверенным в том, что следующие выборы состоятся? Те, кто готов отклонить такую постановку вопроса как неправдоподобную, должны вспомнить, что только в прошлом месяце мэр Нью-Йорка предложил, чтобы, в интересах доведения «войны против терроризма» до конца, городские муниципальные выборы были отложены, а ему было бы разрешено остаться в должности после истечения своего срока. Это вопиющее неконституционное предложение получило значительную поддержку финансового и политического истэблишмента, а также национальных и местных средств массовой информации.


Рабочий класс и защита демократических прав

Необходимо сделать ясное предупреждение: у американского рабочего класса отбирают его основные демократические права. Эта атака в значительной степени происходит за спинами американцев. Причина этого кроется не просто в интригах правого крыла политической клики, которая украла выборы 2000 года и теперь управляет правительством. В гораздо большей степени она коренится в противоречиях капиталистической системы, социальное устройство которой неспособно удовлетворить основные потребности широкой массы людей. Тот факт, что атака на демократические права является органическим продуктом самой экономической системы, подтверждается отказом любой из политических сил, защищающих систему — буржуазных партий, профсоюзной бюрократии, судов, средств массовой информации, — выступить против этой атаки.

Выборы 2000 года показали, что не существует более никаких сколько-нибудь значительных сил внутри корпоративного и политического истэблишмента для защиты демократических прав. Мощные и политически доминирующие слои правящей элиты расстались с желанием соблюдать демократические процедуры. Внутри либеральных слоев истэблишмента, которые давно отказались от каких-либо обязательств по проведению социальных реформ или уменьшению экономического неравенства, преобладающей позицией является такая, которая сочетает в себе трусость и безразличие. Нерешительный и примирительный ответ демократов на воровство выборов окончательно продемонстрировал, что движения масс они боятся в гораздо большей степени, нежели фашистских методов и целей правых республиканцев.

Единственной социальной силой, которая имеет действительный интерес в поддержке демократических прав и остается искренне преданной их защите — это рабочий класс. Но он может подготовлять и вести необходимую борьбу, только освобождаясь от политического господства партий и представителей капиталистической правящей элиты.

Выборы 2000 года открыли новую главу в американской истории, когда классовые противоречия, затрагивающие все аспекты социальной жизни, но вычеркнутые из официальной политики и дискуссий, неумолимо выдвинулись вперед.

Великие социальные битвы стоят на повестке дня. Решающим является вопрос об усвоении наиболее сознательными и отважными слоями рабочих, студентов и интеллигентов политических уроков, вытекающих из опыта предыдущего столетия. Среди них — выборы 2000 года.

Партия Социалистического Равенства и ее политический орган, Мировой Социалистический Веб Сайт, дают исторический и политический анализ, который позволит этим слоям сделать соответствующие выводы, исходя из опыта многих поколений борьбы за демократические права и социальное равенство, и построить независимую массовую партию рабочего класса, основанную на программе международного социализма.

http://www.wsws.org/ru/2002/apr2002/bush-a12.shtml


См. тж. страницу Буш-младший