ТАЙНЫ АМЕРИКИ

факты о настоящей Империи Зла

Ляховский А. А. «Трагедия и доблесть Афгана». Часть 2


Часть 1, 2, 3

Трудный путь из лабиринта


Борьба между «Хальк» и «Парчам» — главная опасность для режима


В течение длительного периода НДПА, особенно ее провинциальные и уездные звенья, практически не занимались жизненно ми для страны вопросами: не боролись за расширение базы, завоевание на свою сторону крестьянских масс, развитие экономики, создание боеспособных вооруженных сил и т. д. Вместо этого руководство НДПА решало в основном свои «внутренние проблемы» — завоевание привилегированного положения в партии и государстве для себя, своих родственников, фракций, групп и соплеменников. Процветала коррупция, многие партийцы (вернее, партийные боссы), прикрываясь на словах высокими идеалами, обогащались на войне и советской безвозмездной экономической помощи. Уровень жизни населения в большинстве районов страны не только не улучшался, а, наоборот, резко ухудшался. Нередко получалось так, что жизнь населения в контролируемых государством районах становилась хуже, чем там, где «народная» власть не была установлена. Более того, создавалась иногда парадоксальная ситуация, когда крестьяне получали товары первой необходимости не от правительства, а из зон, находящихся под контролем оппозиции. Особенно это было характерным для приграничных с Пакистаном провинций. Конечно, такое положение дел опять же вызывало протест населения, которое все чаще переходило на сторону оппозиции. Размеры территории, на которую распространялась власть НДПА, неумолимо сокращались. Декларации властей, что они контролируют часть страны, опровергались действительностью. Об этом свидетельствовали и доклады в Москву.



Донесение из Кабула (Секретно)


…В настоящее время из 286 уездов и волостей ДРА под контролем правительства числится 50 уездов и волостей, частичным (контролируются только центры уездов и волостей) — 156. Мятежники хозяйничают в 80 уездах и волостях. Реально положение в ДРА таково, что даже в городах провинций и уездов контроль обстановки правительственные силы осуществляют зачастую формально и только днем, а ночью мятежники…

С. Соколов,
1983 г.

С течением времени мало что менялось в лучшую сторону. Через два года картина была еще более удручающая. Кабульские власти теряли даже то, что казалось, были ими завоевано ранее.



Донесение из Кабула (Секретно)


…Несмотря на заявления, что органы государственной власти полностью контролируют все провинциальные центры, практически это не соответствует действительности. Наоборот, во многих случаях обстановка является опасной. Об этом свидетельствуют факты постоянных обстрелов городов, диверсии и террористические акты (последние примеры: 5 июня с. г. в Кандагаре непосредственно в городе на фугасе подорван БТР 70-й омсбр 40 А, в результате 5 человек погибло и 6 тяжело пострадало; 1 июня с. г. в Герате при следовании колонны 17-й пд ВС ДРА днем подбит из гранатомета БТР). Органы, отвечающие за порядок и обеспечивающие безопасность, даже в провинциальных центрах пока еще не решают эту задачу…

Варенников,
июнь 1985 г.

Впоследствии ситуация в этом вопросе не улучшалась, например, после прихода к власти Наджибуллы он тоже отмечал, что из 31-35 тыс. кишлаков в Афганистане под контролем правительства к концу 1986 г. находилось лишь 8 тыс., а выборы в местные органы власти провести только в 2700 кишлаках, а и то расположенных вблизи городов.

Не имея надежной опоры в массах, лидеры НДПА делали ставку на армию, на органы безопасности, на свой клан или свое племя. В этих условиях усиливались внутренние социальные антагонизмы, острота которых явно недооценивалась. Очевидный разрыв между словом и делом, несоответствие между лозунгами лидеров и действительностью, а также их лицемерие порождали апатию и равнодушие народных масс, отталкивали их от проводимых НДПА преобразований. К тому же партия действовала через быстро бюрократизирующийся военный и партийно-государственный аппарат, который часто проявлял некомпетентность и саботировал многие уже принятые решения. Именно поэтому, несмотря на все возрастающую советскую военную и экономическую помощь, проведение большого количества боевых операций в различных регионах страны, масштабы мятежного движения в Афганистане не уменьшались, а, наоборот, даже расширялись. Например, если в 1981-1983 гг. на территории Афганистана численность активных формирований моджахедов составляла около 45 тыс. чел., то к 1986 г. — уже 150 тыс. чел. Несмотря на то что объединенные афгано-советские вооруженные силы, действовавшие в Афганистане, достигли к этому времени численности округленно 400 тыс. чел. (из них советские войска около 100 тыс. солдат и офицеров), они надежно контролировали всего чуть более 20% территории страны. Под контролем правительства оставались города и связывающие их основные автомобильные магистрали. Подавляющее большинство сельских районов находилось под усиливающимся контролем исламских комитетов моджахедов.

Раздробленность партии и фракционные амбиции ее лидеров привели к последствиям куда более тяжелым и труднопреодолимым, чем это представлялось прежде. Разногласия, скрытое противоборство между «Хальк» и «Парчам» отбирали у партии сил значительно больше, чем те, которые затрачивались на борьбу с оппозицией. Но очевидно, главной для партийных функционеров была именно эта их деятельность, так как она давала им «место под солнцем», привилегии и возможность обогащения.

Особый вред отсутствие единства в руководстве партии и государства наносило военному строительству, разобщало страну и вооруженные силы. Безусловно, наряду с другими факторами это одна из главных причин того, что в эти годы НДПА оказалась неспособной вокруг себя даже потенциальных союзников и мобилизовалть их на борьбу с оппозицией, не говоря уже о других слоях афганского общества.

В то же время у руководства ДРА четко просматривалась линия — вести борьбу с оппозицией главным образом военными средствами. При этом оно рассчитывало в основном на советские войска. Но только одно это к желаемым результатам привести не могло. Не лишив оппозицию социальной опоры и ее возможностей наращивать свои усилия за счет местных и внешних ресурсов, невозможно было в короткие сроки добиться коренного улучшения обстановки в стране. Но как раз этого или не хотели понимать афганские руководители, или, возможно, их устраивало такое положение. Как бы там ни было, но, хотя по мере накопления опыта советские и афганские войска стали действовать все более успешно и при боевых столкновениях с отрядами оппозиции, как правило, одерживали победы (всего за период пребывания советских войск в Афганистане было проведено совместно с афганской армией более 400 различных операций; в подавляющем большинстве из них поставленные задачи выполнены), масштабы мятежного движения не сокращались. Ведь, как уже говорилось, главные причины лежали не в военной сфере, а в политической. Оппозиция быстро восстанавливала свои силы, создавала новые вооруженные формирования за счет людских ресурсов лагерей беженцев в Пакистане и местного населения. В вооружении тоже недостатка она не испытывала.

Советским руководством не был учтен в полной мере и такой фактор, как противодействие режиму НДПА со стороны определенных внешних сил, а он был, пожалуй, определяющим. Ведь без помощи извне оппозиция долго продержаться бы не смогла, потому что в Афганистане главным была не борьба между НДПА и оппозицией, а борьба между сверхдержавами. Этим объяснялся и тот интерес, который проявлялся к ситуации в ДРА. В свою очередь, с целью ослабления давления мирового сообщества по «афганскому вопросу», а также дискредитации американцев и демонстрации их роли в афганских событиях в Советском Союзе вырабатывались предложения и предпринимались меры пропагандистского и специального характера.



Документ (Секретно)


…11. В связи с информацией тов. Добрынина А. Ф. из Вашингтона о проникновении американских граждан на территорию ДРА:

а) готовится статья в газетах «Правда» или «Известия» о вмешательстве США во внутренние дела Афганистана (провокационные заявления руководителей администрации США, снабжение афганской контрреволюции вооружением и боеприпасами, финансирование их бандитских действий против законных властей, вторжение на территорию ДРА американских граждан-корреспондентов газет, журналов и др. в составе банд;

б) поставлена задача командующему войсками ТуркВО и главному военному советнику в ДРА захватить на территории Афганистана американского гражданина, действующего в отряде контрреволюционеров;

в) выявить среди пленных мятежников тех, кто в период их пребывания в Пакистане имел контакты с сотрудниками разведки США. Провести с ними соответствующую работу. После этого организовать в Кабуле пресс-конференцию о вмешательстве США во внутренние дела ДРА…

Источники информации: КГБ СССР, ГШ ВС СССР,
декабрь 1982 г.

Продолжавшаяся борьба в партии и государстве между сторонниками крыльев «Парчам» и «Хальк» усугублялась национально-племенными и семейно-клановыми факторами, способствовала взаимного недоверия, сохранению атмосферы скрытой вражды.

Действительно, межкрыльевая борьба в партии разгорелась с новой силой. Бабрак Кармаль, по сути дела, развел сплошную демагогию, добросовестно озвучивал материалы, подготовленные для него аппаратом советских партийных советников, но ничего не делал для сплочения НДПА. Вновь и вновь декларируя тезисы о необходимости единства партийцев, преодоления фракционности для разгрома общего врага — оппозиции, сам Б. Кармаль втайне оставался главным фракционером и практически вел линию на парчамизацию партийного и государственного аппарата. При этом он стремился обеспечить «единство» за счет принуждения халькистов к прекращению конфронтации и переходу на позиции парчамистов.

На XII пленуме ЦК НДПА из 26 вновь избранных членов и кандидатов в члены ЦК только один являлся представителем «Хальк».

Отсутствие делового подхода, поиска компромиссов, попыток искреннего сотрудничества, скрытое гонение на халькистов, попытки устранить их с ключевых постов, не допустить выдвижения стали явными для последних, что только ожесточало их. Осознание же того, что приоритет с советской стороны чаще отдается парчамистам, породило у многих из них осуждение СССР (якобы предающего «братьев по классу») и даже антисоветизм.

Созданные после ввода советских войск благоприятные условия лидерами НДПА использованы не были. Партия с помощью КПСС, причем под опекой партийных советников из ее номенклатуры, продолжала развиваться в «тепличных» условиях. Это способствовало возникновению негативных моментов в деятельности НДПА, деформировало ее кадры, которые, по существу, самоустранились от решения насущных проблем, заняли иждивенческую, выжидательную позицию.

Все более очевидным становился тот факт, что выбор Б. Кармаля на роль лидера оказался крайне неудачным. И хотя он внешне проявлял какую-то активность, много ездил в провинции, встречался с представителями различных слоев населения, но никаких положительных сдвигов это не приносило.

По отзывам людей, хорошо знавших Б. Кармаля, был он рафинированный интеллигент, лишенный организаторского таланта, не способный повести за собой людей, вселить в них веру в пропагандируемые идеи. У многих создавалось впечатление, что, изолированный в своем дворце, он не знает, что делать, как выйти из создавшегося положения, выглядел растерянным, подавленным свалившейся на него ответственностью. К тому же он начал злоупотреблять алкоголем. Ю. В. Андропов, который опекал и поддерживал Б. Кармаля, неоднократно говорил с ним на эту тему, но эффект был незначительным. Становилось очевидным, что Генсек НДПА не способен изменить ситуацию в нужном направлении, но менять его не торопились, ведь он «избирался» на этот пост по рекомендации КГБ СССР.

Доклады о положении в НДПА в Москву поступали из разных источников, однако содержали они порой различные оценки. В этом можно убедиться на примере выдержек из некоторых донесений: «Анализ военно-политического положения в ДРА показывает, что обстановка продолжает оставаться сложной и напряженной. Существенного улучшения за истекший год не произошло. Процесс социальных преобразований и укрепления режима революционной власти носит медленный, затяжной характер.

У руководящего ядра НДПА недостает энергии и решительности в осуществлении задач экономического и социального развития ДРА, организации военного разгрома контрреволюции…

В верхних эшелонах руководства и парторганизациях имеют место рецидивы внутрипартийных разногласий между бывшими крыльями «Парчам» и «Хальк». Эти разногласия захватывают вооруженные силы, госаппарат, проявляются даже при приеме в партию нового пополнения. Если не принять решительных мер по их пресечению, то в ряде случаев это может привести к неконтролируемым последствиям.

Оценивая положение дел в афганской армии и царандое, следует отметить, что на сегодняшний день по уровню боевой подготовки и политического воспитания личного состава они не могут полностью обеспечить самостоятельного выполнения задач по разгрому контрреволюции и нормализации обстановки в стране…» (представитель КГБ СССР, 26 января 1983 г.).



Документ (Секретно)


Министру обороны СССР
Маршалу Советского Союза
товарищу Устинову Д. Ф.

Докладываю

…В НДПА продолжается фракционная борьба. В наибольшей степени она находит отражение в кадровой политике, в усилении парчамизации руководства в центре и на местах. Все основные руководящие должности в ЦК НДПА заняты в настоящее время бывшими парчамовцами. Руководство в провинциях, уездах и волостях также представлено в основном представителями этого крыла партии. Прослойка представителей «Парчам» в органах СГИ составляет около 90%, в вооруженных силах — 30-35%, в царандое — 20-25%. В последнее время проводится настойчивая линия на то, чтобы в вооруженных силах во всех соединениях и частях, в царандое соотношение халькистов и парчамистов в руководящем звене было равным…

Можно полагать, что установки по вопросам дальнейшей парчамизации в партии исходят от товарища Бабрака Кармаля, а практическая их реализация осуществляется прежде всего членом Политбюро, секретарем ЦК НДПА Нуром…

Внутрипартийные противоречия остаются основным тормозом в процессе стабилизации обстановки в стране. Основные усилия руководящего звена партии по-прежнему тратятся на внутрипартийную борьбу, а не на дело…

июнь 1983 г.,
Маршал Советского Союза С. Соколов.



Документ (Секретно)


…В последнее время Б. Кармаль в своей практической работе стал более решительно проводить линию на дальнейшее укрепление единства партии, устранения имеющихся недостатков в деятельности партийных и государственных органов.

Дважды на заседании Политбюро ЦК НДПА, в особенности при обсуждении вопроса о ходе выполнения комплексного плана по борьбе с контрреволюцией, Б. Кармаль обращал внимание руководства ДРА на необходимость жесткого, непримиримого отношения к тем, кто не выполняет директив партии и правительства по развертыванию организаторской и политической работы в массах, по укреплению и расширению государственной власти в уездах и волостях.

Выступление Б. Кармаля на открытом расширенном заседании Совета Министров ДРА вызвало широкий положительный отклик актива партии, патриотически настроенной части руководителей и госаппарата страны. Многие афганские товарищи в беседах с нами высказывают свое положительное отношение к такой решительной постановке важных задач революционного строительства, выражают надежду, что их реализация существенно улучшит работу партийного и государственного аппарата, будет способствовать созданию условий по укреплению единства НДПА…

Табеев, Ломоносов,
декабрь 1983 г.

Положение усугублялось тем, что в Афганистане по-прежнему сохранялась концепция однопартийной системы во главе с НДПА, хотя партийцы продолжали говорить о демократии. На самом деле они стремились упрочить диктатуру партии, вернее, ее лидеров. Молодежная, женская и профсоюзная организации (в их руководстве преобладали родственники партийных функционеров), а также Национальный Отечественный фронт развивались как придатки НДПА, поэтому их функции тоже были ограничены определенными рамками и существенного влияния на стабилизацию ситуации в стране не оказывали.

Большая часть сил партии (до 70%) была сосредоточена в городах. Работе же в кишлачной зоне внимания почти не уделялось, хотя за пределами городских центров госвласть имела очаговый характер, а основная масса крестьянства находилась под сильным влиянием мятежников. Ни один пленум ЦК НДПА не рассматривал крестьянские проблемы. И это — в аграрной стране! В отличие от НДПА оппозиция основной акцент делала на работу в крестьянской среде, завоевывая тем самым все новых и новых сторонников. Сказать, что партгосаппаратчики не понимали этого, нельзя, но организаторская работа в сельской местности требовала больших усилий и мужества. Партийные лидеры рассчитывали, что им удастся удержаться у власти и ’без этой работы, а только благодаря военной деятельности ОКСВ.

Пользуясь тем, что стоящая у власти партия занималась своими внутренними проблемами и все более компрометировала себя в глазах народа, оппозиционеры, встав на позиции критиков несостоятельного правительства, объединялись, укреплялись, завоевывая поддержку все большей части населения Афганистана.

Тем более что боевые действия правительственных и советских войск, проводимые против вооруженных отрядов оппозиции, приносили немало горя афганскому народу, так как они зачастую развивались на территории, где проживало мирное население, которое несло большие потери. Если к этому добавить еще и такие «действия», как мародерство и откровенный грабеж, превентивные бомбо-штурмовые и ракетно-артиллерийские удары по районам предполагаемого скопления формирований оппозиции, приводящие к жертвам среди мирного населения, разрушению домов и целых кишлаков, уничтожению садов и ирригационных систем, то станет понятным, почему отношение народа к НДПА все время ухудшалось, а режим держался в основном только «на штыках» советских войск и силовых мини-средств ДРА.

Не случайно отношение населения и к советским военнослужащим по сравнению с начальным периодом их пребывания заметно изменилось в худшую сторону. Этому способствовали разные причины, многие из них были внешнего характера, и я их уже перечислял. Но были такие, которые вызывались действиями советских солдат и офицеров. Нередко при проведении рейдовых действий они вели себя недостойно: занимались самым настоящим грабежом (дуканов и жилищ), опустошали сады и посевы, забирали скот и т. д. Причем иногда это делалось по-варварски. Например, чтобы нарвать апельсинов, подъезжали на бронетранспортере, отламывали ветку или валили целое дерево. Нередко не сдавали в соответствующие органы конфискованные при досмотре караванов вещи, деньги и наркотики.

Сошлюсь на случай, очевидцем которого мне довелось стать, правда, в январе 1988 г. Я тогда во главе группы офицеров находился в Файзабаде, городе, расположенном в горах, неподалеку от советско-афганской границы. Там мы оказывали помощь местному руководству в разработке плана организации охраны и обороны провинциального центра с целью его удержания после вывода советских войск из Афганистана. Хотя еще тогда такого решения принято не было и переговоры в Женеве продолжались, но условия мы готовили заранее.

В Файзабаде дислоцировался наш 860-й мотострелковый полк, который длительное время был «отрезан» мятежниками от основных сил армии, и добраться туда можно было только воздушным транспортом. И то только вертолетом ночью. Обеспечение полка продовольствием и другими необходимыми материально-техническими средствами также производилось по воздуху. Для этого в Кундузе базировался вертолетный полк Ми-6.

Погода в это время в северных районах Афганистана очень неустойчивая, перевалы почти все время закрыты туманом, а если и открываются, то не надолго. Вертолетчики ловили такие «дыры», чтобы забросить в полк продукты. В одну из таких «дыр» сумели проскочить и мы. Самолетом долетели до Кундуза, а далее — вертолетом. Нашим попутчиком оказался командир полка подполковник В. П. Башкирок, возвращавшийся из Кабула с заседания Военного совета армии, которого на аэродроме в Файзабаде ждал бронетранспортер. Вместе с ним мы добрались до полка.

На следующий день было ясное солнечное утро. Пользуясь этим, вертолеты, как пчелы зависая то там, то здесь, доставляли продукты и боеприпасы на расположенные в горах сторожевые заставы. Приходилось только удивляться и восхищаться, как удавалось вертолетчикам проделывать такие трюки.

Полк базировался в долине реки Кокча, примерно в 5 км от города. Мы с командиром полка выехали в Файзабад для встречи с руководством провинции. По дороге встретили командующего провинциальным царандоем и поехали к нему в управление, чтобы предварительно согласовать отдельные вопросы плана. Там мы увидели группу крестьян из близлежащего кишлака, находящегося в зоне контроля местного главаря А. Басира. Одеты все крестьяне были очень бедно, но держались с достоинством.

Старший этой группы сухонький старичок, с деревянным протезом вместо левой ноги, рассказал, что пастухи пасли стадо недалеко от кишлака, когда подверглись нападению «шурави», которые убили и забрали семь коз. Тут же находились и эти пастухи, подростки лет двенадцати-четырнадцати. Одежда у них была, мягко говоря, своеобразная. Меня особенно поразило, что, несмотря на январские морозы, на босу ногу у них были надеты только резиновые галоши. Показав на одного пастушонка, старик сказал, что у него девять братишек и сестренок, отца убили, а он остался старшим в семье. Козы, которых забрали солдаты, были чужими, и ему теперь нечем за них рассчитываться.

Когда переводчик перевел нам существо жалобы крестьян, командующий царандоем сказал им, что как раз здесь находятся советские командиры и они смогут дать ответ на все вопросы. Мы, конечно, чувствовали себя в этой ситуации крайне смущенно.

Мы предложили афганцам слетать на вертолете на заставу, там на месте изучить обстановку, поговорить с солдатами и после этого уже будем принимать решения. Так и поступили.

Командир полка улетел с представителями афганцев на сторожевую заставу, а я остался, чтобы закончить работу, ради чего приехал к командующему царандоем, и поговорить с крестьянами. Из разговора с жителями кишлака выяснилось, что они постоянно страдают от нападений и подвергаются грабежам — забирают и правительственные солдаты, и моджахеды, и советские. Я смотрел на этих бедных людей и искренне жалел их. Ведь именно их мы, по идее, должны были защищать, а на самом деле обижали.

Спустя примерно два часа вернулся Башкиров и доложил, что факт грабежа подтвердился. Сначала, правда, все солдаты и лейтенант, старший на заставе, отрицали свою причастность к нападению на пастухов. И чтобы установить истину, командиру полка пришлось спуститься с горы, на которой располагалась сторожевая застава, и пройти через минное поле. Там на снегу он увидел следы, ведущие к кишлаку. Затем обнаружили казан с сырым мясом (в полку довольно длительное время были только мясные консервы, которые всем навязли в зубах), источник появления которого никто толком объяснить не мог. После этого солдаты сознались, что действительно убили четыре козы.

Старший кишлака стал требовать возмещения убытка в размере 10 тыс. афгани за каждую козу. Мы в принципе были согласны, но командующий царандоем сказал, что это слишком много и мусульмане так поступать не должны. В конце концов определили, что афганцам за каждую козу будет выплачено по 6 тыс. афгани.

Мы заверили крестьян, что возместим им убытки, и так как уже начинало темнеть, поехали в полк. По приезде в расположение полка командир собрал своих заместителей и рассказал им о случившемся. Стали обсуждать, как уладить этот эксцесс. Сначала хотели отвезти афганцам несколько мешков муки, сахара и других продуктов из полковых запасов, но потом решили, чтобы расплатился за все лейтенант, старший на заставе (сумма, которую надо было заплатить, составляла примерно его трехмесячную зарплату). Так потом и сделали, правда, солдаты тоже внесли свою долю.

Через день мы привезли деньги и отдали их старшему кишлака, как оказалось, он был неграмотным и на расписке, подтверждающей получение денег, поставил свои отпечатки пальцев. Однако не все подобные инциденты заканчивались так, чаще афганцы не получали ничего. Особенно много добра и денег «прилипало» к рукам громивших караваны мятежников спецназовцев, которые далеко не всегда сдавали захваченные при этом ценности и вещи. Проработав в Файзабаде десять дней, мы возвратились в Кабул, где результаты работы мною были доложены руководителю Оперативной группы МО СССР, а об инциденте проинформирован командующий 40-й армией.

Противниками Саурской (Апрельской) революции велась мощная антиправительственная и антисоветская пропаганда. Причем реальная жизнь часто подтверждала ее правоту, так как провозглашенные НДПА цели и задачи не осуществлялись, происходило дальнейшее ухудшение жизни и обнищание широких масс. Смерть и разрушения, страдания и лишения, вызванные гражданской войной, вынуждали людей с грустью вспоминать времена королевского правления и уповать на заверения оппозиции — прекратить кровопролитие после прихода ее к власти. Созданные НДПА государственные органы власти оказались неспособными не только установить контроль над значительной частью территории страны, но и защитить от террора даже те населенные пункты, которые хотели бы присоединиться к новому режиму.

Между тем в Афганистане да и в СССР многие прогрессивные руководители стали понимать: так дальше продолжаться не может. Для них, а не только для военных, тоже становилось все более очевидным, что решить внутриафганскую проблему военным путем невозможно. Этот путь вел в тупик. Не сразу, но все-таки было выработано убеждение, что нужны новые подходы и дополнительные шаги по разработке стратегии, способной погасить пожар братоубийственной войны. Была предпринята попытка решить эту проблему политическими средствами, путем переговоров. Однако были силы, прежде всего в США, которым было выгодно, чтобы Советский Союз как можно дольше вел эту войну.



Чего неуспел сделать Андропов


После избрания Рональда Рейгана президентом США давление на Советский Союз на международной арене (в связи с афганскими событиями) заметно усилилось. Вот как оценивал тот период западный журналист Стивен Гэлстер в статье «Соперничество и примирение в Афганистане: каковы перспективы для соглашения?»: «Для того чтобы «отбросить» советские «приобретения» в Афганистане, как он их воспринимал, Рейган выступал за американскую помощь силам, сопротивляющимся марксистско-ленинскому правлению в этой стране.

Неудивительно поэтому, что так называемая «доктрина Рейгана» шла дальше «доктрины Картера» в Афганистане.

Администрация Рейгана превратила деятельность моджахедов в краеугольный камень своей политики в Юго-Западной Азии и в важную часть своей глобальной стратегии «отбрасывания» Советов.

Официально политика администрации Рейгана в отношении Афганистана заключалась в том, чтобы «исключить возможно более раннее договорное политическое решение там, для того чтобы осуществить вывод войск». Однако более внимательный взгляд на действия американцев в Афганистане показывает, что их политика в действительности заключалась в предоставлении моджахедам всего, чего те хотят в военном отношении, а также в преуменьшении перспектив договорного соглашения до тех пор, пока моджахеды были готовы сражаться. Эта политика была сформулирована в директиве национальной безопасности № 166 (NSDD 166), подписанной президентом в апреле 1986 г., в которой призывалось отбросить советские войска «любыми имеющимися средствами».

Результатом явилось то, что афганская программа помощи получила единогласную поддержку конгресса и выросла до гигантских размеров…»

Приведенные доводы известного журналиста отчасти проливают свет на то, почему не удалась попытка советских руководителей, в частности Ю. В. Андропова, осуществить вывод советских войск из Афганистана в более ранний период. Еще в 1980 г. после длительной работы по дипломатическим каналам, благодаря усилиям Генерального секретаря ООН, а также некоторых других стран (Индия), ДРА и Пакистан в конечном счете договорились о непрямых переговорах. СССР положительно оценил сам факт переговоров, хотя наиболее быстрым и эффективным средством решения спорных вопросов он считал прямой афгано-пакистанский диалог. Одновременно заявлялось, что в контексте политического урегулирования может быть рассмотрен вопрос о выводе советского воинского контингента, временно находящегося на территории ДРА.

В начале 1982 г. Генеральный секретарь ООН Перес де Куэльяр назначил своим заместителем Диего Кордовеса, который в апреле посетил Кабул, затем Исламабад с целью подготовки почвы для проведения первого из 12 раундов переговоров, который состоялся в Женеве в июне 1982 г. Однако Пакистан сразу же, наряду с вопросами вывода советских войск, международных гарантий, возвращения беженцев и др., одним из главных условий урегулирования выдвинул требование о признании Афганистаном «линии Дюранда» в качестве государственной границы с Пакистаном. Афганское руководство в целях прекращения вооруженного вмешательства извне готово было пойти на обсуждение пограничной проблемы, но оно опасалось обострить агрессивное националистическое движение в стране, так как ни один предыдущий афганский режим никогда не признавал «линию Дюранда» в качестве госграницы. Постановка Пакистаном этого вопроса явилась камнем преткновения на переговорах, и они, по существу, окончились без положительного результата. За этим последовала напряженная работа Д. Кордовеса по подготовке соглашений по урегулированию афганской проблемы. Начиная с 1982 г. он провел 41 дискуссию и большое число встреч, о которых не сообщалось, с афганскими, американскими, пакистанскими и советскими представителями и представителями ООН, участвовавшими в том или другом этапе женевского диалога.

На основе результатов июньского раунда переговоров с Пакистаном Кордовес подготовил черновой вариант соглашения, в котором указал, что войска СССР будут выведены из ДРА в соответствии с определенной на переговорах датой. Москва ответила положительно сразу же после прихода к власти Ю. В. Андропова. На похоронах Брежнева новый глава Советского государства имел частную беседу с пакистанским лидером Зияуль-Хаком, в ходе которой проинформировал его о «новой гибкой политике советской стороны и понимании необходимости быстрейшего разрешения кризиса». От Пакистана же требовалось отказаться от помощи мятежникам.

Именно Юрий Владимирович Андропов раньше других из политического руководства понял свою ошибку и бесперспективность участия Советского Союза в «афганской войне». Он мучительно искал выход, как достойно выйти из этой войны.

Как писала газета «Таймс» 3 марта 1983 г., Андропов реально готовил пути для возможных дипломатических шагов в Афганистане, впервые официально признав в печати то, о чем раньше говорили шепотом: что «наши ребята в Афганистане гибнут от пуль повстанцев и что силы сопротивления настолько мощны и опытны в ведении боевых действий в горах, что в состоянии эффективно действовать против советской пехоты и танков».

Хорошо информированный журналист Селиг Харрисон в статье «Анатомия афганских переговоров», к примеру, констатировал: «В Исламабаде Кордовес неожиданно нашел союзника в лице посла США в Пакистане Спайерса, который был уверен в том, что Советский Союз стремится найти пути прекращения конфликта.

Перед апрельским раундом 1983 г. Перес де Куэльяр и Кордовес имели встречу с Андроповым, который уверил их, что готов предпринять «определенные шаги», но сомневается, что Пакистан и США поддержат предложение ООН. Подчеркивая важность второго раздела соглашения, касающегося невмешательства, он сказал де Куэльяру, что благодарит Кордовеса за то, что тот «понимает всю важность для нас этой проблемы». Их часовая беседа 28 марта была посвящена исключительно афганской проблеме, заявил позднее Кордовес. «Он закончил свою речь, подняв руку и загибая пальцы, перечисляя причины, по которым Советский Союз стремится как можно быстрее решить афганский вопрос. Конфликт отрицательно сказался не только на отношениях с Западом, но и с социалистическими и арабскими странами и странами «третьего мира». И в конечном итоге, отметил он, это сказалось на внутренней жизни нашей страны, нашей политике и экономике».

19 мая 1983 г. советский посол в Пакистане Смирнов официально подтвердил стремление СССР и Афганистана «назначить сроки вывода контингента советских войск». Однако в ходе третьего раунда переговоров 17-24 июня 1983 г. Пакистан и США тормозили принятие конструктивных решений. По мнению американцев, шансов на прекращение военных действий в Афганистане путем переговоров тогда не было и миссия Кордовеса результатов дать не могла. Это объяснялось тем, что советско-американские отношения еще больше ухудшились после того, как советской ракетой был сбит южнокорейский авиалайнер в сентябре 1983 г. Конфронтация усиливалась, и интересам США отвечала возможность под прикрытием ООН и других международных организаций оказывать политическое давление на СССР, представляя его через средства пропаганды в выгодном для себя свете. Они, естественно, как говорится, на все сто процентов использовали такую возможность.

После госпитализации 30 сентября 1983 г. Юрия Владимировича Андропова советские дипломаты стали проявлять гораздо меньше интереса к поддержке предложений ООН. Кордовес передал свой проект в Москву и Вашингтон, но не получил ответа. Официально госдепартамент США упоминал только «о диалоге в ООН».

Сейчас, конечно, можно только сожалеть о том, что США не хотели поверить в искренность заверений Андропова в 1983 г. о его готовности представить 8-месячную программу вывода советских войск. Если бы Якуб Хан заключил двустороннее соглашение с Кабулом, то эта программа была бы прямо вписана в него, но, видимо, тогда еще для этого не созрели необходимые условия.

После прихода к власти в СССР К. У. Черненко переговорный процесс по Афганистану на некоторое время как бы заморозили, хотя война там принимала все более крупные масштабы.



Советские солдаты — главная сила в борьбе с моджахедами


Наши солдаты и офицеры воевали в Афганистане со все возрастающим напряжением. Во многом их действия были успешными. Сказывался опыт боевых действий предыдущих лет, учет ранее допущенных ошибок. Но учились и моджахеды. Причем если советские воины по истечении двух лет пребывания в Афганистане возвращались на Родину, то мятежникам некуда было идти со своей земли, и они продолжали борьбу, все время совершенствуя под руководством иностранных советников боевое мастерство. У нас же «ветераны» уезжали в Союз, а по замене присылали необстрелянных офицеров и молодое пополнение — солдат и сержантов.

Конечно, советское военное командование предпринимало меры пятого, чтобы максимально снизить потери вновь прибывающих офицеров и солдат. Директивой командующего войсками ТуркВО № 15/085 от 2 июня 1983 г. «О мерах по повышению качества ввода в строй офицеров, прибывающих по замене в войска 40-й армии» определялись последовательность и тематика их подготовки. В частности, с офицерами сначала в течение трех дней проводились занятия под руководством начальника управления кадров округа. С прибытием в Афганистан в течение четырех дней (по 10-12 часов) проводились сборы под руководством непосредственных начальников. Особое внимание при этом уделялось практическим занятиям по планированию и организации боевых действий, особенностям всех видов обеспечения в различных условиях Афганистана.

В целях упорядочения системы ввода в строй прибывающего пополнения, быстрого и качественного освоения им должностных обязанностей была издана директива командующего ТуркВО № 15/091 от 12 июня 1983 г., которая требовала: расстановку личного состава проводить только по специальностям; не допускать комплектования отделений, экипажей и расчетов военнослужащими одного года призыва и одной национальности; боевые подразделения укомплектовывать в первую очередь. Категорически запрещалось отрывать личный состав от занятий и привлекать его к несению боевой, караульной и внутренней службы до окончания первоначальной подготовки. Устанавливался порядок проведения этих занятий, осуществлялся дифференцированный подход в зависимости от того, какую задачу выполняли военнослужащие, или местоположения подразделений. Особое внимание уделялось обучению обращения с оружием, передвижения на машинах и бронетехнике, преодоления мино-взрывных заграждений.

В дальнейшем уже в ходе боевых действий приходилось постигать науку побеждать, а она давалась кровью. В отрядах же мятежников оставались закаленные в боях воины. И этот разрыв в подготовке с каждым годом увеличивался.

Бесспорно, были и успехи, но они по-прежнему не закреплялись другими «мероприятиями», и по истечении некоторого времени все возвращалось на круги своя. Об этом все знали, но ничего «придумать» не могли, чтобы как-то поправить дело. Имели место и недостатки при проведении операций и рейдов. Бывали и нелепые, досадные случайности и просчеты. Трудными были 1983-1985 гг., на них как раз пришелся пик военных действий, тогда же у нас были и самые большие потери.

Вот как, к примеру, вспоминает 1983 г. в ДРА офицер С. Казакпаев:

«Я сейчас майор и учусь в академии; через год мне будет тридцать. А тогда я был лейтенантом, мне едва исполнилось 22 года, и воевал я на той самой войне, участие наших войск в которой объявили ошибочным, а кое-кто и преступным.

В восемьдесят третьем, когда я там воевал, когда дышал жгучим афганским воздухом и, глотая слезы, прощался с павшими товарищами, были иные критерии: мы не рассуждали особо, зачем мы здесь, мы выполняли приказ Родины и искренне считали себя интернационалистами. Душманы были для нас не «обманутыми декханами», а врагами, жаждущими тебя убить. И — преступниками, предателями, достойными праведного суда, а то и высшей меры, мы считали тех из бывших наших, кто переметывался, порой с оружием, на их сторону. Вывод войск, перестройка, время, милосердие, «рост сознания народа» и депутатские съезды уравняли их с нами. И бывших «интернационалистов» — наркоманов или «не пожелавших умереть в 20 лет», выживших в душманском стане или на западных харчах и марихуане, встречают в Союзе так же, как всех тех, кто выходил по знаменитому Термезскому мосту.

За те два года, когда я воевал в чужой стране, в 1983-1984 гг., были убиты и скончались от ран и болезней 3789 наших ребят, из них 515 офицеров. Я был ничем не лучше их, не неуязвимее и мог бы разделить их участь. И беду павших раньше. Повезло. Но мне суждено было запомнить, запечатлеть в памяти навечно облик моей смерти — в том бою, когда глаза ее смотрели на меня в упор, я даже видел, как душман убивает меня.

И по сей день каждая мелочь, каждое мгновение той ночи живет во мне, словно случилось это час назад.

Наш ротный, старший лейтенант Олег Бодров, который месяц назад заболел брюшным тифом, казалось, сгинул в местном полевом госпитале, и я исполнял его обязанности, командовал ротой.

С 22:00 мы ждали караван из Пакистана. По данным разведки, он должен был появиться сегодня ночью на дороге в ущелье, которое мы и оседлали. Ночь выдалась густой, безлунной, и местность слабо просматривалась; помогало ориентироваться только то, что мы уже были в этом месте два месяца назад и точно так же под звездами караулили караван. Я обошел солдат и в установленный на каждом автомате и пулемете прибор НСПУ осмотрел сектор обстрела и панораму местности каждого из подчиненных. Некоторым поменял позиции.

Завершив дела, сел возле радиста рядового Промова и рядового Хайдарова, выполнявшего обязанности переводчика и одновременно посыльного (так было заведено при Бодрове, и нарушать традицию я не стал).

 — Хайдаров, накорми чем-нибудь, — попросил я.

Солдат вскрыл банку. Холодная гречка с мясом вязла во рту, но я все же утолил голод. Прилег, глядя на звезды. И вроде задремал, потому что очнулся от того, что кто-то тормошил меня:

 — Товарищ лейтенант, едут!

В долине, там, где горы сливались с пустыней, были видны огни движущихся в нашу сторону машин. Фары то пропадали, когда машина ныряла в складки местности, то вспыхивали вновь.

 — Приготовиться!

До каравана было километров семь, душманы вели машины не быстро, и я успел дать указания замкомвзвода Ковальцову, чтобы он внес некоторые коррективы в план боя. Впился глазами в НСПУ. Машин было шесть, а впереди, мигая одной фарой, кажется, ехал мотоцикл. «Что ж, пропустим дозор, — решил я, — пусть живет мотоциклист. Открою огонь по первой машине».

Зачем-то посмотрел на часы: два ночи.

Рука легла на автомат, пальцем нащупал спусковой крючок. Я должен первым открыть огонь, раньше стрелять никто не будет — так тоже когда-то установил Олег Бодров, и все об этом знали, команды здесь не нужны (Олега убили вскоре после того, как он отлежал в госпитале).

Когда «мотоциклист» подъехал совсем близко, я определил, что это никакой не мотоциклист, а автомобиль, он шел, освещая себе путь одной фарой. Но размышлять уже не оставалось времени, и я, наскоро прицелившись, открыл огонь. В небо тут же взвились осветительные ракеты, стало бело как днем.

Я увидел, что однофарным автомобилем был японский «Семург» — машина, похожая на нашу «Волгу», только с кузовом. И понял, что попал в «Семург» наверняка. Он еще катился по дороге, но уже неуправляемый, не подчиненный воле «духа».

Душманы, видимо, дремали в кузове. Очереди, ракеты застали их врасплох. «Духи» беспорядочно высыпали на дорогу, но укрыться им было негде — со всех сторон в них летели пули.

Я поймал в прицел одного, который, прихрамывая, пытался выйти из-под обстрела, в руках у него был гранатомет. От первой неточной очереди он залег, пытался подняться, но вторая оставила его на земле навсегда. Застрочил очередями АГС-17, гранаты начали хлопать среди разбегавшихся душманов. Кое-кто из них пытался отстреливаться. Но тщетно и недолго. Они не видели нас, а перед нами они были как на ладони.

И бой вскоре стал затихать.

Прекратить огонь! — скомандовал я наконец.

И ночь еще раз отступила перед залпом осветительных ракет, я осмотрел местность. В долине осталось пять машин, вокруг которых в разных позах лежали душманы. Шестая машина удалялась от засады на большой скорости и была уже на недосягаемом для пули расстоянии.

 — Промов, связь!…

Доложив результаты боя, собрал сержантов, поставил задачи:

 — Вести наблюдение. Пускать ракеты. Оружие, трофеи соберем утром.

Через некоторое время вышел на связь комбат:

 — Сколько их было?

 — Не считал пока, но думаю, около пятидесяти.

 — Казакпаев, я прошу тебя, глянь, что они везли в машинах.

«Странное нетерпение, — подумал я, — есть какая-то важность?»

Но приказ есть приказ, хоть и прозвучал он в форме просьбы.

— Ковальцов, останетесь за меня здесь. Василий, — другим тоном сказал я ему, — распорядись, чтобы каждый взял на мушку тех, что лежат возле первой машины.

— Понял, товарищ лейтенант.

Он это и без моего указания знал.

— Селявин, Хайдаров, со мной! Пойдем вслепую, без света, только к первой машине, задача: собрать оружие и узнать, что в кузове. При любом подозрении на опасность открывать огонь. Вопросы?

И это они и без меня знали. До того момента, как я должен был умереть, оставались считанные минуты.

По оврагу мы вышли к дороге. «Семург» стоял теперь перед нами метрах в десяти. Здесь мы остановились, затаились, прислушались. Стояла тишина.

«Береженого бог бережет», — подумал я и с пояса дал протяжную очередь по едва видимому силуэту автомобиля. Заметил, что в кузове вспыхнуло небольшое пламя. Перезарядил автомат.

— Вперед!

У бампера приказал:

— Осмотрите правую сторону.

Кузов горел, и от огня стало светлей вокруг. Я шагнул в сторону дверцы пассажира. И в эту-то секунду увидел то, от чего вздрогнул сначала, а потом, словно голого, меня обдало колющим, пронзительным холодом. Из-за переднего колеса на меня затравленно смотрели два блестящих глаза и ствол автомата. Я никогда прежде не видел таких глаз: и злоба, и ненависть, и страх, и ужас, и злорадство — все перемешалось в них.

Вот сейчас, сейчас…

И помню, я успел еще подумать: «Это конец».

Душман надавил на курок, я совершенно отчетливо увидел это, мне показалось даже, что дернулся ствол автомата; но автомат… не выстрелил. Сколько же это продолжалось?… Потом мне казалось, что я стоял на грани небытия и вечности. А в тот самый момент, когда я понял, что живу и что теперь уж точно буду жить, я выхватил из-под руки свой АКМ, нажал на спусковой крючок, и помимо моей воли палец словно прирос к нему. Автомат трясся в руках, пока в «рожке» от РПК не иссякли все патроны. И только тогда я перевел дух… Наверняка это был шок.

С оружием наготове возник из-за кузова Хайдаров.

— Вы что, товарищ лейтенант?!

— Показалось.

А огонь в кузове полыхал уже вовсю, и в следующую секунду я сказал:

— Плащ-палатку, живо!

Но палатка вспыхнула. И вторая, Селявина, — тоже. В кузове стояли ящики и мотоцикл. Он-то и горел, видимо, трассер, когда я обстрелял машину из оврага, угодил ему в бензобак, протек бензин на матрацы и одеяла, лежащие внизу, и они тоже были объяты огнем.

— Снимайте ДШК и ящики, — приказал я, а сам стал быстро собирать оружие у лежащих вокруг «Семурга» мятежников.

Последним, к кому я подошел, был тот, в ком несколько минут назад таилась моя смерть. Я вытащил его из-под машины. Это был молодой бородатый мужчина, одетый в обычную афганскую одежду, поверх которой он был опоясан египетским подсумком, в подсумке плотно друг к другу лежали магазины и гранаты. На поясе на широком ремне висела кобура. Мои пули прошли через подсумок в грудь душмана, пронзили обе его руки. Я машинально отстегнул ремень с кобурой и взял лежащий рядом автомат. Автомат был на взводе. «Почему же он не выстрелил?» — подумал я, чувствуя, как вновь меня охватывает дрожь. Я осмотрел оружие. Внешне оно выглядело нормально, и я не сразу заметил маленькое отверстие на крышке ствольной коробки; отверстие было от 5,45-мм пули; может, я попал, когда стрелял из оврага, а может, кто из ребят при первом обстреле.

«Так вот что спасло мне жизнь», — понял я и словно вновь увидел направленное мне в лицо дуло автомата; меня трясло, как от холода, хотя было тепло и даже душно.

Я давно заметил, что люди по-разному ведут себя после боя. Кто курит одну за другой выдаваемые здесь солдатам дешевые сигареты «Памир». Кто пьет без конца воду, выпивая при этом не только свою флягу, но и товарища. Третий начинает рассказывать о своих ощущениях и действиях в бою, подвергая их критическому анализу, или бахвальствует. Кто-то молчит и, уставившись в одну точку, думает о чем-то своем. При этом большое значение имеет то, как завершился бой. Если рота выходила из схватки, имея убитых, то это очень сильно отражалось на поведении солдат: ведь убитые только что были рядом, жили, действовали, что-то говорили, кого-то прикрывали… Да и каждый мог оказаться на их месте.

Потом там, в чужих горах, под чужим солнцем, я часто вспоминал этот свой бой, видел глаза своей смерти и лица улыбающихся парней в тельняшках на душманской фотографии. И думал: «А вот интересно, убьют меня, умру я, а мир останется таким же, люди такими же, жизнь остановится хотя бы на миг?» И вот я выжил, не умер в госпитале от ран, вернулся и узнал, что мир не остался прежним, что люди по-другому теперь смотрят на многие вещи, что войну, на которой я воевал, объявили преступной и никому не нужной, что жизнь не задержалась ни на миг и что в чем-то ориентиры сместились, какие-то наши ценности распылились, а идеалы отброшены«.

(г. Москва, 1990 г.)

Развивая эту тему, хотелось бы добавить, что многим офицерам и солдатам довелось пережить подобные чувства. Мало кто из них теперь одобряет объявленную всеобщую амнистию тем, кто добровольно перешел на сторону моджахедов и воевал против своих. И какие бы при этом ни выдвигались мотивы и причины, одно ясно: все они в глазах «афганцев» — предатели. И как бы ни оправдывали их кабинетные «адвокаты», они таковыми и останутся. Ведь во веки веков и во все времена трус, предатель всегда презираем.

В июне 1985 г. при проведении операции в Панджшере в тот момент, когда отряд обеспечения движения одного из полков 108-й дивизии подошел к входу в ущелье (12 км сев. Руха), на волне наших радиостанций в эфир вышел незнакомый корреспондент, назвавшийся «Костей бородатым», который предупредил, что нельзя двигаться дальше камня, установленного на обочине дороги, так как дорога заминирована, а он будет вести огонь по тем, кто будет пытаться ее разминировать. Приняв во внимание это предупреждение, вперед послали боевую машину разграждения. Однако, как только она миновала указанную отметку, мощный взрыв потряс горы, и машину (30 т.) отбросило метров на пятнадцать в сторону. Экипаж и командир роты погибли. Видимо, был заложен фугас.

Последующие попытки преодолеть этот участок натыкались на хорошо организованный огонь моджахедов. Особенно искусно велась стрельба из пулемета ДШК по смотровым приборам бронемашин, которые вскоре все были выбиты. «Костя бородатый» еще не раз выходил в эфир и с бахвальством заявлял: «Я же вас предупреждал, чтобы не лезли дальше камня».

Позиция моджахедов была оборудована мастерски, мало уязвима и с земли, и с воздуха. Она пала только после того, как удалось вывести танки на прямую наводку и поразить пещеры и норы, откуда велся огонь, обеспечить тем самым дальнейшее продвижение наших войск.

Легенда о «Косте бородатом» то затухала, то возрождалась вновь. По воспоминаниям десантников 103-й вдд, этот парень якобы сбежал в 1983 г., попал под опеку Ахмад Шаха Масуда. Он превосходил остальных моджахедов физической силой, выносливостью и боевыми качествами. И ему якобы А. Шах лично поручал наиболее сложные и опасные задания. Фамилия и дальнейшая судьба «Кости бородатого» мне неизвестны.

Конечно, не каждый может вынести все тяготы войны, сломается, но так об этом и надо говорить, а не выдвигать каких-то «высоких» теорий. Понятно, что это сделано из гуманных целей, но надо помнить и о будущем, ведь жизнь на этом не кончается. Солдата, честно выполнившего свой долг (хоть и в неправедной войне), никогда нельзя «уравнивать» с предателем. Ведь кто после этого будет до конца защищать Отечество, если вдруг снова придется? Люди, оправдывающие, поощряющие и прощающие предательство и дезертирство? Или те, кто уже раз покинул поле боя?

А простят ли нас семьи соотечественников наших, сыновья и отцы которых решили погибнуть или с оружием в руках пробиться из душманского плена в 1985-м?



Документ (Секретно)


О восстании советских и афганских военнопленных в Пакистане

26 апреля 1985 года В 18:00 местного времени группа советских и афганских военнопленных в составе около 24 человек, содержавшихся в течение трех лет в специальной тюрьме Исламского общества Афганистана при центре военной подготовки афганских мятежников в районе Бадабера (24 км южнее Пешавара), совершила вооруженное выступление с целью освободиться из плена. Выбрав удобный момент, когда из 70 охранников осталось только двое (остальные ушли на молитву), военнопленные напали на охрану тюрьмы и находившегося на ее территории склада оружия и боеприпасов ИОА. Завладели оружием, заняли оборону и потребовали от прибывшего к месту событий Б. Раббани встречи с представителями советского и афганского посольств в Пакистане или представителем ООН. Переговоры с Б. Раббани велись с использованием средств громкоговорящей связи и по телефону. Место происшествия было блокировано отрядами афганских мятежников и пакистанских малишей, а также пехотными, танковыми и артиллерийскими подразделениями 11 армейского корпуса Пакистана.

После непродолжительных переговоров с восставшими лидер ИОА Б. Раббани, по согласованию с пакистанскими войсками, отдал приказ о штурме тюрьмы, в котором наряду с отрядами афганских контрреволюционеров приняли участие и пакистанские подразделения. Против обороняющихся были применены артиллерия, танки и боевые вертолеты. Сопротивление восставших прекратилось к исходу 27 апреля в результате взрыва боеприпасов, находившихся на складе. Все принявшие участие в вооруженном выступлении советские и афганские военнопленные погибли. В результате взрыва и возникшего пожара был уничтожен ряд объектов, в том числе и канцелярия тюрьмы, в которой, по имеющимся данным, хранились документы со списками узников. В ходе операции по захвату тюрьмы погибло до 100 афганских мятежников. Имелись потери и среди пакистанцев.

Указанное событие вызвало серьезную озабоченность пакистанской администрации, а также руководства афганской контрреволюции. На совещании руководства своей организации Раббани заявил, что ввиду решительных намерений восставших был вынужден отдать приказ на применение артиллерии для подавления сопротивления. 29 апреля руководитель ИПА Г. Хекматияр направил шифрованное циркулярное указание по радио всем своим бандформированиям, в котором потребовал усилить охрану «русских военнопленных» в связи с тем, что в результате происшедшего накануне инцидента «среди братьев были убитые и раненые».

На месте происшествия побывал губернатор Северо-Западной пограничной провинции генерал-лейтенант Фазл Хак. 29 апреля по этому вопросу был проинформирован президент Пакистана, который, учитывая всю серьезность случившегося под Пешаваром, сам прибыл в этот район и потребовал без обиняков от главарей всех банд исключить повторение подобных «инцидентов», подтверждающих нахождение на пакистанской территории советских военнослужащих, захваченных душманами в ДРА, а также распорядился принять все меры по недопущению утечки информации об истинных причинах инцидента, в частности:

  • Раббани было сделано предложение открыто заявить, что в районе Бадаберы произошло вооруженное столкновение между двумя враждующими группировками его организации;
  • в район происшествия был запрещен въезд посторонним лицам;
  • полностью конфискован выпуск пешаварского журнала «Сафир», в котором содержалась информация о восстании в Бадабере.

Кабинет министров Пакистана решил не комментировать происшествие в районе Бадабера со ссылкой на неосведомленность по этому вопросу.

Однако события в Бадабере получили огласку (артиллерийская стрельба была слышна даже в Пешаваре). 2 мая многие телеграфные агентства, со ссылкой на своих корреспондентов в Исламабаде, сообщили о неравном бое, который вели советские и афганские военнослужащие в Пакистане. Средства массовой информации, в частности радиостанция «Голос Америки», в своей передаче 4 мая были вынуждены передать, что «на одной из баз афганских моджахедов СЗПП Пакистана в результате взрыва погибло 12 советских и 12 афганских пленных».

Факт вооруженного выступления в Бадабере подтвердил и посетивший 9 мая 1985 года советское посольство в Исламабаде представитель международного Красного Креста.

К сожалению, выяснить точные фамилии участников вооруженного выступления не представилось возможным, ввиду уничтожения списков пленных во время взрыва склада с боеприпасами и пожара, а также принятых пакистанскими властями и руководством афганской контрреволюций мер по изоляции свидетелей событий в Бадабере…

Источники информации: штаб 40-й армии,
посольство СССР в Пакистане,
ГРУ ГШ ВС СССР,
май 1985 г.

Преднамеренное убийство под Пешаваром граждан СССР и ДРА было совершено с ведома пакистанских властей и при непосредственном участии регулярных войск Пакистана. В связи с этим 11 мая послом СССР в Исламабаде Зияуль-Хаку был заявлен решительный протест Советского правительства. В заявлении МИД СССР указывалось: «Советская сторона возлагает всю ответственность за происшедшее на правительство Пакистана и ожидает, что оно сделает надлежащие выводы насчет последствий, которыми чревато его соучастие в агрессии против ДРА и тем самым против Советского Союза…»

Министр обороны СССР Маршал Советского Союза С. Л. Соколов приказал установить фамилии военнослужащих, принимавших участие в восстании в Бадабере. В связи с тем что вся документация тюрьмы сгорела, тогда этого сделать не удалось. Лишь много лет спустя по показаниям свидетелей этой трагедии удалось установить имя руководителя восставших. Им предположительно оказался Виктор Васильевич Духовченко (мусульманская кличка Юнус), украинский парень из Запорожья. Именно ему удалось во время молитвы убить часового, завладеть его автоматом и освободить своих товарищей. Но утверждать точно пока преждевременно.

После восстания в Бадабере лидер ИПА Г. Хекматияр издал приказ: «В плен русских впредь не брать, а уничтожать на месте захвата». Известно, что мятежники, подогретые исламским фанатизмом мулл, проявляли к советским солдатам изуверскую жестокость, а пленные находились часто в ужасных, нечеловеческих условиях.

Об этом свидетельствовала и Комиссия по правам человека ООН во главе с Ф. Армкостом. В частности, отмечалось, что, по показаниям освобожденных из плена советских военнослужащих, находившихся с 1983 по 1986 г. в тюрьме лагеря Мобарез (120 км севернее Кветты), содержались советские граждане в количестве 6-8 чел. Тюрьма представляла собой пещеру, выбитую в скальной породе, без доступа света и свежего воздуха. Начальник тюрьмы некий Харуф систематически подвергал пленных пыткам и издевательствам… Не выдержав издевательств и безысходности своего положения, находившиеся в этой тюрьме советские граждане В. Киселев и С. Мещеряков в августе-октябре 1984 г. повесились в камере-пещере.

И это были не единичные случаи. Комендант тюрьмы в Бадабере Абдурахман жестоко избивал пленных плетью со свинцовым наконечником за малейшую провинность, а также заковывал в кандалы.

Особую жестокость к пленным проявляли моджахеды из отрядов Ахмад Шаха Масуда. Так, при проведении под руководством генерала И. Родионова операции в Панджшере в июле 1985 г. в кишлаке Дейкхоминики была освобождена тюрьма, в которой содержались военнослужащие правительственных войск и небольшое количество советских военнопленных.

Ворвавшиеся в кишлак десантники 2-го батальона 345-го опдп увидели на территории тюрьмы и в ее окрестностях лежавшие в различных позах более 200 трупов афганских военнопленных. Они были обезображены до неузнаваемости (у многих выколоты глаза, отрезаны уши, руки и ноги, множественные колотые и резаные раны). Причем убиты они были буквально перед самым захватом тюрьмы. Останков советских военнопленных найти не удалось, но была обнаружена яма, где были спрятаны комплекты советской формы одежды, на основании чего сделали вывод, что советские военнопленные тоже содержались в этой тюрьме, но, видимо, заблаговременно были переведены в другое место.

Однако со стороны советских властей действенных мер по освобождению пленных не предпринималось. Предпочитали не ворошить эту тему. Многим из высших партийных функционеров безразличны были судьбы людей, которых они посылали на смерть выполнять мифический «интернациональный долг». Ведь своих сыновей и родственников они предпочитали отправлять в основном на дипломатическую и внешнеэкономическую работу в благополучные страны и международные организации.

Б. Кармаль рассматривал советское военное присутствие как средство, под прикрытием которого можно было жить беззаботно, устраивать свои фракционные дела и пользоваться всеми благами от власти. Свои расчеты он строил на том, что советские войска бесконечно долго будут находиться в Афганистане и выполнять функции охраны режима. Ввиду того что правительственные силы не хотели воевать против оппозиции (ведь неизвестно было, как все повернется в дальнейшем), он постоянно обращался к руководству Советского Союза с просьбами о проведении боевых операций в различных районах страны, считая военный путь основным в борьбе с мятежниками. А что ему еще оставалось делать? Ведь его реформы отвергались населением, а ничего другого он предложить не мог. Просьбы Кармаля, как правило, удовлетворялись. В итоге наши части по существу превратились в решающую силу, обеспечивающую само существование «республиканской власти». Они превратились в своеобразных «наемников», которые воевали в чужой стране, а содержало их свое же государство. Это еще один из парадоксов «афганской войны».

Советские войска по-прежнему оставались главной силой в противоборстве с вооруженной оппозицией, а воевать им становилось с каждым годом все трудней.

Именно в середине 80-х были проведены наиболее крупные войсковые операции в провинциях Парван, Кунар, Герат, Пактия, Кандагар и округе Хост. Особенно тяжелые бои велись против вооруженных отрядов Ахмад Шаха Масуда и в провинции Кунар. Советские войска действовали во время этих операций в основном успешно, нанося мятежникам большие потери, ведь постепенно они накапливали и обобщали боевой опыт.

Главной формой борьбы с формированиями оппозиции по-прежнему осталось проведение крупных плановых и частных операций. В ходе них применялись различные тактические приемы, основными из которых являлись блокирование и прочесывание зеленых зон (так называемой «зеленки») и крупных населенных пунктов. Вероятность потерь здесь значительно возрастала. Ведь к особенностям операций, проводимых в зеленой зоне, относились: наличие широкой сети каналов, жилых построек, дувалов, превращенных мятежниками в оборонительные сооружения, что снижало темпы ведения боевых действий, иногда до 150-200 метров в час; густая растительность затрудняла ориентирование на местности и организацию взаимодействия, поэтому дымы, применяемые для обозначения своего переднего края и флангов, зачастую оказывались малоэффективными; боевое соприкосновение наших подразделений с мятежниками зачастую доходило до 50-100 метров, что исключало применение артиллерии и авиации для непосредственной поддержки войск; ограниченные возможности артиллерии вынуждали иметь в ротах до взвода минометов «Поднос», 2-3 расчета АГС-17, увеличенный запас ручных гранат при каждом солдате; практически непроходимая для бронегрупп местность исключала их применение в боевых порядках подразделений, они использовались главным образом для блокирования районов; закрытая местность позволяла мятежникам скрытно выходить из-под ударов, совершать маневр и внезапно атаковать наши подразделения во фланг и тыл, что вынуждало иметь тыловое и боковое охранение; в каждой роте целесообразно было иметь авианаводчиков и артиллерийских корректировщиков, а в отделении — радиостанции в качестве ретрансляторов.

Серьезную сложность представляли боевые действия по уничтожению мятежников в пещерах, подходы к которым тщательно охранялись, маскировались и минировались. Каждая пещера имела 1-2 выхода и специально оборудованные бойницы для ведения огня.

Тактика действий здесь применялась примерно такая же, как и при захвате укрепленного района, долговременных огневых точек (дот, дзот и т. п.).

В декабре 1984 г. под руководством командира 5-й мед генерал-майора Г. П. Касперовича была проведена операция по разгрому базовых районов мятежников в горах Луркох (провинция Фарах), расположенных в трех ущельях. Причем в двух из них (Каликаниск и Калимани) действовали наши подразделения, в одном — правительственные войска. Эти базы были хорошо укреплены, заминированы, надежно охранялись. Это была уже не первая операция в данном районе, но моджахеды все время восстанавливали свои базы после очередного разгрома.

Успех в этой операции был достигнут в результате оригинального решения комдива и внезапных ночных действий, когда были захвачены все господствующие вершины. Утром после огневого налета подразделения дивизии стремительно ворвались в ущелья и захватили расположенные в гротах и пещерах склады моджахедов с оружием и боеприпасами (около 20 вагонов). Во время боевых действий в дивизии погибло три человека (один сорвался ночью в ущелье, второй подорвался на мине, третий был убит снайпером).

Я не ставлю целью подробно описывать все операции того периода, они в принципе мало чем отличались друг от друга, хотя у каждой были свои особенности.

В качестве иллюстрации приведу небольшую выдержку из доклада руководителя Оперативной группы МО СССР с анализом военной обстановки в Афганистане и некоторых итогах операции в Панджшере, проведенной в 1984 г., а также отдельные документы, которые наглядно характеризуют действия советских войск в то время.



Аналитическая записка (Секретно)


Министру обороны СССР
Маршалу Советского Союза
товарищу Устинову Д. Ф.

Докладываю

Военная обстановка в результате проведения целого ряда операций против контрреволюционных сил заметно улучшилась. За 5 месяцев проведено 85 операций, из них 51 совместная 40-й А и частями афганской армии и 34 самостоятельных афганскими частями.

Особенно большое значение для улучшения военной обстановки имели Панджшерская операция и боевые действия в Герате…

В ходе боевых действий в Панджшерской и Андарабской долинах и севернее противнику нанесено серьезное поражение. Ликвидирована его основная база…

Захваченные нашими войсками 18.05.84 г. в Панджшере секретные документы позволили раскрыть и ликвидировать широкую агентурную сеть ИОА, существовавшую в Кабуле (в центральном партийно-государственном аппарате, в том числе в СГИ, царандое и Минобороны) и других районах страны…

В мае и особенно в июне с. г. увеличилось количество выходов на переговоры бандформирований с готовностью признать правительство ДРА и прекратить вооруженную борьбу и сдача ряда бандгрупп (в Панджшере и Андарабе без учета бандформирования главаря Джумахана (700 чел.) сдалось 8 бандгрупп общей численностью около 600 мятежников)…

В настоящее время в соответствии с утвержденным Вами решением в долинах Панджшера и Андараба проводятся мероприятия по закреплению государственной власти. Оказано воздействие в этих целях на руководство ДРА для активизации его работы…

В последнее время противник проявляет активность на юго-востоке и юге страны, в районах Хоста, провинциях Кунар, Кандагар, на отдельных участках коммуникаций.

С учетом этого кроме Панджшера и Андараба в настоящее время проводятся боевые действия войск в районе Хоста (25-я пд, 666-й полк «к», 2-я пгбр), в районе Кандагара (70-я омсбр, 15-я пд и 466-й полк «к» 2-го АК), в районе Фараха (21-я мпбр с 4-й тбр), в районе Гуриана, западнее Герата (17-я пд с 5-й тбр).

В ближайшее время начнут боевые действия в районе Джелалабад — Асадабад в провинциях Нангархар и Кунар 66-я омсбр, 11-я и 9-я пд.

Продолжается также перекрытие возможных маршрутов движения караванов и бандгрупп из Пакистана силами трех батальонов «спецназ»…

40-я армия продолжает оставаться решающим фактором по стабилизации обстановки в ДРА, несет на себе основную тяжесть борьбы с контрреволюцией…

Армия боеспособна. Боевые действия в Панджшерской и Андарабской долинах показали способность войск армии и авиации решать боевые задачи в сложных горных условиях на высотах 4-3 тыс. метров, в зонах ледников без специального снаряжения.

Личный состав действовал самоотверженно и мужественно. Подавляющее количество боевых задач авиацией выполнялось на малых высотах. Хорошие боевые качества подтвердили самолеты-штурмовики Су-25…

Действия войск позволяют сделать некоторые выводы по дальнейшему улучшению их боевой подготовки и техническому оснащению не только 40-й армии, но и вооруженных сил в целом…

С министром обороны ДРА т. Кадыром и начальником Главпура т. Садеки проведено несколько индивидуальных бесед. В них подчеркивалась необходимость более активной деятельности и регулярных выездов в войска для анализа результатов боевых действий, принятия мер по повышению их эффективности, по усилению политико-воспитательной работы с личным составом, борьбе с дезертирством и оказанию другой необходимой помощи соединениям и частям афганской армии…

Маршал Советского Союза С. Соколов,
июнь 1984 года.

На основании доклада можно сделать вывод, что советские войска беспрепятственно громят мятежников, однако это было не совсем так. Хочу обратить внимание, что, например, операция в Панджшере завершилась с незначительными результатами. Масуду удалось обмануть военное командование и вывести из-под удара свои силы, но об этом стало известно гораздо позже (более подробно об этой операции рассказывается в восьмой главе). Да и в целом по стране существенного повышения эффективности боевых действий не происходило, хотя советские войска практически не знали передышки.



Доклад начальника Главного управления боевой подготовки Сухопутных войск (Секретно)


…В течение пяти месяцев летнего периода 1984 г. войска 40-й армии продолжали вести боевые действия по разгрому мятежных банд и оказанию помощи в укреплении государственной власти в своих зонах ответственности.

За это время было проведено 22 плановых и 19 неплановых операций, устроено 2084 засады, реализовано 248 разведывательных данных.

В ходе боевых действий, по уточненным данным, уничтожено более 18 тысяч мятежников, захвачено 3839 единиц стрелкового оружия, 146 ДШК, 42 миномета, 101 РПГ, более 2,3 млн. штук боеприпасов к стрелковому оружию.

Наиболее крупными по составу, привлекаемым силам и средствам, продолжительности и значимости были операции в долинах рек Панджшер, Андараб и в зеленых зонах вокруг г. Кабул и г. Герат.

…Отмечается некоторое улучшение в организации и ведении боевых действий, в применении авиации и артиллерии. Примером хорошо продуманных и спланированных действий является операция, проведенная в районе Искаполь в июне с. г. В ходе нее была разгромлена крупная группировка мятежников (убито 70 человек, захвачено 3 миномета, 3 ЗГУ, 4 ДШК, свыше 50 мин и большое количество боеприпасов к стрелковому оружию). Наши подразделения потерь не понесли. Большая заслуга в этом командира полка подполковника Л. Я. Рохлина.*

*Лев Яковлевич Рохлин — кавалер четырех боевых орденов, человек необычной судьбы, один из рыцарей «афганской войны». Он, пожалуй, единственный командир полка, которого после снятия с должности в Афганистане спустя несколько месяцев назначили вновь. Представляли к званию Героя Советского Союза, но не присвоили. Л. Рохлин попал на «афганскую войну» в конце 1982 г. Командовал 860-м мотострелковым полком, располагавшимся в излучине реки Кокча в 5 км восточнее Файзабада (пров. Бадахшан). Участвовал во многих боевых операциях против отрядов вооруженной оппозиции. Отличался решительностью, смелостью и находчивостью. Однако в апреле 1983 г. был снят с должности командира полка и направлен с понижением в другой полк. А случилось это так. Поступила развединформация о скоплении мятежников в крепости, расположенной недалеко от Коран-о-Муджана. Командование 40-й армии решило нанести по ним авиационный удар, а для проверки его результатов послать 2-й мсб 860-го мсп и афганский батальон царандоя. Л. Рохлин попытался убедить руководство не посылать этот батальон, так как он находился в Бахараке, в отрыве от главных сил, снабжение его осуществлялось с большими трудностями и в тот момент не было создано необходимых запасов горючего. Ситуация осложнялась еще и тем, что почти половина батальона была задействована для выполнения другой задачи. Но приказ был повторен в довольно жесткой форме.
Командир полка решил сам возглавить боевые действия батальона по проверке результатов авиационного удара. Преодолев сопротивление мятежников и выдвинувшись по Джармской долине к Коран-о-Муджану, обнаружили, что в крепости никого нет, убитых и раненых тоже. Авиабомбы в цель не попали. На обратном пути наши подразделения попали под сильный перекрестный огонь моджахедов. Дело в том, что занимавший господствующие высоты и прикрывавший наши подразделения батальон царандоя вдруг неожиданно снялся с занимаемых позиций и поставил тем самым 2-й мсб в крайне тяжелое положение. Часть машин отстала. И тогда командир полка решил не продолжать бой в невыгодных для себя условиях, чтобы спасти людей, приказал взорвать отставшие машины, а остальным отходить в направлении Бахарака.
В результате батальон понес незначительные потери, а Л. Рохлин оказался на должности заместителя командира 191-го омсп. В этом полку он воевал достойно. В январе 1984 г. командира 191-го омсп В. Годунова отдали под суд из-за того, что он, бросив подчиненных на погибель, один сбежал на вертолете с окруженного мятежниками командного пункта полка. Л. Рохлин вновь стал командиром полка. При нем полк действовал, как правило, результативно. Однако наиболее удачными были боевые действия полка по захвату базы мятежников в районе уездного центра Ургун (пров. Пактия) в октябре 1984 г. Эта операция стоит того, чтобы о ней рассказать немного подробнее. От советских войск в ней принимали участие 191-й омсп, 345-й опдп и 56-ая одшбр. Руководил боевыми действиями заместитель командующего 40-й армией генерал В. П. Дубинин. Главная цель операции заключалась в уничтожении баз и складов моджахедов. Информацию о них выдавал лично министр государственной безопасности ДРА Наджиб (как потом оказалось, вся информация была недостоверной и ни одной базы на ее основе обнаружить не удалось). В связи с тем что район боевых действий был буквально нашпигован минами, подразделения выдвигались вне дорог. В качестве проводников выступали боевые вертолеты, которые одновременно осуществляли огневую поддержку и вели разведку. Операция, возможно, так бы и закончилась безрезультатно, если бы Л. Рохлин не обратил внимание на то, что из района, расположенного несколько в стороне от направления действий наших войск, по вертолетам неоднократно велся огонь из крупнокалиберных пулеметов. Командир полка отдал приказ выдвигаться в тот район. Перевалив через гору, советские солдаты обнаружили крупную базу моджахедов, информация о которой ранее отсутствовала. Л. Рохлин решил не атаковать базу, а блокировать ее, выдвинуть артиллерию и методически уничтожить. Когда на складах начали рваться снаряды, мятежники стали разбегаться кто куда, попадая под огонь стрелкового оружия. Внезапность и стремительность действий 191-го омсп полностью деморализовали моджахедов, и они не оказали существенного сопротивления. Задача была выполнена без потерь. Захватили большое количество оружия и боеприпасов. Одних только реактивных снарядов более 150 тыс. штук. В считанные часы база мятежников полностью была уничтожена, все ее сооружения взорваны. Для Л. Рохлина это была последняя операция, так как потерпел катастрофу вертолет, на котором он облетал район боевых действий. Командир полка остался жив, но у него оказались переломаны ноги, позвоночник и т. д. Долгое время лечился в кабульском и ташкентском госпиталях. Заключение врачей было однозначным — уволить из рядов вооруженных сил. Но Л. Рохлин не мыслил себя без армии. Ему удалось добиться изменения формулировки заключения. Сейчас он генерал-лейтенант, командует армейским корпусом.

…Неплохие результаты достигнуты в операциях, проведенных под руководством генерал-майора А. А. Лучинского, полковника Ярыгина…

Главной формой борьбы с бандформированиями по-прежнему остается проведение крупных плановых и частных операций в целях уничтожения мятежников в жизненно важных районах, разгрома их баз и учебных центров, а также нанесения поражения бандам в зеленых зонах и кишлаках.

Основной способ действий войск заключается в блокировании баз и районов, занятых мятежниками, с широким применением тактических воздушных десантов и последующим их прочесыванием подразделениями афганской армии при постоянной артиллерийской и авиационной поддержке.

…Практикуются также повторные блокирования через короткий промежуток времени и прочесывание ранее проверенных районов, куда, как правило, возвращаются мятежники после переноса боевых действий в другие районы.

…Вместе с тем большое количество операций проводится шаблонно, по заранее разработанной схеме (открытый выход из военных городков, прямолинейное движение, блокирование и прочесывание). В результате столь «прямолинейных действий», отсутствия маскировки, а также утечки информации при совместных действиях с правительственными войсками (мятежники заранее предпринимают упреждающие меры) итоги таких операций, как правило, невысокие.


 

Основные показатели 1983 г. май-сентябрь 1984 г. май-22.09
1. Проведено операций    
прановых 12 22
неплановых 10 19
2. Реализовано разведданных 198 248
из них результативно 160 (88%) 181 (72%)
3. Выставлено засад 2800 2084
из них результативных 262 (9%) 181 (8%)
4. Уничтожено мятежников 17632 18184
5. Захвачено    
— стрелкового оружия 4334 3839
— ДШГ 98 146
— РПГ 129 101
— минометов 79 42
— ЗГУ, безоткатных орудий 46
— боеприпасов к стр. оружию 1772 тыс. 2305 тыс.
6. Проведено мятежных диверсий, в т. ч. 261 246
— обстрелы колонн 103 81
— обстрелы пунктов дислакации 116 96
— подрывы на минах 38 53
7. Потери наших войск*    
— убито 491/74 886/111
— ранено 1182/179 1958/233

*Примечание: в знаменителе показано — в том чпсле офицеров, г. Москва, 22 сентября 1984 г.

 

40-я армия в течение зимнего периода 1984/85 г. провела 10 плановых, 3 внеплановых и 19 частных боевых действий, осуществила 120 выходов на реализацию разведывательных данных, выставляла 1460 засад.

В ходе боевых действий было уничтожено 7890 мятежников, 198 караванов, захвачено орудий и минометов — 38, реактивных установок — 16, РПГ — 119, ПЗРК — 7, ДШК и ЗГУ — 79, стрелкового оружия — 1744. Из 100 различных складов было изъято около 12 тыс. боеприпасов к тяжелому оружию и РПГ, более 3 млн. патронов, 4130 инженерных мин, 5 т. взрывчатых веществ, а также другие материальные средства.

Однако, несмотря на значительный урон, нанесенный мятежникам в результате совместных действий 40-й армии и ВС ДРА, их активность, численность и влияние в большинстве провинций страны не уменьшились. Главной причиной такого положения являлось снижение эффективности боевых действий, благодушие среди определенной категории командиров, недооценка обстановки и серьезные упущения в подготовке и ведении операций.

Подводя итоги боевых действий за этот период, командующий ТуркВО отмечал: «Рассматривая в деталях боевые действия, мы находим примеры халатности, недобросовестности в организации боевых действий, низкого качества выполняемых задач, бессмысленной гибели людей. Например, боевые действия в провинции Парван, проводимые подполковником Зиневичем А. В. в период с 18 по 26 декабря 1984 г., были не организованы, плохо управлялись. Подразделения попали в засаду после проводки афганской колонны в Пишгор. В результате погибло 5, ранено — 33 человека.

В период с 5 по 14 декабря 1984 г. в ходе боевых действий, проводимых под руководством командира 682-го мсп, погибло 7 и ранено 29 человек, сбит самолет Су-25. Четверо суток не могли подразделения выйти из-под обстрела мятежников, но командование дивизии и армии практически никакой помощи руководителям боевых действий не оказали. Таких фактов, примеров верхоглядства, неорганизованности, халатности при проведении боевых действий предостаточно…»

В апреле 1985 г. командующий 40-й армией генерал Генералов Л. Е. убыл по замене в Союз и вместо него назначили генерала Родионова И. Н. При нем войска провели немало операций, крупнейшей из которых была операция в провинции Кунар. Оценивая итоги этой операции, 6 июня 1985 г. руководитель Оперативной группы МО СССР в ДРА генерал армии В. И. Варенников (Маршал Советского Союза С. Л. Соколов был назначен министром обороны СССР) докладывал: «Несмотря на возрастающие усилия, мятежникам не удалось добиться дестабилизации в Афганистане. В ряде случаев, по причине военного поражения, они утрачивают на определенное время свое влияние и контроль в некоторых районах страны и вынуждены ограничиваться подрывной деятельностью, нападением на колонны и посты, обстрелом населенных пунктов, военных городков и минированием отдельных участков коммуникаций.

Большие потери контрреволюции (только в 1985 г. 17 тыс. чел.) ее не обескураживают. Активная, значительная и всесторонняя помощь США, Китая и некоторых других реакционных режимов позволяет контрреволюции постоянно наращивать свои военные усилия. В 1981 г. отряды и группы мятежников составляли 30 тыс., в 1983 г. — около 40 тыс., а в 1985 г. — 50 тыс. чел. в активно действующих бандформированиях (органами КГБ СССР эта цифра в 1985 г. отмечается значительно выше)…

Постоянно совершенствуются формы боевых действий противника. Это наглядно просматривается на событиях в провинции Кунар. В декабре 1984 г. при проведении нами совместных боевых действий привлекалось ограниченное количество войск с учетом соответствующей группировки противника — 66-я омсбр, 45-й исп 40-й армии и часть сил 9-й пд ВС ДРА… Боевые действия длились одну неделю. Задачи были полностью выполнены. При этом противник не оказывал большого сопротивления, старался маневрировать, уйти от прямых столкновений с нашими войсками.

Иной характер приняли боевые действия в этом районе в мае-июне с. г. Количество задействованных наших войск значительно увеличилось: 103-я вдд, 66-я омсбр, 56-я одшбр, часть сил 108-й, 201-й мед, 45-го исп и большая часть ВВС 40-й армии; 1-й АК в составе 8-й, 9-й, 11-й пд, а также 37-я бр «к», 10-й исп и 10-я пгбр ВС ДРА.

Привлечение такого количества войск вызвано тем, что противник значительно увеличил свою группировку в этом районе. Кроме того, зная о нашей подготовке к боевым действиям (утечка через органы ДРА), он не только не предпринял меры к отводу своих банд, а, наоборот, дополнительно выдвинул накануне наших действий с территории Пакистана 1500 человек, а в ходе боевых действий еще около 2000 человек. Мятежниками были проведены большие инженерные работы по оборудованию рубежей и районов обороны. Проведено значительное минирование, установлено более 100 фугасов…

Бои в Кунаре и особенно в ущелье Печдара, в районах н. п. Мена, севернее Асмар, юго-восточнее Нарай приобретали ожесточенный и затяжной характер. Отмечались случаи перехода мятежников в контратаки. Только благодаря мощным и точным ударам авиации и огня артиллерии удавалось сломить сопротивление. Противник против нашей авиации применял большое количество зенитных средств, а севернее Асмар даже ракетные комплексы «земля-воздух».

В течение мая-июня с. г. мятежники только в провинциях Кунар и Гильменд потеряли убитыми более 4900 чел. (из них в Кунаре — 4200 чел.), кроме того, уничтожено и захвачено более 100 орудий и минометов, около 200 крупнокалиберных пулеметов ДШК и ЗГУ, более 160 различных складов, 2,5 млн. различных боеприпасов и учебный центр. Характерно, что пакистанская печать не комментирует это крупное поражение афганской контрреволюции…

В то же время пассивно выглядят действия партийных и государственных органов ДРА по использованию результатов успешных боевых действий 40-й А и ВС ДРА в Кунаре и Гильменде. В провинции Гильменд, например, несмотря на наши настоятельные пожелания, вообще ничего не предпринято. В провинции Кунар только после неоднократных и настоятельных требований уже в ходе самой операции были предприняты ограниченные шаги по расширению зон влияния в тех кишлаках, в которых находятся гарнизоны афганских войск. Новых оргядер в освобожденных районах нигде не выставляется. Безвозмездная материальная помощь, поступающая по государственной линии, для провинции Кунар своевременно не доставлена.

Поэтому результаты проведенных боевых действий для стабилизации обстановки в стране могут иметь только временный характер. С истечением времени мятежники в этих районах способны восстановить утраченные позиции…

Действительно, в тот период боевые действия в ДРА отличались размахом и ожесточенностью. В Кунарской операции они проводились на всем протяжении ущелья — от Джелалабада до Барикота (на расстоянии 170 км). Во время операции вертолетами десантировалось более 11 тыс. чел. Хотя по-прежнему отмечались недостатки в действиях ОКСВ. Причина невысокой результативности боевых действий во многом заключалась в недостаточной командирской подготовке офицеров. Общевойсковые командиры были слабо обучены постановке задач авиации и артиллерии по нанесению ударов и огневому поражению. Офицерский состав слабо знал приемы и способы действий мятежников, не следил за их развитием.

Недостаточно четко организовывалось всестороннее обеспечение, особенно разведки. Боевые действия зачастую планировались и велись вслепую на труднодоступной местности, без знания конкретного места расположения противника, а следовательно, и возможного характера его действий. Мятежников приходилось отыскивать в ходе уже начавшихся боевых действий. В результате наши войска нередко попадали в засады и на минные поля. Поэтому совсем не случайно, например, при проведении боевых действий в Печдаре 2-й мсб 149-го мсп 201-й исд и 350-й пдп 103-й вдд имели большие потери в личном составе.

В тактике действий наших войск мало применялось элементов военной хитрости, мероприятий по дезинформации противника. Активные действия в ночных условиях, как правило, не велись.

Таким образом, можно сказать, что не все просто было в горах Афганистана для советских войск. Там они сталкивались со все возрастающими трудностями. И решали они их всякий раз по-разному. Уже тогда многие офицеры стали задумываться о том, что нашей армии, за исключением, пожалуй, десантников и спецназовцев, не хватает профессионализма. Предварительная краткосрочная подготовка молодых солдат не могла сравниться с боевым опытом, который накапливали мятежники. Этот недостаток компенсировался применением более мощного вооружения и боеприпасов, а также самоотверженностью, мужеством и неприхотливостью советских офицеров и солдат, то есть морально-боевым духом. Однако это оборачивалось дополнительными жертвами как среди советских военнослужащих, так и среди афганцев.

К середине 80-х афганская армия хотя и несколько окрепла, но без помощи советских войск вести самостоятельные широкомасштабные боевые действия была неспособна, да и не очень-то и стремилась. Советское военное присутствие и поставки вооружения, техники и другого специмущества по-прежнему продолжали оставаться основным гарантом нахождения НДПА у власти. Впрочем, такое положение дел, похоже, устраивало ее лидеров. Однако, хотя наши войска продолжали вести бои, сломить сопротивление вооруженной оппозиции им не удавалось. На смену разгромленным вооруженным отрядам приходили новые. И, как стали понимать советские солдаты и офицеры, в подавляющем большинстве своем эти отряды были не банды вовсе, а местные жители, которые веками жили по собственным законам и обычаям.

И это население, воспитанное в духе свободы и вольностей, никогда не признавало диктата, даже центральных властей, не говоря уже о произволе чужестранцев. Именно оно с оружием в руках поднялось на борьбу против ломки родоплеменных и религиозных устоев, защищая свои коренные интересы, отвергая навязываемый ему функционерами НДПА путь развития. Осознание того, что воюют с народом, тяжелым бременем ложилось на плечи советских военнослужащих. Военное командование предлагало свои пути разрешения этой проблемы.



Донесение из Кабула (Секретно)


Министру обороны СССР
Маршалу Советского Союза
товарищу Соколову С. Л.

…40-я армия ТуркВО продолжает нести основную тяжесть вооруженной борьбы с контрреволюцией в Афганистане. Все это может вызвать необходимость дополнительного увеличения нашего контингента войск, хотя последний раз такое увеличение было проведено в декабре 1984 г.-январе 1985 г.

Всеми признано, что только военным путем решить вопросы апрельской революции невозможно. На деле же по причине отсутствия других эффективных мер масштабы боевых действий расширяются, что кроет в себе много отрицательных последствий. Обстановка требует переоценки сил, возможностей и определения дальнейших путей и способов партийных и государственных преобразований в стране.

Представляется целесообразным, чтобы представительная партийно-государственная комиссия рассмотрела военно-политическое положение в Афганистане и вокруг него и с учетом дееспособности нынешнего афганского режима выработала конкретные предложения, которые могли бы изменить развитие обстановки в стране…

Варенников,
г. Кабул, июнь 1985 г.

Обычно государство, проводя свою линию в отношении какой-либо страны, завоевывая или вводя для оказания помощи свои войска в чужую страну, вырабатывает долгосрочную стратегию и проводит политику, направленную на сохранение своих национальных интересов и закрепление там угодной ему власти (например, португальская лузи-тропикале в Африке). На основе же анализа действий СССР в ДРА можно отметить, что подобной стратегии в отношении Афганистана советским руководством выработано не было. Все в основном было отдано на откуп функционерам НДПА, которые оказались не способны что-либо сделать. Да и надо прямо сказать, что советские стратеги тоже оказались не на высоте.

Что оставалось предпринять в таких условиях: ввести дополнительные силы, перебить всех афганцев и заселить эти земли другими людьми, так как переделать афганцев, насильственно обратить их в свою веру было невозможно; или вывести войска из Афганистана, предложив НДПА и оппозиции самим решать проблему внутриафганского урегулирования? Второй путь был более предпочтительный, но последовать ему оказалось гораздо сложнее, чем это представлялось на первый взгляд. Ведь даже после принятия принципиального решения на вывод войск понадобилось почти четыре года, чтобы осуществить его на практике… Ввести войска в Афганистан оказалось гораздо легче, чем вывести их оттуда, то есть попали в ловушку войны, из которой выбраться никак не могли.



Курс на вывод советских войск из Афганистана


В связи с участием советских войск во внутреннем конфликте в Афганистане стал падать международный престиж Советского Союза. Даже — у союзников. Приводимые нашим руководством аргументы в обоснование советского военного присутствия в ДРА не удовлетворяли многие страны, которые открыто его осуждали на различных форумах, в том числе и проводимых под эгидой ООН, причем подавляющим большинством голосов. Негативное влияние войны в Афганистане начало ощущаться и внутри Советского Союза. Гибель советских парней в чужой стране вызывала возмущение и протест не только их родных и близких, но и всех честных людей в СССР.

После прихода к власти М. Горбачев поначалу попытался найти выход из положения в Афганистане с помощью прямых военных средств. «В июне 1985 г. Горбачев специально выбрал генерала Михаила Зайцева, которому, согласно последующим сообщениям прессы, было дано год-два, чтобы начать побеждать в Афганистане. Но к осени 1986 г., согласно аналитикам Пентагона в то время, советские официальные лица начали переосмысливать военную обстановку».*

*Galster S. Rivarly and Reconciliation in Afghanistan: What Prospects for the Accords?

Действительно, после назначения генерала армии М. М. Зайцева главнокомандующим войсками южного направления, в зону ответственности которого входил и Афганистан, он все чаще стал наведываться в 40-ю армию и пытался руководить боевыми операциями. Однако надо сказать, что «афганская война» продемонстрировала непригодность некоторых наших военачальников, выросших до больших постов в мирное время и никогда не воевавших, «инициатива» которых в боевых условиях часто оборачивалась неоправданными потерями. По отзывам «афганцев», в том числе некоторых командующих 40-й армией и генералов, одним из таких «полководцев» был и главком ЮН. Мне не довелось близко его знать, видел несколько раз в Афганистане. Он ходил всегда в «камуфляже» со звездой Героя Советского Союза. Это давало повод для насмешек, так как награды в повседневной жизни в Афганистане носить было не принято, а к тому же все знали, что генерал — «юбилейный» герой. Я, конечно, не в праве давать оценку его деятельности, но, по свидетельству многих командиров, их основной задачей, когда появлялся М. Зайцев, было любыми способами «устранить» его от руководства войсками в ходе боевых действий, чтобы избежать дополнительных потерь.

К примеру, вспоминая об одном из таких боев, командир 5-й мед рассказывал: «Много хлопот нам доставлял генерал Зайцев, который пытался внести свой особый вклад в тактику действий наших войск в Афганистане, например высадить десант в «зеленку» или установить прожекторы на сторожевых заставах. Подобных идей, впрочем, у него было немало. Тут и бронированные «уазики», и кочующие орудия на автомобилях, и укорачивание стволов у автоматов, и т. д.

Накануне проведения одной из операций в окрестностях Герата генерал Зайцев прилетел в 101-й мотострелковый полк и стал вносить изменения в разработанный нами план операции, давая такие указания, выполнение которых привело бы к ее срыву. Я долго думал, как же отправить его на ночевку в Шинданд и начать операцию самостоятельно, по ранее разработанному плану. Сказал генералу, что здесь нет удобств для ночлега. Но он ответил, что ему ничего кроме солдатской кровати не надо…

Другие доводы тоже не действовали. Тогда я поинтересовался у адъютанта Зайцева, каким образом можно отправить твоего шефа отсюда. Он, подумав, сказал, что генерал больше всего опасается инфекционных болезней. Разве что этим? Я сразу же вызвал командира полка и спросил, сколько у него в лазарете инфекционных больных. Командир ответил, что сейчас как раз ни одного нет.

— Хорошо! Но ты сейчас же пойдешь к Зайцеву и доложишь ему, что в медпункте полка находятся 24 человека с гепатитом и 18 человек с брюшным тифом.

«Да как же я пойду с таким докладом? А если он проверит, тогда что?» — возразил командир полка.

Мне пришлось долго убеждать его. «Пойми, — говорил я ему, — хоть ты в любом случае и получишь нагоняй от главкома, зато завтра людей убережем».

Наконец командир полка ушел, а я стал ждать результатов. Ждать пришлось недолго — Зайцев тут же улетел в Шинданд.

Пока он летел, я вызвал на связь своего летчика и предупредил его — завтра с утра находи любые «веские» причины, хоть костьми ложись, но чтоб ни при каких обстоятельствах Зайцева поутру в Герате не было. Я должен начать боевые действия без помех.

На следующий день мы начали все по плану. Мой авиатор не подвел, правда, оставалось только догадываться, что ему, бедолаге, пришлось выдержать, так как когда генерал Зайцев все-таки прилетел, он находился в крайней степени раздражения. Но бой был уже в самом разгаре.

Находясь на командном пункте дивизии, я руководил нанесением огневых ударов, продвижением подразделений и делал вид, что не замечаю приезда генерала. Как раз в этот момент начали выдвигаться на блоки танки. Зайцев приободрился (он сам танкист) и стал внимательно наблюдать за ними, не вмешиваясь в мои действия. Но чувствовалось, что основной «разбор» еще впереди. В какой-то мере выручило то, что вышел на связь командующий армией генерал И. Родионов и сообщил, что главкому срочно надо вылететь в Кабул для доклада обстановки М. Горбачеву. Мне пару раз приходилось слышать, как он докладывал обстановку Генеральному секретарю ЦК КПСС. Прямо скажу, здесь он был большой мастер.

Зайцев сразу же после этого улетел, а мы довели операцию до конца, с минимальными потерями выполнив задачу.

Вечером позвонил командарм и спросил: «Какие это ты применил новые способы действий — «вертикальные охваты» и «танковые клинья»?» Я был очень удивлен этим вопросом и в свою очередь спросил, откуда, мол, все это взялось?

«Разве? Но ведь на совещании офицеров в штабе армии главком расписал достаточно эффектно, как вы с ним умело воевали, разгромив моджахедов доселе неизвестными способами», — не преминул съязвить генерал Родионов.

И подобных эпизодов было немало, что стало достоянием руководства Министерства обороны СССР. Постепенно генерала М. Зайцева стали выводить из этой войны, и его все реже можно было встретить в Афганистане. Тогда же, в середине 1985 г., был взят курс на вывод войск из Афганистана и решение афганской проблемы политическим путем. Сразу же после прихода к власти М. С. Горбачев поручил Политбюро ЦК КПСС в закрытом порядке пересмотреть политику в отношении Афганистана. Однако происходящие там события оставались тайной для советских людей, об «афганской войне» они по-прежнему узнавали только то, что политическое руководство разрешало сообщать в средствах массовой информации.



Документ


Совершенно секретно
Особая папка

ЦК КПСС

 

О публикациях в средствах массовой информации материалов относительно действий ограниченного контингента советских войск в Афганистане

В соответствии с постановлением ЦК КПСС (П 206/2 от 7 июня 1985 года) Министерство обороны (т. Ахромеев С. Ф.), МИД СССР (т. Корниенко Г. М.) и КГБ СССР (т. Крючков В. А.) разработали перечень сведений, разрешаемых к открытому опубликованию действий ограниченного контингента советских войск на территории Демократической Республики Афганистан (прилагается).

Отделы ЦК КПСС считают возможным согласиться с этим перечнем и поручить средствам массовой информации руководствоваться им при освещении вопросов, связанных с пребыванием советских войск в Афганистане. Просим согласия.

Зав. Отделом внешнеполитической пропаганды ЦК КПСС
Л. Замятин.

Зав. Отделом административных органов ЦК КПСС
Н. Савинкин.



Документ


Приложение
Секретно
Экз. № 1

Утверждаю
С. Ахромеев
Утверждаю
Г. Корниенко
Утверждаю
В. Крючков
25 июля 1985 г.

Перечень сведений, разрешаемых к открытому опубликованию,
относительно действий ограниченного контингента
советских войск на территории ДРА
(в соответствии с постановлением ЦК КПСС № П 206/2 7.6.85 г.)

1. Продолжать публиковать разрешенные ранее сведения о действиях ограниченного контингента советских войск на территории ДРА и показывать:

  • наличие частей и подразделений, входящих в общевойсковые соединения, автомобильного полка подвоза, подразделений истребительной и транспортной авиации без указания принадлежности к конкретным соединениям, округам, показа их участия в боевых действиях;
  • организацию и ход боевой подготовки, размещение во временных городках воинских частей, их повседневную деятельность, проведение совместно с подразделениями ВС ДРА тактических учений в масштабе не выше батальона;
  • посещение советских частей руководителями партии и правительства ДРА, другими афганскими делегациями и проведение мероприятий партийно-политического характера и культурно-массовой работы;
  • награждение советских военнослужащих без показа их конкретной боевой деятельности, послужившей основанием для награждения;
  • привлечение летательных аппаратов и автотранспорта для перевозок грузов местному населению и выделение боевых подразделений для сопровождения колонн и охраны отдельных строящихся объектов;
  • наличие и работу советских военных специалистов по оказанию помощи афганским военнослужащим в освоении поставляемой боевой техники;
  • применение одиночными советскими военнослужащими, отделениями (экипажами, расчетами) и взводами штатного вооружения в целях самообороны при нападении на них мятежников в ходе занятий и учений, в период передвижения и патрулирования, при выполнении других повседневных задач, охране и обороне своих и совместно с воинами ДРА афганских объектов, разминировании, доставке грузов, сопровождении транспортных колонн, проведении повседневных полетов боевых вертолетов и самолетов;
  • отдельные единичные факты (не более одного в месяц) ранений или гибели советских военнослужащих при исполнении воинского долга, отражении нападения мятежников, выполнения заданий, связанных с оказанием интернациональной помощи афганскому народу;
  • строительство, эксплуатацию, вооруженную охрану и оборону трубопровода, построенного советскими подразделениями, и их повседневную деятельность;
  • работу советского военного госпиталя по оказанию врачебной медицинской помощи местному населению, раненым афганским и поступившим на излечение советским военнослужащим;
  • присвоение советским военнослужащим звания Герой Советского Союза, с показом их мужества и героизма, проявленных при оказании интернациональной помощи ДРА, без приведения сведений об участии подразделений и частей, где они служили, в боевых действиях;
  • возвращение после излечения военнослужащих, бывших в составе советских войск на территории ДРА, в ряды тружеников народного хозяйства и проявление заботы о них со стороны местных советских и партийных органов, учреждений социального обеспечения, руководителей предприятий.

2. Дополнительно разрешить публикацию в центральной печати, печати военных округов, республиканских, краевых и областных изданиях:

  • о действиях небольших советских воинских подразделений по отражению нападения на них и охраняемые ими объекты, по оказанию помощи афганским войскам в разгроме бандформирований и защите населения ДРА;
  • об отдельных случаях героических действий советских военнослужащих при выполнении ими боевых заданий, с показом их мужества и стойкости;
  • о повседневной деятельности подразделений, до батальона (дивизиона) включительно, всех родов войск: Сухопутных войск, ВВС и служб тыла, а также Инженерных войск и Войск связи;
  • факты проявления заботы о советских военнослужащих, проходивших службу в войсках на территории ДРА и ставших инвалидами, членах семей погибших в Афганистане;
  • сведения с описанием боевых подвигов, героизма и мужества советских воинов, проявленных при проведении боевых действий на территории ДРА, и факты их награждения.

3. По-прежнему запрещается в открытых изданиях информация, раскрывающая участие советских войск в боевых действиях на территории ДРА — от роты и выше, а также об опыте их боевых действий, конкретных задачах войск и прямые репортажи (кино-, телесъемки) с поля боя.

4. Публикация любой указанной в пунктах 1 и 2 информации разрешается по согласованию с Главной военной цензурой и органами военной цензуры военных округов, групп войск и флотов.

5. Продолжить широкую публикацию контрпропагандистских материалов советских и иностранных авторов, разоблачающих фальсификацию западных средств информации.

В. Варенников, В. Кирпиченко 19 июня 1985 г.

В русле начавшейся тогда в Советском Союзе «перестройки» ЦК КПСС были выработаны новые подходы и тактика действий при решении внутриафганского урегулирования. В октябре 1985 г. на переговорах в Москве афганской стороне впервые их изложили, прямо указав на серьезные перекосы и перегибы в практике НДПА, а также высказали, как казалось, принципиально новые рекомендации, которые при активной работе, по мнению советского руководства, могли бы дать значительные результаты. Одновременно кабульские власти уведомлялись о твердом намерении Советского Союза вывести свои войска из Афганистана. Вместе с тем были подтверждены обязательства СССР о продолжении поставок оружия для ВС ДРА.

Когда эти вопросы были поставлены, реакция со стороны афганцев последовала в основном отрицательная. Б. Кармаль, лицо которого и так темновато, потемнел еще больше и nbsp;сказал: «Если вы сейчас уйдете, в следующий раз придется вводить миллион солдат». Однако на сей раз советскому руководству удалось «убедить» лидеров НДПА в необходимости поиска нового пути внутриафганского урегулирования, и они в итоге заявили, что хорошо понимают возникшую ситуацию и в кратчайшие сроки примут меры к претворению в жизнь высказанных им соображений.

Б. Кармаль, горячо поблагодарив за рекомендации, на деле остался при своем мнении, вновь все свел к славословию, а не к практической работе.

В то же время, чтобы не лишиться поддержки и помощи СССР, надо было хоть как-то обозначить «выполнение рекомендаций». Для этого на XVI пленуме ЦК НДПА (20.11.1985 г.) было решено, что партия, играя руководящую роль в строительстве нового общества, должна поделиться реальной властью с другими политическими силами, готовыми принять участие в этом процессе. Однако несмотря на это руководство НДПА вновь кроме косметических подкрашиваний и голословных заверений на практике ничего не предприняло. Властью ни с кем делиться не хотели.

Разговоры так и остались пустым звуком.

Мало что делалось и по укреплению правительственных вооруженных сил. Но чтобы переложить ответственность за неудачи на советских военных советников, Б. Кармаль все время повторял им: «Берите наши воинские части и командуйте ими, как своими».

Подобного же принципа придерживались и другие военачальники, то есть стремились самоустраниться от борьбы в надежде сохранить лояльное отношение к себе моджахедов в случае их прихода к власти. ОКСВ продолжал нести основную тяжесть вооруженной борьбы против отрядов оппозиции.

В течение 1985 г. советские и афганские войска провели против мятежников более 80 успешных операций практически на всей территории страны. Формированиям оппозиции был нанесен значительный урон в живой силе и вооружении, что привело к снижению их боеспособности, а в ряде случаев к полной деморализации отдельных отрядов и групп. В результате боевых действий мятежники лишились также крупных базовых районов с большими запасами оружия, боеприпасов, продовольствия и медикаментов, таких, как Агарсай Байрамшах (Балх), Хукумати-Духанай-Гори (Баглан), Исламдара (Кандагар), Камдакка (Нангархар), Пастаканца (Хост) и др.

Повышение эффективности борьбы с караванами и перекрытие ряда основных караванных маршрутов привели к тому, что многие отряды мятежников, особенно в северных, северо-восточных и центральных районах Афганистана, стали испытывать недостаток в боеприпасах и других материальных средствах, что отразилось на активности их подрывных действий.

Вместе с тем, несмотря на ряд серьезных поражений, мятежники, опираясь на иностранную помощь, продолжали проводить мероприятия по усилению борьбы с режимом НДПА. С этой целью расширялись масштабы диверсионно-террористической деятельности и пропаганды, делались попытки по объединению отрядов различной партийной принадлежности в более крупные формирования и реорганизации их структуры по типу регулярных войск («фронтов», «дивизий», «полков» и т. д.), восстанавливались разрушенные и строились новые районы базирования и пункты снабжения, главным образом в труднодоступных горных районах на афганской территории и в приграничных районах Пакистана, совершенствовалась тактика действий по проводке караванов, усиливалась огневая мощь активных отрядов моджахедов за счет внедрения тяжелого вооружения, в том числе ПТУРС и ПЗРК. Например, в 1985 г. мятежники произвели 141 пуск ПЗРК по воздушным целям (в 1984 г. — 62 пуска).

В последующие годы эта цифра постоянно увеличивалась, вследствие чего росли потери авиационной техники. В 1985 г. мы потеряли в ДРА 1868 чел. (безвозвратные потери). Из них: боевые потери — 1552 чел. (в том числе 240 офицеров); погибло в бою 1194 чел. (в том числе 202 офицера); умерло от боевых ран 358 чел. (в том числе 33 офицера). К числу безвозвратных относятся и небоевые потери — 316 чел. (умерло от болезней — 62, погибло в автокатастрофах — 45, от небрежного обращения с оружием — 65, самоубийств — 59, погибло и умерло по другим причинам — 85). Кроме того, захвачено мятежниками — 36 чел., пропало без вести — 37 чел.



Правительственные войска должны воевать с оппозицией сами


В феврале 1986 г. в докладе на XXVII съезде КПСС М. С. Горбачев сообщил делегатам о выработке с афганской стороной плана поэтапного вывода советских войск, который будет приведен в исполнение сразу же после достижения политического урегулирования.

Советскому военному командованию поступило указание по возможности своими войсками не ввязываться в непосредственные боевые действия, перенести акцент на службу прикрытия, охрану коммуникаций и оборону важных стратегических пунктов. Одновременно предпринять дополнительные меры по укреплению правительственных сил.

Надо заметить, что все годы пребывания советских войск в Афганистане руководители ЦК НДПА и правительство ДРА преднамеренно старались показать слабость и низкую боеспособность их вооруженных сил. Со ссылкой на это они постоянно имели возможность привлекать для ведения вооруженной борьбы с оппозицией ОКСВ.

Военное командование ОКСВ в свете указаний из Москвы стремилось переломить такие «убеждения» функционеров НДПА и стало принимать меры к тому, чтобы заставить афганцев самим воевать с оппозиционными формированиями. Одним из таких мероприятий стало проведение в начале 1986 г. войсковой операции по разгрому крупной перевалочной базы моджахеддинов Джавары («Волчья яма») в округе Хост, расположенной в непосредственной близости от пакистанской границы. Она начала строиться еще до прихода к власти НДПА и считалась неприступной.

Согласно плану операции, привлекалось 54 батальона, артиллерия и авиация ВС ДРА. Руководство афганскими войсками в операции осуществлял командир 3-го армейского корпуса генерал-майор Мохаммед Асеф Делавар.

По замыслу, части ОКСВ не должны были принимать непосредственного участия в активных боевых действиях, а использовались главным образом для прикрытия флангов и тыла афганских войск. Это явно не устраивало афганцев. Ведь одни они воевать не хотели и старались сделать все возможное, чтобы все-таки хоть как-то задействовать советские войска.

28 февраля правительственные войска (при поддержке советской авиации) начали выдвигаться из Гардеза в район боевых действий. С ними взаимодействовали два советских батальона, которые заняли господствующие высоты вдоль дороги Хазрун — Матварх и обеспечивали проход афганских частей. Однако, выйдя в район Матварха, части ВС ДРА дальнейшее продвижение прекратили и около месяца, по существу, топтались на месте. Пользуясь пассивностью правительственных войск, мятежники стали наносить по ним огневые удары. Афганские части несли потери, но и это не могло их заставить изменить характер действий, они вперед не шли. Операция оказалась под угрозой срыва. Тогда по настойчивым просьбам руководства ДРА командованию ОКСВ пришлось все-таки ввести в боевые действия некоторые части советских войск (5 батальонов).

Руководство этими частями было поручено начальнику штаба 40-й армии генерал-майору Ю. П. Грекову, а афганскими войсками — заместителю министра обороны ДРА генерал-лейтенанту Мохаммеду Наби Азими. Одновременно внесли существенные коррективы в ранее разработанный план операции и провели дополнительные мероприятия.

С 5 по 9 апреля на аэродром Хост в помощь афганцам было высажено четыре советских батальона, затем в район Тани введен еще один батальон. Однако и это не помогло — взять Джавару с ходу афганским войскам не удалось. Соединения и части ВС ДРА развить наметившийся успех не сумели и, не преодолев даже первый оборонительный рубеж моджахедов, на четвертый день боевых действий были отброшены мятежниками на 5-7 км назад и оказались в критической ситуации. Военное командование, детально анализируя обстановку, вновь было вынуждено вносить изменения в планы и осуществлять доподготовку войск. В боевых порядках пехотных дивизий совместно с афганскими стали действовать советские авианаводчики, а при командирах дивизий — командиры советских взаимодействующих частей.

В Москву были доложены причины неудач и предложения по дальнейшему ведению операции.



Документ (Секретно. Срочно)


Министру обороны СССР
Маршалу Советского Союза
товарищу Соколову С. Л.

Докладываю.

Боевые действия афганской армии в районе Хоста могут оцениваться по своим предварительным результатам как неудовлетворительные, хотя мятежники и понесли большие потери в личном составе и вооружении.

Причины:

  1. Плохая выучка привлеченных к операции войск и авиации, низкий морально-боевой дух личного состава. В связи с этим боеспособность дивизий слабая, их возможности крайне ограничены. Кроме того, командиры 7-й, 8-й, 14-й пд и особенно 3-го АК еще неподготовлены в полной мере к управлению войсками.
  2. Недостаточно вскрыт и неправильно оценен противник до начала боевых действий. Он оказался сильнее, чем предполагалось. Близость территории Пакистана позволила ему постоянно маневрировать и беспрепятственно восполнять потери в живой силе и оружии. Кроме того, мятежники пользовались сильной огневой поддержкой с территории Пакистана, особенно при движении войск вдоль границы. Непосредственно в боях за базовые районы Джавара, Мирахаза (южнее Хост) принимают участие пакистанские малиши, обладающие хорошей выучкой и устойчивостью.
  3. Неудачный выбор времени проведения боевых действий. Наиболее благоприятным периодом для этого района является январь-начало февраля или апрель. Конец февраля и март характеризуются обильными дождями со снегом (особенно в этом году), что вынудило войска двигаться в распутицу по единственной дороге под обстрелом противника.
  4. Сложные погодные условия, затяжные (30 суток) и «неудобные» для войск бои (в колонне) при выдвижении вдоль госграницы измотали личный состав, он утратил и без того низкий моральный дух. Краткая подготовка к боевым действиям в районе Хост с 31 марта по 4 апреля не позволила восстановить силы.
  5. В ходе боевых действий руководители допускали необъективные оценки обстановки, неправдивые доклады о положении и характере действий войск, что не позволяло должным образом влиять на обстановку.
  6. Ошибки в применении десантов. Планирование было осуществлено правильно. Однако практическое применение организовано неудовлетворительно. Из-за просчетов ведущего экипажа десанты были высажены на площадки, находящиеся в 4-20 км от запланированных, что позволило мятежникам разбить десанты в течение дня. Неудовлетворительная штурманская подготовка экипажей, плохое ориентирование на местности при десантировании (только по курсу и времени) — основная причина ошибки.

Принятые меры:

  1. Дополнительно спланированы и осуществляются массированные удары авиации и огонь артиллерии по опорным пунктам и разведанным огневым точкам противника, в том числе с применением боеприпасов «Шлейф» (на подступах к базам опорные пункты оборудованы бетонными укрытиями, бронеколпаками, имеются окопанные танки).
  2. В район боевых действий переброшены и перебрасываются дополнительные силы — 50-й пп 18-й пд, 81-й пп 11-й пд, пп 21-й мпбр, б-н СПН. Для поддержки афганских войск переброшены одшбр (два батальона) и опдп (два батальона).
  3. Усилена разведка всех видов, в том числе против племени джадран.
  4. Укреплено руководство афганскими войсками. С этой целью вместо генерал-лейтенанта Азими (болен) руководителем боевы ми действиями назначен генерал-лейтенант Гафур…

Руководство частями 40-й армии осуществляет начальник штаба армии. Координация действий всех войск проводится генерал-лейтенантом В. П. Гришиным (ОГ МО СССР в ДРА).

Предварительные выводы (уроки):

  1. Необходимы радикальные меры по укомплектованию войск афганской армии (особенно 1-го и 3-го АК). Сейчас в воюющих дивизиях по 200-300 чел. в цепи…
  2. Воздерживаться от крупномасштабных боевых действий самостоятельно афганскими войсками большой продолжительности и в отдаленных районах от пунктов дислокации. Продолжительность боевых действий не должна превышать 10-12 дней.
  3. Боевые действия против базовых районов, находящихся вблизи границы или в районах, исключающих их изоляцию от притока резервов противника, войскам не проводить. Такие районы подвергать массированным ударам авиации с применением дистанционного минирования, авиационных бомб объемного взрыва и т. п.

Дальнейшие действия:

…Учитывая, что результаты ведущихся боевых действий будут носить значительный военно-политический смысл, целесообразно максимально нарастить удары авиацией по обнаруженным целям противника с одновременным проведением мероприятий по подготовке афганских войск к решительным действиям…

Варенников,
апрель 1986 г.

Министр обороны СССР, глубоко разбираясь в афганской проблематике, внимательно следил за ходом проведения операции в Хосте, придавая ей в первую очередь политическое значение. Руководителю Оперативной группы МО СССР в Афганистане были даны соответствующие указания.



Документ (Секретно)


Первому заместителю начальника Генерального штаба
генералу армии
товарищу Варенникову В. И.
главному военному советнику в ДРА
генерал-полковнику
товарищу Вострову В. А.

Главный военный советник в ДРА и его аппарат ошиблись в оценке группировки противника и его возможностей в провинции Пактия. При подготовке боевых действий не были учтены изменения, которые произошли с 1985 г. в оснащении мятежников вооружением и техникой, в то время как противник учел опыт поражения в 1985 г. в этом районе. Ошибочно было выбрано время начала операции. В ходе начавшихся боевых действий ни новым главным военным советником в ДРА генерал-полковником Востровым В. А., ни Оперативной группой Министерства обороны СССР не были приняты должные меры, чтобы своевременно исправить допущенные ошибки…

Требую:

  1. Всесторонне оценить соотношение сил, сложившееся в районе Хост. Улучшить разведку противника. Удары авиации наносить по разведанным целям, а не по площадям.
  2. Организовать управление войсками. Вновь вводимые в бой части (переброшенные из центра страны) подчинить соответствующим командирам дивизий.
  3. При необходимости наступательные действия войск на несколько дней приостановить. Привести части и подразделения афганских войск в готовность к последующим действиям, пополнить боеприпасами, материальными средствами и уточнить боевые задачи. Организовать взаимодействие с авиацией.
  4. План на ведение дальнейших боевых действий представить на утверждение 17 апреля с. г.

Соколов,
312/1/07 ш.
апрель 1986 г.

Совместными усилиями командованию ОКСВ и ВС ДРА в сжатые сроки удалось успешно провести организационные мероприятия по подготовке боевых действий. Ранее созданные группировки: «восточная» в составе 7-й, 14-й пд, 666-го дшп «к» и «западная» — 8-й, 25-й пд, 38-й дшбр «командос» с подразделениями МВД и МГБ были усилены за счет переброшенных в Хост частей 11-й, 18-й пд, 21-й мпбр и 203-го об «СН», а также советских подразделений. Общая численность объединенной группировки войск составила свыше 6600 чел.

По просьбе Б. Кармаля общее руководство операцией взял на себя генерал армии В. И. Варенников.

Уточненным решением предусматривалось проведение перегруппировки с целью уплотнения боевых порядков и нанесения удара на более узком участке.

Для введения противника в заблуждение и отвлечения его сил от направления главного удара начало наступления для каждой группировки войск было спланировано в разное время. При этом «восточная» начинала наступление в 6:30, а главная — «западная» в 10:30 17 апреля.

Предварительно авиация нанесла бомбо-штурмовые удары по огневым точкам мятежников, расположенным на высотах, прикрывающих Джавару, и уничтожила их. Советские подразделения заняли господствующие высоты и, оказывая огневую поддержку, обеспечивали продвижение афганских частей, которые стремительно атаковали базу, разгромили оборонявшихся там моджахедов и 19 апреля овладели ею.

В последующем афганские войска захватили еще и перевалочную базу Льмархауза, расположенную восточнее Джавары.

После подрыва базовых сооружений и спецминирования к исходу 22 апреля они были выведены из района боевых действий и сосредоточились в районе Хоста.

Это был первый случай, когда правительственным силам удалось захватить Джавару. До этого все попытки афганских ВС самостоятельно захватить базу оканчивались безрезультатно, поэтому она считалась неприступной.

Из Джавары афганцы вывезли в Хост 3 танка, 4 БТР, 23 орудия и миномета, 60 ДШК и ЗГУ, 45 ПЗРК, большое количество различных боеприпасов, продовольствия и медикаментов, а также из-за невозможности вывоза взорвали вместе со складами несколько миллионов патронов к стрелковому оружию, тысячи артиллерийских снарядов и мин, инженерных боеприпасов. После окончательного разрушения базы остатки ее были заминированы советскими саперами.

В связи с тем, что моджахеды планировали напасть на возвращающиеся после операции войска, по приказу генерала армии В. Варенникова они были переброшены по воздуху силами советской и афганской транспортной авиации.

По возвращении в гарнизоны их базирования воинским частям ВС ДРА участвовавшим в операции, была устроена торжественная встреча. В Кабуле провели также военный парад «победителей». В целом, несмотря на недостатки, операция по захвату Джавары показала, что и афганские части при соответствующей организации и желании могут успешно решать боевые задачи. Она также оказала положительное влияние на морально-боевой дух войск.

На этом можно было бы поставить точку, но надо добавить, что спустя полгода мятежники снова восстановили Джавару.

К сожалению, так оканчивалось немало операций. Люди проявляли мужество и героизм, терпели лишения, гибли, а в конечном итоге результаты их действий оказывались ничтожными или даже бессмысленными. Правительство ДРА не могло воспользоваться этими победами и установить контроль над более или менее значительной частью территории Афганистана, поэтому после ухода войск мятежники возвращались вновь и продолжали хозяйничать в «освобожденных» районах, как и прежде.

Руководитель этой операции с советской стороны генерал-майор Ю. Греков, вспоминая Джавару, рассказывал мне, как они попали под минометный обстрел мятежников и, как говорится, еле унесли ноги: «Когда мы садились на вертолете на площадку подскока, то заметили, что на ней то тут, то там отмечаются разрывы снарядов. Я увидел начальника штаба 56-й одшбр майора В. Евневича, который сидел под одиноким деревом и махал нам рукою, чтобы мы бежали к нему. На краю поляны в яме сидел солдат и тоже подавал знаки, пытаясь привлечь к себе наше внимание. Когда вертолет приземлился, люди из него стали разбегаться кто куда. Я сначала хотел бежать к Евневичу, но увидел, что генерал армии В. Варенников побежал к солдату, и кинулся за ним. Спрыгнув в яму, мы долго не могли отдышаться — сказывалось высокогорье. Когда обстрел закончился, Варенников, поблагодарив солдата, сказал, что он выбрал самое лучшее место для укрытия.

Пару дней спустя при штурме Джавары я вдруг заметил, что одно орудие стреляет в сторону и разрывы снарядов ложатся в месте расположения афганской дивизии, куда уехал генерал армии Варенников. Я тут же принял меры, чтобы остановить стрельбу. И вовремя. Как потом выяснилось, ошибся наводчик орудия, установив прицел на одно деление левее. Проверяющие тоже не заметили ошибки. Из наших никто не пострадал, а у афганцев погибло 11 чел. Варенников, выйдя из-под обстрела и разобравшись в чем дело, только и сказал: «Прискорбный случай».

Полковник С. Коренной, бывший в то время военным советником в 25-й пехотной дивизии, которая дислоцировалась в Хосте, тоже немало пережил во время этой операции. Ведь советникам приходилось в Афганистане, пожалуй, труднее всего, так как они жили и работали среди афганцев. Именно они часто становились первыми жертвами предательства афганских солдат и офицеров: «Март 1986 г. в Афганистане выдался снежным и слякотным.

В иную зиму, наверно, не выпадало столько снега, сколько выпало его за этот весенний месяц. И как раз в это время решили провести операцию по захвату расположенной в округе Хост, недалеко от пакистанской границы, перевалочной базы мятежников Джавары. Мне, конечно, трудно судить, чем руководствовались, выбирая время проведения этой операции, но то, что оно было выбрано неудачно, стало ясно, как только начались боевые действия.

25-я пехотная дивизия, где я тогда был военным советником начальника разведки, тоже участвовала в этой операции. Она действовала совместно с 666-м полком «командос», частями 2-й пограничной брцгады, царандоя и ХАД. Начав выдвижение из Хоста, мы к исходу 9 марта подошли к ущелью Шинканайруд, где были остановлены огневым сопротивлением мятежников. Полки дивизии насчитывали всего по 150-170 чел. личного состава, 10-12 бронетранспортеров и примерно столько же автомобилей. Основную ударную силу дивизии составляли отдельный танковый батальон (6 танков Т-55) и артиллерийский полк (6 реактивных установок и 14 артиллерийских орудий).

Командир дивизии приказал развернуть артиллерию, выдвинуть танки для стрельбы прямой наводкой и, последовательно блокируя господствующие высоты, организовал захват высоты, на которой мятежниками была оборудована позиция для крупнокалиберного пулемета и миномета. Моджахеды оборонялись отчаянно. Особенно отмечалась стойкость их минометного расчета. Даже когда в строю остался только один из четырех членов расчета, он не прекратил огонь, пока не были израсходованы все боеприпасы. А пулемет ДШК замолчал лишь после прямого попадания из танка по амбразуре. Как стало в последующем известно, здесь бой вели группы самообороны кишлаков Секандара, Коткалей, Чинекалей и Ситукалай, которые год назад были безжалостно и по-варварски разграблены правительственными войсками. На этот раз, несмотря на предупреждения наших советников, прошлогодняя история повторилась, но более скромно, так как жители заблаговременно со своим домашним скарбом и живностью покинули эти кишлаки. Отважные «сарбозы» (афганские солдаты. — Примеч. авт.) лихо выламывали из всех строений деревянные детали, грузили их на машины и вывозили. Поражало то, что делалось все это в открытую на глазах у офицеров, которые не предпринимали даже малейших попыток прекратить мародерство, а на наши замечания никто из них не обращал внимания. Еще бы, ведь за такую возможность уже было заплачено: погибло 8 чел. (из них 2 офицера), ранено — 7, взорвана БМ-14, выведена из строя 76-мм пушка. В этом плане правительственные войска мало чем отличались от моджахедов, действуя иногда как самые настоящие мародеры и грабители.

Разграбив все, что еще оставалось в кишлаках, дивизия подошла к подножью перевала Нарай. Здесь развернули основной лагерь, а частью сил выставили на перевале блоки охранения. Первые сутки на высоте 2,5 тыс. м были самые тяжелые. Во-первых, надо было приспособиться, а во-вторых, неблагоприятные погодные условия (мокрый снег вперемежку с дождем, сильный ветер), нехватка воды и продовольствия, близость пакистанской границы (300 м) оказывали неблагоприятное воздействие. Однако афганские солдаты держались стойко. Честно говоря, мы, северные люди, привыкшие к холоду, поражались их выносливости и терпению. Потом стало немного полегче, но угнетающе действовала на всех неясность обстановки. Мы застряли на перевале и дальше не шли. Никаких команд не поступало, и командование дивизии не знало, что делать.

Помню, 11 марта на «пятачок» чуть ниже перевала опустился вертолет Ми-8 40-й армии, а две пары боевых Ми-24 начали прикрывать пассажиров, которые бегом устремились к нашему командному пункту. Это прибыл заместитель главного военного советника по боевым действиям генерал-майор В. Г. Трофименко, по прозвищу «пешеход». Никто не знал, почему у него такой «титул», но среди советников слыл он недалеким человеком, матерщинником и невеждой, в чем, впрочем, мы и сами скоро смогли убедиться. Сопровождавших его в поездках офицеров, за исключением политработников, он по нескольку раз в день словесно «расстреливал, отдавал под трибунал или награждал». Все зависело от ситуации и его боевого настроения. В это утро настроение у генерала, видимо, было бодрое, и он, несмотря на свой возраст (уже за 60), довольно лихой трусцой бежал от вертолетной площадки. За ним следовала непременная группа сопровождающих.

Появившись на командном пункте дивизии, генерал сразу же развил бурную деятельность. Начал с того, что отругал всех советников, обвинив их во всех неудачах и устроив разнос за пассивность. Затем внес коррективы в план боевых действий дивизии. Одновременно сообщил, что решено силами афганских войск высадить тактический воздушный десант.

Трудно сказать, что послужило стимулятором его действий — то ли яркий весенний день, то ли боевое настроение, а может быть, где-то в тиши кабульского кабинета в недрах генеральских мыслей родилась такая нелепая идея — использовать в операции афганский тактический воздушный десант?! Мы тогда не могли понять, как можно утвердить такое решение. Ведь всякому офицеру, хоть мало-мальски знакомому с уровнем подготовки афганской армии и особенностями боевых действий в горах, должна быть понятна вся убогость этой авантюры, но генерал был настроен оптимистически.

Вообще-то все любят громадные планы и, самое главное, чтобы они были красиво нарисованы, четко доложены высшему руководству и, естественным образом, милостиво утверждены. А что же на практике? Первая осечка в плане боевых действий 3 АК случилась в районе Чамкани. За неделю артиллерия истратила все боеприпасы (в афганской армии среди высшего командования бытовало мнение, что если дивизия или полк вышли за ворота военного городка, то все должно стрелять, взрываться, греметь, то есть демонстрировать войну так, как ее показывают в учебных кинофильмах в академиях). В связи с этим все соединения корпуса были вынуждены приостановить активные боевые действия и затем в течение двух недель подвозить боеприпасы для продолжения операции. Все это время 25-я пд удерживала перевал и спуск в Хостинскую долину. Особых происшествий не было, если не считать, что находившийся на блоках на перевале один из батальонов 19-го пехотного полка (26 человек) в ночном бою с мятежниками был окружен и взят в плен. Чудом ушел лишь командир батальона и его ординарец.

Нас, советских военных советников, всегда удивляли отношения между афганскими офицерами. Голос никогда не повышался, все разговоры, в том числе и разносные и коварные, проводились на нормальных человеческих тонах. В этом плане ислам и пуштунвалла (кодекс жизни и поведения пуштунов) демонстрировали явное преимущество перед лозунгом: «Человек человеку друг, товарищ и брат». И вот здесь, на перевале, я впервые (и единственный раз за 27 месяцев пребывания в Афганистане) услышал крик. Командир дивизии в бешенстве издавал такие звуки, что мы все сбежались в его палатку. Несчастный комбат стоял весь поникший и, казалось, уже приготовившийся ко всему самому худшему. Командира же всего трясло от негодования, и он требовал немедленного расстрела провинившегося. Наконец, успокоившись и «поддавшись» на уговоры, он заменил расстрел на разжалование в рядовые, что было немедленно исполнено.

Дивизия между тем продолжала бездействовать. Пользуясь этим, мятежники в течение 3-4 дней хорошо пристрелялись по нам и, только заметив какое-либо движение, сразу же выпускали в то место несколько реактивных снарядов («рексов»), которые, впрочем, особого ущерба не причиняли, но держали всех в постоянном напряжении. Это напряжение возрастало с каждым днем, так как приближался срок перехода корпуса через перевал. Признаться честно, мало кто из нас надеялся на то, что солдаты, измученные месячными боями, голодом и холодом, смогут одолеть этот серпантин при подъеме и спуске с перевала. Большие сомнения были и относительно возможностей техники, лишенной в течение нескольких лет элементарного технического обслуживания и варварски эксплуатируемой.

Но тем не менее перевал преодолеть удалось. Правда, при этом солдаты-водители «уронили» в ущелье четыре новых БТРа и несколько автомобилей, но механики-водители (офицеры) все танки доставили в район боевых действий «в сохранности».

Высаженный на пакистанской территории (с ошибкой в 5 км) тактический воздушный десант, как и следовало ожидать, практически полностью был уничтожен, из 312 чел. 38-й бригады «командос» уцелели только 25, которые вышли во главе с начальником контрразведки одного из батальонов в расположение своих войск спустя 8 суток. Из 32 вертолетов осталось только 8, а в это время, действуя в первом эшелоне корпуса, 7-я и 14-я пд пытались идти на соединение с не существующим уже десантом. В течение трех суток, расстреляв весь боекомплект снарядов и потеряв управление, эти дивизии к исходу 9 апреля возвратились на исходные позиции 25-я пд, находясь во втором эшелоне, прикрывала правый фланг, позиции артиллерии и тыл корпуса.

Мы уже стали подумывать, что и вторая попытка овладеть базовым районом Джавара окончится неудачей (первая такая попытка была в сентябре 1985 г.). Однако началась корректировка планов, подтягивание резервов и восполнение материальных средств. В район боевых действий прилетела группа офицеров во главе с генералом армии В. И. Варенниковым и, по свидетельству старшего советника, прервала «фантазии» генерала Трофименко, который обосновался в Хосте, где жили наши жены, и пытался оттуда руководить боевыми действиями. Прибыли два советских полка. Разгрузились 8-я пд и 37-я бригада «командос». Провели организацию взаимодействия с частями 40-й армии и другие мероприятия по подготовке операции. После этого приступили к повторному штурму.

С утра 17 апреля началась огневая подготовка. Артиллерия и авиация наносили удары по Джаваре. Наши летчики показывали чудеса мастерства и героизма. Многие из нас видели, как был сбит самолет командира полка подполковника А. Руцкого. Мы тогда, естественно, не могли знать, что это был будущий вице-президент России. Его самолет отвлекал огонь всех средств ПВО на себя. Четыре или пять заходов сделал он над базой, а потом мы увидели, как самолет дернуло и он свернул от гряды гор в долину. Чувствовалось по судорожным рывкам, что летчик пытается запустить двигатель, но увы. Раздался хлопок катапульты, самолет еще какую-то секунду держался на прямом участке полета, а затем, клюнув носом, устремился к земле и взорвался в районе Баренхейля. Летчика подобрал бронетранспортер из оперативной группы 40-й армии (в конце 1988 г. примерно в том же районе, как и в первый раз, самолет, пилотируемый заместителем командующего авиации 40-й армии полковником Александром Руцким, был сбит ракетой «воздух-воздух». Летчик приземлился на пакистанской территории, поэтому его поиски, организованные командующим армией генералом Громовым, не увенчались успехом. Руцкой был захвачен вооруженным отрядом и передан пакистанской стороне. В плену он проявил стойкость, выдержку и вскоре был освобожден усилиями Советского правительства. Ему было присвоено звание Героя Советского Союза. В последующем А. Руцкой занялся политической деятельностью, был избран вице-президентом России, однако в октябре 1993 г., возглавив выступление оппозиционных президенту РФ Б. Ельцину сил, был арестован. В феврале 1994 г. по решению Государственной думы РФ освобожден из-под стражи. — Примеч. авт.).

В течение трех суток авиация работала по Джаваре, применяя различные боеприпасы, а затем «героические» 7-я и 8-я пехотные дивизии под прикрытием 25-й пд, батальонов советских войск резко устремились к базе и приступили к ее грабежу.

Мы с «подсоветным» приехали в Джавару 20 апреля. Больше всего поразила нас капитальность обустройства этой перевалочной базы. О таких складах не мог даже мечтать командир полка в Союзе. В отвесной скале (с отрицательным углом) были выдолблены канцелярия, склады, мастерские, столовая, душевые, мечеть. На отшибе были пристроены караульное помещение и библиотека.

К моменту выхода войск к базе все ценное имущество, оружие, боеприпасы были эвакуированы в учебный центр, расположенный на северной окраине Мирам-Шаха (Пакистан). На складах валялись стволы от крупнокалиберных пулеметов, ящики от боеприпасов. Под грудой хлама нашли два ПЗРК «Блоупайп», несколько десятков реактивных снарядов и большое количество итальянских противотанковых и противопехотных мин. На высотах неподалеку были брошены два танка Т-55, а возле складов стоял обгоревший БРДМ-2. Танки принесли больше всего вреда наступавшим. От прямого попадания снаряда были в буквальном смысле разорваны советник командира 21-й мотопехотной бригады подполковник Куленин и его замполит, фамилию, к сожалению, не помню. С Кулениным мы вместе проходили подготовку в 10-м Главном управлении Генштаба перед командировкой в Афганистан и на одном самолете пересекали границу, а вот его замполита я видел всего один раз — на перевале Нарай, когда он ехал на «броне».

17 апреля был тяжело ранен осколком снаряда советник замполита 23-го пехотного полка Саша Гудновский. Мы выносили его с командного пункта полка на руках. С гор спускались ночью. Расстояние в четыре километра нам пришлось преодолевать шесть часов. Однако афганцы с раненым лететь отказались, хорошо еще, выручили вертолетчики 40-й армии. Доставили Сашу в Хост, где ему советский хирург сделал операцию. Мы все за него очень переживали. После окончания операции (продолжалась 8 часов) врач сказал, что жить будет. Но через неделю Саши не стало. Скончался от перитонита.

После ранения Гудновский был представлен к ордену Боевого Красного Знамени, но, так как полгода назад он уже был награжден орденом «За службу в ВС СССР» III степени, наши кадровики заявили, что если он умрет, то очередной орден получит, а если выживет, то уж не обессудьте — ничего не положено. В то же время для некоторых «нужных» людей делалось исключение, например начальник финансовой службы в Кабуле за перебежки из одного подъезда (где он жил) в другой (где в поте лица трудился) «заработал» два ордена Красной Звезды. Конечно, ни кадровиков, ни финансистов в Джаваре я не встречал, но там состоялась моя первая встреча с генералом армии В. И. Варенниковым.

Он с группой офицеров ОГ МО СССР в ДРА прилетел на вертолете непосредственно в район боевых действий и на месте осуществлял общее руководство войсками.

К исходу 21 апреля все склады были взорваны, подступы к базе заминированы, и войска, взяв трофеи, отошли в Хостинскую долину».

Как бы развивая успех операции по захвату Джавары, советские войска под руководством генерала В. П. Дубынина 10 мая начали операцию в уезде Даджи. Удар наносился двумя группировками войск по сходящимся направлениям со стороны Гардеза и Черных гор (руководил в этом районе генерал-майор Г. Г. Кондратьев, прибывший на должность заместителя командующего 40-й армией 30 апреля 1986 г.). Боевые действия велись в сложных географических условиях. К тому же все маршруты, особенно на перевале Нарай, были нашпигованы минами. Колонны 108-й мед, 345-го опдп и 56-й одшбр смогли пройти только по руслу речки, снимая при этом до 100 мин на один километр пути. Малейшие отклонения от русла приводили к подрывам. Минные тралы уже на первых километрах пути вышли из строя. Выручили боевые машины разграждения БМР-2. И хотя эти машины расчитаны только на девять подрывов каждая, они выдерживали значительно больше. Правда, до места назначения они дошли в весьма плачевном состоянии. Например, БМР-2 из 45-го оисп (механик-водитель рядовой Байрамов) прибыла в район сосредоточения войск в Алихейль буквально растерзанной (оторвано все навесное оборудование, перебиты валы катков и т. д.). На предложение заместителя командующего армией по вооружению полковника С. А. Маева уничтожить эту машину на месте Байрамов ответил, что на ней приехал, на ней выедет и назад. В течение трех суток совместно со специалистами-ремонтниками, засыпая урывками на 20-30 минут, он восстановил машину.

Активная фаза операции продолжалась 10 дней. К 20 мая батальоны 345-го опдп вышли к пакистанской границе, произвели минирование караванных маршрутов на Парачинарском выступе и к 25 мая сосредоточились севернее Нарай.

Несмотря на превентивные мероприятия войск, оппозиция в течение первого полугодия 1986 г. продолжала накапливать силы и средства на территории ДРА в надежде на реализацию своих замыслов о повсеместной активизации подрывных действий. Потери, понесенные мятежниками в ходе боевых действий, восполнялись за счет интенсивного прибытия резервов и поступления вооружения. Группировка мятежников в Афганистане в этот период возросла по сравнению с аналогичным периодом прошлого года на 20 тыс. чел. и составила 125,7 тыс. чел. Одновременно увеличилось количество основных видов оружия: ПУРС на 215 шт., безоткатных орудий — на 320, минометов — на 330, ПЗРК — на 60, ЗГУ — на 150, ДШК — на 530, РПГ — на 950.

В то же время своевременные мероприятия советских и афганских войск по блокированию и разгрому мятежников в очагах напряженности во многом сорвали планы оппозиции. Об интенсивности боевых действий может служить даже перечисление операций, которые были проведены в 1986 г.: в Бадахшане против группировки А. Басира (февраль), в Нангархаре по разгрому перевалочной базы Марульгад (февраль), в Пактии в районе Шекуле (март), в Нангархаре повторная операция по разгрому мятежников, возвратившихся на перевалочную базу Марульгад (март), в Бадахшане против группировки Вадуда (март), в Заболе в районе ущелья Апушела (март), в Нангархаре по разгрому формирования Зияратгуля (апрель), в Бадахшане против группировки Наджмуддина в ущелье Вардудж (апрель), в Баглане против формирования С. Мансура в ущелье Вальян (апрель), в Пактии против формирований ИПА в уезде Даджи, центр Алихейль (май), в Парване в ущелье Панджшер против группировки Ахмад Шаха (июнь), в Кандагаре в уезде Спинбульдак по ликвидации перевалочной базы Шиннарай (июнь), в Герате по ликвидации группировки мятежников в зеленой зоне города и на перевалочной базе Кокари-Шушари (июнь-август), в Лагмане по оказанию помощи группировке Сарвар Нуристани в борьбе против мятежников ИПА (июнь) и др.

Однако необходимость выделения значительных сил и средств для охраны важных военных и экономических объектов, режимных зон и коммуникаций не позволяла проводить более масштабные операции против оппозиции.



Справка


В составе ОКСВ имеется 133 батальона и дивизиона. Из них 82 батальона (61,7%) выполняют охранные функции: коммуникаций — 23, аэродромов — 14, военных и экономических объектов — 23, местных органов власти — 22. К ведению активных боевых действий на всей территории страны можно привлечь только 51 батальон…

Источник информации: штаб 40-й армии
1 июля 1986 г.

В операции по захвату Джавары, да и в других операциях того периода советские войска показывали значительно возросшую боевую выучку. На прошедшей в апреле 1986 г. военно-научной конференции этот опыт был обобщен и взят на вооружение. Особое внимание уделялось организации взаимодействия и огневого поражения противника. Приведу выдержку из выступления на той конференции командира 103-й воздушно-десантной дивизии полковника Грачева П. С.: «Нами накоплен определенный опыт взаимодействия частей и подразделений с авиацией, артиллерией в ходе ведения боевых действий в горах, зеленой зоне, с применением обходящих отрядов и тактических воздушных десантов.

При ведении боевых действий на территории ДРА в 1985- 1986 гг. огневое поражение противника, его огневых средств, сопряжено с рядом особенностей, связанных с изменением тактики действий и рельефа местности…

Планирование боевых действий, в целях предотвращения разглашения военной тайны, осуществляется ограниченным кругом лиц, включая начальника артиллерии дивизии и представителя ВВС армии, которые совместно с офицерами штаба дивизии планируют комплексное огневое поражение…

При планировании огневого поражения противника возросло значение данных воздушной и агентурной разведки. Так, при веянии боевых действий в ущелье Исламдара, провинции Кандагар, огневым наблюдением подтверждено 90% целей, координаты которых были определены по данным агентурной разведки и аэрофотоснимкам…»

В конце апреля генерала Родионова И. Н. на посту командующего 40-й армией сменил генерал Дубынин В. П. Именно ему доведется первому действовать в условиях национального примирения.



Ставка Горбачева на Наджибуллу и госбезопасность


Отсутствие позитивных изменений в жизни общества, обещанных народу НДПА, нарастание экономического кризиса и обострение внутриполитической ситуации в стране, пассивное и барское поведение Б. Кармаля подорвало доверие многих членов партии к своему генсеку (не говоря уже о народе). Все более очевидным становилось, что он утратил свой авторитет в НДПА и не способен вывести ситуацию в Афганистане из тупика. Дальнейшее пребывание Б. Кармаля у руководства партией и государством стало бесперспективным, поэтому были предприняты шаги по его замене. Правда, здесь резонно напрашивается вопрос: «Может быть, не в Б. Кармале было дело, а в том курсе, который предлагала НДПА народу ДРА, и тех методах, какими он претворялся в жизнь?» Ведь к тому времени советские войска воевали в Афганистане почти шесть лет. Не было ни одной задачи, которую они бы не смогли решить, но конечный результат по-прежнему отсутствовал. Как я уже говорил, все дело было в том, что военные результаты не закреплялись политическими. Стало очевидным, что мы проиграли борьбу за афганский народ.

Тогда же встал вопрос — кто заменит Бабрака Кармаля? Кандидатур было несколько. В этой связи хочу сослаться на один очень любопытный документ, который не мог быть в то время доложен напрямую без соответствующих последствий для его исполнителей. Поэтому был избран другой путь.



Донесение из Кабула (Секретно)


Инсинуации вокруг изменений в высшем руководстве ДРА

В связи с задержкой в СССР т. Б. Кармаля среди местных военных и партийных кадровых работников пошли разговоры о возможном его невозвращении и уходе с занимаемых постов. В числе признаков такого поворота событий называют то, что на XVII пленуме ЦК НДПА, совещании руководящих кадров (30 марта-1 апреля с. г.), джирге приграничных племен в выступлениях практически не упоминалось его имя. Указывается также на открытую критику Б. Кармаля в Политбюро ЦК НДПА со стороны группы Наджиба (в нее входят Кештманд, Нур, Зерай).

В общем мнения сходятся на том, что Б. Кармаль должен уйти и в силу того, что он не обладает качествами способного организатора, и для того, чтобы связать с его уходом новый курс перемен, который ждет страна, Советский Союз и друзья Афганистана в мире.

В числе возможных преемников Б. Кармаля называют товарищей Наджиба и Сарвари. Чаще первого, учитывая, что он после XVI пленума ЦК НДПА стал вторым лицом в партии.

Отношение к тому, что тов. Наджиб станет Генеральным секретарем ЦК НДПА, самое противоречивое, неоднозначное, причем больше негативное. При этом в числе его сторонников и противников есть как парчамисты, так и халькисты. Ему не доверяют, его боятся, хотя, как правило, называют «сильной личностью». Опыт его работы в ХАД (служба безопасности. — Примеч. авт.) оценивается чаще всего отрицательно. Высказывается мнение, что он создал государство в государстве, орган, обслуживающий его личные интересы. Много говорится о тех злоупотреблениях властью, которые допускал ХАД под его руководством. Ему, в частности, вменяется в вину то, что якобы сейчас в тюрьме Пули-Чархи содержится в основном по необоснованным обвинениям до 5 тысяч халькистов. Он не доверяет халькистам и всегда будет относиться к ним враждебно.

Утверждается, что именно под опекой т. Наджиба получили распространение среди партийных и государственных работников воровство и взяточничество в таких широких размерах, каких не знали при королевском режиме. Дескать, сам брал и давал возможность брать другим.

Всеми признается наличие у тов. Наджиба сильных пропуштунских националистических настроений. Отсюда делается вывод, что в первую очередь север, то есть узбеки, туркмены и другие нацменьшинства, часть таджиков за ним не пойдут. А это ослабит армию, где они составляют наиболее боеспособное ядро. Высказываются подозрения в отношении характера его связей с племенами. Будто бы подогревание им пакистанских племен нацелено на продолжение гражданской войны в стране, а поскольку народ устал от нее, то он не поддержит честолюбивые устремления Наджиба, его попытки использовать племенной вопрос в корыстных интересах.

Выражаются сомнения по поводу искренности проявления им дружественных чувств к Советскому Союзу. Приводятся примеры, когда из ХАДа он изгонял «советистов», тех, кто особенно близок был к советским людям. Полагают, что не случайным является назначение первым заместителем министра МГБ генерала Наджиба (Наджиб II, как «окрестили» его), которого называют «антисоветчиком». Сам Наджиб не учился в Советском Союзе. Наконец, утверждается, что Наджиб — аристократ, женат на внучке короля Абдурахмана, далек от интересов народа. Он также не имеет военного образования, что немаловажно для страны, где идет гражданская война. Он не сумеет сплотить партию, армию и народ в интересах достижения мира.

В противовес Наджибу ряд товарищей довольно высоко оценивают личные качества Сарвари (полковник, в прошлом при Тараки возглавлял ХАД, уезжал из страны, затем вместе с Кармалем и другими товарищами возвратился на родину, был членом Политбюро ЦК НДПА, в 1981 г. отправлен послом в Монголию). Полагают, что он сумеет обеспечить единство в партии, поскольку всегда боролся с фракционизмом, пользуется известностью и среди пуштунов и среди национальных меньшинств, авторитетен среди военных. У него твердая рука. Сарвари называют деятелем, сочетающим в себе качества партийного и военного деятеля, сумеющего быстро разобраться в обстановке, возглавить борьбу с контрреволюцией и добиться стабилизации обстановки в стране. В числе недостатков указывают на допускавшиеся при нем в ХАДе пытки по отношению к арестованным, что, дескать, еще не забыто.

Думается, что инсинуации вокруг возможных изменений в высшем руководстве ДРА отражают общее состояние его недееспособности и смятения, особенно усиливающегося после известных заявлений о сокращении нашего участия в боевых действиях и поэтапном выводе советских войск. Они свидетельствуют также о нарастающем недовольстве существующим положением и ожидании позитивных перемен.

Источник информации: ГРУ ГШ ВС СССР,
апрель 1986 г.

Это сообщение было оставлено без внимания. На XVIII пленуме ЦК НДПА (май 1986 г.) на пост Генерального секретаря ЦК НДПА вместо Бабракз Кармаля был избран Наджибулла* (с Б. Кармалем была проведена соответствующая работа на этот счет).

*Мохаммед Наджибулла (Наджиб) родился в 1947 г. в провинции Пактия в зажиточной семье. По национальности пуштун. Мусульманин-суннит. Его отец Ахтар Мохаммад был вождем племени, поддерживал отношения с бывшим президентом Афганистана М. Даудом. Корни Наджибуллы идут от ахмедааев, являющихся частью гилзайского союза пуштунских племен. В 1964 г. Наджибулла поступил на медицинский факультет Кабульского университета. В 1965 г. вступил в НДПА и пополнил ряды фракции «Парчам». В 1966 г. за активное участие в антиправительственных выступлениях дважды арестовывался. В 1967 г., после раскола партии, он последовал за Кармалем. В 1969 г. за политическую активность был заключен в тюрьму. В 1970 г. избран секретарем подпольного горкома НДПА в Кабуле от «Парчам». В 1975 г. он все-таки оканчивает университет и получает профессию врача-гинеколога. Несколько лет работал врачом в ряде провинций. В 1977 г. вошел в состав объединенного ЦК НДПА. В 1978 г., после переворота, стал членом Реввоенсовета ДРА. В июне этого же года (при халькистах Тараки и Амине) он был направлен послом ДРА в Иране. Летом 1979 г. был отстранен от должности посла и эмигрировал в Югославию. При этом присвоил себе 100 тыс. дол. из кассы посольства. После ввода советских войск в ДРА он вернулся на Родину. В 1980 г. возглавил органы государственной безопасности, вновь избран в Революционный совет. С 1981 г. — член Политбюро ЦК НДПА, а с 1985 г. — секретарь ЦК НДПА по вопросам МО, МГБ и МВД. Умный, хитрый и жестокий политик. Тщеславен и властолюбив. Пуштунский националист. Является одним из вдохновителей политики «пуштунизации» афганского общества. В своем близком окружении разговаривает только на языке пушту. Склонен подбирать сотрудников не по деловым качествам, а по их личной преданности ему, преимущественно родственников и земляков. Владеет английским языком. Женат, имеет трех дочерей. Жена из состоятельной семьи.

Советские руководители надеялись, что с его приходом к власти начнется наконец практическая работа по нормализации обстановки в стране. Стала остро ощущаться потребность в более радикальном изменении всей внешней и внутренней политики НДПА. Наджибулла согласился проводить линию, которая была призвана положить конец внутреннему конфликту в Афганистане, а именно новую стратегию под названием «политика национального примирения» (ПНП).

Постановлением Политбюро ЦК НДПА от 22 мая 1986 г. был объявлен состав Совета обороны ДРА, его оперативной и рабочей групп. Председателем Совета обороны ДРА утвердили Наджибуллу. Его заместителями стали С. А. Кештманд, Н. А. Нур, Н. Мухаммад. Члены Совета обороны ДРА: С. М. Зерай, А. М. Ватанджар, М. Рафи, С. Лайек, М. Карваль, Г. Ф. Якуби, С. М. Гулябзой, А. Олюми и Ш. Н. Танай.

Для ведения текущих дел была образована оперативная группа Совета обороны ДРА в составе: Ш. Н. Танай (руководитель), Родваль, Фазлхак, Саравзаволь, Бокар Фарин, Р. Вазири.

В то же время афганские руководители были нацелены на то, чтобы они начали целенаправленно готовиться к самостоятельной борьбе с оппозиционными силами, и предупреждены о намерении Советского Союза начать подготовку к выводу своих войск из Афганистана.

Выступая 28 июля во Владивостоке, М. С. Горбачев заявил: «До конца 1986 г. шесть полков — один танковый полк, два мотострелковых полка и три полка противовоздушной обороны — будут возвращены из Афганистана на Родину вместе с табельным имуществом и оружием. Эти подразделения вернутся в район своей постоянной дислокации на территории СССР, причем с таким условием, что все заинтересованные стороны смогут в этом убедиться». Как и обещали, вывод этих войск осуществили в период с 15 по 31 октября (из Шинданда — танковый, мотострелковый и зенитный полки, из Кундуза — мотострелковый и зенитный, из Кабула — зенитный).

Ввиду того что Бабрак Кармаль продолжал оставаться Председателем Ревсовета ДРА и членом Политбюро ЦК НДПА, Наджибулла не мог развернуться в полную силу. Тем более что новая политика не встречала одобрения значительной части афганского руководства. В этом вопросе его фактически не поддерживал ни один член Политбюро ЦК НДПА.

Наджибулла обратился с просьбой к советскому руководству, чтобы оно нашло возможность передать в его руки всю полноту власти в ДРА.



Из записки ЦК КПСС


Совершенно секретно
Особая папка ЦК КПСС

Некоторые позитивные сдвиги в деятельности афганского руководства и НДПА, наметившиеся после избрания Наджиба Генеральным секретарем ЦК НДПА, продолжают развиваться. Стали более активно работать партийные органы, пересматриваются формы и методы пропаганды, интенсивнее ведутся поиски других путей воздействия на широкие слои населения. Есть определенные положительные изменения в состоянии афганских вооруженных сил, в уровне их боеспособности.

Тем не менее заметного улучшения военно-политической обстановки в стране не достигнуто. Тов. Наджиб объективно оценивает ситуацию, понимает сложность стоящих перед ним проблем…

Наджибом было отмечено, что из 31-35 тыс. кишлаков в Афганистане формально под контролем правительства находится лишь 8 тыс., а выборы в местные органы власти удалось провести в еще меньшем количестве кишлаков — только в 2700, вблизи городов…

Тов. Наджиб отметил, что военная активность контрреволюции не снижается. В настоящее время, говорил он, на территории ДРА действуют 5016 бандгрупп, в которые входят 183 тыс. чел., причем 80 тыс. из них составляют активную боевую силу контрреволюции. Изменяется и совершенствуется тактика контрреволюционных сил. Часть караванных путей, по которым идет снабжение бандформирований, вообще никак не прикрыта. Это требует дальнейшей активизации усилий по закрытию границы.

Тов. Наджиб подчеркнул, что если исходить из решения всех задач военным путем, то при нынешних темпах укрепления и расширения государственной власти потребуется еще 20-30 лет для нормализации обстановки. В этой связи он считает неотложной задачей активизацию действий, направленных на достижение в стране национального примирения.

По мнению т. Наджиба, следует вступить в переговоры с теми исламскими партиями и организациями внутри Афганистана и за его пределами, которые готовы к компромиссу и не в столь большой степени несут ответственность за кровопролитие. Диалог также можно было бы вести с монархистами. Тов. Наджиб полагает, что никогда не пойдут на компромисс аристократия, реакционные муллы-фундаменталисты, феодальные круги, крупные земельные собственники. Тем не менее с отдельными их представителями устанавливать контакты можно…

Тов. Наджиб обдумывает возможность публичного заявления по вопросам национального примирения с одновременным предложением к контрреволюции о перемирии, скажем на шесть месяцев.

Вопросы политического урегулирования и вывода советских войск т. Наджиб рассматривает в увязке с национальным примирением…

Тов. Наджиб понимает, что до настоящего времени практически мало что было сделано в интересах национального примирения. Видно, что он настроен на то, чтобы искать реальные подходы к этой проблеме. В этом ему потребуется наша поддержка…

В. Чебриков, Э. Шеварднадзе, С. Соколов, А. Добрынин.
13 ноября 1986 г.

Одновременно Наджибулла предложил решить вопрос с Б. Кармалем и некоторыми его ближайшими соратниками. В частности, заменить министра обороны ДРА Назара Мухаммеда на М. Рафи и министра иностранных дел ДРА Ш. М. Доста на А. Вакиля. В связи с этим находившемуся тогда в Афганистане В. Крючкову было дано указание встретиться с Генсеком ЦК НДПА и довести ему мнение советского руководства, чтобы он решал кадровые вопросы так, как находит нужным.

В ноябре 1986 г. на XX пленуме ЦК НДПА была «удовлетворена просьба» Бабрака Кармаля об освобождении его с занимаемых партийных и правительственных постов. Ему был вручен орден «Саурской революции» и назначена пенсия. Членом Политбюро ЦК НДПА был избран Гулям Фарук Якуби (министр государственной безопасности), кандидатами в члены Политбюро стали Сайд Мухаммед Гулябзой и Фарид Маздак. Вскоре Кармаль выехал на «отдых и лечение» в Москву.

Чрезвычайный пленум ЦК НДПА (декабрь 1986 г.) официально провозгласил принципиально новую установку — на национальное примирение и прекращение братоубийственной войны. Он объявил, что основной упор будет сделан на решение проблем Афганистана политическими методами. При этом национальное примирение рассматривалось как этап развития национально-демократической революции, особый вид политического компромисса. Процесс, в котором в одно неразрывное целое сливаются задачи установления демократического строя, прекращения войны и ускорения социально-экономического развития в условиях многопартийности, коалиционных форм правления, многоукладное™ в хозяйственной жизни, сохранения статуса нейтрального неприсоединившегося Афганистана.

Советское правительство тоже связывало с ПНП надежды на установление мира в Афганистане и создание условий для вывода своих войск из ДРА. 2 января 1987 г. в Кабул для работы на постоянной основе была направлена Оперативная группа Министерства обороны СССР, возглавляемая первым заместителем начальника Генерального штаба ВС СССР генералом армии В. И. Варенниковым.

Группа разместилась в Дар-уль-Амане, недалеко от штаба 40-й армии и Министерства обороны ДРА в доме, где до революции жил с семьей командир кабульского корпуса. В. И. Варенников занимал небольшой кабинет и спальню, где он отдыхал ночью. Остальные генералы и офицеры жили по 3-7 чел. в комнате. Здесь же размещались столовая и рабочие помещения.

Оперативная группа МО СССР в Афганистане работала как нештатная. Состав ее не был постоянным. Генералы и офицеры ОГ МО СССР находились в командировке, и периодически осуществлялась их замена. В ее состав входили эксперты всех родов войск, различных служб, военные аналитики и другие специалисты (например, по организации боевой подготовки, призыва и др.). Главные функции этой группы: руководство советскими войсками; помощь в строительстве Вооруженных сил Афганистана; организация взаимодействия между советской и афганской армией; оказание разносторонней помощи руководству ВС ДРА, в том числе и Верховному главнокомандующему; участие в проведении в жизнь политики национального примирения; организация подготовки и проведения важнейших операций по разгрому формирований непримиримой оппозиции; оказание помощи руководству республики в установлении контактов с полевыми командирами оппозиции и т. д.

Большую часть времени офицеры и генералы ОГ МО СССР находились в войсках и в провинциях. Некоторые из них постоянно работали в наиболее «горячих» точках (Кандагаре, Герате и т. д.). Рабочий день офицеров, когда они находились в Кабуле, начинался в 6:00, а заканчивался далеко за полночь. Работали, что называется, на износ.

Руководитель ОГ МО СССР генерал армии В. И. Варенников фактически командовал всеми советскими военными структурами в ДРА. Он долго в Кабуле, как правило, не засиживался, побывал во всех провинциальных и многих уездных центрах республики, в большинстве районов, где проводились боевые операции или происходило обострение обстановки. Не раз, попадая в сложные экстремальные ситуации, проявлял личное мужество. Он имел контакты с представителями всех слоев афганского общества и оппозиции в лице крупных полевых командиров и некоторых представителей руководства «Альянса-7», великолепно знал обстановку в ДРА, положение и состояние войск 40-й армии и ВС Афганистана. Часто выезжал и вылетал в «глубинку», где встречался с губернаторами провинций, представителями духовенства, командирами и бойцами афганской армии, а также с полевыми командирами и рядовыми моджахедами, местными жителями. Обладая государственным, аналитическим умом и качествами дипломата, генерал армии В. И. Варенников пользовался большим авторитетом не только в армии, но и у политического руководства Афганистана. Обладая качествами политика и общественного деятеля, руководитель ОГ МО СССР фактически являлся советником Верховного главнокомандующего ВС ДРА по военным вопросам.

В. И. Варенников искренне радовался успехам и сильно переживал неудачи. Он много сделал для афганского народа в налаживании мирной жизни: восстановлении дорог, систем орошения, линий электропередач, жилых домов и т. д. Мне никогда больше не доводилось встречать людей с таким обостренным чувством долга и колоссальной активностью. Гораздо старше всех нас по возрасту, он сохранял способность четко мыслить, анализировать обстановку и давать указания, когда мы, бывало, уже ничего не соображали и все от усталости буквально валились с ног (после суточной работы где-нибудь в отдаленном уголке Афганистана, на боевых действиях или после длительных перелетов, переездов и т. д.). Создавалось впечатление, что он не нуждается в отдыхе, так как его всегда можно было видеть на рабочем месте, и казалось, что он не отдыхает вовсе. Даже тогда, когда он иногда болел, все равно продолжал работать, скрывая от руководства и подчиненных, что он болен.

Как показал дальнейший ход событий в республике, направление в Кабул Оперативной группы МО СССР сыграло большую роль в выработке общей линии, планировании, координации боевых действий советских и афганских войск, оказании помощи военно-политическому руководству страны по самым разнообразным вопросам политики национального примирения.

Наибольший вклад в работу Оперативной группы МО СССР в Афганистане в разное время внесли генералы: О. К. Пономарев, Ю. П. Евстратов, В. А. Богданов, В. А. Соломатин, М. Е. Кривицкий, К. М. Цаголов, Л. Б. Серебров, В. Н. Канарик, В. С. Власенков, В. П. Заломин, В. П. Гришин, А. И. Маслов, А. С. Кириллов, И. Ю. Модяев, В. И. Афанасьев, М. С. Нефедов, Г. Т. Тарасов; полковники: В. В. Артемьев, А. Д. Иванов, А. С. Козин, В. Д. Мальцев, Н. И. Сидоренко, А. М. Дроздов, В. В. Пьянков, В. В. Веремеенко, В. Ф. Леньков, М. И. Табаков, Г. В. Терещенко, В. П. Кисляков, Н. Г. Титов, В. А. Соловьев, К. Ф. Никишин, А. И. Пчелинцев, Е. А. Пешков, В. А. Славкин, Ю. С. Никишкин, Н. В. Медведев, А. В. Писарев, В. Н. Котов, Д. А. Шаповал; подполковники: Б. А. Жиганов, В. А. Тимаков, В. В. Уржунцев, В. Е. Бурденюк, С. П. Коренной, И. Т. Кравчук, Г. Н. Клюкин, В. Г. Казаков, В. Г. Пелипенко, П. А. Батраков, В. В. Берчун, Ю. М. Беляев, Н. И. Емельянов; майор А. Г. Тюленев; капитан И. О. Пархоменко и др.

Конечно, в общих интересах надо было бы образовать единый руководящий компетентный орган, наделенный широкими полномочиями, возглавляемый, например, одним из заместителей Председателя Совета Министров СССР. Но его так и не создали. Все общие вопросы решались в основном в Москве, на заседаниях Комиссии Политбюро ЦК КПСС по Афганистану, что приводило к потере времени и, как следствие, оперативности. Следует отметить и такой момент. Фракционная борьба, поразившая к тому времени все эшелоны власти в ДРА, вовлекла в свою орбиту и наших представителей. В связи с существовавшими противоречиями и отчужденностью между разными видами вооруженных сил ДРА (армия, МВД, МГБ) нередко наблюдалась разобщенность и даже соперничество между советскими представительствами и советниками при этих видах. Каждый из советников отстаивал интересы «своего» ведомства, «тянул одеяло на себя», порой нанося ущерб общему делу… и собственному государству. Очевидно, такова уж психология людей. Мне, например, странно и больно было слышать, как советские военные советники, работавшие в Афганистане, словами «наши» или «зеленые» (зеленым цветом на картах обозначали положение афганских правительственных войск. — Примеч. авт.) называли афганцев, а солдат и офицеров 40-й армии — «советские».

Разобщенность советских представительств негативно влияла на развитие обстановки в Афганистане. Возможно, отголоском такой разобщенности является тот факт, что до сих пор не создано единой организации ветеранов Афганистана, а действуют мало связанные между собой различные «союзы», «ассоциации», «общества» и т. п.

 

 

Глава VI

Национальное примирение — уловка НДПА?



Смена лидера НДПА — попытка смены курса


Политика национального примирения начала проводиться с середины января 1987 г. Важнейшим документом, регламентирующим проведение ПНП, была принятая 3 января 1987 г. Декларация Ревсовета Республики «О национальном примирении в Афганистане».

В ней, в частности, заявлялось: «С 15 января 1987 г. соответствующим компетентным органам государства даются указания: прекратить огонь из всех видов оружия, приостановить ведение боевых операций; вернуть войска в пункты постоянной дислокации, перейти на регламент мирного времени; не наносить артиллерийские и авиационные удары по противнику, если он не представляет опасности для мирного населения; вооруженным силам ограничиться охраной государственной границы, государственных и военных объектов, обеспечением проводки колонн, выполнением других сугубо оборонительных и экономических задач.

В ответ на мирные шаги правительство ожидает прекращения обстрелов из любых видов оружия городов и кишлаков, воинских частей и воздушного транспорта, доставки и размещения на территории ДРА оружия и боеприпасов, минирования дорог, террористических актов и диверсий».

В новых условиях главными органами примирения становились чрезвычайные комиссии национального примирения, создаваемые на кишлачном, волостном, уездном, провинциал ином и всеафганском уровнях. Их цель — достижение мира и согласия на соответствующих уровнях. Верховным органом примирения объявлялась Всеафганская чрезвычайная комиссия национального примирения. Государство наделяет эти комиссии всеми необходимыми полномочиями.

Было объявлено также о создании джирг мира, которым предоставлялся ряд особых полномочий: по их просьбам должны были направляться на места врачебные группы и медикаменты, специалисты по ирригации и сельскому хозяйству, семена и удобрения в помощь крестьянам и земледельцам, а также предоставляться бесплатные товары первой необходимости, в том числе и поступающие по линии безвозмездной помощи СССР; им давалось право решения вопросов о землевладениях, организации земельно-водной реформы на своей территории; они могли вносить предложения об амнистии некоторым лицам, заключенным под стражу, при гарантированном невозобновлении ими антинародной деятельности.

Джиргам мира предоставлялось право назначения народных судей, направления добровольцев на службу в вооруженные силы вместо обязательного призыва, объявления призыва добровольцев на военную службу для прикрытия и защиты границ с Пакистаном и Ираном в каждом из 52 приграничных уездов и волостей на 2 года, с выплатой соответствующего денежного довольствия и последующим увольнением в запас, прекращения взимания поземельного налога и штрафов, а также пени по ссудам банка сельскохозяйственного развития до конца 1987 г., решать долговые тяжбы между отдельными лицами, племенные, местные и групповые конфликты, требовать и получать содействие государственных органов.

По ходатайству джирг мира государство брало на себя обязательства выплачивать ежемесячное содержание муллам и карьядарам, в лице компетентных органов заслушивать жалобы джирг на нарушение договоренностей государственными служащими и принимать соответствующие меры наказания к нарушителям.

При достижении национального примирения и объявления кишлака, волости, уезда или провинции «зоной мира» Ревсовет и правительство предоставляли населению этих зон конкретные государственные льготы: получение права на демократическую организацию местных органов власти и управления, на назначение ими уездных и волостных начальников в соответствии с волеизъявлением населения; объявление особых открытых дней для посещения населением кишлаков и городов, находящихся в зоне революционной власти, приглашение главарей бандгрупп на переговоры с гарантией их безопасности и благополучного возвращения назад; заключение соглашений с вооруженными группами лиц (которые пошли на примирение) об охране ими определенной территории, конкретных объектов; оказание материальной помощи вооруженным формированиям, пошедшим на примирение; предоставление руководителям таких формирований и авторитетам местного населения льготного права на получение, перевозку и продажу товаров первой необходимости в местностях, находящихся вне контроля госвласти; население уездов, волостей, кишлаков, прекративших активную борьбу с народной властью, может свободно передвигаться по всей территории Афганистана для посещения родственников, отправления религиозных обрядов или с желанием узнать правду о целях и задачах Апрельской революции. Желающие могут обращаться в ЦК НДПА, Ревсовет, Совет Министров ДРА, во все партийные, государственные и общественные органы. Они будут радушно приняты везде; юноши, достигшие призывного возраста, могут посещать любой административный центр страны, не опасаясь, что они будут взяты в эти дни на службу в армию; во всех провинциальных центрах для пришедших будут открыты пункты раздачи товаров первой необходимости, медицинские пункты и врачебные консультации.

Генеральный секретарь ЦК НДПА Наджибулла выступил с речью с разъяснением необходимости и основных принципов политики национального примирения. Эта речь была обращена ко всем слоям афганского общества (приложение № 4).

Политика национального примирения выдвинула новые задачи и перед вооруженными силами ДРА и советскими войсками. Они нашли отражение в директивных указаниях, поступивших в войска (приложение № 5).



Политика национального примирения оказалась пустоцветом


Для демонстрации своего реального стремления к общенациональному миру и согласию Ревсовет ДРА в 1987 г. специальным указом объявил об освобождении из тюремного заключения лиц, годившихся под стражей, но давших слово не совершать впредь враждебные действия против режима НДПА. Ревсовет ДРА подтверждает, что все граждане Афганистана, волею судеб оказавшиеся в стане его врагов или покинувшие страну в результате гонений и обмана, но эзнавшие свой патриотический долг и сложившие оружие, будут прощены родиной и народом.

Политика национального примирения (ПНП) сначала с энтузиазмом была воспринята народом, уставшим от многолетней войны. У части руководителей антиправительственных сил появились колебания и сомнения в целесообразности продолжения боевых действий.

Усилились разногласия и соперничество между лидерами внешней оппозиции, а также обострились противоречия между полевыми командирами различной партийной принадлежности и их руководством за рубежом, что еще раз подтверждало неоднородность оппозиции — политическую и религиозную. Некоторые идеи национального примирения восприняли эмигрантские круги в Западной Европе, включая бывшего короля Афганистана Захир Шаха.

С правительством подписали договоры о сотрудничестве многие командиры вооруженных формирований внутренней оппозиции. Они вошли в состав территориальных и племенных войск. В числе таких командиров можно назвать Амир Саид Ахмада, Фазыл Ахмада из Герата, Джума-Хана из Андараба, Исматуллу Муслима из Спинбальдака, которому даже было присвоено генеральское звание. И хотя это сотрудничество было зыбким и неустойчивым, оно все-таки способствовало стабилизации обстановки в определенных районах страны. Но в связи с отсутствием реальных шагов, способных привлечь на сторону правительства большую часть полевых командиров, этот процесс не стал массовым.

Постепенно из-за недоверия населения ко всем мероприятиям, проводимым НДПА, и пассивности действий партийцев, противодействия оппозиции, отсутствия позитивных результатов, а также потери времени инициатива стала ускользать из рук Наджибуллы.

Улучшения военно-политической обстановки, на что рассчитывали руководители республики, с обнародованием ПНП и прекращением правительственными силами огня не произошло. Как выяснилось, механизмы воплощения этой политики в жизнь были непродуманны и неотработанны. Линию на национальное примирение в достаточной степени не подкрепили практическими шагами. Декларативные заклинания о мире и национальном согласии больше напоминали ничем не подкрепленные демагогические призывы. Правительство ДРА рассчитывало, что сама идея примирения объединит нацию, так как объективно она отвечала чаяниям большинства населения Афганистана. Но не тут-то было. За мир надо было еще побороться. Народ с настороженностью воспринял миролюбие режима, долгие годы проповедовавшего лишь насилие.

К тому же объявление ПНП противниками госвласти было расценено как слабость НДПА и даже первый шаг к ее полной капитуляции.

Лидеры оппозиции после серии совещаний в первой половине января 1987 г. приняли однозначное решение — на компромиссы с правительством не идти, а добиваться насильственного свержения режима Наджибуллы и провозглашения в Афганистане Исламской республики, в которой бы не было места для НДПА. Преследуя эту цель, моджахеды стремились продемонстрировать мировой общественности и афганскому народу, что только мятежное движение является реальной политической силой, способной без каких-либо компромиссов с правительством ДРА и НДПА претендовать на власть в стране. Для этого они активизировали боевую, диверсионную и террористическую деятельность своих формирований, а также усилили пропаганду и агитацию. В качестве примера приведу текст заявления, с которым обратился исламский комитет ИОА провинции Парван к жителям страны.



Листовка


Заявление Исламского общества Афганистана

Куда делся наемник Кармаль? Русские, когда совершали переворот 7 саура, считали, что эта маленькая страна с населением всего 18 млн. чел. вскоре превратится в одну из среднеазиатских республик. Именно с этой целью они поставили у власти эту семидесятилетнюю обезьяну — Тараки. Как только правительство Тараки приступило к своей деятельности, в городах и селах, по всей стране народ поднялся на вооруженную борьбу против этих вероотступников. Тогда русское правительство устранило эту семидесятилетнюю обезьяну руками его же преданного ученика — Хафизуллы Амина.

Но мусульманский народ уже начал джихад (священную войну), и ни насилие, ни убийства, ни разрушения не могли поколебать священный дух джихада. Страдающий народ, который проливал слезы по исламу, и сам бы скоро сверг Амина, но русские опередили и сами устранили его, поставив у власти с помощью танков и пушек Бабрака Кармаля и дав ему прозвище русского шаха. Сразу же после вторжения русских войск священная война разгорелась с новой силой, и 150 тыс. русских солдат, оснащенных самой современной техникой и вооружением, не смогли сломить дух народа и разгромить моджахеддинов. Этот прислужник русских в первые же дни своего правления заявил: «Последние остатки мятежников уничтожены», а впоследствии сам устранен как последний слуга своим же преданным учеником. Наджиб Хан (Бык), который как сумасшедший выступает по телевидению, выполняя чужую волю, заявляет: «По известным причинам я сам бы хотел сложить с себя все партийные и государственные обязанности, но…» Да, участь Наджиб Хана не лучше остальных.

Уважаемые соотечественники!

Все эти смены русских приспешников соответствуют политике русских. Так как ваша борьба, героический мусульманский народ, ограничивает сферу влияния ставленников, то русские вынуждены менять одного ставленника на другого, чтобы переложить всю ответственность на их плечи. Отцы и матери! Так же, как и несколько лет назад, продолжайте бороться, продолжайте джихад и не останавливайтесь ни перед кем! Только аллах может быть вашим владыкой, только в нем черпайте силы свои!

Братья, которых силой забрали в армию, и те, кого обманули! Будьте бдительны и слушайте нас, ибо бог до последнего момента не считает предателем того, кто обманут врагами. Все эти приспешники русских с божьей помощью вскоре будут уничтожены. Русские уйдут из этого гибельного для них места. Так не гневите аллаха, не принимайте веру русских, переходите на сторону моджахеддинов, которые защищают веру нашей родины и законы шариата! Их объятия открыты для вас!

Героические моджахеддины, мусульмане! Это ваши удары сотрясают государственную машину русских ставленников и заставляют русских менять своих приспешников одного за другим.

Крепите свои ряды и с полной решимостью и милостью аллаха, используя все имеющееся у вас оружие, активизируйте свою борьбу.

С божьей помощью вы скоро победите!

Исламский комитет ИОА провинции Парван.
(Перевод с дари)

Правительство Афганистана соответствующим образом не реагировало на подобные заявления оппозиции, оно продолжало декларировать лозунги национального примирения, хотя уже первые итоги новой политики были малоутешительными. Ведь государственная власть не имела сколько-нибудь серьезных позиций в кишлачной зоне, где была сконцентрирована основная масса населения, а также проявляла непоследовательность во взаимоотношениях с главарями вооруженных бандформирований, подписавшими протоколы о сотрудничестве. Поэтому по прошествии шести месяцев советскими военными экспертами был сделан анализ происходящих процессов в Афганистане, суть которых сводилась к следующему:

«Ожидаемых результатов политика национального примирения (ПНП) пока не дает. После объявления правительством ДРА нового курса и одностороннего прекращения (с 15.01.1987 г.) боевых действий войск против мятежников существенного снижения подрывной деятельности контрреволюции не произошло. Мятежники продолжают проводить обстрелы административных центров, оргядер, постов и гарнизонов советских и афганских войск, диверсии на коммуникациях, теракты против служащих партийного и государственного аппарата, осуществлять переброски оружия, боеприпасов, других материальных средств и подготовленного резерва из Пакистана и Ирана в ДРА.

Наибольшую активность мятежники проявляют в восточных и юго-восточных приграничных районах ДРА, некоторых центральных и северо-восточных провинциях (Кабул, Каписа, Баглан, Кундуз, Тохар), районах Нижнего и Среднего Панджшера, зеленых зонах Кандагара и Герата, на крупных коммуникациях страны.

Группировка мятежников в ДРА продолжает сохраняться на достаточно высоком уровне и на конец мая 1987 г. насчитывает 3785 отрядов и групп, 133,7 тыс. чел. (на 8 тыс. больше по сравнению с 1.01.1987 г.), из них активных — 1400 (52 тыс. чел.). Наибольшее количество банд (70%) сосредоточено в зонах Северо-Восток, Центр, Восток, Юго-Восток, и Юг, где находится 2510 отрядов и групп, свыше 90 тыс. чел., что составляет 67% всей численности мятежников в стране.

Важнейшей особенностью военно-политической обстановки в ДРА на данном этапе является практическая реализация мероприятий в соответствии с объявленной руководством страны политикой национального примирения. В противовес мероприятиям государственной власти, проводимым в рамках новой политики, руководство афганской контрреволюции развернуло широкую пропагандистскую кампанию по дискредитации и искажению ее содержания и целей. Основная задача этой кампании — убедить местное население и отдельных главарей, с одобрением воспринявших курс на национальное примирение, не идти на переговоры с органами государственной власти, не прекращать вооруженную борьбу против нее до тех пор, пока из ДРА не будут выведены советские войска. Одновременно проводится мысль, что объявленная правительством политика национального примирения является свидетельством слабости существующего строя, не сумевшего вооруженным путем разгромить контрреволюционное движение и пытающегося новой политикой расколоть его, привлечь путем обмана на свою сторону главарей крупных и активных бандформирований, а затем уничтожить их.

В связи с этим непримиримую позицию по отношению к новому курсу заняли главари наиболее крупных и активных бандформирований. К ним, в частности, относятся: А. Шах (ИОАП, 3600 мятежников, ущ. Панджшер и прилегающие районы), Фарид (ИПА, 1500, зеленая зона Каписа), М. Алом (ИОА, 480, прав. Балх), Рахматулло (ИОА, 700, прав. Кундуз), М. Вадуд (ИОА, 290, зеленая зона Талукан), Хиродманд (ИПА, 710, прав. Бадахшан), С. Мансур (ИПА, 560, пров. Баглан), Абдул Хай (ИОА, 858, уезд Нахрин, пров. Баглан), Анвар Дангар и Суфи Расул (оба ИОА, до 700, пров. Кабул) и многие другие.

Помимо разнузданной антисоветской и контрреволюционной пропагандистской кампании главари предпринимают активные действия по предотвращению претворения в жизнь ПНП. С этой целью они блокируют кишлаки, не допускают местное население и старейшин в административные центры для встреч и переговоров с представителями государственной власти. Под угрозой смерти запрещают прослушивать передачи кабульского радио, срывают митинги, всячески препятствуют работе провинциальных чрезвычайных комиссий по национальному примирению, вплоть до проведения террористических актов против их членов. Так, 28 января мятежники убили председателя комиссии по национальному примирению провинции Кундуз А. Аразбеги, в ночь на 29 января похитили председателя Национального фронта провинции Кандагар А. Разака, 8 мая убили председателя комиссии по примирению провинции Кандагар М. Усмана. В результате угроз, терактов многие комиссии по национальному примирению практически прекратили работу или же проявляют явную пассивность.

Мятежники усилили интенсивность проведения против госвласти, и в особенности против советских войск, вооруженных акций, в первую очередь обстрелов различных объектов и диверсий на коммуникациях. Об этом наглядно свидетельствуют следующие данные: в течение текущего года (с 1.01.1987 г.) количество обстрелов гарнизонов советских войск, постов охранения, сторожевых застав и колонн составило 630 (за тот же период прошлого года — 210), административных центров, постов и органов госвласти, гарнизонов ВС ДРА и афганских колонн — 3350 (за тот же период прошлого года — 1600). Таким образом, количество обстрелов по сравнению с аналогичным периодом прошлого года увеличилось: объектов советских войск — в 3 раза, афганских объектов — в 2 раза.

Особенно резко интенсивность обстрелов возросла в период подготовки и празднования 9-й годовщины Апрельской революции. В большинстве провинций страны прошли совещания главарей бандформирований, на которых были поставлены задачи по проведению подрывных акций в дни праздников. В результате только в течение 27 апреля 1987 г. мятежники обстреляли 46 различных объектов (административных центров, мест дислокации войск, постов безопасности и др.), из них 24 — советских, 22 — афганских. В обычные дни количество обстрелов составляет 8-12 объектов в сутки.

Так, 27 апреля во время демонстрации был обстрелян РС провинциальный центр Мазари-Шариф, в результате убито — 7, ранено — 18 чел. По провинциальным центрам Кундуз и Талукан было выпущено соответственно 30 и 40 РС. В провинции Кунар проведены массированные обстрелы практически всех оргядер в уездных центрах и постов вокруг них, наиболее интенсивным обстрелам подверглись провинциальный центр Асадабад, а также Биркот, Асмар, Саркани. В приграничных с Пакистаном районах ДРА (в провинциях Нангархар, Пактия, Пактика, округе Хост) были обстреляны практически все посты и подразделения афганских погранвойск. Обстрелам подверглись провинциальные и уездные центры Чарикар, Гульбахар, Майданшахр, Джелалабад, Хост, Нарой, Алихейль, Газни, Калат, Кандагар, Бабасахиб, Саидалим-Калай, Лашкаргах и др.

С момента объявления политики национального примирения на сторону госвласти перешло 100 отрядов и групп (из 3785) общей численностью 6370 чел. (4,7% общей численности мятежников в ДРА). На данном этапе переговоры с госвластью о возможном переходе на ее сторону ведут главари 326 бандформирований общей численностью около 13 тыс. чел. (9%). При этом необходимо подчеркнуть, что многие из главарей, заключая соглашения или вступая в переговоры с органами госвласти о прекращении вооруженной борьбы, преследуют тактические цели: избежать АУ и ОН (авиационных ударов и огневых налетов. — Примеч. авт.) по своим бандформированиям, сохранить силы и средства, получить помощь от государства, выждать и в зависимости от дальнейшего развития обстановки определить свои позиции.

Активные мероприятия по срыву ПНП проводит также внешняя контрреволюция, осевшая в Пакистане и Иране. Помимо подготовки и засылки в ДРА новых вооруженных формирований и переброски дополнительных партий ОБПР (оружия и боеприпасов — Примеч. авт.) для продолжения подрывной деятельности зарубежное руководство контрреволюции продолжает наращивать пропагандистско-агитационную кампанию в лагерях афганских беженцев с целью недопущения их возвращения в ДРА. Официальные власти Пакистана и Ирана способствуют этой деятельности контрреволюционных сил.

Несмотря на предпринимаемые контрреволюцией меры, в ДРА в период проведения ПНП вернулось около 6200 семей беженцев (примерно 36 тыс. чел.). Для сравнения: в Пакистане проживает около 3 млн., в Иране — до 1,5 млн. беженцев.

В свою очередь, беженцы, которым удалось вернуться в ДРА, подвергаются преследованию со стороны контрреволюционных сил (вплоть до убийств). В связи с этим вернувшиеся беженцы, боясь мести мятежников, всячески избегают контактов с органами госвласти, предпочитают селиться в кишлаках среди своих родственников и знакомых, отказываются от помощи, предоставляемой государством, или предпочитают получать ее втайне от мятежников. По этой причине безвозмездная материальная помощь, выделенная в том числе и Советским Союзом, зачастую не доходит до беженцев, оседает у местных руководителей и их родственников, а иногда попадает в руки мятежников. Например, проводимая в настоящее время в районе провинциального центра Талукан кампания по раздаче населению продуктов и предметов первой необходимости из состава средств безвозмездной помощи СССР встречает активное сопротивление со стороны мятежников. 15 мая кишлак Поликок (3 км юго-зап. Талукан) после раздачи помощи был окружен бандитами главаря Зоби (ИПА, 40), и каждый житель, получивший помощь, был принужден к уплате штрафа в размере 15 тыс. афгани. Подобные действия мятежников срывают такие мероприятия, снижают их роль, деморализуют население.

В ближайшей перспективе следует ожидать дальнейшей активизации по всем направлениям подрывной деятельности мятежников, расширения масштабов контрреволюционной пропаганды среди населения, работников партийно-государственного аппарата, военнослужащих ВС ДРА, МГБ и царандоя с целью склонения их к переходу на сторону контрреволюции, срыва политики национального примирения, усиления дестабилизации общей обстановки в стране и создания тем самым условий для захвата власти после вывода советских войск из ДРА».

Конечно же, проблема присутствия советских войск для мятежников являлась определяющей. Они понимали, что, пока в Афганистане будет находиться ОКСВ, ни о каком захвате власти не приходится и думать. Их цель была любой ценой «заставить» Советский Союз вывести войска в максимально короткие сроки. Лидеры оппозиции считали, что добиться этого можно только военными действиями путем нанесения потерь частям советских войск, а также проведения других акций (обстрел 8 марта г. Пяндж, Таджикской ССР и нападение группы мятежников на погранзаставу СССР 9 апреля 1987 г.). Но, естественно, не это заставляло советское руководство форсировать переговоры по урегулированию афганской проблемы, включая и вывод ОКСВ из ДРА. Главное заключалось в тех сложных процессах, которые начались тогда в самом Советском Союзе, приведших в конечном итоге к распаду СССР.

Между тем в Афганистане обострялось экономическое положение.



Информация к размышлению


К вопросу об экономическом положении ДРА

Экономическое положение Афганистана остается весьма сложным. Оно обусловлено практическим провалом всех ранее принятых социально-экономических планов и программ, ростом дефицита государственного бюджета, дальнейшим увеличением внутреннего и внешнего долга, низким уровнем производства валового и национального дохода и т. д. По уровню развития народного хозяйства Афганистан в настоящее время занимает одно из последних мест в мире, причем в 1986 г. его национальный доход на душу населения упал ниже, чем 125 дол. в год (до 1978 г. несколько превышал 126 дол.).

Наиболее негативное воздействие на развитие экономики страны оказывает продолжающаяся подрывная деятельность сил контрреволюции и, как следствие, рост расходов на оборону. За прошедший после апреля 1978 г. период материальный ущерб только государственного сектора оценивается до 50 млрд. афгани (около 1 млрд. дол.). Оценочные потери частного сектора превышают 450 млрд. афгани (в основном за счет разрушения более 1000 различных промышленных предприятий, объектов торговли и связи, уничтожения около 2700 школ, жилого фонда и других материальных средств).

Одновременно за этот период объем средств, выделенных на оборону и безопасность, увеличился в 11 раз и в 1986 г. составил 60% всех расходов текущего бюджета страны.

В этих условиях исполнение госбюджета за последние годы сводилось с постоянным дефицитом, составлявшем в среднем 15-16%, который покрывался исключительно за счет дополнительной эмиссии денег в размере 11,5-12,0 млрд. афгани в год. В результате этого к концу 1986 г. в обращении находилась денежная масса в размере 90 млрд. афгани (в 4 раза больше, чем в 1978 г.), что привело к безудержному процессу обесценивания национальной валюты, росту инфляции и цен на основные виды товаров.

Разрыв между официальным и рыночным курсом доллара вырос более чем в 3 раза. Инфляция составляет 20-25%, а рыночные цены за период с 1978 г. выросли в среднем примерно в 2,5 раза. Внутренний государственный долг к концу 1986 г. достиг 82 млрд. афгани, что составляет почти 100% расходной части госбюджета, запланированного на текущий 1365 афганский год (заканчивается 20 марта 1987 г.).

Внешняя задолженность Афганистана составляет 2,7 млрд. дол., в том числе по советским государственным и коммерческим кредитам — 2,1 млрд. дол. Только по клиринговым расчетам с СССР долг на 1 января 1987 г. достиг 300 млн. дол.

Низкий уровень развития промышленного и сельскохозяйственного производства также не способствует улучшению экономического положения. В валовом национальном продукте доля промышленности не превышает 20%, причем в государственном и смешанном секторах производится лишь 47% валовой продукции промышленности. Эта важная отрасль продолжает испытывать нехватку электроэнергии, сырья, запчастей, дефицит инженерно-технических и рабочих кадров и т. д.

Острой продолжает оставаться топливно-энергетическая проблема. Так, из 5 имеющихся в ДРА шахт функционируют только две, а добыча каменного угля с 218 тыс. т в 1978 г. в настоящее время упала до 150 тыс. т. Падает и добыча природного газа. В 1986 г. получено 2,6 млрд. куб. м газа, из которых 2,2 млрд. куб. м экспортировано в СССР. В 1987 г. показатели, по оценке, составят 2,1 и 1,7 млрд. куб. м соответственно, что приведет к снижению экспортных поступлений на 50 млн. клиринговых дол.

Военно-политическому руководству ДРА не удалось за последние годы начать работы по добыче и переработке нефти, в результате чего ввоз нефтепродуктов из СССР только на гражданские нужды превышает 500 тыс. т в год.

Сложившееся положение в энергетике страны наглядно отражает и такой показатель, как низкое годовое производство электоэнергии на душу населения. Так, в ДРА он не превышает 65 кВт/ч, в то время как в Индии — 220 кВт/ч, Иране — 415 кВт/ч и т. д.

Перечисленные выше трудности привели к тому, что большая часть промышленных предприятий государственного, смешанного и частного секторов загружена частично (на 20-25% промышленной мощности), особенно по производству товаров первой необходимости. Более того, 45 частных промышленных предприятий (в том числе 30 в Кабуле) остановлены вообще.

Сложное положение сохраняется и в сельском хозяйстве, где в настоящее время занято 85% населения и производится до 65% национального дохода. Основой сельскохозяйственного производства остается мелкотоварное частное хозяйство, на долю которого приходится более 99% всего объема производства сельхозпродукции. В 1986 г. валовой сбор пшеницы составил 2,8 млн. т, однако государство закупило у крестьян всего лишь около 40 тыс. т (менее 1,5%), в результате из СССР было ввезено 240 тыс. т пшеницы, в том числе 160 тыс. т безвозмездно. Не лучше обстоят дела и с другими сельскохозяйственными культурами.

В целом из-за условий гражданской войны и в силу вытекающих из этого целого ряда объективных причин, а также из-за ошибок и перегибов в отношении руководства ДРА к аграрному вопросу и привлечению крестьянства сейчас Афганистан не в состоянии самостоятельно обеспечить свои потребности в сельскохозяйственной продукции. Таким образом, можно сделать вывод, что нынешнее экономическое и валютно-финансовое положение ДРА характеризуется как критическое. Экономика страны сейчас и в ближайшей перспективе не в состоянии нормально функционировать, опираясь лишь на собственные силы, без внешней огромной финансово-экономической помощи. В настоящее время доля стран — членов СЭВ в общем объеме иностранной помощи ДРА составляет около 90%, в том числе СССР — 75%.

В период 1980-1985 гг. масштабы советского экономического и технического содействия достигли 430 млн. руб., а на очередной этап (1986-1990 гг.) они определены в размере 570 млн. руб. Поставки из СССР (безвозмездные) по линии внешней торговли в 1978-1986 гг. превысили 600 млн. руб., а по линии ГКЭС — более 200 млн. руб. В 1987 г. планируется безвозмездная помощь из Советского Союза на сумму 140 млн. руб.

Вместе с тем афганская сторона проявляет большой интерес к получению в 1987 г. безвозмездно примерно до 1 млрд. руб., который она планирует использовать следующим образом: на денежное и материальное обеспечение вооруженных сил — до 500 млн. руб., покрытие части дефицита государственного бюджета — 300 млн. руб. и т. д. В таких ежегодных объемах военно-политическое руководство ДРА ожидает получение безвозмездной помощи и впредь, до 1990 г.

Этот курс, проводимый руководством ДРА, является реальным отражением продолжающихся иждивенческих настроений со стороны высшего аппарата, который уверен, что Советское правительство и в дальнейшем будет удовлетворять их просьбы и запросы, поэтому недостаточно внимания уделяет наведению должного порядка в народном хозяйстве страны, и в частности сфере управления экономикой.

Исходя из оценки и анализа сложившейся ситуации, можно сделать вывод, что в ближайшее время (1,5-2 года) НДПА, правительству ДРА не удастся нормализовать сложное экономическое положение страны, поднять жизненный уровень основной массы населения и тем самым привлечь большинство народа на свою сторону…

Источники информации: МВЭС, КГБ и МО СССР,
1987 г.

Для преодоления экономических трудностей и для того, чтобы ПНП приняла необратимый характер, советские представители в Афганистане прилагали большие усилия. Они вырабатывали все новые и новые рекомендации, а также предпринимали меры, направленные на нейтрализацию или снижение негативных последствий подрывной деятельности оппозиции. Приведу лишь небольшой перечень предложений, внесенных в апреле-мае 1987 г. послом СССР в ДРА и руководителями советских представительств.



Документ (Для служебного пользования)


1 апреля

На рассмотрение Центра внесен проект директивы главнокомандующего Вооруженными силами ДРА «О повышении эффективности управления боевыми действиями по борьбе с караванами и бандформированиями мятежников в приграничной зоне».

Проектом директивы предусматривается:

  1. Командирам 1-го, 2-го, 3-го, 4-го АК и пехотных дивизий, находящихся в приграничной полосе, командирам погранбригад считать своей основной задачей ведение боевых действий по уничтожению групп и отрядов мятежников в приграничной зоне и на караванных маршрутах с целью воспрепятствования проникновения их в центральные районы Афганистана.
  2. Определить зону ответственности каждому армейскому корпусу и пехотной дивизии.
  3. Подчинить командирам корпусов и пехотных дивизий соответствующие пограничные бригады, оперативные батальоны МВД и МГБ, дислоцирующиеся в зонах их ответственности.
  4. В каждом армейском корпусе, соответствующей пехотной дивизии и погранбригаде разработать планы совместных действий.
  5. Передать в погранвойска личный состав оперативных подразделений МВД и МГБ ДРА, сформированных на племенной основе в приграничной зоне, и др.

7 апреля

Высказана просьба утвердить наше последнее предложение, которое предусматривает увеличение денежного содержания солдатам первого года службы до 1000 афгани и второго года — до 2500 афгани, а солдатам и сержантам, отслужившим срок действительной военной службы (резервистам) и продолжающим службу на добровольной основе — до 5500 афгани. Кроме того, на 50% денежного содержания военнослужащие должны иметь купоны, по которым (за имеющиеся у них деньги) они могут приобретать в закрытых магазинах военной торговли соответствующие товары, цены на которые должны быть в 2-3 раза ниже рыночных…

17 апреля

Представлена записка об основных направлениях усилий советских советнических коллективов по выполнению решений советского руководства, направленных на укрепление существующего режима в ДРА и создание условий для вывода советских войск, с изложением вариантов возможного развития событий в стране.

Изложены соображения о системе государственного управления в Афганистане в свете политики национального примирения.

25 апреля

В связи с мерами вооруженного давления Пакистана на Афганистан внесены следующие предложения:

  1. Через совпосла и временного поверенного в делах ДРА в Исламабаде довести до пакистанской администрации требования прекратить помощь афганским мятежникам, ликвидировать их базы на территории Пакистана.
  2. Предупредить пакистанское руководство, что действия ВВС Пакистана против советских и афганских самолетов над территорией ДРА не останутся безнаказанными.
  3. Дать в советской прессе в виде заявления или интервью представителя Минобороны СССР официальную оценку деятельности пакистанских ВВС по прикрытию баз мятежников.
  4. Немедленно реагировать в средствах массовой информации на подобного рода инциденты в будущем.
  5. Оказать вооруженное противодействие пакистанской авиации в приграничной зоне.
  6. В случае новых агрессивных акций авиации Пакистана в выборочном порядке практиковать дозированные ответные действияоборонительного характера, не оставляющие безнаказанным поведение пакистанской стороны.

27 апреля

Во исполнение постановления ЦК КПСС и СМ СССР от 26 февраля 1987 г. № 349-77 об оказании безвозмездной экономической помощи вооруженным силам, беженцам и беднейшим слоям населения ДРА высказана просьба выделить для обеспечения военнослужащих 95 тыс. т продовольственных товаров, 250 легковых автомобилей, 500 инвалидных колясок, 1000 крупнотоннажных автомашин и ряд промышленных товаров.

8 мая

Внесено предложение положительно рассмотреть обращение афганского правительства о передаче безвозмездно части высвобождающихся складских помещений на базах ограниченного советского воинского контингента в ДРА; выделении и поставке в 1987 г. подъемно-транспортного и складского оборудования; выполнении работ по установке хранилищ и обустройству баз.

10 мая

Запрошено согласие на проведение афганской стороной намеченных при содействии совпредставителей следующих мероприятий для наращивания политической инициативы в борьбе за массы, укрепления существующего режима и НДПА.

  1. Форсировать решение вопроса о формировании блока НДПА с леводемократическими группировками (партиями). Создать и включить в этот блок партию, которая бы представляла интересы трудового крестьянства.
  2. В мае-июне 1987 г. провести в Джелалабаде Всеафганскую Джиргу исламских авторитетов, на которой подтвердить основные принципы политики национального примирения в отношении ислама как важнейшей составной части курса на достижение национального согласия. Объявить на Джирге о возможности создания отдельной — альтернативной контрреволюционным — партии, выступающей под национально-патриотическими и исламскими лозунгами.
  3. Провести в мае-июне 1987 г. Чрезвычайную сессию Ревсовета ДРА, на которой принять, по предложению Всеафганской Чрезвычайной комиссии по примирению, решение о переименовании ДРА в Исламскую народную республику Афганистан. Ревсовет преобразовать в Государственный совет.
  4. Придать общегосударственный характер работе по созданию коалиционных органов управления в провинциях и уездах.
  5. Осуществить дальнейшее рассмотрение и изучение проблем, связанных с решением национального вопроса в ДРА.
  6. В июне-июле 1987 г. опубликовать проект Конституции Афганистана для всенародного обсуждения.
  7. Активно продолжать мероприятия по повышению боеспособности ВС ДРА.
  8. Продолжать усилия к активному подключению к процессу национального примирения бывшего короля Захир Шаха.

Приступить к созданию коалиционного правительства, для чего в июне-июле с. г. предложить оппозиции включить в состав правительства ДРА 5-6 своих влиятельных представителей.

11 мая

Высказаны оценки состояния дел в ВС ДРА и некоторые соображения по усилению их боеспособности — о доукомплектовании армии до 200 тыс. чел., улучшении подготовки офицеров, проведении совместных с 40-й армией боевых действий на важнейших оперативных направлениях, об организации приема, распределения доставки советской экономической помощи и др.

18 мая

В связи с переговорами, проведенными министром внешней торговли Б. И. Аристовым с афганскими руководителями, и достигнутыми договоренностями внесены предложения.

  1. Минторгу СССР и Центросоюзу принять дополнительные меры по завершению работы, связанной с выделением товаров для безвозмездной поставки в ДРА.
  2. Госснабу СССР и Минторгу СССР ускорить выделение товаров на сумму до 50 млн. руб. для дополнительной поставки в 1987 г. в ДРА для продажи частному сектору.
  3. Минторгу РСФСР внести в установленном порядке предложение об открытии в Москве и Ленинграде специализированных магазинов для продажи афганских товаров…

Источники информации: советское посольство в ДРА,
представительства СССР при МГБ,
МВД, аппарат ГВС в ДРА,
Оперативная группа МО СССР,
май 1987 г.

Исходя из первых итогов нового курса, руководство ДРА, опираясь на рекомендации советских представителей и советников, принимало дополнительные меры. Наряду с проведением ПНП Наджибулла развернул работу по укреплению Вооруженных сил, местной администрации, расширению социальной базы государственной власти. Афганское руководство взялось также за решение социально-экономических проблем, обратившись к нуждам всего народа. Постепенно позиции госвласти стали крепнуть. Но усилия никак нельзя было ослаблять, а, наоборот, предстояло наращивать.

В это время в Вооруженных силах ДРА был принят «Закон о всеобщей воинской обязанности», сроки службы по которому сокращались до двух лет; повышены оклады денежного содержания военнослужащим; развернута работа по привлечению на военную службу добровольцев; сформировано управление 4-го армейского корпуса (АК) в Герате; 21-я мотопехотная бригада переформировывалась в дивизию, создавались новые части «командос»; были образованы курсы при военных училищах, корпусах и учебных частях для подготовки младших офицеров; в подчинение командиров корпусов и дивизий были переданы пограничные войска, оперативные части МГБ и МВД, находящиеся в зонах ответственности; повсеместно было организовано обустройство войск.

Советское правительство продолжало оказывать помощь афганцам, поставляя все новые и новые партии вооружения и боевой техники.



Документ


Совершенно секретно

Указания совпослу в Демократической Республике Афганистан. (Утверждены на заседании Политбюро ЦК КПСС
12 февраля 1987 г.)

Спец. № 1311.

Посетите т. С. А. Кештманда и, сославшись на поручение, сообщите ему, что просьба правительства Демократической Республики Афганистан о поставке в 1988 г. специмущества для Министерства внутренних дел ДРА внимательно рассмотрена. Советское правительство в целях дальнейшего повышения боеспособности частей и подразделений МВД ДРА изыскало возможность поставить ДРА в 1988 г. 125 бронетранспортеров БТР-152, 45 бронированных разведывательных машин БРДМ-2, 6 штук 122-мм гаубиц Д-30 А, 20 штук 82-мм минометов, 17,75 тыс. единиц стрелкового оружия, 1288 радиостанций, боеприпасы и другое специмущество, всего на сумму 52 млн. руб., с оплатой 25% стоимости в кредит на 10 лет из 2% годовых…

В условиях национального примирения резко расширились и возросли миротворческие функции ОКСВ и афганской армии. Это и защита населения, и помощь в строительстве и ремонте важных объектов (асфальтобетонный завод в Кандагаре, ЛЭП в Киджаки и др.), школ, больниц, мечетей, дорог, а также участие в сельскохозяйственных работах. Увеличились масштабы оказания медицинской помощи населению советскими военными врачами.

К этим функциям, кроме того, добавилась работа с беженцами, раздача безвозмездной помощи, более широкая агитационно-пропагандистская работа в кишлачной зоне. Все это осуществлялось в ходе совместных действий советско-афганских спецпропагандистских армейских отрядов. Военным транспортом оказывалась помощь в доставке населению продовольствия, горючего и других предметов первой необходимости.

Из-за отказа «непримиримых» от предложенного сотрудничества, частям 40-й армии по просьбе афганского руководства в некоторых случаях все же приходилось участвовать в совместных операциях против вооруженных формирований оппозиции (наиболее крупные в провинциях Кандагар, Герат, Газни, Кундуз, Логар, Пактия, округ Хост, вокруг Кабула), а также вести боевые действия против караванов, доставляющих оружие и боеприпасы из Пакистана и Ирана для боевиков оппозиции. За полгода проведения политики национального примирения напряжение боевых действий существенно не снизилось. Это подтверждают и результаты проведенных операций в тот период.



Справка


Совершенно секретно

В период с 1 января по 15 июня с. г. правительственными войсками проведено боевых действий — 31, в том числе: совместных — 17, самостоятельных — 14.

Результаты:

  • убито мятежников — 3096, взято в плен — 60 человек;
  • уничтожено — 44 ПУ РС, 53 миномета, 16 БО, 4 ЗГУ, 56 ДШК, 29 РПГ, более 100 единиц стрелкового оружия, 1148 РС, 624 мины к миномету, 1804 выстрела к БО, 410 гранат к РПГ, 45,8 тыс. боеприпасов к СО, 1530 кг. ВВ, 93 ручные гранаты, 25 фугасов, 959 ПТМ, 542 ППМ, 29 огневых позиций, 6 блиндажей, 12 складов (боеприпасов — 8, продовольствия — 1, вещевые — 3), документы «ИК» — 4;
  • захвачено — 13 ПУ РС, 21 миномет, 15 БО, 10 ЗГУ, 7 ПЗРК, 39 ДШК, 68 РПГ, 33 пулемета, 1157 единиц стрелкового оружия, 5013 РС, 7033 мины к миномету, 6424 выстрела к БО, 2958,9 тыс. боеприпасов к стрелковому оружию, 5280 гранат к РПГ, 2130 кг. ВВ, 1222 РГ, 76 фугасов, 2835 ПТМ, 2014 ППМ, 23 склада (боеприпасов — 7, продовольствия — 5, вещевых — 6, медицинских — 5), документов «ИК» — 11;
  • снято — 58 фугасов, 751 ПТМ, 434 ППМ.

Наиболее результативные боевые действия проведены в провинциях:

  • совместные — Кандагар (февраль), Нангархар, Кабул (май), Лагман, Нангархар (апрель), Кандагар (май-июнь);
  • самостоятельные — Герат (май), Баглан (май).

В ходе боевых действий освобождено 46 кишлаков. Потери афганской армии составили:

а) по личному составу:

убито — 370;

ранено — 1232.

б) по вооружению и технике:

20 танков, 2 БМП, 23 БТР, 4 БРДМ, 7 орудий, 15 минометов, 14 ЗГУ, 4 ДШК, 15 пулеметов, 1998 единиц стрелкового оружия, 108 автомобилей, 9 самолетов, 15 вертолетов.

Советские войска в этот же период провели 9 совместных боевых действий:

  • «Шквал» в провинции Кандагар (пер. база Шинарай) в период с 4.02 по 11.03 силами 5-й мед (3 батальона); 70-й омсбр (1 батальон), б-н 45-го исп совместно с 7-й пд (2 батальона), 7-й тбр (2 батальону), 466-м одшп (2 батальона), об-н МГБ.
    Всего 12 батальонов. Руководитель генерал Ю. П. Греков.
  • «Удар» в провинции Кундуз (район Мадраса) в период с 16 по 21.02 силами 201-й мед (4 батальона) совместно с 20-й пд, об МГБ, об МБ Д.
    Всего 8 батальонов. Руководитель полковник В. Н. Шеховцов.
  • «Гроза» в провинции Газни (базовый район Пьядара) с 2 по 21.03 силами 56-й одшбр (2 батальона), 191-го омсп (2 батальона) совместно с 14-й пд, 38-й одшбр, об МГБ, об МВД.
    Всего 10 батальонов. Руководитель генерал Н. П. Пищев.
  • «Круг» в провинциях Кабул, Логар (район Джигдалай), 64 км зап. Джелалабад с 8 по 21.03 силами 108-й мед (2 батальона), 103-й вдд (3 батальона), 66-й омсбр (2 батальона) совместно с 11-й пд (2), 8-й пд (5), орб 1-го АК, об МГБ (2), об МВД (2).
    Всего 19 батальонов. Руководитель генерал Г. Г. Кондратьев.
  • в провинции Герат (зап. окр. Герат) с 11 по 21.04 силами 5-й мед (4 батальона) совместно с 17-й пд (4), 14-й тбр (3), об МГБ, об МВД.
    Всего 13 батальонов. Руководитель генерал А. В. Учкин.
  • «Весна» в провинции Кабул (базовый район Кухи-Сафи, 23 км сев.-зап. Суруби; базовый район Чакарай, 30 км юго-вост. Кабул) с 12 по 24.04 силами 108-й мсд (3 батальона), 103-й вдд(З), совместно с 8-й пд (5), орб 1-го АК, 61-м опп (2), об МГБ, об МВД.
    Всего 16 батальонов. Руководитель генерал В. П. Дубынин.
  • «Залп» в провинциях Логар, Пактия, Кабул (базовый район Хисарак, Азрау, районы г. Норой, Алихейль) с 20.5 силами 108-й мед (3 батальона), 103-й вдд (3), 66-й омсбр (2), 56-й одшбр (2), 345-го опдп (2) совместно с 8-й пд (5), 11-й пд, 12-й пд (6), 14-й пд (5), об МГБ (2), об МВД (2).
    Всего 25 батальонов. Руководитель генерал В. П. Дубынин.
  • «Юг-87» в провинции Кандагар (зеленая зона реки Аргандаб) с 21.05 силами 5-й мед (3 батальона), 70-й омсбр (2), 191-го омсп (2), 3-го омсб СПИ совместно с 7-й пд (5), 15-й пд (5), 7-й тбр (2), 466-м одшп (2), 38-й одшбр (2), 21-й мпд (2), 1-м оп МВД (2), 93-м оп (1), об МВД, об МГБ.
    Всего 31 батальон. Руководитель генерал Н. П. Пищев.

Было проведено 6 поддержек самостоятельных боевых действий ВС ДРА, 11 частных боевых действий, 32 реализации разведданных, из них 24 результативных (66%), 2071 засада, из них 259 результативных (12,5%).

За этот период:

  • уничтожили 11 925 мятежников, 111 ПЗРК, 279 ПУ РС, 14 855 РС, 438 ДШК и ЗГУ, 302 миномета, 180 БО, 314 РПГ, 1566 единиц стрелкового оружия, складов — 230;
  • захватили 349 пленных, 102 ПЗРК, 69 ПУ РС, 38 019 РС 142 ДШК и ЗГУ, боеприпасы к ДШК и ЗГУ — 3 млн. 800 тыс., 73 миномета, мин к минометам — 64 019, 58 БО; выстрелов к БО — 26 026, 169 РПГ, гранат к РПГ — 28 283, 2155 ед. СО, патронов к СО — 8 млн. 190 тыс., различных складов — 686.

Мятежники провели, в свою очередь: диверсий — 927, из них обстрелов сторожевых застав и постов — 452, колонн — 142, пунктов постоянной дислокации — 182, подрывы на минах — 100, прочие диверсии — 51.

Потери в войсках армии составили: убито — 68, из них офицеров — 15; ранено — 46.

Результаты боевых действий подразделений специального назначения:

  1. Совершено боевых вылетов: из них результативных — 168 (20%)
  2. Уничтожено: караванов — 131, складов — 31, групп мятежников — 53, мятежников — 1416, ПУ РС/ РС — 2/3002, ДШК/боеприпасы — 23/74 300, БО/выстрелы — 6/1860, минометы/мины — 2/1402, РПГ/выстрелы — 52/1584, ПЗРК — 10, стрелковое оружие/бпр — 110/1 млн. 301 тыс., автомобили/тракторы — 80/14, вьючн. животн./мотоциклы — 690/5, ПТМ/ППМ — 290/709, медикаменты/наркотики — 6500/3160 кг.
  3. Захвачено: пленных — 776, ПУРС/ РС — 1114437, ДШК/боеприпасы — 28/295 807, минометы/мины — 11/4014, БО/выстрелы — 30/2778, РПГ/выстрелы — 61/3431, ПЗРК — 69, стрелковое оружие/бпр — 624/2 млн. 757 тыс., автомобили/тракторы — 36/1, вьючн. животн./мотоциклы — 22/33, медикаменты/наркотики — 2038/9000 кг., ПТМ/ППМ — 481/873.

Источники информации: сводка аппарата главного военного советника в РА,
доклад штаба 40-й армии, г. Кабул, июнь 1987 г.



Пассивность партийцев — результат ПНП


Следует отметить, что при проведении политики национального примирения довольно быстро проявились негативные моменты, которые, постепенно развиваясь, полностью выхолостили ее цели и содержание, превратили ее в «пустышку».

ПНП не была встречена с одобрением даже многими членами НДПА, которые расценили ее как отступление, проявление слабости, начало краха существующего режима и угрозу своим интересам. Основываясь на этом, они скорректировали свою деятельность. После провозглашения политики национального примирения, с начала 1987 г., отдельные органы государственной власти, части и подразделения афганской армии и сил безопасности (особенно на местах) заметно снизили интенсивность борьбы с вооруженными формированиями оппозиции. Во многих случаях стали занимать выжидательную позицию, снова перекладывая всю тяжесть вооруженной борьбы на плечи ОКСВ. Стали отмечаться случаи, когда представители партийно-государственного аппарата, готовя почву для возможного перехода на сторону мятежников (в зависимости от развития обстановки после выхода советских войск), изыскивали пути сближения с моджахедами. Причем пытались приобрести себе авторитет у оппозиции и показать свою лояльность к моджахедам за счет критики или нападок в адрес советских войск. Для этого использовались и фальсификация действий подразделений ОКСВ, и выступления против советских военных советников, и саботаж, и различные слухи и т. д.

Не случайно низкие результаты политики национального примирения во многих провинциях объяснялись пассивностью, а зачастую нежеланием партийного и государственного руководства (практически всех уровней) вести борьбу по претворению этой политики в жизнь, за расширение зон влияния госвласти.

Нередко афганские руководители сами способствовали мятежникам, помогая им вводить правительственные силы в заблуждение. Впрочем, это все объяснялось стремлением к национальному примирению: «Одним из основных в настоящий период является вопрос проверки достоверности тех или иных данных. Зачастую противник пытается подбросить дезинформацию с различной целью, начиная от сведения личных счетов между отдельными главарями и влиятельными лицами, заканчивая провокационными попытками вынудить жителей тех или иных кишлаков оставить свои родные места и уйти в Пакистан и Иран или еще хуже — вынудить перейти на сторону мятежников и с оружием в руках защищать их интересы. Так, в провинции Каписа в апреле с. г. был нанесен авиационный удар по совещанию бандглаварей. Как выяснилось впоследствии, совещание проводилось, но только в 12 км северо-восточнее, а в результате БШУ было убито 4 и ранено 9 местных жителей. Итог — жители кишлака перешли на сторону мятежников, а во всем регионе стали хуже относиться к государственной власти…» (из доклада начальника штаба аппарата ГВС в Афганистане, г. Кабул, 30 июня 1987 г.).

Обратной стороной медали политики национального примирения явился отказ правительственных сил от борьбы с непримиримой оппозицией. В ходе проводимых операций афганские войска старались избегать боестолкновений с мятежниками, предоставляя это право войскам 40-й армии. Участились случаи предательства и перехода на сторону оппозиции целых подразделений ВС ДРА.



Инфомрация (Секретно)


О фактах предательства и дезертирства в ВС ДРА

…На низком уровне остаются боеготовность и политико-моральное состояние ряда частей и подразделений ВС ДРА, укомплектованность личным составом большинства из них составляет 40-70%. В провинциях растет дезертирство военнослужащих из афганской армии, которые в одиночку или небольшими группами (зачастую с оружием) переходят на сторону мятежников. Так, по официальным данным, из ВС ДРА дезертировало: в январе — 2350, феврале — 2600, марте — 2900, апреле — свыше 3000 военнослужащих (всего около 11 тыс. чел.).

В качестве примеров можно привести следующие. В ночь на 3 апреля на сторону мятежников перешел батальон 34-го пп из состава 2-го АК (г. Кандагар). По приказу командира батальона офицеры и солдаты, не пожелавшие дезертировать, были расстреляны.

27 апреля 93-й батальон царандоя (110 человек, 2 БРДМ, 3 МНМ, 5 автомашин), дислоцирующийся в Северном Баглане, вместе с техникой перешел на сторону мятежников сразу же после участия в параде, посвященном 9-й годовщине Апрельской революции.

В ночь с 11 на 12 мая командир 72-го полка царандоя Шабон (место дислокации — Центральный Баглан) во главе отряда до 300 чел. (БТР, 2 МНМ, 368 ед. СО) также перешел на сторону мятежников. Его переход резко ухудшил моральное состояние военнослужащих царандоя в районе Баглан и может повлечь к дезертирству другие подразделения царандоя.

План призыва молодежи и резервистов в ВС ДРА выполняется всего лишь на 20-60% (в зависимости от провинций), что создает серьезные трудности в укомплектовании личным составом афганской армии.

Источники информации: МГБ ДРА, ГШ ВС ДРА, штаб 40-й армии, ГРУ ГШВС СССР,
апрель-июнь 1987 г.

Становилось ясно, что политика национального примирения в том виде, в котором ее предложили руководители КПСС и проводили функционеры НДПА, оказалась недейственной. Более того, она стала играть на руку оппозиции.

Одним из первых, кто это понял и обратился с письмом к министру обороны СССР, был полковник Ким Македонович Цаголов, человек, долгие годы связанный с Афганистаном и не раз проявлявший личное мужество. Приведу выдержки из этого письма.

Кандидату в члены Политбюро ЦК КПСС
министру обороны СССР
Товарищу Дмитрию Тимофеевичу Язову
Москва, Министерство обороны СССР

«Афганская проблема продолжает привлекать внимание в плане международных отношений. Она начинает вызывать определенное беспокойство и со стороны советских людей. Именно поэтому хотелось бы изложить свое видение сложившейся военно-политической обстановки в ДРА, перспектив ее развития и некоторые предложения к стратегии и тактике на период предстоящего вывода советского ограниченного военного контингента. Я это делаю, движимый сознанием сложности и безотлагательности вопроса, с чувством своего партийного и военно-профессионального долга, независимо от последствий, которые меня ожидают. Правда и честь для меня дороже любого благополучия.

1. Военно-политическая обстановка в стране характеризуется исключительной напряженностью, нарастающей остротой и нестабильностью. Налицо глубокий политический кризис афганского общества. Революция находится в фазе «отката». Соотношение социальных сил продолжает изменяться в пользу контрреволюции. Государственная власть собственными силами, без принципиально новых кардинальных изменений не способна остановить контрреволюцию.

2. Следует честно признать, что наши восьмилетние усилия не привели к ожидаемым результатам. Расход огромных материальных средств и немалые людские потери не дали положительного конечного результата — стабилизации военно-политической обстановки в стране. Затяжной характер вооруженной борьбы и отсутствие серьезных успехов, которые привели бы к перелому всей стратегической обстановки, способствовали формированию у большинства населения неверия в возможности государственной власти. Это объективно вело к деморализации масс, к размыву социальной опоры революции. Опыт пройденного однозначно убеждает в том, что афганская проблема не может быть решена только вооруженными средствами. В рамках старого мышления, старых подходов в ДРА нас ожидает отрицательный конечный результат. Необходимо решительно отказаться от социальных иллюзий, предпринять принципиально новые шаги, учитывающие уроки прошлого и реально сложившуюся обстановку в стране…

3. Национальное примирение, объявленное афганским руководством, не привело и не приведет к перелому военно-политической обстановки в стране.

Во-первых, народные массы не выразили этому курсу широкую и последовательную поддержку. И дело не только в ущербности термина «национальное примирение». Народ устал от войны, он хочет мира. Но народ против источника идеи национального примирения, то есть против НДПА. Государственная власть не имеет сколько-нибудь серьезных позиций в кишлачной зоне, где сконцентрирована основная масса населения. Эта зона находится под полным контролем контрреволюционных сил.

Во-вторых, практика национального примирения свелась в основном к разговорам о «решимости» без решительных действий…

В-третьих, политика национального примирения не нашла широкой поддержки и в ЦК НДПА. Нельзя утверждать, что она однозначно, последовательно и решительно принята даже в Политбюро ЦК НДПА. Аналогичная картина наблюдается и в госаппарате и Вооруженных силах. Это не может не способствовать усиливающемуся ослаблению революции и формированию негативного содержания общественного сознания.

В-четвертых, НДПА — не единственная политическая организация в ДРА. Курс руководства НДПА на национальное примирение не имеет последовательных сторонников в руководстве других демократических политических партий…

В-пятых, призыв НДПА на национальное примирение не нашел положительного ответа со стороны контрреволюции. Более того, резко возросло не только количество боевых действий, но и их ожесточенность, бескомпромиссность… Контрреволюция планирует не поиск путей мирного решения переживаемых проблем, а продолжает курс на уничтожение государственной власти вооруженными средствами… При этом следует иметь в виду, что контрреволюция знает о стратегической установке советского руководства на вывод советских войск из ДРА… Контрреволюция не пойдет на то, чтобы иметь часть власти сегодня, зная, что завтра она может иметь всю власть.

В-шестых, одно из кардинальных положений политики национального примирения — это предложение о создании коалиционного правительства. Афганское руководство питает себя надеждой, что кто-то из пешаварской «семерки» примет это предложение. Это беспочвенная иллюзия, хотя нельзя исключать из политического арсенала возможность выхода на афганскую арену бывшего короля Захир Шаха. В таком случае к нему могут примкнуть С. Моджаддади, С. Гилани, М. Наби. Но все же основные силы вооруженной контрреволюции составляют внутреннюю опору Гульбеддина и Раббани… Создание коалиционного правительства с Захир Шахом или любой другой комбинации фигур из «семерки» — не выход из положения.

В-седьмых, курс на национальное примирение самым негативным образом отразился на моральном состоянии личного состава Афганских Вооруженных сил. И без того низкие морально-боевые качества офицерского состава, основной массы солдат и сержантов подверглись дальнейшему демонтажу. Резко возрастает дезертирство в Вооруженных силах. При этом следует прогнозировать, что за рамками периода национального примирения это явление может принять массовидную форму. Армия все больше будет терять уверенность в достижении победы в вооруженной борьбе с контрреволюцией. Разумеется, это происходит не без идейного влияния контрреволюции. И здесь тоже надо признать, что в идейном противоборстве контрреволюции удалось перехватить инициативу…

Таким образом, напрашиваются следующие выводы:

— политика национального примирения не приведет к ожидаемому результату… национальное примирение, не подкрепленное активной практической деятельностью партии, государственной власти, привело к «топтанию» революции на месте, к формированию политической индифферентности не только у широких трудящихся масс, но даже и у подавляющей части партийцев и офицерского корпуса Вооруженных сил;

— период национального примирения более активно использует контрреволюция в целях своей консолидации, в наступательной антигосударственной и антисоветской агитационно-пропагандистской работе среди населения;

— по окончании периода национального примирения следует ожидать резкое усиление вооруженной борьбы…

4. Главный вопрос в ДРА — это состояние НДПА. Именно здесь особенно опасна неправильная, питающаяся иллюзиями информация. Анализируя процессы, происходящие в НДПА, особенно важно быть объективным, учитывать реально сложившееся состояние и не выдавать желаемое за действительное. Важно также за высокопарными заявлениями руководителей НДПА увидеть и уроки пройденного пути и реальные тенденции в перспективе. Как я их представляю и оцениваю?

а) НДПА с момента создания (январь 1965 г. ) никогда не была монолитной, органически единой политической партией. Это было искусственное соединение двух самостоятельных политических течений «Хальк» и «Парчам»…

б) в НДПА всегда шла, идет и будет идти ожесточенная борьба за лидерство не только между «Хальком» и «Парчамом», но и между их наиболее видными представителями…

в) в настоящее время НДПА — единственная в ДРА политическая организация, обладающая организационной структурой по всей стране (во всех провинциальных и в определенной части уездных центрах). Однако это своеобразная кровеносная система без крови. Активность членов НДПА никогда не была на должном уровне.

В настоящее же время партийцев можно характеризовать полной политической индифферентностью. Многие из них, отлично представляя перспективу развития обстановки в стране, движимые инстинктом сохранения, действуют уже не на пользу НДПА, а во вред делу партии… Если анализ состояния НДПА осуществлять на реальных явлениях, а не на репортажах Лещинского и Петровой, то совершенно очевидно, что НДПА уже сейчас стала не партией действующих партийцев, а партией членских билетов…

НДПА объективно идет к своей политической гибели. Никакие действия, направленные на то, чтобы реанимировать НДПА, не могут иметь практического результата. Усилия Наджиба в этом направлении могут лишь растянуть муки смерти, но не избежать саму смерть НДПА.

В этих условиях надо концентрировать усилия не на пожарные меры спасения НДПА, а на создание условий для решения нашей стратегической задачи, которую я понимаю в следующем содержании:

— найти возможности преодолеть углубляющийся политический кризис афганского общества. Здесь необходимы радикальные меры, учитывающие требования широких народных масс, а также внутренней вооруженной контрреволюции;

— подготовить заявленный нашим руководством выход ограниченного контингента советских войск из ДРА;

— помочь прогрессивным политическим силам страны сохранить демократическое содержание развития афганского общества;

— восстановить традиционную дружбу той части афганского населения, у которой, в силу обстоятельств, сформировалось враждебное отношение к советскому народу;

— обеспечить дальнейшее развитие социальных процессов в ДРА в направлении достижения наших долговременных интересов.

Предложения

1. В качестве первого и немедленного шага для выработки новых подходов к решению афганской проблемы и повышения личной ответственности руководителей разных ведомств за объективность информации и прогноз будущей политической обстановки в ДРА считал бы принципиально необходимым:

а) осуществить честный анализ сложившейся обстановки и ожидаемой военно-политической ситуации. Для этого провести совещание руководителей ведомственных представительств…

б) складывающаяся военно-политическая обстановка с настоятельной необходимостью требует концентрации руководства в одних руках. Это должностное лицо должно быть наделено чрезвычайными полномочиями и должно нести персональную ответственность за практические результаты наших усилий перед Комиссией Политбюро ЦК КПСС по Афганистану. Считал бы своим долгом доложить о своем мнении, что больше всех и глубже других ведомственных представителей всю сложность сложившейся обстановки в ДРА понимает генерал армии Варенников В. И. Он сочетает военное, политическое и экономическое видение проблем во всем их объеме и взаимозависимости.

2. Убедить афганское партийное руководство в необходимости осуществления следующих исключительных, принципиально новых политических шагов, вытекающих из критического положения в стране и сложившейся расстановки сил:

— подготовить Манифест НДПА к афганскому народу, где дать честный анализ всего пройденного революционного пути с указанием успехов и с открытым признанием ошибок…

— изложить подробное состояние афганского общества, сложившееся после объявленного периода национального примирения, и состояние НДПА;

— обратиться к партии и народу с решением о самороспуске НДПА в интересах консолидации всех патриотических сил страны с целью сохранения единого демократического государства…

— признать в этом же обращении наличие и практическую деятельность в стране таких политических партий, как «Парчам», «Хальк», «Труд», РОТА, РОБТА, ОФТА, АОТА, АМРА…

— признать единственно целесообразным в создавшихся условиях образование политического альянса — «Союз национального спасения», куда на равноправной основе, при полном согласии руководства всех политических партий, войдут все указанные организации…

— обратиться ко всем крупным лидерам вооруженной контрреволюции с призывом к мирному политическому диалогу с целью выработки компромиссной платформы создания коалиционного правительства;

— признать целесообразным способствовать созданию Исламской партии Афганистана и ее вхождению в «Союз национального спасения»…

— объявить народу о новом названии государства: «Исламская демократическая республика Афганистан», о новом гербе и государственном флаге;

— подготовить и вынести на всенародное обсуждение программу «Союза национального спасения» по национальному вопросу с объявлением права каждой народности на автономию в рамках единой и неделимой Исламской демократической республики Афганистан;

— объявить по всей территории Афганистана на период, пока не будет достигнут прелиминарный договор с вооруженной контрреволюцией, военное положение с введением чрезвычайных законов военного времени…

Все выше приведенные предложения относятся к проблемам политической сферы. Они в настоящее время имеют первоочередной характер. Немало накопилось проблем и в военной области. Их анализ и предложения — особая тема разговора…

По всем предложениям, сформулированным в письме, готов честно доложить подробное обоснование, исходя из личного практического опыта работы в ДРА в течение многих лет и знания афганской реальности на различных уровнях… Одновременно докладываю о своей готовности к практическому решению проблем, вытекающих из указанных предложений. Убежден, что все предложенное можно реализовать практически, если будет проявлена наша политическая смелость и самокритичность, масштабность мышления и забота об интересах Родины, а не о корпоративной чести мундира.»

С глубоким уважением, доктор философских наук, полковник К. Цаголов.
г. Москва, 13 августа 1987 г.

Советское руководство не сочло возможным принять предложенные меры, посчитав, что в них не содержится ничего нового и особенного, хотя, на мой взгляд, в письме дан глубокий анализ ситуации в ДРА. Нельзя сказать, чтобы автор этого письма подвергся тогда каким-то гонениям и репрессиям. Наоборот, ему вскоре было присвоено генеральское звание. Однако когда он в 1988 г. выступил с изложением своих оценок обстановки в Афганистане в открытой печати, на страницах журнала «Огонек», то был уволен из рядов Вооруженных Сил. Этот поступок был расценен как подрыв позиций Наджибуллы в судьбоносное для страны время. При этом следует заметить, что некоторые из предложений, изложенных в письме, позже пытались реализовать, но делали это часто с большим опозданием, некомплексно и частично, в силу чего каких-то существенных результатов это не принесло. Тогда еще на что-то надеялись и не смогли отказаться от политики с таким звучным названием — «политика национального примирения».

События же развивались в прежнем русле. Ведь для афганского партийного руководства политика национального примирения в ДРА была последней соломинкой, за которую оно пыталось ухватиться. Чтобы придать ПНП новый импульс, по всей стране было организовано проведение пропагандистских мероприятий, одним из которых были партийные конференции.



Донесение из Кабула (Секретно)


Об итогах партийных конференций НДПА в ДРА

Прошедшие в конце августа-сентябре во всех провинциях ДРА и в г. Кабуле партийные конференции, на которых был рассмотрен ход реализации политики национального примирения (ПНП) и избраны делегаты на II Общепартийную конференцию НДПА, явились важнейшим событием внутриполитической жизни страны. Участники конференций в целом активно поддержали курс НДПА на ускорение процесса нацпримирения, укрепление единства партийных рядов, одобрили практическую деятельность в этом плане Политбюро ЦК НДПА во главе с т. Наджибом. На конференциях делегаты заинтересованно обсуждали ход выполнения решений июньского пленума ЦК НДПА, анализировали работу своих парторганизаций, вносили предложения по ее совершенствованию и ускорению в целях процесса достижения национального согласия в стране.

Примечательным явилось то обстоятельство, что выдвижение и обсуждение кандидатур на участие в общепартийном форуме сопровождалось во многих случаях острокритической оценкой практической деятельности ряда ответственных работников центрального и местного партгосаппарата прежде всего в связи с невыполнением ими своих обязанностей, несоблюдением партийной этики, злоупотреблением служебным положением.

Атмосфера гласности и критики, царившая на многих партконференциях, была использована в некоторых провинциях (Кундуз, Джаузджан, Нангархар, Герат), а также в отдельных районах г. Кабула фракционными элементами из числа сторонников Б. Кармаля и бывших халькистов для попыток заблокировать выдвинутые по центральному списку кандидатуры и провести своих представителей. С этой целью фракционерами, нашедшими сторонников как в центральном, так и в местном партгосаппарате, велась целенаправленная обработка участников конференций, приведшая в некоторых случаях к серьезному осложнению работы конференций. Более того, в Джаузджане делегатом на конференцию практически единогласно был избран Б. Кармаль, а в 7-м райкоме Кабула — А. Ратебзад. В связи с этим была проведена индивидуальная работа со многими делегатами, в результате которой большинство отказалось от своих первоначальных взглядов, признав их ошибочными. Результаты голосования по Б. Кармалю и А. Ратебзад были аннулированы.

Учитывая такое развитие событий, руководством партии были приняты срочные меры, на наш взгляд, правильные в данной обстановке. В 7-м районе Кабула были исключены из партии и уволены с работы более 20 членов райкома во главе с секретарем. В аппарате ЦК НДПА снято с работы 10 ответственных сотрудников, замешанных в прокармалевских действиях…

Благодаря этим энергичным мерам, принятым Политбюро по инициативе т. Наджиба, возникшие осложнения удалось устранить…

Определенное недовольство партийцев, избранных делегатами на 2-ю Всеафганскую партконференцию, вызывает интенсивная работа специально созданной в Политбюро ЦК НДПА комиссии по выявлению их точки зрения на события, происходящие в партии и государстве. Все члены этой комиссии (Наджиб, Нур, Зерай и Размджо) в ходе индивидуальных бесед настоятельно разъясняют недопустимость выступления на предстоящей конференции с крыльевых позиций против курса партии на национальное примирение. Считаем, что такая работа в нынешних условиях правомерна, хотя некоторое нарушение внутрипартийной демократии и имеет место.

…Однако в партии все еще сохраняются элементы самоуспокоенности, иждивенчества, недооценки важности работы по укреплению связей с массами, ведению постоянной разъяснительной работы. О последнем, в частности, свидетельствует то обстоятельство, что большинству жителей Кабула мало что известно о работе городской конференции. Ее итоги, как и итоги всех прошедших конференций, слабо разъясняются как рядовым членам партии, так и среди населения, что используется противниками партии для распространения различных враждебных слухов и измышлений…

П. Можаев (МИД), В. Варенников (МО), В. Голованов (КГБ),
октябрь 1987 г.

Крупнейшим событием в жизни НДПА стала партийная конференция по национальному примирению, проведенная 18-20 октября 1987 г. и утвердившая новую редакцию «Программы действий». Конференция резко поставила вопрос о единстве партийных рядов, показала сквозь призму острых практических задач, что если НДПА не укрепит свои ряды, она не выдержит напора вооруженной оппозиции.

Много внимания было уделено военным вопросам. В частности, на конференции было проанализировано и объявлено, что конкретно сделано для укрепления ВС ДРА с 1982 г. Приведу некоторые факты на основе анализа материалов конференции, они в корне разнятся с той картиной, которую нарисовал в своем письме К. Цаголов (читатель может убедиться, как НДПА успокаивала… себя и тешилась чисто количественными показателями, достоверность которых практически у всех вызывала сомнение).

По утверждению политического руководства ДРА:

«Общая численность Вооруженных сил Афганистана возросла с 1982 по 1987 г. на 127 тыс. чел., в том числе армии — на 40, царандоя — на 30 тыс. Практически заново созданы органы госбезопасности. Если в 1360 г. (1981 г.) пограничников было 8 тыс., то сегодня созданы пограничные войска, в которых в 1366 г. (1987 г.) служит уже 30 тыс. чел. Раньше вообще не было территориальных войск, на момент проведения Общепартийной конференции НДПА по национальному примирению их — 36 тыс. Пограничных малишей (стражей) — 16 тыс. чел, В отрядах, группах самообороны, которых прежде также не было, — около 42 тыс. чел. На вооружении ВС ДРА современная боевая техника и отличное вооружение, «в том числе такое, которого нет и быть не может у бандгрупп».

Предмет гордости НДПА — количественный и качественный рост партийных организаций Вооруженных сил. По сравнению с 1360 г. (1981 г.) общая численность первичных партийных организаций в армии увеличилась более чем в 2 раза, в царандое — в 2,3 раза, в органах безопасности почти в 8 раз. Что касается партийной прослойки, то в армии она возросла за этот период среди офицеров с 58 до 83%, среди сержантов — с 17 до 47%, среди солдат — с 5 до 11%.В Царандое число партийцев увеличилось в 2,5 раза. В органах госбезопасности — в 6 раз. Значительно возросли и окрепли за этот период организации ДОМА в Вооруженных силах.

Особо подчеркивалось: «В 1360 г. среди офицеров Вооруженных сил высшее и среднее образование имели 32 тыс. чел., в 1366 г. — свыше 54 тыс. Среди руководящих командных и политических кадров число пуштунов возросло до 55%, таджиков — до 35%, хазарейцев — до 1,6%, узбеков — до 2,2%, других национальностей — до 6,2%.

НДПА и правительство ДРА постоянно держат в центре своего внимания вопросы службы, жизни и быта солдат и сержантов, совершенствования политико-воспитательной работы. В соответствии с новым Законом «О всеобщей воинской обязанности» существенно сокращены сроки действительной и резервистской военной службы. От 7 до 25 раз увеличены размеры денежного содержания солдат и сержантов».

Конференция констатировала: главным итогом работы НДПА и правительства ДРА по укреплению ВС явился рост их боеготовности и боеспособности. С учетом накопленного опыта и для повышения ответственности и самостоятельности Советов обороны провинций упразднены Советы обороны зон. С начала четвертого квартала 1365 г. (1986 г.) создана и ежедневно действует Ставка Верховного Главного Командования.

В последние 9 месяцев 1366 г. (1987 г.) соединениями и частями армии, царандоя и органов госбезопасности проведено свыше 50 успешных боевых операций против бандгрупп. Что касается Кандагарской операции, то она продолжалась более двух месяцев. Обстановку как в Кандагаре, так и в провинции в последние годы определяли мятежники, всячески препятствуя деятельности партийных и государственных органов. Постепенно Кандагар превратился в самый тяжелый и опасный район страны.

Учитывая все это, Ставкой ВГК было принято решение подготовить и провести крупномасштабные боевые операции с целью решительного изменения военно-политической обстановки в провинции в пользу республики. Противник понес большие потери в людях и вооружении. Значительное количество главарей банд было уничтожено или бежало в Пакистан. Население, как было подчеркнуто на конференции, «воочию убедилось в силе государственной власти и наших Вооруженных сил». Обстановка в городе и провинции значительно улучшилась.

Еще в ходе боевых действий были предприняты меры по мобилизации всех возможных сил и средств для проведения политических, агитационно-пропагандистских мероприятий, а также решения социально-экономических вопросов. По всем этим проблемам Политбюро ЦК НДПА приняло специальное постановление.

Заявлено:«В ходе операций уже в этом году противник потерял около 18 тысяч человек, громадное количество военной техники и боеприпасов. Достаточно назвать одну цифру: наши воины спасли города и кишлаки от более 100 тысяч ракет. В то же время существенно расширились миротворческие функции Вооруженных сил ДРА.

Сотрудники и боевые подразделения МГБ принимают непосредственное участие в разгроме непримиримых бандформирований мятежников, вскрывают и пресекают акции террористов и диверсантов, разоблачают и нейтрализуют антинародную деятельность контрреволюционного подполья. Одновременно они вносят существенный вклад в реализацию курса партии на достижение мира в стране путем оказания помощи запутавшимся во враждебной пропаганде мятежникам. В настоящее время подразделениями вооруженных сил из 99 караванных путей и маршрутов, используемых душманами, контролируется 74.

Ярким проявлением возросшей боевой и политической закалки являются массовый героизм их личного состава, проявляемый в боях с врагом. За стойкость, мужество и храбрость 10 воинских частей удостоены почетного наименования «героических». Более 30 тысяч офицеров армии, царандоя и органов госбезопасности награждены орденами и медалями ДРА, 143 офицерам присвоены генеральские звания. Высшей награды республики — звания Герой ДРА — удостоено 13 военнослужащих: Фаиз-Мухаммад, Ахмадуддин, Саид Хабиб, Гулям Фарук, Мухаммад Хасан, Ахмад Саид, Ахтар Мухаммад, Джума-хан, Шерзамин, Мухаммад Джума, Абдул Рашид Дустом, Кабули, Сахебджан».

Конференция приняла обращение к афганскому народу (приложение № 6).

Следует заметить, что с момента объявления ПНП, и особенно накануне проведения общепартийной конференции, главные усилия были направлены на сплочение высших эшелонов партии — Политбюро ЦК НДПА и Секретариата ЦК, аппарата ЦК НДПА, а также повышение роли и авторитета Генерального секретаря ЦК НДПА, развитие принципов коллективного руководства и личной ответственности каждого партийца за порученное дело.

Позитивные изменения наметились в этот период в организации и проведении агитационно-массовой и пропагандистской работы. Она была приближена к конкретно-историческим особенностям афганского общества. К работе с населением удалось привлечь многих видных религиозных деятелей, авторитеты из деловых кругов и племен, а также лиц из числа бывших оппозиционеров. В арсенале средств пропагандистского воздействия на массы кроме печати, радио и телевидения стали использоваться публичные выступления Генсека, других руководителей партии, агитотряды, листовки, трибуна парламента, а также традиционные места распространения информации — мечети и базары (распространение слухов).

После XVIII пленума ЦК НДПД, усилилась борьба с коррупцией, с клановой и родственной групповщиной, недисциплинированностью, бюрократизмом, вредительством, протекционизмом. Хороший резонанс в партии и народе вызвали постановления Политбюро ЦК НДПА о соблюдении партийной этики руководящими кадрами, о наказании ряда ответственных сотрудников прокуратуры за различные злоупотребления служебным положением, о службе в вооруженных силах детей руководящих работников. Но работа эта носила скорее показной характер и не затрагивала высший эшелон партии.



Справка


В 1986-7957 гг. за нарушение Устава партии из НДПА исключено 5967 человек. За взятки, хищения и злоупотребления должностным положением — 478. За отказ от службы в Вооруженных силах — 557 чел.

Афганский источник, 1987 г.
(перевод с дари)

На основе принципов примирения в ноябре 1987 г. была проведена Лойя Джирга, избравшая Президента Республики — Наджибуллу сроком на семь лет, изменившая развернутое название страны, убрав слово «демократическая». Получилось: «Республика Афганистан» (РА). Этим самым как бы подтверждался отказ от демократического пути развития.

Лойя Джирга утвердила текст новой Конституции Республики Афганистан, состоящей из 149 статей, сменившей временную конституцию «Основные принципы ДРА», опубликованную еще в апреле 1980 г.

В период проведения Лойя Джирги в Кабуле началась совместная операция под кодовым названием «Магистраль». Руководитель операции — командующий 40-й армией генерал-лейтенант Б. В. Громов. Операция была проведена в ноябре 1987 г. — январе 1988 г. и прошла исключительно успешно, с минимальными потерями.

Ее цель — деблокирование дороги Гардез — Хост и проводка в окружной центр автомобильных колонн с продовольствием, горючим и другими предметами первой необходимости, а также демонстрация возможностей правительства по решению сложных задач — была достигнута полностью.

Решающий вклад в достижение успеха операции внесли десантники 103-й вдд (командир полковник П. С. Грачев), захватившие перевал Сатукандав, названный западными средствами массовой информации «неприступным бастионом, о который русские сломают себе зубы».

О характере тех боевых действий можно судить, познакомившись с воспоминаниями старшего помощника начальника оперативного отделения воздушно-десантной дивизии кавалера трех боевых орденов А. Н. Шишкова: «28 ноября после безуспешно проведенных переговоров соединения и части армии и афганских войск начали боевые действия. Предварительно решением командующего армией в район перевала с целью вскрытия системы огня мятежников, особенно противовоздушной, был выброшен «воздушный десант» (20 манекенов). Это позволило командирам артиллерийских групп разведки и корректирования огня выявить размещение огневых точек противника. Затем по опорным пунктам и огневым позициям моджахедов были нанесены удары армейской и фронтовой авиацией, проведена четырехчасовая артиллерийская подготовка.

29 ноября после непродолжительной артподготовки мотострелковый полк (без батальона) начал выход к предгорьям с задачей в пешем порядке захватить господствующие высоты на хребте, выставить усиленные сторожевые заставы и тем самым воспрепятствовать подходу резервов противника к перевалу Сатукандав с северо-восточного направления (со стороны Парачинарского выступа).

Противник открыл сильный огонь по подразделениям полка. Нерешительность в действиях его командования, излишняя перестраховка вынудили приостановить боевые действия полка на начальном этапе операции. В ночь на 30 ноября мятежники, прекрасно зная местность и используя ошибки и просчеты командиров, с разных направлений атаковали мотострелковые батальоны, нанеся им серьезные потери.

Командующий армией генерал Б. В. Громов решил привлечь для захвата высот подразделения воздушно-десантной дивизии. На главном направлении действовали 1-й пдб (парашютно-десантный батальон) и афганский батальон «командос». Надо сказать, что десантников, как правило, бросали на самые опасные и ответственные направления. Командир батальона майор Петров быстро организовал взаимодействие и начал выход на господствующие высоты. Десантники сразу же захватили их, прикрывая выход других групп на хребет. Противник огнем из крупнокалиберных пулеметов и минометов оказывал сопротивление батальонам и пытался воспрепятствовать продвижению советских и афганских подразделений на перевал. В это время дивизионная артиллерийская группа по вызову командира батальона открыла огонь по позициям и выявленным огневым точкам мятежников, подавляя их и обеспечивая стремительный выход десантников на главный хребет. Моджахеды не ожидали этого и начали отходить со своих позиций. Воспользовавшись небольшой паникой у мятежников, майор Петров совершил маневр и нанес удар противнику во фланг и тыл. Одновременно артиллерия и авиация воспрещали подход резервов противника.

Моджахеды, не имея точных данных о численности советских и афганских войск, вышедших им во фланг и тыл, стали поспешно отходить с перевала, бросая тяжелое оружие и боеприпасы на огневых позициях. В этих условиях батальоны с ходу овладели перевалом и закрепились на нем. Тем самым в результате решительных и смелых наступательных действий парашютно-десантного батальона и батальона «командос» был захвачен важнейший оборонительный узел (перевал Сатукандав) — ключ ко всей оборонительной системе противника…»

К этому рассказу добавлю, что после потери перевала мятежники больше не оказывали серьезного сопротивления и операция дальше развивалась без осложнений.

Подводя итоги боевых действий в 1987 г., руководитель ОГ МО СССР в РА отмечал: «В 1987 году проведено 18 совместных боевых Действий (наиболее крупные из них «Шквал», «Энергия», «Блокада», «Магистраль»), 25 частных и 610 реализаций разведывательных данных. Вскрыто и уничтожено около 1000 караванов, проведено более 7000 засадных боевых действий, 24 раза соединения и части участвовали в поддержке самостоятельных боевых действий ВС РА…» Таким образом, война в Афганистане продолжалась, и напряженность боевых действий не снижалась.

В соответствии с рекомендациями советских представителей основные усилия афганского руководства в этот период были сосредоточены на укреплении государственности в стране (президент — губернатор провинции (виалет) — начальник уезда (вулусвали) — начальник волости (алакадари) — начальник кишлака); образовании коалиционного ядра в руководстве провинций (особое внимание — основным лицам: секретарь провинциального комитета НДПА, губернатор, старший воинский начальник, командующий царандоя, начальник провинциального управления службы госбезопасности); ликвидации оргядер «народной» власти в тех уездах и волостях, где их не принял народ, и передачи власти местным авторитетам, то есть организации самоуправления; создании блока прогрессивных партий; борьбе за единство НДПА; постоянной работе Генсека с основными лицами партии и создании надежного окружения лидера преданными соратниками. Особое внимание уделялось укреплению ВС РА, созданию гарантированной защиты жизненно важных районов и коммуникаций за счет переброски сил и средств с второстепенных направлений; обеспечению контактов, диалога и компромиссов с внутренней и внешней оппозиции, а также афганской эмиграцией и т. п.



Документ (Секретно)


Министру обороны СССР
генералу армии
товарищу Язову Д. Т.

Докладываю.

…После визита т. Шеварднадзе Э. А. т. Наджибулла попросил встретиться с т. Лаеком для беседы. Следует отметить, что между Наджибуллой и Лаеком существуют очень близкие отношения. Они часто встречаются наедине для обсуждения различных вопросов, прежде чем вынести их на Политбюро или Совет обороны. За последние 1,5 года Наджибулла неоднократно направлял ко мне Лаека для откровенных бесед, содержание которых несомненно передавалось Наджибулле.

10 января с. г. встреча с Лаеком состоялась. Он прибыл под видом обсуждения обстановки в районе Гардез — Хост, на самом же деле его интересовало мнение советских представителей об итогах визита т. Шеварднадзе Э. А. в Кабул.

В начале беседы поделился с Лаеком нашими оценками влияния встреч т. Шеварднадзе Э. А. на партгосаппарат страны. Лаек при этом подтвердил наш вывод о том, что афганское руководство окончательно поняло, что советские войска вскоре начнут выводиться из Афганистана, и это предопределяет необходимость решительных шагов по закреплению позиций режима, НДПА, дальнейшей стабилизации обстановки в стране.

Далее изложил Лаеку важнейшие проблемы, которые должны быть разрешены в кратчайшие сроки. Он согласился, что крайне необходимо:

  1. Форсировать проведение выборов в местные органы власти (кишлак, уезд, провинция). В ходе выборов народ сам должен решать, кого выбирать. Смело идти на привлечение в органы власти и главарей местных банд…
  2. Упрочить позиции государственной власти. Главной фигурой в провинции должен стать губернатор. Пересмотреть руководящее звено провинциального уровня и убрать лиц, не пользующихся авторитетом у населения…
  3. Укрепить партию. На предстоящем пленуме ЦК НДПА определить роль и место НДПА в новых условиях (многопартийность, коалиция, предстоящий вывод советских войск) и тактику ее дальнейших действий сейчас и на перспективу…
  4. Форсировать укрепление блока левых сил и активное подключение его к политическим процессам в стране…
  5. Сосредоточить усилия на 8-9 ключевых провинциях (Кабул, Герат, Кандагар, Пактия, округ Хост, Нангархар, Джаузджан, Балх, Кундуз), прочно удерживая запад, юг, частично восток Афгнистана.
  6. Приступить к созданию коалиционного правительства сейчас, пока в стране находятся советские войска. Для этого необходимо искать неординарные пути, устанавливать контакты и использовать все возможности для работы с наиболее влиятельными главарями, такими, как Ахмад Шах, Джелалуддин.

Лаек по вопросу об укреплении партии заверил, что это нетрудно достичь. Достаточно пресечь фракционизм в высшем эшелоне, и все будет в порядке. По его словам, разногласия в среднем и низшем звеньях партийного аппарата не носят острого характера и легко устранимы. Необходимо добиться единства Политбюро, выведя из его состава 3-4 члена, активно занимающихся фракционной деятельностью. Кто эти члены — Лаек не назвал.

…Лаек отметил, что политика национального примирения является единственно правильным путем решения афганского вопроса. При ее проведении афганские руководители не должны спугнуть оппозицию — «двери для переговоров должны быть открытыми».

Сказал Лаеку, что оппозиция в эти двери сама не поползет. Ее нужно настойчиво приглашать к переговорам, при этом к переговорам на равных, чтобы оппозиция могла сохранить свое политическое лицо. Только в этом случае можно на что-то рассчитывать. Длительное время в отношении непримиримых главарей применялся только один метод — активные боевые действия. Сейчас настало время еще раз пересмотреть отношение к авторитетным главарям и по каждому персонально принять решение. Главное — тянуть их на контакты, на переговоры, к участию в коалиционных органах власти, предлагать им конкретные престижные посты в провинциях и в центре.

Одновременно решать проблему сужения влияния крупных главарей путем откола мелких отрядов и групп. Не все афганские руководители правильно понимают этот вопрос. До сих пор не отменен приговор Специального ревсуда ДРА, который в 1986 г. вынес заочно смертный приговор семи крупным и авторитетным главарям, в том числе А. Шаху и Джелалуддину. По афганскому телевидению раздаются угрозы в адрес этих главарей. Все это явно не способствует установлению с ними контактов.

Лаек согласился с этими доводами. Однако выразил сомнение в том, чтобы А. Шах и ему подобные сели за стол переговоров (хотя афганские товарищи еще и не пытались предложить это), так как надеются на то, что отсутствие единства в НДПА приведет к уничтожению партии, что облегчит им захват власти…

Источник информации:
Доклад руководителя ОГ МО СССР январь 1988 г.

В итоге реализации политики национального примирения в ряде провинций были назначены беспартийные или относящиеся к другим партиям губернаторы, в том числе ранее принадлежащие к оппозиции. Внешне активно предпринимались шаги по созданию коалиционных органов управления. Это принесло некоторые результаты и способствовало снижению напряженности во многих «горячих» районах страны (Герат, Кандагар, Джелалабад, Урузган, Гильменд). Этим самым также были созданы необходимые условия для возвращения беженцев в Афганистан.



Справка


Афганские беженцы в Пакистане и Иране

В свете проводимой руководством Республики Афганистан политики национального примирения и предпринимаемых афганской и советской сторонами усилий по нормализации обстановки вокруг Афганистана все большее значение приобретает проблема афганских беженцев. Острота и важность данной проблемы определяется рядом факторов, главным из которых является многочисленность афганской колонии за пределами РА (более 4,5 млн. чел., что составляет около 25% всего населения страны), значительная по своим масштабам вовлеченность беженцев в антиправительственную деятельность, неизбежность серьезных дополнительных материальных затрат для обеспечения возвращения этой категории афганцев на родину и приобщения ее к мирному труду. Решение проблемы беженцев осложняется еще и тем, что все страны, ведущие необъявленную войну против республики, стремятся удержать их основную массу под влиянием оппозиции, создать дополнительные препятствия на пути возвращения афганцев на родину, продолжить использование данной проблемы для обоснования своего антиафганского курса и антисоветских демаршей на международной арене.

Наибольшее число беженцев находится в настоящее время в Пакистане (3 млн. чел.) и в Иране (1,5 млн. чел.). Незначительные по численности колонии беженцев образовались в Индии (13 тыс. чел.), арабских государствах зоны Персидского залива (около 25 тыс. чел.), Турции (20 тыс. чел.). В странах Западной Европы и в США находится афганская политическая эмиграция королевских и даудовских времен (всего не более 30 тыс. чел.).

Основная масса беженцев — это бывшие жители приграничных с Пакистаном и Ираном провинций РА и кочевники пограничных пуштунских племен, покинувших Родину под воздействием репрессий периода правления Хафизуллы Амина, враждебной пропаганды и принудительных мер со стороны контрреволюции, а также ввиду того, что места их прежнего проживания оказались в зоне боевых действий. По своему социальному составу контингент беженцев относительно однороден. Около 90% из них — это представители беднейших и средних афганских слоев (крестьяне, ремесленники, торговцы). Вместе с тем в Пакистане и Иране осело немалое число представителей гражданского и военного аппарата дореволюционных режимов, интеллигенции, высшего духовенства, крупных буржуа и помещиков.

Главным источником существования для рядовых малоимущих беженцев является гуманитарная помощь, выделяемая по линии Верховного комиссариата ООН по делам беженцев и перемещенных лиц, других международных организаций стран и благотворительных обществ. Ежегодно по этим каналам поступает около 1 млрд. дол. Вторым по значению источником является экономическая деятельность самих беженцев в приграничных с Афганистаном районах (обработка земли, скотоводство, ремесленничество, торговля). Вовлечены они и в контрабандную торговлю оружием, наркотиками, продовольствием и потребительскими товарами. Для многих афганских семей, оказавшихся в лагерях беженцев, источником доходов являются также выплаты со стороны оппозиционных группировок за участие в антиправительственной деятельности на территории РА в составе вооруженных формирований. Все их деяния оплачиваются.

Положение простых афганцев в Иране и Пакистане, особенно тех, кто находится в лагерях беженцев, довольно сложное. Как иранские, так и пакистанские власти пытаются извлечь максимальную для себя выгоду от пребывания на их территориях многочисленных колоний афганцев. Как в Иране, так и в Пакистане единицы содержатся в специальных лагерях (в&nnbsp;Пакистане — свыше 300, в Иране — 100). Это позволяет местным властям осуществить жесткий контроль над их деятельностью, вести целенаправленную идеологическую обработку, контролировать распределение эмоций, присваивая значительную ее часть и используя это в качестве средства воздействия на беженцев. Известно, что до проживающих в лагерях в Пакистане афганцев доходит только 1/6 часть поступающих средств и пожертвований. Остальное остается в руках пакистанских властей, передается главарям оппозиции, разворовывается представителями пакистанской лагерной администрации. В Иране афганских беженцев используют на ирако-иранском фронте.

Основные лагеря афганских беженцев:

  • в Пакистане: Читрал, Севай, Харипур, Кача-Гархи, Насербат, Факирабад, Саранан, Зардаккот, Миянвали, Бонну, Азим-Банда, Хату, Матасангар, Камкол-Шариф, Азахейль-Бала, Пабби, Какабиян, Дамадола и др.;
  • в Иране: Бирджанд, Тебесе-Месина, Тайабад, Тебес, Заболь, Захедан и др.

Тяжелые материальные условия в лагерях, жесткие административные ограничения и фактически полное бесправие беженцев способствуют формированию у значительной их части настроений в пользу возвращения на Родину. Единственным условием для этого в среде беженцев считают установление мира в Афганистане…

В целях сохранения своего влияния в среде афганцев за рубежом руководством контрреволюционных партий при содействии иностранных советников уже в первые месяцы после объявления курса на национальное примирение был разработан конкретный план мероприятий по противодействию мирным усилиям властей РА. В лагерях беженцев ведется активная антиправительственная пропаганда с участием лидеров оппозиции, крупных главарей, авторитетов прежних режимов, а также представителей посещающих лагеря иностранных делегаций из США, ФРГ, Франции, Саудовской Аравии, Китая и других стран. Основной акцент делается на запугивание беженцев репрессиями со стороны органов безопасности республики и советских войск. Те лагеря, в которых наиболее развиты возвращенческие настроения, блокируются вооруженными группами мятежников. Одновременно предпринимаются меры по снижению напряженности в них путем разовых увеличений материальной помощи и улучшения условий жизни. В отношении активных сторонников политики национального примирения используются репрессии и террор.

Оппозиция и поддерживающие ее международные силы рассматривают многочисленные колонии беженцев в Иране и Пакистане в качестве основной и практически неиссякаемой базы для пополнения своих вооруженных формирований, действующих на территории РА, и поэтому стремятся не допустить резкого сокращения их численности. Особое внимание уделяется проживающим в лагерях детям и подросткам, для которых созданы специальные школы, где главное внимание уделяется их воспитанию на догматах ислама. Ежегодно контрреволюции удается набирать из числа беженцев и подготавливать в центрах подготовки до 75 тыс. мятежников.

Что касается иранского правящего духовенства, то оно в работе с афганскими беженцами стремится также сделать их убежденными сторонниками и проводниками идей «исламской революции» в Афганистане.

Источники информации: МГБ РА, РУ ГШ ВС РА,
штаб 40-й армии, ГРУ ГШ ВС СССР,
советские посольства в Афганистане, Пакистане и Иране,
1987 г.

Выдвижение концепции национального примирения по-новому поставило также вопрос о месте и роли НДПА в политической системе страны. Предлагая компромиссы другим, она сама должна была отказаться от монопольного права на власть в обществе и разделить ее с другими демократическими силами. Однако этот процесс понимался своеобразно. По-прежнему не предпринимая реальных шагов навстречу лидерам «Альянса-7» и «Союза-8», кабульские власти надеялись образовать коалицию с политическими импотентами. Для этого… начал (в приказном порядке) формироваться блок левых партий.



Создание «новых партий» и фронта «сил»


2 июля 1987 г. Революционным советом ДРА был утвержден «Закон о партиях». В законе разъяснялось, что политические партии могут создаваться, если в них насчитывается не менее 500 членов. Определялись права и обязанности политических партий. В частности, с момента регистрации устава они имели право: объединяться в Национальный фронт; выставлять своих кандидатов при выборах в органы государственной власти; входить в политический союз с другими партиями временно или постоянно; свободно и открыто высказывать свое мнение по политическим, социальным, экономическим и культурным вопросам, сообразуясь с положениями Закона; учреждать свои печатные издания либо использовать печатные государственные издания в соответствии с Законом; осуществлять другие Функции, руководствуясь своими установками, целями, задачами и законодательством республики.

Формированию фронта левых сил объективно способствовало то обстоятельство, что на контролируемых правительством территориях легально или полулегально действовали политические партии и группировки левого направления. При этом они не составляли единого монолитного политического оппозиционного НДПА блока, а представляли, по сути дела, систему уже связанных между собой сил, функционирующих либо в рамках правящей партии (крылья, фракции, группы и т. п.), либо существующих в качестве отдельных группировок (так называемые леводемократические организации), претендующих на право называться партиями. Большинство из них по различным причинам в разное время откололось от НДПА, некоторые из их партийцев имели двойное членство в партиях (в том числе в НДПА). Конечно, трудно было с их помощью рассчитывать на какую-то стабилизацию, но пытались хотя бы создать видимость коалиционности, надеясь вовлечь в последующем в этот процесс и представителей оппозиционных партий.



Справка (Для служебного пользования)


Леводемократические группировки в Афганистане:

  • Революционное общество трудящихся Афганистана (РОБТА);
  • Крыло авангарда молодых рабочих Афганистана (АМРА);
  • Авангардная организация трудящихся Афганистана (АОТА);
  • Революционная организация трудящихся Афганистана (РОТА);
  • Организация авангарда трудящихся Афганистана (ОАТА);
  • Организация трудящихся Афганистана (ОТА);
  • Исламская народная партия Афганистана (ИНПА);
  • Крестьянская партия справедливости Афганистана (КПСА);
  • Организация спасения афганской нации (СИМА, ОСАН);
  • Объединенный союз народа Афганистана (СОХА);
  • Авангард молодых рабочих Афганистана (АМРА) и др.

(Подробная их характеристика — приложение № 7).

Деятельность Народно-демократической партии Афганистана по привлечению к себе в союзники различных политических группировок и партий можно условно разделить на два этапа.

Первый этап охватывает период 1980-1986 гг., то есть до XVIII пленума ЦК НДПА. Тогда Бабраком Кармалем в основном декларировалась линия на расширение социальной базы государственной власти. Но для самого расширения ничего не делалось. В то время характерным было нежелание обеих сторон идти на компромиссы и искать общие точки соприкосновения в борьбе за прекращение кровопролития, братоубийственной войны, нормализацию обстановки в стране. Б. Кармаль и его сторонники не желали сотрудничать ни с кем, не хотели делиться какой-либо властью, а наоборот, создавали у партийцев уверенность в том, что с леводемократическими силами нельзя найти общего языка ни по одному вопросу и с ними нереально вести какой-либо конструктивный диалог.

Обращения леводемократических и буржуазных организаций с предложениями о сотрудничестве в органах управленческих структур отвергались на том основании, что НДПА взяла власть без чьей-либо помощи. Поэтому делить ее она ни с кем не намерена. Этот этап можно назвать этапом упущенных возможностей.

Второй этап начался в 1987 г. С момента провозглашения курса на национальное примирение НДПА изменила тактику в отношении леводемократических и других миролюбиво настроенных политических организаций. Она стала приглашать их к себе в союзники, не старалась вовлекать членов этих группировок в НДПА и создавать видимость многопартийности. Но на самом деле НДПА пыталась установить свой контроль над этими организациями.

В ноябре 1987 г. были легализованы, а затем указом Президиума Революционного совета РА официально зарегистрированы партии: Революционная организация трудящихся Афганистана (РОТА), Организация трудящихся Афганистана (ОТА), Исламская народная партия Афганистана (ИНПА), Партия крестьянской справедливости Афганистана (ПКСА) и др.

С лидерами РОТА многократно встречался руководитель Оперативной группы МО СССР, им оказывалась помощь вооружением и боеприпасами для оснащения формирований, а также активно проводилась работа по привлечению их к сотрудничеству. Сошлюсь на один из докладов министру обороны СССР по этому поводу:

«11 мая с. г. встретился с руководителями РОТА (Революционная организация трудящихся Афганистана) тов. Кушани (председатель Госплана), Кавой (министр горных дел и промышленности) и Баглани (министр юстиции) по их настоятельной просьбе.

В начале беседы проинформировал руководителей РОТА на примере нескольких провинций (Нангархар, Кандагар) о положении в стране в период подготовки к выводу советских войск. Отметил необходимость смелее идти на контакт с оппозицией, выводить оргядра, не пользующиеся поддержкой населения, укреплять единство в руководстве провинций.

Руководители РОТА согласились с данной оценкой и в свою очередь высказали свое мнение по развитию военно-политической обстановки в стране.

Они отметили необходимость укрепления союза всех прогрессивных сил в стране, что приобретает особенно большую значимость в условиях вывода советских войск из Афганистана. Имеются большие возможности по расширению контактов с оппозицией и привлечению многих ее членов на сторону государственной власти. Однако, по мнению руководителей РОТА, позиция НДПА препятствует этому процессу. Отмечаются случаи невыполнения обязательств, взятых НДПА, по отношению к перешедшим на сторону правительства вооруженным формированиям оппозиции, в результате чего некоторые из них вернулись в ряды контрреволюции.

Касаясь блока левых партий, руководители РОТА отметили, что блок существует только на бумаге, используется НДПА преимущественно в пропагандистских целях. Свидетельством этому является отношение НДПА к РОТА. Протокол о сотрудничестве между НДПА и РОТА в полном объеме не выполняется. Приложение к протоколу, в котором содержатся обязательства НДПА к РОТА, по настоянию руководства НДПА не опубликовано. Руководство ряда провинций не знает о его существовании, в результате чего РОТА не получает никакой помощи, а в некоторых случаях сталкивается с открытым противодействием представителей НДПА в провинциях.

Руководители РОТА считают, что НДПА боится превращения РОТА в реальную силу в северных провинциях страны и всячески затягивает принятие решений по предложениям РОТА. Так до сих пор не принято окончательное решение по созданию 9 полков и 14 батальонов из сторонников РОТА в северных провинциях Афганистана. При проведении кадровых перестановок на провинциальном уровне не учтены интересы РОТА. Партии выделен только один пост губернатора провинции. Выделение же руководству РОТА трех министерских постов (юстиции, горных дел и промышленности и Госплана) не имеет такого важного политического значения, как предоставление должностей губернаторов, так как судьба страны решается не в Кабуле, а в провинциях.

Руководители РОТА высказали свою поддержку Наджибулле как президенту Республики, подчеркнув, что всегда будут придерживаться пожелания т. Шеварднадзе Э. А. укреплять позиции президента. Одновременно они отметили, что в НДПА продолжается фракционная борьба и Наджибулла является лидером самой слабой ее фракции. Здоровые же силы НДПА ведут переговоры с РОТА (конкретные лица при этом не назывались).

Далее руководители РОТА дали оценку возможного развития военно-политической обстановки после вывода советских войск из Афганистана. По их мнению, обстановка в стране резко обострится. Может начаться тяжелая братоубийственная война за разделение сфер влияния. Поэтому оставшееся до вывода советских войск время необходимо максимально использовать для укрепления формирований РОТА, являющихся единственной силой, способной обеспечить сохранение позиций народной власти на севере Афганистана.

В связи с этим они просили передать формированиям РОТА военные городки, боевую технику и вооружение советских войск, выводимых из северных провинций, оказать помощь в завершении укомплектования техникой и вооружением формирований РОТА Бадахшана до вывода из провинции 860-го омсп и 24-го пп. В этом случае руководители РОТА обещали обеспечить в Бадахшане стабильную обстановку.

Рассматривая возможность привлечения общего главаря ИОА провинции Бадахшан Басира к сотрудничеству, руководители РОТА отметили, что он ведет переговоры с целью выиграть время. После вывода из провинции советских и афганских войск Басир предпримет попытку захватить власть. Реальной силой, способной воспрепятствовать этому, могут быть только формирования РОТА.

Руководители РОТА проинформировали об установлении контактов с лидером ИОА провинции Герат Тураном Исмаилом, который в отличие от командиров племенных и территориальных формирований является политической фигурой, способной повести за собой массы. По их мнению, и в масштабах страны должен быть общепризнанный лидер, пользующийся поддержкой всего народа. Только в этом случае возможно прекращение кровопролития в стране. Сегодня такого лидера нет.

В заключение беседы руководители РОТА обратились с просьбами помочь установить прямые контакты между РОТА и КПСС, организовать празднование 20-й годовщины РОТА, оказать содействие в создании надежных источников денежных средств для РОТА. В этих целях помочь создать торговую компанию, обеспечить ее выгодными контрактами. Создать базу для органа печати РОТА.»

Мне довольно продолжительный срок пришлось поддерживать контакты непосредственно с руководителями РОТА, а также встречаться с их представителями в северных провинциях Афганистана, и должен сказать, что они кроме демагогических заявлений и критики режима НДПА никакого реального влияния на обстановку в стране оказать не могли, а в основном были озабочены получением для своих сторонников высоких государственных должностей, хотя всякий раз намекали на какие-то силы, которые якобы имелись в их распоряжении, но до поры до времени не проявлялись. Но они так и не появились.

Шаги НДПА по образованию коалиционных органов власти и привлечению на свою сторону партий и группировок левого направления были бы оправданны, если бы они не носили характер диктата. Ведь рекомендации по всем вопросам коалиционное— давались партийными советниками от КПСС, но они сами были некомпетентными в этой проблеме, так как представляли партию, являющуюся идеологом тоталитарного государства. Они никогда не были носителями демократии и не обладали опытом практической деятельности в этой области. В какой-то мере Афганистан послужил своеобразным полигоном для руководителей КПСС. В предложенной афганцам политике национального примирения проявились некоторые концептуальные подходы либеральной «демократии» по Горбачеву, которые он затем попытался применить и в Советском Союзе. Наряду с некоторыми позитивными изменениями в СССР на протяжении ряда лет фактически проводилась антигосударственная политика, направленная на развал и ликвидацию его важнейших институтов: армии, национальной внешней политики и государственной безопасности. Претендуя на роль лидеров нации, а не партии, высшие функционеры КПСС стали разрушителями собственного государства, приоритетов и ценностей, доминирующих на протяжении десятилетий. Была разыграна своеобразная «афганская драма Советского Союза», конец которой ознаменовался разрушением государства Российского, создаваемого нашими предками в течение веков. Разгул крайнего воинствующего национализма, повлекший за собой крупномасштабную дискриминацию русскоязычного населения, активизация сепаратизма, кровавые войны, сопровождающиеся тысячами жертв, неудержимый рост преступности — итоги деятельности «перестройщиков». Чему мы могли научить афганцев, какой опыт передать? Ведь мы сами даже не смогли обеспечить целостность своего государства. В Афганистане при НДПА все годы работала большая группа партийных советников, которые проводили в жизнь политику ЦК КПСС. Группа партийных советников ЦК КПСС в Афганистане работала с ноября 1978 г. по октябрь 1988 г. Всего за весь период в ее работе участвовали 316 партийных советников, 45 советников — преподавателей Института общественных наук, комсомольских советников и переводчиков. Большинство из них работали самоотверженно, с риском для жизни.

Аппарат партийных советников комплектовался за счет освобожденных работников центральных, республиканских, краевых, областных, городских и районных комитетов КПСС. Представительство советников по регионам: Москва — 42, Ленинград — 4, РСФСР — 144, Украина — 39, Казахстан — 27, Белоруссия — 12, Узбекистан — 10, Азербайджан, Таджикистан, Армения — по 5, Киргизия, Молдавия — по 4, Литва, Латвия, Грузия — по 3, Туркмения, Эстония — по 2. Всего в группе работали представители 16 национальностей.

На эффективности работы группы партийных советников сказывалась частая сменяемость руководителей группы. За десять лет на посту руководителей группы находились: С. М. Веселов, Л. И. Греков, С. В. Козлов, А. В. Романцев, В. Г. Ломоносов, Н. Т. Коняев, П. П. Можаев, Н. Г. Егорычев (два последних выполняли эту работу по совместительству с обязанностями посла).

Кроме того, у Б. Кармаля и Наджибуллы были политические советники, которые вырабатывали стратегическую линию НДПА и готовили выступления для Генеральных секретарей ЦК НДПА на различных форумах. Однако фактического влияния на положение в партии и государстве политические советники не имели, так как афганские руководители во главу угла ставили только личные свои интересы. Поэтому предпринятые меры по созданию «фронта партий» существенных результатов в стабилизации обстановки, на что рассчитывали сторонники Наджибуллы, не дали, хотя НДПА и приобрела первый опыт создания союза с другими партиями и общественными силами для строительства на общей платформе демократического и нейтрального государства. Однако предложенная платформа оказалась слишком «размытой», а силы слишком слабыми. К тому же она не учитывала интересы многих слоев и групп общества.



Сотрудничество — главное направление ПНП


Провозглашая политику национального примирения, афганское руководство ставило перед собой цель — создать коалиционное правительство на широкой основе, которое могло бы погасить пожар братоубийственной войны. При этом выражалось стремление к сотрудничеству со всеми политическими группировками, в том числе с внутренней и внешней оппозицией, а также с афганской эмиграцией (Захир Шах).

На январском (1988 г.) пленуме ЦК НДПА Наджибулла заявил: «Наша партия никогда не отказывалась и не откажется от власти. Но, учитывая политические реальности, сложившиеся в Афганистане, и отдавая приоритет общенациональным интересам во имя скорейшего достижения мира на нашей земле, она отказывается от монополии на власть. Отказ от монополии на власть и отказ от власти — это разные вещи. Именно партия выступает инициатором создания правящей коалиции на всех уровнях управления…» Но это была очередная декларация.

Руководители республики выступали с заявлениями о готовности, при условии прекращения войны, разделить власть с теми, с кем прежде велись или даже продолжались боевые действия. Оппозиции предлагались посты: премьер-министра, председателя Верховного суда, председателя Народного совета, половина министерских портфелей, а также посты заместителя министра обороны и губернаторов целого ряда провинций. Но оппозиция, рассчитывая в скором времени захватить всю полноту власти, проигнорировала эти предложения.

Ясно представляя допущенные ошибки (в том числе в отношении внутренней оппозиции) и пути их исправления, совпредставители всячески стремились к оказанию помощи и отысканию гарантированной для режима позиции, пытались обеспечить контакты, диалог и компромиссы с оппозицией. Однако, несмотря на настоятельные рекомендации, руководство РА не захотело идти на максимальное и решительное сближение с полевыми командирами (представляющими главную опасность для режима), в том числе с такими фигурами, как Ахмад Шах Масуд, Саид Джагран, Туран Исмаил, Джелалуддин и др. Признавая необходимость коалиции, шаги в их сторону делались осторожно, в расчете в первую очередь на то, что эти лидеры обязаны «первыми пойти на поклон». Это был серьезный просчет. Внутренняя оппозиция, имея реальную силу, блокировала все инициативы НДПА и стала расширять зону своего влияния. Кроме того, проведение политики национального примирения натолкнулось на активное противодействие внешней оппозиции и поддерживающих ее международных сил.

Одной из причин недоверия населения к ПНП являлось присутствие на территории РА советских войск. Это начали понимать и афганские руководители, у которых был только один шанс удержаться у власти после вывода ОКСВ — за счет компромиссов и новых политических шагов в сторону оппозиции, не допустить массового кровопролития. Но это было непросто сделать. Мы пытались спрогнозировать развитие обстановки в Афганистане и выработать упреждающие меры по ослаблению негативных последствий.



Донесение из Кабула (Секретно)


…Проведенные в последние дни обстоятельные беседы с т. Наджибуллой и другими афганскими товарищами, анализ информации, поступающей (го различным каналам, позволяют сделать определенные выводы о некоторых особенностях текущей военно-политической ситуации в Афганистане.

С опубликованием заявления М. С. Горбачева и Наджибуллы завершается важный период политики национального примирения, за который было сделано, как отмечают здесь, значительно больше для восстановления мира в Афганистане, чем за все предыдущие годы. Одновременно начинается качественно новая фаза развития ситуации, причем далеко не все ее слагаемые можно сейчас просчитать. Однако главное ясно — наступает рубеж, когда афганцы должны сами выяснять и решать свои проблемы теми способами, которые наилучшим образом отвечают их историческим традициям. Формы выяснения отношений будут различными, где-то связанными с вооруженной борьбой, а где-то с переговорами, с необходимостью серьезных уступок прежде всего, видимо, со стороны правительства. Но это будет именно афганское решение афганских проблем.

Афганские товарищи понимают, что особенно ответственным будет первое время после вывода советских войск, когда вооруженная оппозиция, судя по всему, попытается развернуть массированный нажим на правительственные силы. Как считает т. Наджибулла, важно выстоять в течение двух-трех месяцев, после чего оппозиция начнет выдыхаться, возникнут различные обстоятельства, которые ее будут ослаблять. Скорее всего правительственным силам придется на некоторых участках уступить, причем, по мнению начальника Генштаба Ш. Н. Таная, следует, возможно, заранее покинуть те пункты, где у оппозиции заведомо имеется военное преимущество. Это надо сделать для того, чтобы оппозиция не смогла затем каждый свой локальный успех изображать как большую военную победу.

…С уходом советских войск оппозиция лишается возможности использовать антисоветизм в качестве объединяющего фактора. Наиболее острый характер принимают противоречия между командирами внутренней контрреволюции, действующей в самом Афганистане, и лидерами их собственных партий, находящимися за рубежом, в основном в Пакистане.

По мнению т. Наджибуллы, возможны два основных варианта. Первый — это тяжелые, широкомасштабные бои с контрреволюцией; второй — более благоприятный, когда вопросы будут решаться не столько военным путем, сколько путем различных комбинаций, компромиссов, переговоров с использованием клановых, национальных, земляческих отношений.

Сам т. Наджибулла склонен считать, что обстановка будет развиваться не по худшему варианту. К этим мыслям он возвращался неоднократно, и каждый раз в его высказываниях звучал оптимизм.

…Ситуация в Афганистане, как она видится в настоящее время, подтверждает, что избрание т. Наджибуллы президентом уже приносит ощутимые результаты. В частности, в последнее время ряд крупных деятелей внутренней оппозиции стремится к установлению контакта с т. Наджибуллой. Судя по их высказываниям, они придают большое значение как раз тому, что имеют теперь дело не с партийным деятелем, а с президентом. Такая же линия прослеживается и в провинциях, где командиры вооруженных групп предпочитают иметь дело с губернаторами.

Предвидеть сейчас все повороты и изгибы ситуации, конечно, не представляется возможным. Но очень важно, чтобы афганцы шли своим путем, окончательно избавились от иждивенческих настроений, сами принимали решения. Несомненно, здесь могут быть и даже будут неизбежными просчеты и пробуксовки. Но главное в том, чтобы не допустить крупных политических ошибок.

Практика подтверждает правильность основных направлений дальнейшей работы, которые определены в ходе встреч т. Горбачева М. С. с т. Наджибуллой и конкретизированы во время рабочего визита т. Шеварднадзе Э. А. в Кабул в январе с. г.

Из доклада представителей МИД, МО, КГБ и МВД СССР в Кабуле,
февраль 1988 г.

Афганские власти предпринимали ряд крупных мер по политическому урегулированию обстановки. Парламентские выборы, проведенные в апреле 1988 г., были направлены на то, чтобы придать процессу политики национального примирения новый импульс. Внепартийная личность, Мохаммед Хасан Шарк, был избран премьер-министром РА, 62 парламентских места были оставлены для оппозиционных партий. Сразу после начала вывода ОКСВ в стране планировалось сформировать коалиционное правительство во главе с X. Шарком, создать Национальный совет с избранием в него представителей внутренней оппозиции, а также отвести правительственные силы из ряда пограничных районов в интересах обеспечения условий для возвращения беженцев.

В то же время ситуация в Афганистане в первой половине 1988 г. продолжала оставаться сложной и напряженной. Наджибулла, не имея достаточной поддержки населения, вынужден был опираться в своей деятельности на партийный аппарат. Это ставило его в определенные рамки и не только не способствовало усилению его позиций как общенационального лидера, но и приводило к сужению социальной базы президентской власти и режима в целом. Не удавалось также в полной мере использовать возможности по линии премьер-министра X. Шарка, других беспартийных членов правительства и губернаторов провинций (исключение — Ф. Халекьяр в Герате и некоторые другие), видных религиозных деятелей и лидеров различных политических партий, союзников НДПА. Фактически с их помощью не было оказано заметного воздействия на улучшение обстановки в стране и установление контактов с влиятельными представителями оппозиции. Все более очевидным становилось, что за многими из них не стоят какие-либо реальные силы. К тому же руководством РА допускались нарушения законов, в частности при проведении выборов в Национальный совет.



Информация


Кампания по выборам в Национальный Совет вступила в завершающую стадию. По официальным данным, в голосовании приняло участие более 1 млн. избирателей.

Окончательные итоги будут подведены после 15.4.88 г., однако уже сейчас имеются основания утверждать, что руководство РА сможет лишь частично решать ряд важных задач в интересах формирования новой государственной структуры.

Официальная статистика хода выборов не отражает реального положения дел в силу ряда обстоятельств:

  1. Высокий процент участвующих в выборах был достигнут с прямым нарушением закона о выборах. Опасаясь возникновения ситуации, когда за предложенные кандидатуры будет подано недостаточное число голосов, что дискредитировало бы саму идею «свободных» выборов и поставило бы под сомнение правомочность НС, руководство РА приняло негласное решение о необходимости многократного (до 3-4 раз) голосования членов НДПА, военнослужащих, сотрудников госучреждений и других лиц, лояльных к госвласти, на различных избирательных участках. Подобная практика получила широкое распространение, особенно на 3-й и последующие дни выборов, когда активность избирателей стала снижаться.
    Используемые методы выборов в НС вызывают недовольство и возмущение людей, вынужденных участвовать в голосовании под нажимом.
    Так, в школе «Дружба» г. Кабула ряд преподавателей демонстративно отказались выполнять требования своего руководства голосовать по 3-4 раза на разных избирательных участках под чужими фамилиями.
    Проявления недовольства подобной практикой отмечены даже в ряде подразделений ВС РА. В частности, в отдельном агитационно-пропагандистском батальоне Главного политуправления МО РА со стороны личного состава открыто выражались претензии к своими командирам по поводу того, что солдат переодевают в гражданскую одежду и развозят для голосования сразу на нескольких избирательных участках.
    Отмечены многочисленные факты использования демонстрации «массовости» избирательной кампании учащихся школ и лицеев, не достигших 18-летнего возраста и не значащихся в списках избирателей. Показательно, что руководство подобной практикой санкционировано и поощряется представителями высшего эшелона госвласти, в том числе Наджибом.
  2. Избирательная кампания не охватила большинство населения страны и в целом ограничена крупными административными центрами. Более половины принявших участие в голосовании (даже по официальным данным) приходятся на города Кабул, Мазари-Шариф, Шиберган, Герат и личный состав МО, МВД и МГБ.
  3. Фактически вне избирательной кампании остались представители оппозиции (как вооруженной, так и «умеренной»), бойкотировавшие выборы. Данные об участии в голосовании бандформирований (несколько тысяч человек) получены в основном за счет работы с так называемыми «договорными» отрядами.

Таким образом, ход выборов в НС РА свидетельствует о том, что НДПА и проводимая политика национального примирения пока не получили должной поддержки среди различных слоев афганского общества. На настроения людей и их подход к избирательной кампании отрицательное воздействие также оказывают факты фальсификации, которые отмечаются со стороны руководства.

В соответствии с указаниями руководства «Альянса-7» их представительства в Кветте отдали распоряжения командирам формирований, действующих в юго-западных провинциях Афганистана (Заболь, Кандагар, Гильменд, Нимруз, Фарах), подготовиться к активным боевым действиям против колонн советских войск, уходящих из Афганистана. Для этого значительную часть банд-групп передислоцировать в зону коммуникации Калат, Кандагар, Гиришк, Шинданд и разместить их в кишлаках, в том числе и в контролируемых властями районах. Для обеспечения этой задачи провести соответствующую работу среди населения с целью оказания им необходимой помощи и содействия мятежникам.

При организации нападений или обстрелов колонн огневые средства использовать массированно с максимальным расходом снарядов.

Военный атташе в РА полковник В. Сень,
12 апреля 1988 г.

Созданные таким образом коалиционные органы власти оказались несостоятельными, так как в состав этой коалиции вошли в основном представители нейтральных и пассивных политических сил, которые активной вооруженной борьбы против госвласти никогда не вели. Отсутствие в коалиционном правительстве представителей всех политических течений не позволяло добиться стабилизации обстановки, привлечения всех заинтересованных сторон к диалогу для выработки, а затем осуществлению мер по проведению общенациональной Джирги мира, повсеместному прекращению огня и установлению надежного контроля за соблюдением этого условия.

Однако, несмотря на это, концепция ПНП из-за отказа вооруженной оппозиции идти на переговоры с правительством перестала срабатывать. К тому же доверие народа к ней было подорвано еще и деятельностью самой партии, нарушением афганским руководством ранее провозглашенных принципов, его непоследовательностью в действиях и стремлением часто опять решать проблемы с позиции силы, диктовать свои условия. Это и неудивительно, так как характер правящего режима с объявлением политики национального примирения не изменился, хотя правящие круги республики не уставали называть его «демократическим и народным». Но тоталитарное государство сильно прежде всего своим лидером, нет достойного лидера — распадается и государство, а в Афганистане не нашлось человека, способного мобилизовать духовный потенциал нации на выполнение целей примирения.



Женевские соглашения — выход из тупика


В преддверии подписания Женевских соглашений советское военное командование предпринимало меры для укрепления ВС РА и обеспечения благоприятной обстановки режиму НДПА после вывода ОКСВ. Мы предполагали, что военно-политическая обстановка в Афганистане, с учетом предстоящего вывода советских войск, осложнится независимо от того, какие итоги будут достигнуты в Женеве. Это должно было выразиться прежде всего в борьбе за власть между различными политическими силами.

Для этого мы подталкивали руководство страны и НДПА, чтобы оно, поняв наконец важность проведения мероприятий по закреплению своего режима не только в центре, но и в провинциях, начало организовывать работу на местах — укреплять государственность, в том числе роль и значение губернаторов. Повсеместно стали утверждаться провинциальные «пятерки» — лица, от которых зависела устойчивость положения в провинции (губернатор, первый секретарь комитета НДПА, командир армейского соединения, начальник управления МГБ, командующий царандоя). В уездах и волостях проводились выборы в органы власти из числа местных авторитетов (в прошлом они насаждались сверху). Но эти процессы только набирали силу. Поэтому все еще продолжало иметь место неоправданное выпячивание во всем руководящей роли НДПА. Не учитывалось, что в стране была объявлена многопартийность и что основной системой управления в государстве являлась ось: президент — губернатор — начальник уезда. В условиях продолжавшейся монополии НДПА на власть государственно-административный аппарат все еще не обладал достаточными полномочиями и играл второстепенную роль.

Оценивая ситуацию, возникшую в Афганистане, докладывали свои предложения в Центр: «Афганские Вооруженные силы сегодня в состоянии самостоятельно противостоять вооруженному давлению оппозиции только в случаях, когда они представлены крупными частями. Мелкие же подразделения (посты, заставы) и небольшие, до батальона, гарнизоны крайне неустойчивы.

Лидеры контрреволюции, США и Пакистан при всех вариантах развития событий после вывода из Афганистана советских войск рассчитывают на свержение существующего в республике режима и захват власти в стране. При этом в случае подписания Женевских соглашений, когда Афганистан получит определенные гарантии невмешательства, действия мятежников будут в значительной мере сковываться обязательствами пакистанцев и американцев и не будут носить открытого характера при переброске через госграницу оружия и боеприпасов. Следовательно, контрреволюция вынуждена будет действовать в более сложной для себя обстановке.

Важно иметь в виду, что главную ставку контрреволюция, очевидно, будет делать не на широкомасштабные действия больших масс вооруженных банд, а на внедрение уже сейчас в партийно-государственный аппарат агентов. Занимая солидное служебное положение, они проводят работу по разложению и вербовке. В установленное время контрреволюция попытается этими силами захватить соответствующие позиции в госпартаппарате и поддержать их действия отрядами мятежников, которые могут проникнуть вместе с беженцами (оружие для них имеется практически в каждом крупном населенном пункте)…

Военная доктрина Республики Афганистан с объявлением политики национального примирения полностью подчинена задаче прекращения войны. Она носит миролюбивый характер и имеет главной целью обеспечить безопасность государства и относительную стабильность обстановки в основных районах страны.

Однако в достижении намеченных стратегических целей и, тем более, тактических задач руководство республики опиралось еще не только на свои собственные силы, но и на интернациональную помощь Советского Союза, войск 40-й армии.

…Вывод советских войск из Афганистана кардинально изменит военно-политическую обстановку в стране и значительно снизит возможности афганского руководства по ее стабилизации. Если заблаговременно не принять меры, то многие жизненно важные районы и объекты могут оказаться вне контроля правительственных сил и окажутся в руках противника.

Для охраны таких районов и объектов требуются значительные силы и средства. Учитывая низкую боевую устойчивость афганских частей в сравнении с советскими войсками, можно сделать вывод, что только смелые и решительные шаги в использовании реально имеющихся сил могут позволить рассчитывать на успех в удержании важных объектов.

В связи с этим целесообразно: 1. Критически рассмотреть существующую разбросанность войск Вооруженных сил РА по всей стране (особенно армейских, в том числе пограничных). Стремиться не к удержанию всех основных районов, как это обеспечивалось присутствием 40-й армии, а сосредоточить усилия только на избранных направлениях, обеспечивающих жизнедеятельность государства и стабильность обстановки в ключевых районах.

Создать концентрированную группировку Вооруженных сил. Все гарнизоны, которые даже в настоящее время, то есть в условиях присутствия наших войск, сложно обеспечивать и поддерживать при ведении ими боевых действий, ликвидировать. Вывести подразделения этих гарнизонов к базовым районам дислокации войск. В первую очередь это касается гарнизонов в районах Барикота, Панджшера, Бадахшана и др.

Такие действия исключают возможность разгрома и захвата мятежниками этих малочисленных гарнизонов, что принесло бы политический ущерб правительству и отрицательно повлияло на моральный дух войск.

Оставление мелких гарнизонов осуществить, проведя предварительно встречу с местными авторитетами и заключив с ними договор о передаче на охрану этого района местным властям, которые в свою очередь обязуются не предпринимать враждебных действий в отношении правительственных органов.

2. Провести аналогичные действия в отношении тех оргядер правительственной власти в ряде уездов и волостей (всего 17), которые в свое время были установлены силой, за многие годы фактически не прижились и до сего времени населением не признаются. Эти оргядра убрать, с местными авторитетами подписать договоры о том, что они сами проведут выборы органов управления по своему усмотрению, а также не будут проявлять враждебности к госорганам.

3. Афганским Вооруженным силам (тем более 40-й армии) в настоящее время, а также после вывода советских войск не развертывать крупномасштабные боевые действия и не усложнять политическую и особенно военную обстановку. Наносить при необходимости короткие, но эффективные удары и только по непосредственно угрожающим объектам противника (вне населенных пунктов).

4. Сосредоточивая основные усилия на удержании важнейших районов и объектов страны, основных городов и магистралей государства, Вооруженные силы использовать для выполнения следующих принципиальных задач.

Армия. Главные силы постоянно иметь в готовности для маневра с целью нанесения поражения формированиям контрреволюции, представляющим особую опасность и угрозу существующему режиму, в первую очередь в районах Кабула, Герата, Кандагара и Джелалабада. Часть сил использовать для прикрытия основных коммуникаций и трубопроводов…

МГБ. Главная задача — своевременное вскрытие как в столице, так и в провинциальных центрах, а также и особенно в Вооруженных силах контрреволюционного подполья…

Царандой. Основные его силы направить на охрану и оборону режимных зон, важнейших городов и экономических объектов, участков коммуникаций, а также на поддержание общественного порядка в Кабуле и его пригородах…

5. Учитывая, что судьба существующего режима в первую очередь зависит от удержания столицы и магистрали Кабул — Термез, подтянуть в Кабул и его пригороды, а также на основную авиационную базу Баграм дополнительные войска…

6. Принять кардинально новое решение по пограничным войскам. Погранвойска Афганистана фактически не занимаются обычной охраной государственной границы, а ведут боевые действия наравне с армейскими частями для удержания определенных районов или населенных пунктов, а также перекрытия участков маршрутов из Пакистана в Афганистан, по которым доставляются оружие и боеприпасы мятежникам.

В настоящее время пограничные войска, имея значительную укомплектованность личным составом (более 60%) и полное (к штату) обеспечение боевой техникой и вооружением (от 80 до 100%), на протяжении уже года вносят существенный боевой вклад. Однако гарантированного закрытия государственной границы от проникновения караванов противника они обеспечить не смогут, даже в случае их многократного увеличения. Это сделать невозможно без полного привлечения к проблеме прикрытия границы свободных племен. Последние же в пропуске караванов даже заинтересованы, так как получают за каждый из них значительное вознаграждение.

Складывается ситуация, при которой погранвойскам непосредственно у границы находиться в настоящее время нет смысла. А учитывая, что их поддержка и обеспечение составляют большую проблему уже сейчас, возникает необходимость перевода большей части пограничных подразделений ближе к основным коммуникациям страны, располагая их у крупных населенных пунктов.

…Все изложенные вопросы предварительно обсуждены с Наджибуллой, за исключением пограничных войск, и нашли его полную поддержку. В отношении предложений по дальнейшему применению пограничных войск он имеет пока только общее представление. Для Верховного Главнокомандующего требуется еще некоторое время, чтобы глубоко осознать необходимость такого шага.

Источник информации: доклад руководителя ОГ МО СССР в РА,
г. Кабул, март 1988 г.

Для реализации этих рекомендаций советским военным командованием одновременно с подготовкой войск к выводу из Афганистана был проделан огромный объем работы: разработан план создания концентрированной группировки вооруженных сил, обеспечивающей сосредоточение усилий в ключевых районах страны; во всех провинциальных центрах специально назначенными группами (от ОГ МО СССР, аппарата ГВС в РА, штаба 40-й армии) организовывалась их охрана и оборона с учетом предстоящего вывода советских войск; проводилась перегруппировка войск, в том числе и пограничных, и т. д. Предпринятые меры впоследствии положительно сказались на обеспечении устойчивости войск и удержании населенных пунктов. Например, правительству удалось сохранить свой контроль над Калатом (провинция Заболь) только благодаря заблаговременно переброшенной туда 6-й пограничной бригаде.

В то же время медлительность и непоследовательность в действиях афганского руководства привели к тому, что из некоторых «острых» районов пограничные части вывести так и не удалось (9-я птбр — Ургун). Не было произведено также дополнительное усиление столицы и ее пригородов за счет армейских частей. Но это вопрос особый, и на нем хотелось бы остановиться более конкретно.

Дело в том, что с приходом к власти Наджибуллы внутрипартийная борьба в партии не ослабла, а, наоборот, еще больше усилилась. Фракционизм в НДПА означал больше, чем соперничество между «Хальк» и «Парчам». Наряду с «традиционными» фракциями и кланами появились новые группировки, формирующиеся вокруг практически каждого члена Политбюро ЦК НДПА и преследующие свои корыстные цели. Все более возрастающую роль (и не только в партии) стал играть национальный фактор. Это делало партию еще более аморфной и рыхлой. В партийных организациях, в провинциальных и районных комитетах, в ЦК НДПА и его аппарате, и даже в Политбюро и Секретариате ЦК практически открыто стали выражать недовольство действиями Наджибуллы. Обвиняли его в том, что он «не может ясно сформулировать» тактику и стратегию НДПА в предстоящий период борьбы, расплывчато ставит задачи, не говорит правды о положении дел в партии и о ее будущем, ведет НДПА к политическому краху. Среди этих сил заметно активизировались сторонники Б. Кармаля, вышедшие из тюрем аминисты и др. Открытое недовольство кадровой политикой стали проявлять халькисты, группирующиеся вокруг видного члена Политбюро ЦК НДПА, секретаря ЦК НДПА С. М. Зерая, обратившегося в мае 1988 г. со специальным письмом в ЦК КПСС, которое стало достоянием Наджибуллы.

В то время как в рядах НДПА стали усиливаться разброд и шатания, Соединенные Штаты, в свою очередь, предприняли шаги по усилению помощи оппозиционным партиям.



Справка


О помощи США афганской контрреволюции

Администрация США, несмотря на наличие перспектив достижения взаимоприемлемых договоренностей на непрямых афгано-пакистанских переговорах в Женеве, продолжает оказывать широкую военную, финансовую и политическую поддержку афганской контрреволюции.

Политика и практические действия США в афганском вопросе на данном этапе направлены прежде всего на то, чтобы добиться вывода в кратчайшие сроки советских войск из Афганистана, сорвать реализацию программы национального примирения в республике, сохранить военный потенциал контрреволюции на уровне, достаточном для обеспечения борьбы за власть в новых условиях, которые будут созданы в случае успешного завершения женевских переговоров. Под давлением экстремистских сил в конгрессе некоторые представители администрации пытаются поставить прекращение помощи афганским антиправительственным силам в зависимость от вывода советского воинского контингента из Афганистана. Выдвигается требование не прекращать помощь сразу после подписания соответствующих документов в Женеве, сохранить ее пропорционально сокращению численности советских войск в Афганистане. Конечная цель американской политики заключается в установлении в Афганистане прозападного реакционного режима, ориентирующегося главным образом на Вашингтон.

В планировании антиафганских акций в настоящее время задействованы ЦРУ, госдепартамент, министерство обороны и другие ведомства США. Объемы официальной помощи США контрреволюции превысили 2 млрд. дол. В 1988 г. планируется помощь в сумме, превышающей 700 млн. дол. В последнее время американцы делают упор на поставки мятежникам современных средств борьбы с воздушными целями. В 1987 г. контрреволюции передано около 600 ПЗРК «Стингер», а в учебных центрах и военных базах ВС США в штатах Техас и Калифорния подготовлено более 100 мятежников, прошедших расширенный курс подготовки в качестве инструкторов по обучению использования этого вида оружия. Американская военная помощь реализуется непосредственно через штаб-квартиры контрреволюционных партий и с использованием каналов американо-пакистанского сотрудничества. Основная часть военных грузов, предназначенных для контрреволюции, доставляется первоначально в порт Карачи. Последующие операции по их складированию, переброске в приграничные с Афганистаном районы и передаче вооружений мятежникам осуществляются, как правило, с участием спецслужб и подразделений пакистанских ВС.

С начала 1988 г. отмечаются интенсивные поставки военных грузов из США в порты и на авиабазы Саудовской Аравии и Омана, а также некоторых других стран. Оружие и боеприпасы складируются с расчетом на перспективу.

С участием американцев осуществляются мероприятия по переводу бандформирований на структуру регулярных войск. По состоянию на 1.3.88 г. на территории Пакистана сформировано 22, а в Афганистане 43 так называемых полка. В приграничных с Пакистаном районах Афганистана создаются новые опорные базы контрреволюции, совершенствуется система управления и связи.

Число американских советников, занимающихся обучением афганских мятежников в центрах военной подготовки на территории Пакистана и непосредственно задействованных в организации боевых действий и инженерных работ на афганской территории, достигает 250 человек. Присутствие американских советников отмечается в специализированных центрах, расположенных в районах пакистанских городов Барсак, Кохат, Парачинар, Кветта, Пешавар, Джамруд, Садда, Мирамшах. Наличие американских советников в бандформированиях мятежников, дислоцирующихся на афганской территории, подтвердил председатель «Альянса-7» Ю. Халес на пресс-конференции в Пешаваре в январе сего года, на которой он сообщил о гибели одного из военных советников в декабре 1987 г. в ходе операции афганской армии по деблокированию города Хост.

При активном участии Вашингтона против Республики Афганистан организовано широкомасштабное психологическое наступление, имеющее целью дискредитировать осуществляемый Кабулом курс на национальное примирение и предотвратить формирование коалиционных органов власти с участием представителей НДПА. Более 50 радиостанций, курируемых или руководимых ЦРУ и ЮСИА, ведут подрывные передачи на различных языках народов Афганистана. На подготовку пропагандистских кадров из числа мятежников ЦРУ на 1988 г. выделило более 1 млн. дол.

Источник информации: ГРУ ГШ ВС СССР,
март 1988 г.

Хотя помощь увеличивалась с 1980 г., настоящий поворотный пункт наступил в 1984 г., когда американский конгресс одобрил увеличение помощи и администрация Рейгана начала поставки современной техники. В частности, в январе 1985 г. ЦРУ по просьбе конгресса и с согласия Белого дома поставило моджахедам «Эрликон» швейцарского производства. В этом же году Вашингтон предоставил мятежникам зенитную ракету «Блоупайп», производства Великобритании, а в марте 1986 г. было решено поставлять «Стингер», американского производства.

В ноябре 1985 г. был сбит советский самолет АН-12, перевозивший работников военторга. 28 пассажиров (в основном женщины) и экипаж погибли. Оперативную группу по розыску останков людей и самолета возглавил заместитель начальника штаба армии полковник М. Симонов. В районе падения самолета обнаружили оборудованную позицию стрелка-зенитчика, на которой валялись отстрелянные элементы не известного нам до того времени зенитного комплекса. Примерно в это же время у мятежников изъяли 6 ПЗРК иностранного производства. Сначала решили, что захвачены ПЗРК «Жевелин», но после исследования специалистами-вооруженцами 40-й армии (подполковник Коврига Н. А. и майор Федотов Л. М.) пришли к выводу, что это — «Блоупайп». Срочно стали искать противодействие. В метрологической мастерской армии под руководством подполковника Алексина В. А. с риском для жизни (разбирали боевые части ракет, которые могли в любой момент взорваться) местными умельцами в короткие сроки был создан генератор помех, который в дальнейшем нашел широкое применение, особенно у вертолетчиков.

Первая партия ПЗРК «Стингер» в количестве 3 штук была захвачена в районе Кандагара осенью 1986 г. разведгруппой 16-й бригады спецназа, возглавляемой майором Беловым. «Стингеры» привезли в Кабул в штаб 40-й армии и, изучив сопровождающие документы, определили, что они были получены в Пешаваре и переправлялись в сопровождении 13 моджахедов на пяти мотоциклах в глубь Афганистана. Примечательно, что министр обороны СССР обещал присвоить звание Героя Советского Союза тому, кто первым добудет ПЗРК «Стингер». Однако, когда на майора Белова стали готовить наградное представление в Москву, возникло неожиданное «препятствие»: выяснили, что он «небезгрешен в употреблении спиртных напитков и резок в общении с лачальством». Вместо Героя Советского Союза его наградили орденом Боевого Красного Знамени.



Справка


Иностранная помощь афганской оппозиции и беженцам в 1987 г. (млн. дол.)
Страна Прямая помощь Помощь афганским
США 700 100
Пакистан 25 100
Иран 100
Саудовская Аравия 750 75
Другие арабские страны 100 170
Западные страны 100 50
Япония 10 10
Китай 50 20
Верховный комиссариат по делам беженцев 75
Друние страны 250 250
Всего 1985 850


 

Примечание: Из 850 млн. дол., предназначенных для беженцев, 350 млн. дол. было направлено оппозиционным организациям. Таким образом, из общего объема иностранной помощи 2830 млн. дол. в 1987 г. лидерам оппозиционных партий было выделено 2330 млн. дол.

По информации ГРУ ГШ ВС СССР,
апрель 1988 г.

Накануне подписания договоренностей по афганскому урегулированию осуществлялось усиление боевых потенциалов правительственных и оппозиционных сил в Афганистане.

Проводимая в Афганистане политика национального примирения, а также позитивные изменения, происшедшие во взаимоотношениях между США и СССР, дали новый сильный импульс афгано-пакистанским переговорам по вопросам урегулирования отношений между двумя странами. Они, как уже отмечалось, велись посредством личного представителя Генерального секретаря ООН Диего Кордовеса.

Часто многие задают вопрос о том, что раз советские руководители поняли необходимость вывода ОКСВ из Афганистана еще в 1985 г., почему же этот процесс тянулся так долго. Надо сказать, что были достаточно влиятельные силы, которые препятствовали этому, да и складывающаяся в то время международная обстановка мешала это сделать раньше. Еще не были созданы необходимые условия, главное из них — преодоление постоянного соперничества и установление доверия, партнерства между СССР и США, ибо глобальное противостояние между ними являлось основной питательной средой и причиной продолжения внутриафганского конфликта.

Объективности ради надо сказать, администрация президента Р. Рейгана тогда по стратегическим соображениям саботировала и торпедировала переговоры, проводимые под эгидой ООН. Причем с самого их начала. В частности, в июне 1982 г. после первых официальных переговоров в Женеве президент США решил увеличить масштабы тайной помощи мятежникам.

В декабре 1982 г. после беседы Ю. В. Андропова с Зия-уль-Хаком, в ходе которой последнему было сказано, что «Советский Союз покинет Афганистан «быстро», если Пакистан прекратит свою поддержку сопротивлению», Рейган отдал распоряжение ЦРУ предоставить моджахедам больше оружия и лучшего качества. А после того как Диего Кордовес в мае 1983 г. сообщил, что «95% текста предварительного всеобъемлющего решения было готово», американская администрация дала для печати сообщение о том, что она разделила с Саудовской Аравией расходы в сумме 50 млн. дол. на вооружение для мятежников. Переговоры сразу же осложнились. В марте 1986 г., когда Кордовес объявил о том, что «он теперь имеет все элементы всеобъемлющего решения афганской проблемы», правительство США распорядилось о поставке афганским мятежникам ракет «Стингер» и т. д. Да и в канун подписания документов в Женеве администрации был высказан ряд рекомендаций, суть которых сводилась к следующему: главной целью американской внешней политики в Афганистане должно быть «обеспечение краткосрочного, полного и безвозвратного вывода советских войск из этой страны и предоставление афганскому народу права самостоятельно решать свою судьбу»; администрация США не должна подписывать соглашение, в котором начало вывода советских войск предусматривало бы одновременное прекращение всей американской военно-экономической помощи антиправительственным группировкам в Афганистане. Белый дом должен настаивать на поэтапном прекращении помощи, при этом вывод определенной части войск сопровождался бы пропорциональным сокращением военно-экономических поставок оппозиции; администрация должна предусмотреть вариант продолжения помощи моджахеддинам даже после завершения полного вывода советских войск на тот случай, если СССР будет продолжать свои военные поставки «просоветским и прокоммунистическим группировкам»; США во взаимодействии с Пакистаном должны сохранить на длительный срок инфраструктуру оказания помощи мятежникам и быть готовыми к ее использованию, если Советский Союз сорвет все соглашения и начнет возврат войск в Афганистан; США в договорном порядке должны потребовать от Советского Союза выплаты репараций Афганистану для возмещения ущерба, нанесенного в ходе войны. Размер репараций должен быть определен специальной международной комиссией.

Бывший король Афганистана Захир Шах с удовлетворением следил за переговорными процессами и выступил с обращением к афганскому народу, беженцам, моджахеддинам и политическим группировкам Афганистана, в котором, в частности, говорилось: «Дорогие соотечественники, правоверный и героический народ Афганистана!

Развитие последних событий подготовило благоприятный момент для политического решения афганского вопроса. Заявление Советского Союза о выводе своих войск из Афганистана в течение 10 месяцев 1988 года является эффективным и конструктивным шагом в деле устранения всех сложностей и разрешения всех споров относительно этой проблемы. Вывод советских войск может привести к решению вопроса о возвращении беженцев на родину, невмешательстве во внутренние дела Афганистана и предоставлении международных гарантий на право афганского народа на самоопределение, а также к успешному завершению процесса национального примирения.

Несомненно, выбор политического и социально-экономического строя Афганистана зависит только от воли афганского народа, и каков бы ни был выбор, он должен быть осуществлен без вмешательства и давления извне. Свободное право такого выбора должно быть использовано в соответствии с основными положениями священной религии ислама и на основе национальных традиций. В ходе осуществления этого большого общенационального дела ни одна политическая группировка или другая сила не имеет права навязывать афганскому народу свою партийную или личную волю.

Я убежден, что, как и прежде, когда в острейших жизненных ситуациях афганский народ, опираясь на религиозные убеждения и национальные чувства, объединял свои помыслы и действия, так и сейчас, когда сложившееся положение требует осмысления всеми афганцами как внутри страны, так и за рубежом своей исторической ответственности и национального долга, необходимо устранить все противоречия, создать национальный союз на основе коалиционного правительства, которое станет проявлением воли всего героического народа Афганистана, беженцев, абсолютного большинства борцов за веру и политических группировок.

На тех, кто путем терроризма, сеяния раздора пытается помешать нормализации обстановки, ляжет ответственность за иностранное вмешательство, продолжение военной напряженности и общее ухудшение положения в Афганистане. Как я уже несколько раз выражал свое мнение раньше, так и сегодня я заявляю, что в нынешней сложной ситуации, несмотря на мое положение, я не пожалею усилий и даже самой жизни, чтобы, действуя совместно с афганским народом, исполнить свой священный долг, а именно обеспечить национальное единство, постоянный мир в свободном, исламском, независимом, неприсоединившемся и нейтральном Афганистане.

В заключение обращаюсь к великому аллаху с просьбой ниспослать удачу в осуществлении этой большой мечты.

Мухаммад Захир».

14 апреля 1988 г. при посредничестве ООН в Женеве был подписан министрами иностранных дел Афганистана и Пакистана пакет документов, призванных положить конец кровопролитию в РА. В качестве гарантов выполнения соглашений выступили США и СССР. Самым существенным в этих соглашениях, как нам казалось, было то, что они в принципиальном плане давали возможность решить главный вопрос афганской ситуации — прекращение вооруженного или другого вмешательства в дела Афганистана извне. Ведь двусторонним соглашением о принципах взаимоотношений определялось, что Афганистан и Пакистан берут на себя обязательства обеспечить, чтобы своя территория не использовалась каким-либо образом для нарушения суверенитета, политической независимости, территориальной целостности и национального единства или для подрыва политической, экономической и общественной стабильности другой стороны; воздерживаться от содействия, поощрения или поддержки прямым или косвенным образом повстанческой или сепаратистской деятельности либо от любого другого действия, направленного на подрыв единства или ниспровержение политического порядка другой стороны; не допускать на своей территории обучения, снаряжения, финансирования и рекрутирования наемников какого бы то ни было происхождения в целях ведения враждебных действий или засылки таких наемников на территорию другой стороны и соответственно отказывать в содействии, включая финансирование обучения, снаряжения и транзит таких наемников; не допускать какой-либо помощи, использования или терпимости в отношении террористических групп, саботажников или диверсантов; не допускать на своей территории присутствия, укрытия в лагерях и базах, организации обучения, финансирования, снабжения и вооружения лиц и политических, этнических и любых других групп в целях ведения подрывной деятельности, создания беспорядков или волнений, использования средств массовой информации и перевозки оружия, боеприпасов и снаряжения такими лицами и группами.

Двустороннее соглашение между Афганистаном и Пакистаном добровольном возвращении беженцев обязало обе стороны принять необходимые меры для решения этой сложной проблемы. В соответствии с этими договоренностями Советский Союз взял на себя обязательства вывести свои войска из Афганистана в девятимесячный срок, начиная с 15 мая 1988 г. При этом в течение первых грех месяцев выводилась половина всех советских войск.

Пакистан и США должны были прекратить всякое вмешательство во внутренние дела Афганистана. Пакистанские власти обязались также не создавать на своей территории военных баз и лагерей враждебных Афганистану сил, не обучать, не вооружать не финансировать их, не перебрасывать через пакистанскую территорию оружие, снаряжение и боевые отряды в РА, а также не предпринимать всякие другие меры по дестабилизации там внутренней обстановки.

Для контроля за выполнением обязательств сторон был создан механизм наблюдения под эгидой ООН.

Лидеры моджахедов, не будучи приглашенными в Женеву, заявили, что заключенные там договоры их как бы не касаются. В частности, Г. Хекматияр объявил: «Договоры никоим образом не затрагивают и ни к чему не обязывают нас. Даже если Советы начнут вывод войск, мы все равно будем атаковать».

Следует сказать, что советским руководством был допущен существенный просчет, когда оно отказалось от предложения американцев одновременно прекратить военную помощь режиму Наджибуллы и моджахедам. Тогд а рассудили, что неправомерно ставить на одну доску НДПА и оппозицию. Но благоприятный шанс очень редко представляется дважды. Когда же опомнились, было уже поздно.

Подписание афгано-пакистанского соглашения в Женеве оказало значительное влияние на развитие внутриполитической обстановки РА, придало новый импульс процессу национального примирения, ускорило политическое решение целого ряда острых проблем регионального характера.

В целом решительный шаг афганского правительства повысил авторитет госвласти как силы, не только заинтересованной в установлении мира в стране, но и предпринимающей конкретные усилия в этом направлении.

Однако в частных беседах и консультациях с советскими представителями афганские должностные лица высказывали опасения по ходу неизбежных беспорядков после вывода ОКСВ. Особое беспокой-вызывала возможность обострения внутрипартийных разногласия, которые способны серьезно подорвать позиции госвласти в борьбе с оппозицией.

После подписания Женевских соглашений советские представители в Афганистане приступили к непосредственному их выполнению, и в первую очередь к организации вывода ОКСВ. Заботились и о том, чтобы создать необходимые условия для сохранения традиционной дружбы между Советским Союзом и Афганистаном, организовывали пропагандистское обеспечение вывода войск.



Справка


Некоторые моменты из выступления В. П. Поляничко* перед партийным активом советских представительств в РА

*Виктор Петрович Поляничко три с половиной года (1985-1988) в Афганистане являлся политическим советником Бабрака Кармаля и Наджибуллы. По утверждениям западных аналитиков и экспертов, именно В. Поляничко был одним из разработчиков политики национального примирения, которая сначала получила широкую народную поддержку в Республике Афганистан и привлекла внимание многих стран «третьего мира», в частности Кампучии. После возвращения из Афганистана В. Поляничко продолжал свою деятельность по урегулированию межнациональных конфликтов в Карабахе и на Северном Кавказе. Погиб в 16:45 1 августа 1993 г. в результате террористического акта в районе 1,5 км западнее Тарское при исполнении обязанностей главы временной администрации района чрезвычайного положения Северной Осетии и Ингушетии. Похоронен в Москве на Новодевичьем кладбище.

1. О политике национального примирения. Сегодня ПНП — это мощный комплекс, включающий 15-16 направлений деятельности государственной власти. Основными из них являются:

  • возвращение советских войск;
  • проблема беженцев (за 8 лет вернулось около 12 тыс. чел,, в прошлом году — 120 тыс. чел.);
  • укрепление госвласти (за год создана система управления, государство потратило 560 млн. афгани);
  • подготовка к выборам в Национальный совет (образовано 229 округов, в сенат предполагается избрать 186 человек от трех представительств: 1/3 от исполкомов, 1/3 от населения и 1/3 — 62 чел. — будут назначены президентом. Для зоны, контролируемой оппозицией, выделяется 80-85 мест, при этом на 15-20 мест президент сам может назначить лидеров оппозиции по своему усмотрению).

2. О выборах в местные органы власти. Работа идет плохо, особенно в кишлачной зоне. В этом году к 10-й годовщине Саурской революции планировалось осуществить выборы в 4000 кишлаках. Однако имеет место даже утрата позиций народной властью. Так, в Бадахшане вышло из-под контроля государства 240 кишлаков.

О формах власти:

  • народная власть поддерживает существующий режим;
  • смешанный вариант власти (оппозиция и парторганизация);
  • оппозиционное правление.

3. О военном обучении. С обучением партийцев отстали. Пока создается партийная милиция.

4. 10 лет Саурской революции (27 апреля 1988 г. ) — будет праздноваться строго, по-военному.

5. По выводу войск. Сделать все, чтобы афганский и советские народы остались друзьями; форсировать дружбу. Уходим войсками, заходим — широкой взаимовыгодной экономической помощью.

Стратегическая задача — формирование Афганистана как неприсоединившегося, суверенного, неделимого государства.

Организация вывода будет торжественной. Необходимо сделать все, чтобы советский воин выходил не как солдат с мечом, а как воин-интернационалист.

Тов. Наджибулла для организации проводов создал штаб. Мероприятия будут проводиться в уездах, провинциях, крупных городах. В мае-июне с. г. будет широко освещаться «Письмо-благодарность» о советской интернациональной помощи.

Предусматривается:

  • 100-процентное награждение всех советских воинов и служащих Советской Армии памятной медалью или знаком. Есть предложение о награждении всех воинов, прошедших службу в Афганистане;
  • торжественная передача военных городков (у некоторых министерств есть негативное отношение к тому, что военные городки передаются на баланс армии, МВД, МГБ);
  • вручение памятных знамен полкам, дивизиям, а также вымпелов;
  • вручение каждому советскому солдату приветствия от ЦК НДПА;
  • тов. Наджибулла пошлет личное послание каждому Герою Советского Союза, получившему это звание в Афганистане;
  • предусматривается обмен адресами между воинами афганской и советской армий и сувенирами.
  •  

6. Прежние недочеты по выводу:

  • в ряде мест не присутствовало местное население;
  • нет никакой необходимости с нашей стороны подготовки афганцев речей для выступлений;
  • работа с прессой (необходимо изменить стиль ее работы, каждому корреспонденту поставить своего представителя);
  • необходимо шире привлечь силы 40-й армии для решения социальных проблем (ремонт дорог, школ, мечетей, закладка «садов дружбы»);
  • выдача безвозмездной помощи должна быть организована по труду. Ее необходимо вручать духовенству, авторитетам кишлаков, а не распределять по принципу «кто беднее — тот нуждается»;
  • шире оказывать медицинскую помощь местному населению (ни одного медицинского работника в Афганистане никто не трогает)…

г. Кабул, апрель 1988 г.

10 мая, накануне начала вывода советских войск из Афганистана, ЦК КПСС обратился с закрытым письмом ко всем коммунистам Советского Союза, в котором давался развернутый анализ событий в этой стране и наших действий там, а также разъяснялась политика КПСС в Афганистане и вокруг него (приложение № 8).

Обращаясь с этим письмом к коммунистам, руководство ЦК КПСС хотело снять негативные настроения и напряженность, которые уже начали проявляться в партии и народе в связи с войной в Афганистане. Конечно, если рассматривать его с нынешних позиций, то в этом документе заложены в основном устоявшиеся подходы к процессам, происходившим в Афганистане и вокруг него, анализ ситуации сделан с оглядкой на Наджибуллу. Опять-таки много деклараций и иллюзорной демагогии. Задачи в письме выдвинуты невыполнимые, а прогнозы чересчур оптимистичные. Действительность же была гораздо сложнее, что и подтвердилось впоследствии на практике. Но тогда это была первая публичная попытка осмысления процессов, происходящих в Афганистане и вокруг него, и для многих это явилось откровением. Мы ведь все считали, что М. Горбачев наверняка знает, что делает, и решит афганскую проблему так, как надо.

Настораживало лишь то, что делается все это в ущерб интересам своего государства. Ведь одновременно с призывом воздать почести генералам, офицерам и солдатам 40-й армии, выполняющим присягу и приказы Советского правительства, расплачивающимся за афганскую авантюру своими жизнями и здоровьем, в СССР началась антиармейская кампания. Гласность и открытость стали приносить негативные явления. За спиной у воюющей армии о ней стали говорить как об армии-убийце, армии-кровопийце, а власти молчаливо соглашались с этим. Офицерам и солдатам горько и странно было слышать такие оценки их действий в Афганистане. Но тогда они еще верили в объявленную «перестройку» и надеялись, что правда восторжествует. Но этим надеждам так и не суждено было сбыться. Мало того, «реформы» в Советском Союзе приняли трагический оттенок и привели в конечном итоге к краху (развалу государства, многочисленным вооруженным конфликтам, обвальному спаду производства, всплеску преступности, обнищанию основной части населения и т. п.). Сами же «перестройщики» от этого нисколько не пострадали. Они по-прежнему процветают, разъезжая по разным странам и весям и подбирая свои «сребреники». Но неумолимая история никогда не прощает тому, кто хоть на один день забудет свое Отечество, неважно, что вся остальная жизнь его была преисполнена славою.

 

 

Глава VII

Советские войска уходят домой



Первый этап вывода войск


7 апреля 1988 г. после встречи в Ташкенте М. Горбачева с Наджибуллой министр обороны СССР подписал директиву, в которой говорилось: «Вывод войск в случае подписания Женевских соглашений между Афганистаном и Пакистаном осуществить согласно утвержденному плану с 15 мая 1988 г. по 15 февраля 1989 г. в два этапа…» К директиве прилагался график вывода, выполненный совместными усилиями сотрудников Генерального штаба, Оперативной группы МО СССР в РА, штабов ТуркВО и 40-й армии. Этот график рассматривался на заседании Комиссии Политбюро ЦК КПСС по Афганистану. Был также разработан комплексный план вывода войск, которым предусматривались меры как на территории Афганистана, так и в Советском Союзе (организационные мероприятия, перевозки и т. д.).

После подписания документов в Женеве началось практическое выполнение этих мероприятий.

8 подготовительный период (апрель-первая половина мая 1988 г.) решением командующего 40-й армией из отдельных мелких гарнизонов (Асадабад, Гульбахар, Бамиан, Бараки, Чагчаран, Шахджой и др.) были заблаговременно выведены размещенные там подразделения в основные пункты дислокации полков.

К моменту подписания Женевских договоренностей численность советских войск в Афганистане составляла 100,3 тыс. чел. Согласно графику на первом этапе (15 мая-15 августа) соединения и части должны были выводиться из гарнизонов Джелалабад, Гардез, Газни, Кандагар, Лашкаргах, Герат, Файзабад, Шинданд, а также некоторые части обеспечения и обслуживания из Кабула. Советские войска из Афганистана выводились по двум направлениям — через Кушку и Термез. При этом соблюдалась поэтапность и последовательность. Однако в последующем очередность вывода войск пришлось несколько изменить.

Первыми 15 мая начали выдвижение части Джелалабадского гарнизона. На маршрутах следования в Джелалабаде, Кабуле и Хайратоне по инициативе афганской стороны были проведены массовые митинги. В проводах войск участвовало в Джелалабаде 10-12 тыс. чел., в Кабуле (на улицах и митинге) — около 100 тыс. чел. В столице на митинге присутствовали все члены Политбюро ЦК НДПА и члены правительства РА во главе с президентом Наджибуллой.

Вывод войск освещали 212 корреспондентов. Из них 22 из 10 стран Запада (Австралии, Англии, Италии, Испании, Канады, США, Швеции, Финляндии, ФРГ, Японии) и 15 советских (Гостелерадио, АПН и ТАСС) сопровождали колонну советских войск до Кабула и далее до Государственной границы СССР непосредственно на боевой технике вместе с военнослужащими. Остальные доставлялись в район Термеза — Хайратона на самолетах. Корреспонденты действовали без ограничений, им были предоставлены все возможности для полного и правдивого освещения происходящих событий.

С целью обеспечения безопасности вывода были заранее предусмотрены: усиление охраны коммуникаций путем выставления дополнительных блоков силами воздушно-десантных частей и других соединений; упреждающие удары авиации и огонь артиллерии по районам развертывания огневых средств мятежников. Прилегающие к районам ночного отдыха участки местности интенсивно и постоянно подсвечивались авиацией, что исключало скрытое проникновение отрядов моджахедов к расположению войск. Благодаря принятым мерам удалось обеспечить организованное совершение марша без происшествий и потерь. Были исключены обстрелы и провокации со стороны вооруженной оппозиции. Правда, следует отметить, что она в большинстве своем не препятствовала выводу войск.

Передача техники, вооружения и военных городков афганской стороне, а также создание для них необходимых запасов (в том числе боеприпасов и горючего) осуществлялись согласно утвержденному плану и указаниям министра обороны СССР. Афганским Вооруженным силам передали казарменно-жилищный фонд, коммунальные сооружения и оборудование, квартирное имущество в 58 военных городках.

На первом этапе советские войска были выведены из 12 провинций. В период с 15 мая по 15 августа 1988 г. на Родину возвратились 50,2 тыс. чел. личного состава (50% всего количества), как это и предусматривалось Женевскими договоренностями, из Джелалабада, Газни, Гардеза, Файзабада, Кундуза, Лашкаргаха и Кандагара.

По просьбе Наджибуллы в график вывода войск были внесены поправки, в северной и западной группировках. Вместо Шинданда и Герата они были в последний момент выведены из Кундуза. Президент также настаивал на том, чтобы оставить часть советских войск в Кандагаре. Но для этого нам пришлось бы тогда существенно ослабить группировку войск в Кабуле, поставить в очень тяжелое положение оставляемые войска в Кандагаре, сохранив там источник напряженности. Генерал В. Варенников был против такого шага. Для обоснования своей позиции в конце июля он с группой офицеров вылетел в Кандагар. Мы прилетели на аэродром провинциального центра ночью. Разместились в 70-й мотострелковой бригаде, которая располагалась здесь же на аэродроме. Обсудили все вопросы, связанные с выводом, с командованием бригады, а утром выехали в Кандагар (аэродром находится примерно в 15 км южнее города). Там состоялась встреча и беседа с генерал-губернатором Н. Олюми, в ходе которой выяснилось, что он также придерживался мнения о необходимости вывода советских войск из Кандагара, как и предусмотрено планом на первом этапе. Единственно, что он просил, так это поставить дополнительно боеприпасы. Больше его ничего не интересовало. Выработали совместную позицию, опираясь на которую руководитель ОГ МО СССР в РА в конце концов добился, чтобы советские войска покинули Кандагар в установленные сроки.

С началом вывода ОКСВ вооруженная оппозиция усилила давление на режим Наджибуллы, активизировала боевые действия, эффективнее стала вести пропагандистскую работу по разложению и деморализации НДПА, госаппарата и Вооруженных сил РА, а также предприняла ряд акций с целью захвата власти в провинциях Кунар, Нангархар, Пактия, Пактика, Логар, Вардак и Кандагар. В последующем она перенесла свои усилия и на другие районы республики. При этом везде применялась различная тактика.

После 15 августа советские войска остались только в 6 провинциях Афганистана (Кабул, Герат, Парван, Саманган, Балх, Баглан), имея в своем составе 50,1 тыс. чел. (при этом ВВС 40-й армии оставлено 55%, из них фронтовой авиации — 90%, армейской — 35%). Они сосредоточили основные усилия на оказании помощи ВС РА в удержании важнейших административных центров, авиационных баз и коммуникаций, а также поддержке афганской армии в борьбе с непримиримой оппозицией в различных районах страны. Как показали дальнейшие события, избранный метод постепенного поэтапного отвода советских войск с опорой на базовые районы полностью себя оправдал. Он позволил исключить политические деформации в оставленных районах страны, а афганцам приобрести опыт самостоятельных действий (при поддержке ВВС 40-й армии) на острых направлениях, так как не нарушалась система взаимодействия.



Женевские соглашения выполняются односторонне


Советский Союз и Афганистан полностью и точно выполняли взятые на себя в Женеве обязательства. Об этом свидетельствовали представители контрольных органов ООН.

Заявление генерала Р. Хельминена

Представитель Генерального секретаря ООН уполномочен заявить следующее:

  1. Комиссия наблюдателей ООН в Афганистане и Пакистане (УНГОМАП) в соответствии со своим мандатом, предусмотренным Женевскими соглашениями, наблюдала за выводом иностранных войск из Афганистана с 15 мая 1988 г., когда Женевские соглашения вступили в силу.
  2. УНГОМАП была проинформирована 14 мая 1988 г. Военными представителями правительства СССР в Афганистане о том, что численность иностранных войск, находящихся в Афганистане, к данному моменту составляет 100 300 человек.
  3. На 15 мая 1988 г. иностранные войска находились в 18 основных гарнизонах, расположенных в 17 из 30 провинций (в настоящий момент 31 провинция) Афганистана: Бадахшан, Баглан, Фарах, Газни, Гильменд, Герат, Кабул, Кандагар, Кунар, Кундуз, Логар, Нангархар, Пактия, Парван, Саманган, Тохар, Заболь.
  4. С 15 мая по 7 августа 1988 г. следующие 10 основных гарнизонов, находившиеся под контролем иностранных войск, были эвакуированы и переданы ВС Афганистана: Бараки, Даулатабад, Файзабад, Гардез, Газни, Джелалабад, Кандагар, Кундуз, Лашкаргах и Руха.
  5. После 15 августа 1988 г. 8 основных гарнизонов остались под контролем иностранных войск. Они расположены в следующих 5 провинциях: Баглан, Герат, Кабул, Парван и Саманган. Далее, в провинции Балх останется небольшое количество иностранных войск в районе Хайратона, который будет использоваться в качестве пограничного пункта для выводимых войск.
  6. Группы военных офицеров УНГОМАП наблюдали за выводом иностранных войск в Баграме, Джелалабаде, Кабуле, Кандагаре, Кундузе и Шинданде, а также в пограничных городах Хайратоне и Турагунди, где УНГОМАП установила постоянные посты. Группа УНГОМАП также посетила Гардез после завершения эвакуации гарнизона.
  7. Генеральный секретарь и его представитель удовлетворены тем, что вывод иностранных войск проходит в соответствии с соглашением о взаимосвязи Женевских договоренностей. В этой связи они хотели бы выразить искреннюю признательность правительству РА, правительству СССР и их гражданским и военным представителям за помощь и содействие.

Источник информации: информационный центр ООН,
г. Кабул 16 августа 1988 г.

В то же время в США и Пакистане по-своему понимали эти договоренности. Механизм контроля, созданный ООН, оказался малоэффективным. Представители контрольных органов Союза наций даже не были допущены на расположенные на пакистанской территории базы и центры подготовки вооруженных отрядов оппозиции, но никаких санкций относительно Пакистана со стороны Совета Безопасности ООН не последовало.



Справка-отчет по работе контрольных органов ООН


В соответствии с двусторонним афгано-пакистанским соглашением о невмешательстве стороны приняли на себя широкий круг обязательств по недопущению на своей территории присутствия, укрытия в лагерях и базах, а также организации обучения, финансирования, снаряжения и вооружения лиц, политических и других групп в целях ведения подрывной деятельности. Возникла необходимость в проверке выполнения сторонами этих положений. Эта mмиссия была возложена на Миссию добрых услуг ООН в Афганистане и Пакистане (УНГОМАП), которая создана 14 апреля 1988 г., первоначальная численность военных наблюдателей была 50 чел. (25 — в Кабуле, 25 — в Исламабаде), но в октябре она была снижена на 10 чел. Миссией руководил финский генерал Раули Хельминен. В ее работе принимал активное участие старший политический советник Генерального секретаря ООН Бенон Севан (гражданин Кипра).

С целью обеспечения оперативной координации с деятельностью Миссии был установлен контакт с ее руководством, налажена с ней оперативная связь по военной линии. Приняты меры для наблюдения за прекращением вмешательства со стороны Пакистана. Разработана и согласована с афганской стороной схема наших совместных действий. Накапливалась соответствующая информация о лагерях, базах, снабжении вооружением афганской контрреволюции на пакистанской территории, которая через начальника управления внешних сношений ВС РА передавалась в МИД и включалась в официальные ноты протеста.

Деятельность Миссии добрых услуг распространялась фактически на два процесса: во-первых, на прекращение вмешательства с территории Пакистана в дела Афганистана; во-вторых, на осуществление наблюдения за выводом советских войск.

Штабная группа ООН в Кабуле осуществляла контроль за выводом войск с самого начала. Ей была представлена информация об общей численности Ограниченного контингента советских войск (100 300 чел.), гарнизонах дислокации и другие данные.

Наблюдатели ООН находились во время вывода войск на контрольных постах в пограничных пунктах Хайратон и Турагунди, посещали оставляемые нами гарнизоны Джелалабад, Кандагар, Файзабад; периодически присутствовали на аэродромах Кабул, Шинданд, Кандагар. Поэтому они лично подтверждали строгое и точное выполнение Советским Союзом своих обязательств и информировали об этом руководство ООН.

Пакистанская же сторона затягивала выполнение своих обязательств по свертыванию вмешательства во внутренние дела РА под предлогом «симметрии» военной помощи. После вступления в силу Женевских соглашений усилилась диверсионно-террористическая деятельность оппозиции, рассчитанная на деморализацию населения, разложение вооруженных сил и дестабилизацию обстановки. Она обеспечивалась непрекращающимся потоком оружия американского и другого производства, поступающего в бандформирования через Пакистана-афганскую границу, нередко на пакистанском транспорте.

На встречах с представителями ООН (Д. Кордовесом, Р. Хельминеном, Б. Севаном) они уведомлялись о фактах нарушения Пакистаном принятых на себя обязательств. Им было предложено изготовить карту объектов, подлежащих ликвидации на территории Пакистана (лагеря, базы, учебные центры мятежников), по которой можно было бы вести конкретные наблюдения за выполнением Пакистаном Женевских соглашений. Однако такой документ так и не был представлен. Контрольному органу ООН напоминалось о том, что ООН следует контролировать не только вывод советских войск, но также и ход ликвидации баз и центров подготовки мятежников в Пакистане.

Представители ООН часто ссылались на невозможность осуществления жесткого контроля из-за позиции пакистанского руководства, которое всячески оказывало всестороннюю поддержку мятежникам «Альянса-7», всячески препятствовало работе наблюдателей ООН, не создавало нормальных условий для посещения районов, где дислоцировались мятежники.

ООН не смогла употребить свое влияние, чтобы прекратить вмешательство Пакистана и США в дела Афганистана и остановить кровопролитие в этой стране.

Источники информации: посольство СССР в РА,
Оперативная группа МО СССР в Афганистане,
сентябрь 1988 г.

Так оценивали работу контрольных органов ООН советские представители. В то же время сами они стремились выполнить обязательства, взятые на себя Советским Союзом, со строгой пунктуальностью и оказывали всяческую помощь представителям ООН. Мне, в частности, тоже довелось принимать участие в этой работе. Самое благоприятное впечатление осталось от встреч и бесед с Р. Хельминеном, Б. Севаном, Бо Пелнесом и др.

В развитие Женевских соглашений СССР и РА предложили ряд новых инициатив. В частности, СССР выделил в качестве безвозмездной помощи Афганистану в рамках ООН 600 млн. дол., предназначенных для восстановления экономики страны и помощи беженцам. Руководство РА тогда неоднократно выдвигало предложения по организации прямых переговоров с представителями «Альянса-7» и афганской эмиграцией в западных странах в целях формирования коалиционных органов власти и принятия мер для прекращения войны.

Выступая в ООН в июне, Наджибулла заявил: «Гибкость теперешнего руководства Афганистана включает также его решение отказаться от монополии на власть, введение парламента на основе партийного соперничества и представление всех политических, социальных и экономических прав и привилегий тем, кто возвращается». Предпринимаемые меры могли бы привести к положительному сдвигу в деле урегулирования «афганской проблемы» мирным путем, однако все они носили половинчатый характер, да и противоположная сторона (Пакистан и США) продолжала откровенно нарушать Женевские соглашения. Вооруженная оппозиция, пользуясь поддержкой своих покровителей, пошла на обострение ситуации в стране. После сокращения численности советских войск в Афганистане и отвода некоторых афганских воинских частей от границы с Пакистаном она создала там свои базы.

Конкретные факты нарушения Пакистаном Женевских соглашений за несколько месяцев были изложены в многочисленных нотах МИД РА, представленных в Миссию ООН в Кабуле. Основными примерами таких нарушений являлись оказание помощи Пакистаном афганской оппозиции в подготовке мятежников в учебных центрах и лагерях, их формирование и снаряжение, а иногда и прямое участие пакистанских военнослужащих в перебросках вооружения и боеприпасов на территорию Афганистана.

После завершения первого этапа вывода ОКСВ резко увеличилось количество перебрасываемых в Афганистан караванов с военными грузами. Только в сентябре-октябре на территорию РА прибыли 172 крупных каравана с оружием, предназначенным для активизации боевых действий против госвласти.

Характерно, что переброски караванов и отрядов мятежников осуществлялись с разрешения пакистанских властей, которые выдавали специальные пропуска на автотранспорт и утверждали списки личного состава направляющихся в Афганистан вооруженных групп. Для пополнения запасов стрелкового оружия и боеприпасов оппозиция переправляла в Пакистан захваченное у афганских частей тяжелое вооружение, где его обменивала или продавала пакистанским властям.

По данным советских спецслужб, неоднократно отмечалась переброска мятежников, оружия и боеприпасов к афганской границе на автомашинах ВС Пакистана. Так, в конце сентября пакистанские ВС доставили в район Парачинар из Пешавара около 4 тыс. реактивных снарядов, которые впоследствии были переброшены в провинции Кабул, Логар, Пактия.

После подписания Женевских соглашений руководство оппозиции при помощи властей Исламабада взяло курс на всяческое воспрепятствование процессу возвращения афганских беженцев на Родину, привлекая для этого пограничников, отряды малишей и мятежников. Особенно часто случаи насильственных действий по отношению к беженцам имели место в районах пограничных пунктов Ланди-Котал, Тери-Мангал и Чаман. Кроме того, в лагерях беженцев в Пакистане с ведома и при участии властей Исламабада была развернута активная пропагандистская деятельность по пресечению возвращенческих настроений, вплоть до запугивания и публичных расправ. Поэтому, несмотря на усилия Афганистана по приему беженцев (развертывание сети палаточных городков, подготовка гостиниц, организация медицинского обслуживания и питания, выделение крупных финансовых средств в основном за счет безвозмездной помощи СССР), количество семей, возвращающихся из Пакистана, практически не увеличивалось. При этом необходимо отметить, что около 80% беженцев возвратилось в Афганистан, минуя пограничные пункты.

Прямым нарушением Женевских договоренностей являлось также предоставление Пакистаном средств массовой информации для выступлений ведущих лидеров оппозиции. В Пешаваре, Исламабаде и Кветте неоднократно организовывались крупные пресс-конференции и митинги с участием зарубежных журналистов. При штаб-квартирах мятежников продолжали действовать издательства, выпускающие агитационно-пропагандистскую литературу, которая впоследствии перебрасывалась в Афганистан.

Не прекратилась засылка на территорию РА иностранных советников и специалистов для оказания помощи вооруженным отрядам мятежников. Например, отмечалось, что в провинциях Бамиан, Вардак, Урузган и Газни активно действовали арабские советники, в провинциях Кунар, Нангархар, Пактия и Пактика — пакистанские военные специалисты. Наиболее весомую материальную, финансовую и советническую помощь мятежникам на территории Пакистана в это время оказывали Саудовская Аравия и США.

Материальная и финансовая помощь США предоставлялась не только ИПА (Г. Хекматияр), но и другим партиям, входящим в «семерку». Подтверждением этому может служить тот факт, что во время нахождения делегации оппозиции во главе с Б. Раббани в Вашингтоне (6-10 ноября 1988 г.) Президент США Д. Буш заверил, что «Альянс-7» может полагаться на новую администрацию США даже больше, чем на Р. Рейгана.

Американские спецслужбы, обосновавшиеся в Пакистане, перешли к организации непосредственного руководства вооруженной оппозицией, для чего в Пешаваре было создано специальное представительство по связям с «движением афганского сопротивления» во главе с помощником посла США в Исламабаде Эдмондом Маквильямсом (бывший первый секретарь посольства США в Кабуле). По докладам представителей советской военной разведки, появление специальных групп, возглавляемых эмиссарами этого представительства, в сентябре-октябре 1988 г. было отмечено в провинциях Бадахшан, Парван, Каписа, Тахар, Кандагар и Гильменд.

В то же время со стороны Пакистана стали выдвигаться претензии к Советскому Союзу, который необоснованно обвинялся в наращивании группировки своих войск в Афганистане, переброске туда дополнительного числа боевых самолетов, а также поставках советских ракет, предназначенных якобы для нанесения ударов по пакистанской территории. Это, конечно, было домыслами пакистанских властей, ведь за все годы войны советская авиация специально никогда не бомбила объекты оппозиции, расположенные в Пакистане, хотя афганцы настойчиво подталкивали к этому командование ОКСВ. Но такие заявления были нужны Зия-уль-Хаку для оправдания нарушений Женевских соглашений Пакистаном.

В целом можно констатировать, что различное понимание и интерпретация Женевских соглашений обеими сторонами создавало много трудностей и недоразумений. Позиция США, как одного из гарантов выполнения этих договоренностей, оказывала прямое влияние на поведение администрации Пакистана по «афганскому вопросу».

Для оказания помощи в установлении контактов и достижения взаимопонимания в Афганистан прилетал известный бизнесмен Арманд Хаммер, который, несмотря на свой преклонный возраст, счел своим долгом внести свою лепту в афганское, урегулирование.

В этом плане показательным является высказывание эксперта по Азии Халида Дурана в статье «Расширение советского конфликта с Афганистаном и Пакистаном», который объяснял эти нарушения тем, что документы, подписанные в Женеве, составлены противоречиво и их можно двояко толковать. В частности, он писал:«Во время своего сентябрьского пребывания в Вашингтоне советский министр иностранных дел Шеварднадзе настаивал на совместной встрече стран, подписавших Женевские соглашения, чтобы обсудить нарушения договора Пакистаном и Соединенными Штатами. Однако в Белом доме никто не увидел никакого повода для подобной встречи. Американское правительство, со своей стороны, придерживалось мнения, что проблема возникла исключительно в результате того, что Москва представляла кабульскому режиму слишком большую военную помощь, вследствие чего Вашингтон был вынужден оказывать поддержку моджахедам, тем самым изменилось соотношение сил не в пользу Кабула.

Однако в начале октября 1988 г. американское правительство все-таки призвало моджахедов сдерживаться. Женевские соглашения слишком неопределенно сформулированы и всеми тремя существующими партнерами (Советским Союзом, Соединенными Штатами, Пакистаном), во-первых, фактически каждый раз понимались по-разному, а во-вторых, сознательно интерпретировались каждый по-своему. С точки зрения Вашингтона и Исламабада, Москва косвенным образом дала согласие на капитуляцию Кабула. Согласно советской точке зрения, «это никоим образом нигде не было определено».

Сразу же после подписания Женевских соглашений тогдашний государственный секретарь США Шульц выразил мнение американского правительства о том, что «в соглашении нет ничего, что ограничивает США в предоставлении военной помощи сопротивлению», и что они будут продолжать это делать, утверждая, что «мы готовы встретить сдержанность сдержанностью». Ободренный словами Шульца, министр иностранных дел Пакистана настаивал на том, что они не наложили никаких ограничений также и на пакистанское право оказывать помощь моджахедам. В то время как в статьях 3-12 раздела 11 двустороннего соглашения между правительствами Афганистана и Пакистана недвусмысленно заявлено, что обе стороны будут воздерживаться от любого вмешательства, как открытого, так и тайного, в дела другой страны.

Вот как, например, оценивал складывающуюся ситуацию Дэйв Мурарка: «Горбачев выступил с открытым предостережением по вопросу нарушения Женевских соглашений на своей пресс-конференции по завершении встречи на высшем уровне в Москве. Он заявил: «Соглашение есть соглашение. Мы видим, что делает Пакистан, и в этой связи Министерство иностранных дел СССР сделало заявление. Я не хочу входить в детали. Я только хочу подчеркнуть, что попытки торпедировать соглашение имели бы серьезные отрицательные последствия. Это было заявлено со всей откровенностью президенту и всей американской делегации».

С тех пор советское раздражение продолжало усиливаться. Даже западные журналисты сообщают о лихорадочном наращивании вооружений повстанцами по обе стороны афгано-пакистанской границы. Американцы могут утверждать, в значительной степени резонно, что они не нарушают букву соглашений, поскольку оно позволяет симметрию в поставках оружия с обеих сторон. В этом отношении Москва стала жертвой собственной поспешности в заключении соглашения, содержавшей уступку сомнительной выгоды и хлопотного характера, как оказалось на поверку.

Как бы ни были велики раздражение и гнев в Москве, у Советского Союза немного реальных альтернатив. Москва может мрачно намекать на ужесточение политики, но предоставляется крайне маловероятным, что она может возобновить свое военное вмешательство в Афганистане в какой-либо значительной мере. Подобные действия, как бы они ни были спровоцированы, серьезно повредят престижу Горбачева на международной арене, где его готовность проявлять гибкость по Афганистану является важнейшим политическим фактором укрепления его репутации.

Таким образом, перспектива такова, что Москва будет по-прежнему протестовать против пакистано-америкаиского поведения, но продолжит вывод войск…»*

*Murarka D. Moscow Takes a Dim View. New York // The Middle East international, July 1988. P. 11-12.

Действительно, на основе анализа ситуации 1988 г. в Афганистане и вокруг него, а также практических шагов советского руководства можно с уверенностью утверждать: американцы были уверены, что Советский Союз не пойдет на то, чтобы оставить свои войска в РА. В его же интересах было вывести их в установленные сроки. Такое пренебрежительное отношение к СССР в послевоенное время у Запада появилось, пожалуй, впервые. Очевидно, американцы убедились в податливости тогдашних советских лидеров, их готовности идти на постоянные односторонние уступки. Хотя тогда еще как будто ничего не предвещало развала социалистического лагеря и Советского Союза, но западные аналитики уже прогнозировали: «Русские пытаются предопределить будущее Афганистана, то есть добиться политическим путем того, чего они не сумели завоевать с помощью оружия. Москва старается не показать свою «слабость» в Афганистане, которая, как опасаются советские руководители, может подбодрить этнических сепаратистов в СССР или толкнуть восточноевропейские страны к тому, чтобы следовать более независимыми от Москвы курсами…»*

*Hughes John. Sticking by Friends // The Christian Science Monitor. 1988. March 18.

Видимо, эксперты США были более компетентными и предвидели, что проводимые в Советском Союзе «преобразования» в недалеком будущем приведут страну к краху. Очевидно, на Западе на основании опыта Афганистана нашли, наконец, эффективный рецепт противодействия СССР. В соответствии с этим они и строили свою линию, отстаивая прежде всего собственные национальные интересы. Ведь если политика не основывается на государственных интересах страны, то эта политика направлена против своего народа.

Пробный камень был брошен в Карабахе. Но так как конкретных мер со стороны М. Горбачева принято не было, а были в основном одни лишь рассуждения и пустые призывы, то последовали другие шаги, которые еще больше инициировали разрастание сепаратистских настроений в остальных регионах страны и возникновение межнациональных конфликтов внутри Советского Союза. Но это было несколько позже, а тогда всех интересовал вопрос — как сложится ситуация в Афганистане после вывода советских войск из этой страны?



Страшная перспектива может ожидать всех, считали на Западе


«Последствия вывода советских войск, по всей вероятности, — утверждал известный специалист по Афганистану Г. Янсен, — окажутся столь ужасающими для противоположной стороны — афганских моджахедов, пакистанцев и американцев, — что перевесят и затмят крах российской политики в Афганистане. К концу Женевских переговоров стало ясно, что русские уйдут без всяких условий. Поэтому на полных основаниях можно утверждать, что Кремль отказался от доктрины Брежнева, согласно которой страна, ставшая коммунистической, должна оставаться коммунистической, особенно в том случае, если она граничит с СССР. Тем не менее вывод русских войск открывает взор на существующие недостатки в военно-политической структуре Советов: они слишком чувствительно реагируют на увеличение количества убитых и раненых, на усталость от гражданской войны, на непопулярность войны среди военнослужащих, на рост военных расходов и обусловленное ими отвлечение экономических ресурсов.

Вывод советских войск, по всей вероятности, приведет к следующим последствиям:

  • к продолжительному военному столкновению между кабульским правительством и моджахедами;
  • одновременно к не менее продолжительной, но более ожесточенной борьбе между различными группировками моджахедов как внутри Афганистана, так и в лагерях беженцев;
  • к тому, что ввиду продолжающейся неопределенности по поводу положения дел на родине большая часть беженцев, находящихся в Пакистане, не вернется домой;
  • к открытой вражде между народом Пакистана, политическими партиями, правительством и армией, с одной стороны, и вооруженными моджахедами — с другой. Напряженность будет наиболее ощутима в Карачи, крупнейшем городе Пакистана. Возможны даже акты насилия;
  • и в случае, если в конечном итоге моджахеды возьмут верх — установят в Кабуле режим исламских фундаменталистов, это окажет настоящим кошмаром для всех, кто поддерживает моджахедов, включая Пакистан, США и даже Саудовскую Аравию, не говоря уже об СССР…»*

*Jansen G. A Dire Outlook // The Middle East Internationa. 1988. April 16. P. 12.

«Действительно ли Соединенные Штаты готовы допустить, чтобы правительство потерпело поражение, а моджахеды победили? Американцев страшит та же угроза, из-за которой Советы вошли в Афганистан: победа оппозиционных сил будет означать победу сильнейших группировок фундаменталистов, некоторые из которых питают одинаковую ненависть к Советскому Союзу и к Соединенным Штатам…» — задавал вопрос Ник Дэнзигер. Однако, несмотря на подобные прогнозы, США и Пакистан продолжали наращивать помощь мятежникам, одновременно оказывая давление на М. Горбачева в плане точного соблюдения графика вывода советских войск. И хотя публично советскими руководителями по поводу нарушения Женевских соглашений высказывались какие-то протесты и предупреждения (в основном они были рассчитаны на афганцев), сами они прекрасно осознавали, что их бесцеремонно окрутили вокруг пальца, и выполнение указанных договоренностей свелось, по существу, к одностороннему их соблюдению СССР и РА.

По мере вывода Ограниченного контингента советских войск из Республики Афганистан и увеличения размеров поставок Советским Союзом Наджибулле оружия и техники адекватно усиливалась и помощь мятежникам. По данным ГРУ ГШ ВС СССР, всего за период с 1980 по 1988 г. общая помощь афганским моджахедам составила 8,5 млрд. дол., половина из которых была выделена США.

Сообщалось, что только в 1987 г. конгресс США выделил 660 млн. дол. для моджахедов, а в следующем году они получали оружия на сумму в среднем 100 млн. дол. в месяц.



Оппозиция активизирует борьбу


Военно-политическая обстановка в Афганистане после окончания первого этапа вывода ОКСВ обострилась в центральных и северных районах, в провинциях Кабул, Кунар, Каписа, Бадахшан, а также вдоль коммуникации Кабул — Хайратон. Несмотря на прилагаемые усилия, партийно-государственные органы РА гарантированных устойчивых позиций и новых сил для удержания власти приобрести не смогли. Вооруженная непримиримая оппозиция не отказалась от своих политических целей, стремясь захватить ключевые районы еще до завершения «ухода русских» из Афганистана.

В отдельных провинциях происходило ослабление позиций госвласти, процветали взяточничество и коррупция, отмечались случаи прямого предательства среди провинциального руководства НДПА и командования на местах.

На фоне возрастающей активности мятежников в борьбе против армии, МВД и МГБ республики правительственные войска в ходе боевых действий стремились избегать непосредственных столкновений с вооруженными формированиями мятежников. Наиболее активное сопротивление оказывали только во время осады уездных, волостных центров и отдельных пунктов дислокации частей (лишь при наличии достаточного количества боеприпасов и продовольствия) . В частях и подразделениях правительственных войск росло дезертирство. Данные факты объяснялись прежде всего пассивностью и нежеланием отдельных представителей политических и командных органов вести активную работу по укреплению морального состояния личного состава МО, МГБ и МВД.

Полной неожиданностью для афганского руководства явились действия оппозиции на севере страны, где мятежникам удалось захватить Кундуз (на непродолжительное время), Ханабад, Талукан и Бамиан. При этом главной причиной поражения правительственных войск во всех случаях были их низкая устойчивость и предательство, переход на сторону моджахедов отдельных подразделений (некоторые батальоны сразу же перешли на их сторону, так как были оппозицией разложены заранее), а также отказы от борьбы с мятежниками и сдача постов безопасности без боя. И если в результате экстренно принятых мер (создание в этом районе Объединенного командования, срочная дополнительная переброска войск, направление в Кундуз ответственных работников ЦК НДПА), а также привлечения подразделений советских войск, в первую очередь авиации, положение в Кундузе восстановить удалось, то остальные населенные пункты остались в руках оппозиции. Кроме того, во многих районах мятежники устанавливали свой контроль негласно.

Сразу же после захвата мятежниками Кундуза президент РА обратился к советскому военному командованию с просьбой оказать помощь в освобождении города.

Руководитель Оперативной группы МО СССР в РА, которому была высказана эта просьба на заседании Ставки ВГК, вынужден был принять энергичные меры по организации боевых действий с целью освобождения города. Я был непосредственным участником этих событий, поэтому расскажу о них немного подробнее.

После обеда 12 августа генерал В. Варенников вызвал меня к себе в кабинет и поставил задачу организовать вылет на аэродром провинциального центра, который еще оставался в руках афганских армейских подразделений. Связавшись с генералом Б. Громовым и обсудив с ним все вопросы, мы с заместителем начальника штаба полковником С. Кицаком быстро спланировали все необходимые мероприятия, и уже в 19:00 он на самолете АН-12 с группой советских десантников (50 чел.) и диспетчерской службой вылетел в Кундуз, а вслед за ними (через час) стартовал АН-26 с группой генералов и офицеров во главе с генералом армии В. И. Варенниковым. С нами летели также 10 десантников. Посадить самолет в этих условиях было непросто (огневое воздействие противника, плохая видимость, взлетно-посадочная полоса освещалась только фарами бронетранспортеров), но наши летчики (командир экипажа майор В. Афанасьев) успешно справились с трудностями — сказался боевой опыт и высокое профессиональное мастерство. Впрочем, они не раз попадали в подобные передряги и к схожим ситуациям им было не привыкать, они часто вылетали в самые «острые» и опасные места.

Когда мы прилетели в Кундуз, на аэродроме к тому времени укрылось все провинциальное руководство. Здесь же находились прибывшие по указанию Наджибуллы члены Политбюро ЦК НДПА Карваль и Маздак, командующий группой «Север» генерал-лейтенант Ацак, которые ждали помощи из Центра. Они выглядели возбужденными и растерянными. После традиционных приветствий мы поехали в&nbsnbsp;штаб, где еще совсем недавно располагалась 201-я мед, и там работали всю ночь.

Детальное разбирательство событий в Кундузе показало, что вечером 7 августа фактически в город вошло всего лишь 100 мятежников, которые подготовили все условия, а с утра на следующий день подошло еще 500-600 чел. Сразу же на сторону мятежников перешли и работали по их указанию: мэр города, заместитель начальника У МГБ провинции, начальник ГАИ царандоя и др.

И только благодаря активным действиям советской пограничной мото-маневренной группы (ММГ) удалось отстоять арсенал с боеприпасами, расположенный севернее Кундуза.

Выяснилось, что личный состав правительственных сил уклонился от вооруженного сопротивления оппозиции. И хотя руководители Кундуза по-разному описывали произошедшие события, но смысл их рассказов сводился к тому, что мятежники превосходящими силами атаковали посты безопасности и, несмотря на героическое и отчаянное сопротивление защитников города, «овладели» им (на самом деле общее соотношение сил сторон составляло четыре к одному в пользу госвласти — 4,5 тыс. чел. против 1100 мятежников).

В то же время мы установили, что посты и заставы первого и второго поясов безопасности Кундуза не оказали никакого сопротивления, подразделения МВД и МГБ попросту разбежались, бросив оружие и технику. Некоторые перешли на сторону мятежников. Красноречивее всего говорил за себя тот факт, что среди защитников города не было ни убитых, ни раненых.

После анализа ситуации руководитель ОГ МО СССР в РА организовал подготовку к боевым действиям по освобождению города, принял меры по переброске дополнительных сил ВС РА (в том числе ГОН), а также нанесению авиационных ударов по скоплениям мятежников в прилегающих к Кундузу районах и отдал приказ на возвращение советских подразделений в провинциальный центр. Разработали необходимый план операции. Координация действий войск была поручена советнику начальника Генерального штаба ВС РА генералу П. Г. Чаусу. Он успешно справился с возложенной на него задачей. Правительственные войска (главным образом 18-я пд) в короткие сроки овладели городом. Кундуз представлял собой жалкое зрелище, он был полностью разгромлен и разграблен. Многие дома были сожжены или взорваны. В пропагандистских целях афганское телевидение несколько дней показывало, во что превратили мятежники город за несколько суток своего пребывания в нем.



Информация (Секретно)


…В результате тщательно подготовленных действий в провинции Кундуз бандам контрреволюции удалось фактически без боя захватить провинциальный центр и другие населенные пункты, хотя преимущество по количеству личного состава гарнизона и степени его обеспечения оружием, боевой техникой и боеприпасами были полностью на стороне правительственных войск.

Противник нанес большой морально-политический и материальный ущерб сторонникам руководства РА. Население Кундуза возмущено действиями мятежников, которые разграбили все магазины, разгромили государственные учреждения и предприятия, вывезли из города большое количество материальных ценностей и захваченное военное имущество, а также угнали с собой около 200 девушек. С целью переложить ответственность за свои деяния на правительственные силы, мятежники организовали самосуд над группой пленных солдат царандоя, которых обвинили в погромах дуканов. Им принародно отрубили руки.

Высказывая возмущение действиями мятежников, население Кундуза также выражает недовольство и правительственными защитниками, на которых была возложена обязанность оборонять город от нападения банд и которые совершенно не справились со своими задачами Фактически без боя сдали город, а некоторые из них перешли на сторону противника…

Источник информации: штаб 40-й армии,
г. Кабул, август 1988 г.

В провинции Тахар освобождение от мятежников Талукана осуществлялось объединенными усилиями правительственных войск (МВД) и формирований территориальных подразделений РОТА. Однако их действия были плохо организованными, оказались менее успешными, и город так и остался в руках оппозиции. Не найдя ничего лучшего, Наджибулла стал настаивать, чтобы советская авиация нанесла бомбо-штурмовой удар по Талукану, но мы на это, естественно, пойти не могли. Анализируя ситуацию на севере страны, мы подготовили донесение в Москву с оценкой результатов боевых действий в этом районе в середине августа.



Аналитическая записка (Секретно)


Некоторые итоги боевых действий в провинциях Кундуз и Тахар
в августе 1988 г.

…Военно-политическая обстановка на северо-востоке Афганистана в течение последнего времени была относительно стабильной и внешне особой опасности не представляла. Это привело к ослаблению внимания к этому району со стороны афганского руководства, которое предполагало, что резких осложнений ситуации после вывода советских войск из провинций Кундуз, Тахар и Бадахшан не произойдет. Поэтому защита позиций госвласти в этих провинциях была поручена в основном подразделениям МВД, МГБ, территориальных войск и формированиям РОТА. И только аэродром в Кундузе был взят под охрану 75-го полка 20-й пехотной дивизии афганской армии. Несмотря на наши рекомендации, афганцами не было принято комплексных мер по усилению армейскими частями гарнизонов провинциальных центров, организации их надежной охраны и обороны, которая была значительно ослаблена после вывода советских войск, а также укреплению Советов обороны этих провинций волевыми, решительными, подготовленными в военном отношении должностными лицами.

Как показал ход дальнейших событий, именно недооценка противника и благодушие, проявленные на всех уровнях, предательство и низкий моральный дух правительственных сил, а также переоценка своих возможностей привели к тому, что Кундуз, Талукан и Ханабад были сданы мятежникам фактически без боя. Советы обороны этих провинций проявили при этом растерянность и показали полную несостоятельность в решении возложенных на них задач. Подразделения МГБ, МВД и территориальных войск сначала не делали попыток к сопротивлению. Одна их часть частично перешла на сторону противника, а другая, оставив вооружение и технику, отошла на аэродром под защиту 75-го пп 20-й по.

Первоначально и в Центре также проявлялась недооценка опасности активизации противника и наблюдалась непонятная медлительность в действиях афганского руководства. Все рекомендации совпредставителей внимательно выслушивались, но практических действий вслед за этим не следовало. И только после захвата провинциальных центров в Кабуле начали приниматься решительные меры, в результате которых в конечном итоге положение было восстановлено.

Принципиально оценивая обстановку на северо-востоке страны, можно сделать предварительные выводы (уроки):

  1. Мятежники очень удачно выбрали момент нападения. Правительственные силы еще не успели как следует занять оборону и организовать взаимодействие. Совет обороны не приобрел опыта организации боевых действий и не имел навыков управления войсками.
  2. Нападение противника на Кундуз и Талукан явилось полной неожиданностью для афганского руководства. Даже когда было уничтожено оргядро в Ханабаде, никто не мог подумать, что мятежники нападут на Кундуз.
  3. В борьбу за власть в Афганистане включились лидеры так называемого «второго эшелона» руководства вооруженной оппозиции. Определенная «неожиданность» активизации боевых действий мятежников связана с личными планами крупнейшего из действующих на территории РА лидера ИОАП Ахмад Шаха Масуда, проводящего политическую линию, во многом не зависимую от руководства «Альянса-7» в Пакистане.
  4. Контрреволюция, несмотря на имеющиеся противоречия и разногласия между бандглаварями различной партийной принадлежности, может объединяться на основе личных контактов и договоренностей для проведения акций против правительственных сил.
  5. Используя разобщенность и противоречия в партийно-государственных органах провинций, противник задолго до нападения провел предварительную обработку партгосаппарата, личного состава подразделений Вооруженных сил и населения, что во многом обеспечило успех.
  6. Всестороннее изучение противника и повышение требовательности к разведке позволит исключить «неожиданные» обострения обстановки на будущее.
  7. Необходимы радикальные меры по повышению морально-боевого духа Вооруженных сил, особенно подразделений МВД и МГБ. Надо настоящим образом организовать боевую подготовку, политико-воспитательную работу и материальное обеспечение войск. Основу гарнизонов провинциальных центров должны составлять воинские части, остальные силы должны выделяться только в качестве их усиления.
  8. Для удержания освобожденных провинций необходимо дополнительное усиление армейскими частями, в противном случае противник захватит их вновь.
  9. Советы обороны провинций в ключевых районах страны должны возглавлять люди, имеющие военную подготовку и способные руководить обороной административных центров (как это сделано, например, в Кандагаре).
  10. Население под воздействием пропаганды мятежников сначала встречало их как героев, но после начавшихся грабежей они настроили против себя всех местных жителей и поэтому долго удерживать населенные пункты не смогли. Этот факт целесообразно использовать в своей пропагандистско-агитационной работе.
  11. Проведение акции устрашения в провинциях, прилегающих к границам Советского Союза, можно рассматривать в качестве стремления определенных сил задержать вывод советских войск и завязать их в процесс внутриполитического урегулирования на длительное время.
  12. При планировании и организации обороны провинциальных центров особое внимание необходимо уделять аэродромам (где они имеются), так как от их устойчивости будет зависеть помощь, которую центральная власть сможет оказать для восстановления положения в случае нападения на них мятежников.
  13. С учетом решающей роли в освобождении Кундуза, которую сыграли переброшенные по воздуху из Центра войска, целесообразно иметь части «быстрого реагирования» в качестве резерва ВГК…

Варенников, сентябрь 1988 г.

После утверждения этих выводов и предложений в Москве они были доведены до афганского руководства, организована работа по их выполнению.

Захват Кундуза был, по существу, первой попыткой занятия крупного административного центра. Примерно по такому же сценарию развивались затем события при захвате мятежниками провинциального центра Бамиан. Там тоже основной причиной поражения явилась низкая устойчивость и предательство, проявленные личным составом правительственных войск.

Там тоже гарнизон (оперативный полк МВД, оперативный батальон МГБ и батальон Хазарейской бригады МО — всего 700 чел., орудий и минометов — 21; БТР — 7 ед.; гранатометов РПГ-7 — 21 ед., ДШК — 5 ед., различных пулеметов — 29 ед.) проявил крайне низкую стойкость. С учетом незначительного противника (но максимально преувеличенного в донесениях), достаточного количества запасов всех видов и ежедневных (по 3-4) бомбо-штурмовых ударов ВВС 40-й армии вокруг города можно было удерживать Бамиан без особых усилий. Однако руководство провинции смалодушничало и настояло на эвакуации правительственных сил, на что согласился Наджибулла. С объявлением решения на эвакуацию подавляющее большинство гарнизона ушло на сторону оппозиции, так как состояло из местных жителей, и лишь часть в условиях паники была эвакуирована вертолетами (около ста человек ушло в горы, по погодным условиям вывезти их уже не удалось). В Бамиане, как и в других районах, оппозиция, проведя работу с органами госвласти, также добилась своей цели — малыми силами захватила город, вооружение и запасы.

Анализ событий после завершения первого этапа вывода советских войск показывал, что если на севере республики мятежники стремились захватить власть в основном вооруженным путем, то в восточных и южных провинциях страны они пытались это сделать, сочетая в своих действиях силовое давление и мирные политические средства. В тех населенных пунктах провинций Кунар, Нангархар и Пактия, где не было крупных воинских гарнизонов, они стали активно насаждать представительства основных оппозиционных партий. Ими откупались земли для размещения перевалочных баз, складов и лагерей моджахедов. Налаживалась экономическая жизнь. Проводились работы по ремонту и восстановлению жилого фонда и дорог. Организовывалась служба общественного порядка путем создания совместных патрулей из представителей вооруженных отрядов оппозиции и племен. Все эти мероприятия финансировались и обеспечивались соответствующей пропагандой духовенства, настроенного против правительства.

В местах же, где имелись органы госвласти и гарнизоны ВС РА (Кандагар, Лашкаргах, Гардез, Газни, Асадабад, Джелалабад, Хост, Ургун), оппозиция предпринимала энергичные усилия по размыванию системы народной власти путем склонения ее представителей к сотрудничеству, активно используя племенные, родственные и религиозные каналы. Например в провинциях Кандагар и Гильменд командирам вооруженных отрядов оппозиции удалось в значительной степени преодолеть откровенную враждебность, существующую между формированиями различной ориентации, и договориться о прекращении столкновений.

Большую роль в этом сыграла группа представителей «Альянса-7», которая находилась в провинции Гильменд в конце июля-начале августа. В состав этой группы входили представители Саудовской Аравии. Основной задачей группы было примирить враждующие группировки и сплотить их для борьбы с госвластью. При этом саудовцы не скупились на обещания, выписывая и вручая чеки на сумму до 500 тыс. афгани (в пакистанских рупиях) даже командирам мелких бандгрупп.

Для решения спорных вопросов между различными группировками на территории, находящейся под контролем оппозиции, был создан так называемый исламский суд, в состав которого были избраны 7 человек представителей бывшей племенной знати.

В распоряжении «суда» было выделено 300 вооруженных человек от группировок различной ориентации, которые выполняли роль полицейских сил в районах, не контролируемых госвластью.

В это время большинство руководителей основных отрядов вооруженной оппозиции выехало в Пакистан для консультаций с лидерами оппозиционных группировок и получения оружия. Караваны с оружием прибывали в провинции Кандагар и Гильменд регулярно.

Среди жителей Лашкаргаха и военнослужащих гарнизона преобладающими стали настроения неуверенности в собственной судьбе.

Распространялись сведения о скором прибытии в провинцию Гильменд американских и японских специалистов. Президент гильмендской строительной компании заявлял, в частности, что американцы выделили им кредит в 3 млн. дол. для закупки сельскохозяйственной техники. Эта техника, по его словам, должна была поступить в провинцию после вывода советских войск из Афганистана. Характерно, что коттеджи, в которых жили советские специалисты, несмотря на острую нехватку жилплощади, остались незаселенными. Они предназначались для американских специалистов, которые должны были заменить советских.

В Нангархаре после вывода советских воинских подразделений из провинции и отхода правительственных сил из некоторых приграничных с Пакистаном районов под полный контроль вооруженной оппозиции сразу же перешли уезды Хугиани, Хисарак, волости Ширзад и Пачиро-Агам. Затем уже в ходе боевых действий в ноябре мятежники при поддержке пакистанских малишей захватили округ Шинвар, уезды Ачин, Назьян, Мухмандара, Рудат и волости Дорбаба, Лалпура, Батикот. Под частичным контролем государства находились лишь уезды Сорхруд, Кузкунар, Кама, Гошта, волость Дарайи-Нур и административный центр провинции г. Джелалабад. Эти районы подвергались практически ежедневному огневому воздействию противника.

Несмотря на проведенную вооруженными силами РА операцию, звались блокированными мятежниками основные транспортные магистрали Джелалабад — Кабул и Джелалабад — Торкхам, что создавало значительные дополнительные трудности в снабжении Джелалабада и Кабула продуктами питания и товарами первой необходимости.

Вооруженная оппозиция готовилась к более активным действиям в провинции, о чем свидетельствовали увеличивающиеся переброски из Пакистана вооружения, материально-технических средств на основные склады в районах Тура-Бура, Марульгад, Шпалькай, Шальман и Чеконур. На обстановку в Нангархаре негативное воздействие оказывал и тот факт, что в этой провинции действовали главным образом отряды «непримиримой» оппозиции из группировок ИПХ (Ю. Халеса) и ИПА (Г. Хекматияра).

В условиях, когда мятежники действовали активно и решительно, местное партийно-государственное руководство не предпринимало эффективных мер по борьбе с контрреволюцией и продолжало занимать выжидательную позицию. К тому же не было тесного взаимодействия между различными компонентами ВС в провинции (армия, МВД, МГБ), наблюдалось стремление переложить ответственность за неудачи друг на друга. Политическая работа с населением, в том числе с племенами практически не велась, резко сократился призыв в ВС (20% плана).

Возвращение беженцев из Пакистана в провинцию прекратилось. Более того, после нанесения ракетного удара по базе Марульгад и проведения операции на магистрали Джелалабад — Торкхам увеличилось число случаев ухода больших групп населения в зону свободных племен в Пакистане. Примерно такое же положение складывалось и в других провинциях на юго-западе страны.

В центральных районах страны, в зонах проживания хазарейцев, все более отчетливо стали прослеживаться антипуштунские настроения, готовность живущего там населения противостоять нашествию пуштунов в эти районы после вывода советских войск.

В ключевых районах страны мятежники поддерживали напряженность путем проведения обстрелов гарнизонов, административных центров, военных и промышленных объектов, нападения на посты и колонны на коммуникациях, террористической и агитационно-пропагандистской деятельности. Они создавали запасы оружия и боеприпасов, усиливали свои отряды и группы. Опасаясь потерь от ударов 40-й армии, особенно ее авиации, они более гибко реагировали на все изменения обстановки в контролируемых районах. Одновременно наносили удары по объектам советских войск, в том числе по их сторожевым заставам и постам.

Об этом на брифинге в Москве 4 ноября было сделано заявление представителя МИД СССР: «Формирования оппозиции сосредоточивают в последнее время удары на подразделениях советских войск. После вступления в силу Женевских соглашений было совершено 555 обстрелов и нападений на советские воинские части, в том числе 88 раз — ракетно-минометные обстрелы. 26 раз обстреливались аэродромы, на которых находилась советская военная техника, в результате чего пострадали принадлежащие СССР самолеты и вертолеты. Было совершено 400 нападений на сторожевые заставы. Имеются жертвы советского воинского персонала…»

Постепенно под контроль оппозиции перешли четыре провинции — Кунар, Пактика, Тахар и Бамиан. Были блокированы центры провинций Кандагар, Газни, Урузган, Лагман и Бадахшан. Напряженная обстановка сохранялась в приграничных с Пакистаном провинциях Нангархар, Пактия и Заболь. Происходило постепенное ослабление позиций государственной власти в провинциях Бадахшан, Баглан, Каписа, Вардак и Нимруз. Усилились ракетно-артиллерийские обстрелы Кабула и многих провинциальных центров страны. Была создана напряженность и угроза основным наземным коммуникациям республики, связывающим столицу с провинциями, в том числе имеющим стратегическое и народнохозяйственное значение дорогам Кабул — Хайратон и Кабул — Джелалабад. Однако сразу к серьезным политическим деформациям это не привело.

Таким образом, мятежники продолжали поиск новых форм и методов борьбы с государственной властью в условиях вывода советских войск и более гибкого реагирования на изменение обстановки в контролируемых районах. При этом тактика последовательного разложения партгосаппарата изнутри и перетягивания его на свою сторону всеми доступными методами все более заметно прослеживалась в их действиях. Этого просто нельзя было не учитывать президенту, руководству НДПА. Образно говоря, в перестройке форм и методов борьбы и работы с населением сторонники Наджибуллы не должны были отстать от оппозиции. Впрочем, попытки эффективнее, а главное, результативнее влиять на население провинций в 1988 г. предпринимались кабульскими властями не раз. Но когда болен весь организм, локальные вмешательства положения исправить не могут. Так было и здесь.



Трудные переговоры с оппозицией


Реально оценивая свои возможности на перспективу, оппозиция не ставила задачу немедленного захвата власти. Главным для нее была подготовка к решительным действиям после завершения вывода советских войск из Афганистана. Полевым командирам поступали директивы — не препятствовать возвращению 40-й армии на Родину; создавать запасы вооружения, боеприпасов, снаряжения и продовольствия; воздерживаться от боестолкновений между собой и проводить совместные операции против правительственных войск только в тех случаях, когда есть гарантия достижения успеха.

В этих условиях афганское руководство активизировало свои действия по налаживанию контактов с оппозицией. На этом направлении обозначились у президента страны определенные перспективы по налаживанию взаимоотношений с видными лидерами оппозиции Б. Раббани и С. А. Гилани, углублению конспиративных связей с Г. Хекматияром, а также наметились некоторые сдвиги в диалоге с бывшим королем Афганистана Захир Шахом. К этой деятельности подключились, наконец, и советские официальные дипломатические лица, проведя несколько встреч и переговоров с представителями «Альянса-7» (в частности, в декабре в Эт-Таифе, Саудовская Аравия). К сожалению, раньше такое не практиковалось, хотя условия к этому были, так как советская военная разведка установила неофициальные контакты с одним из лидеров «Альянса-7» еще в 1986 г.

В целом по стране конспиративным путем велись переговоры с сотнями руководителей вооруженных формирований различных исламских группировок. Общая численность подчиненных им контингентов составляла 70 тыс. человек (третья часть мятежников). Важно отметить, что в большинстве случаев оппозиционные руководители местного масштаба поддерживали контакты с представителями режима без согласования своих действий с зарубежными штаб-квартирами или эти согласования проводились ограниченно. Изложенная позиция была характерна для таких влиятельных главарей «второго эшелона», как Ахмад Шах Масуд, Туран Исмаил, Джелалуддин, Саид Джагран, Абдул Басир, контакты с которыми поддерживались при посредничестве влиятельных религиозных и национальных авторитетов. При этом существенную помощь афганской стороне, особенно на стадии установления и первоначального развития диалога с оппозиционерами, оказали советские военные представители в РА.

Полевым командирам, как правило, направлялись вопросы, которые предлагалось обсудить с целью установления мира в контролируемых зонах. Например, в ноябре такие вопросы были переданы Джелалуддину Хаккани.



Письмо


Вопросы, предлагаемые для обсуждения

  1. О признании независимости пуштунских племен в юго-восточной части Афганистана в рамках республики и принципах их взаимоотношений с центральной властью.
  2. О представительстве Джелалуддина пуштунских племен в руководстве республики и восточных провинциях — в Национальном совете и правительстве страны.
  3. О легализации деятельности ИПХ и ее регистрации в качестве законной и независимой партии Афганистана.
  4. Об организации экономической помощи населению провинций Пактика, Пактия и округа Хост со стороны центральных органов власти.
  5. О прекращении огня в рамках указанных провинций и открытии дороги Кабул — Гардез — Хост.
  6. Об организации транспортного сообщения по этой дороге и ее охраны силами местных племен.
  7. Об оказании военной помощи вооруженным формированиям племен техникой, вооружением, боеприпасами со стороны ВС РА.

Направленные мною вопросы согласованы с советским послом в Афганистане Воронцовым Ю. М. и генералом Варенниковым В. И., которые, в свою очередь, согласовали эти вопросы с руководством республики.

Советник.

Большую тревогу у Наджибуллы вызывало состояние дел в территориальных и племенных формированиях, созданных в русле политики национального примирения, порою из бывших отрядов вооруженной оппозиции. Их командиры в сотрудничестве с госвластью в первую очередь видели источник получения вооружения и боеприпасов. Они были крайне ненадежны, руководствовались только собственной выгодой и фактически являлись для мятежников резервом. Эти формирования нередко воевали между собой, а при боестолкновениях правительственных войск с моджахедами первыми переходили на их сторону. Да и падение режима Наджибуллы во многом предопределил неожиданный отказ от сотрудничества командира узбекской дивизии территориальных войск Р. Дустома, который выдвинулся на первые роли в афганской армии уже после вывода советских войск.

Нередко командиры племенных формирований действовали то на стороне правительства, то на стороне оппозиции. В качестве примера сошлюсь на свидетельство советника при командире 18-й пд: «В сентябре 1987 г. через командование 18-й пд на переговоры с правительством Афганистана вышел командир территориального полка Расул Пахлаван, который в январе отказался от сотрудничества с госвластью и увел свой полк в горы. На сей раз он выразил готовность подписать с правительством протокол о совместных действиях, на основании которого его полк вновь бы вошел в состав 18-й пд, а Расул брал на себя обязательство обеспечить безопасность пропуска колонн с грузами по дороге Шиберган — Меймене. На торжества по случаю подписания протокола прибыли представители правительства, первый заместитель министра обороны ДРА генерал-лейтенант Н. Азими и много журналистов. От аппарата главного военного советника в Афганистане присутствовали полковник В. Тиунов и подполковник В. Скоп.

Расул, чувствуя, что прежнего доверия к нему нет, решил своеобразно подтвердить свои «истинно добрые» намерения. Он сообщил, что его людьми задержан и находится в плену французский разведчик, которого он готов передать кабульским властям. Естественно, мы очень заинтересовались этим предложением и сразу же с командиром дивизии генерал-майором Фаруком вылетели на вертолете в Меймене в полк к Расулу. Как только вертолет приземлился, к нему подвезли на машине молодого человека типично восточной внешности, в национальной афганской одежде, с завязанными глазами и связанными руками. Передали также его сумку с вещами.

Прямо в вертолете я стал расспрашивать пленного, кто он такой и как попал к Расулу. Переводчик перевел, что пленный является арабом французского происхождения, зовут его Аллен Гийо, он журналист. Для того чтобы собрать информацию, он двигался пешком из Пакистана по северным районам Афганистана до тех пор, пока не был захвачен в плен. В его сумке лежало несколько фотоаппаратов, дневники с записями и кассеты с фотопленкой. На самом дне сумки под вещами мы обнаружили карту севера Афганистана, на которой был нанесен маршрут движения «журналиста». Кроме того, наше внимание привлекли наколотые, видимо иголкой, точки вдоль трассы Хайратон — Саланг и Хайратон — Мазари-Шариф — Шиберган. Советник начальника разведки 18-й пд подполковник Скоп перенес эти точки на свою карту и определил, что они полностью совпадают с местами расположения сторожевых застав 40-й армии.

По прилете в Мазари-Шарйф мы передали Гийо прибывшим из Кабула представителям афганских органов безопасности. Несколько дней спустя мы получили шифровку, в которой сообщалось, что «журналист» признался в своей разведывательной деятельности. Одновременно там говорилось, что у Расула осталась видеокамера француза с пленкой, на которой заснят командир полка, лично стреляющий из орудия по советским солдатам. Естественно, Расул все отрицал, и понадобилось немало изобретательности, чтобы получить у него эту видеокамеру, однако кассету он так и не отдал.

Через некоторое время мы узнали, что французский журналист Аллен Гийо за сбор разведывательной информации осужден на 8 лет. Однако в первой половине 1988 г. президент Наджибулла в качестве жеста доброй воли освободил его и передал французскому правительству».

Осенью 1988 г. лидеры оппозиции не думали о примирении с правительством, а, наоборот, готовились действовать еще более решительно и дерзко. Они стремились привлечь себе в союзники командиров племенных и территориальных формирований, заключивших договоры с кабульскими властями. Об этом советское командование узнавало и из… первоисточников. Ведь у нас в Афганистане довольно-таки неплохо работали самые разные службы армейской разведки, не говоря уже о каналах особых отделов КГБ и специалистах ГРУ ГШ ВС СССР. Сошлюсь на пример радиоперехвата переговоров, которые вел общий главарь вооруженных формирований оппозиции провинции Герат Туран Исмаил (ИОА) с командирами племенных формирований Фазиль Ахмадом Саиди и Даудом Зиярджем, сотрудничавшими с госвластью. Они очень наглядно показывают характер их взаимоотношений и уровень «надежности» командиров племенных и территориальных формирований по отношению к режиму Наджибуллы.



Радиоперехват разведки 40-й армии


Беседа Турана Исмаила с Фазиль Ахмадом Саиди 25.10.1988 г.

Туран Исмаил (Т. И.). Саиди-саиб, я полагаю, что в связи с постоянной занятостью, а, возможно, и без учета ее, я несколько забыл о вас. По нашему мнению, возможно, и вы об этом подозреваете, что еще до вашего приезда органы госвласти узнали о нашей встрече. Саиди-саиб, мы думаем, что в сегодняшней обстановке в Герате, в той провинции, которая в начале революции считалась героической, мы, к большому сожалению, в связи с отсутствием внимания наших братьев, оказались почти бессильными. В особенности уход части людей в Кандагар, что сильно сказалось на нашем положении в Герате и стало причиной нашего отставания по сравнению с другими провинциями. Однако вы должны учесть, что часть людей находится с Сайд Ахмадом, другая часть держится нейтрально. И уход части сил в Кандагар является большим грехом для населения Герата.

Фазиль Ахмад Саиди (Ф. А. С.). Я весь внимание и хотел бы услышать ваши предложения и указания.

Т. И. Саиди-саиб, рядом с вами стоит Дауд-хан. Если вы и мы смогли бы дивизию… Мы с Дауд-ханом не имеем никаких претензий. Наши моджахеды совместно с людьми Дауд-хана проводят совместные операции. Возможно, вы об этом слышали. Между нами никаких различий, мы с Дауд-ханом и его людьми — братья. Я вам обещаю, что в эти ночи зазвенит колокол тревоги Амир Сайд Ахмада и вы его услышите. С помощью аллаха, есть много мусульман, которые делают многое для этого. То, что аллах этого не захочет, это уже отдельная проблема. Вы в ближайшее время станете свидетелем того, что Амир Сайд Ахмад не будет господствовать в этих районах.

Ф. А. С. Амир-саиб, когда вы требовали у меня действий, я ничего не имел. В настоящее время у меня все есть и жду ваших указаний. Нет никаких проблем. Вы только дайте задание, сделай то-то и я готов его выполнить.

Т. И. Саиди-саиб, вы поверьте, у нас много претензий к вам. Я даже не хотел направлять вам письменное послание, так как вам известна основа положения в Афганистане. Вы видите, что крах русских и коммунистической власти в Афганистане близок. Видя это все, вы должны сделать очень много для того, чтобы сегодня подтолкнуть Герат и показать госвласти это. Поверьте, в этой связи у вас были возможности совершить великие дела, однако вы не сделали самую малость. Мы устали от вашей перестраховки в действиях.

Ф. А. С. Извините, Амир-саиб, я не перестраховывался, и нет нужды об этом говорить. Я постоянно избегал многословия, никогда не старался вас обманывать. Если что не мог сделать, то всегда говорил, что не смогу, а что мог, то всегда делал. Сегодня, с благословления аллаха, вы поставьте передо мной любую задачу, и я ее выполню.

Т. И. Саиди-саиб, вы лучше меня понимаете, что вам необходимо сделать. Речь идет о делах, которые ещё больше могли расшатать устои госвласти, это те дела, которые могли восславить имя Герата. Они вам известны, и нет необходимости мне повторяться через средства связи, что вам надлежит сделать. Вы сами лучше понимаете и знаете. Поверьте, я прямо скажу, что вы перестраховываетесь. Рядом с вами находится Дауд-хан. Я не хочу его хвалить вам, чтобы он не возгордился. Вам известно, что он делает и как противоборствует. Однако мы вас не понимаем, почему вы страхуетесь.

Ф. А. С. Я вам обещаю всех друзей, которые стоят рядом со мной и вами, как моджахеддинов использовать для дела. Они не позволяют нам действовать. Есть лица, которые носят имя моджахеддинов, которые не дают работать и выполнять задачи. Если они были бы едины в целях, ми смогли серьезней противоборствовать врагу.

Т. И. Саиди-саиб, не вините других. Запомните, что каждый из наших братьев сам может ответить за себя. Если вы хотите исправить положение, то мы очень рады. Все, что вы будете говорить нашим братьям, они исполнят. Те, кто стоит за Амир Саид Ахмадом, не столь важны. Там, где мы их видим, мы их бьем, меньше бойтесь их.

Ф. А. С. Амир-саиб, они находятся рядом с нами, не позволяют нам ничего делать. Вы их уберите подальше от нас, и мы начнем противоборство. Они, Амир-саиб, делают плохие дела, против которых мы бессильны. Вам известно, что они только чего не делают, используя Амир Саид Ахмада и других, которые связаны с МГБ. Они стояли против нас, и мы не можем выпрямиться. Если вы очистите наши районы от них, мы готовы выполнить любые задачи.

Т. И. Поверьте, Саиди-саиб, мы постоянно готовы должным образом ответить и нисколько не боимся тех, кто под различными предлогами встанут на нашем пути. Только с условием, если вы, конечно, несколько откроетесь из-за вашей ширмы.

Ф. А. С. Амир-саиб, я не могу все сказать по радио. К вам прибудет наш с вами связник. Он подробно расскажет вам обо всем, я передам через него. Вы были в Иране, я также находился в Кабуле. Поэтому связник на днях прибудет к вам и все доложит. После чего мы будем ждать ваших указаний и выполним их.

Т. И. С благословением аллаха, с верой в него, Саиди-саиб, есть известная пословица…

Мы и вы, и священная война в Афганистане — реальность. Мы с вами несем ответственность в этом плане. Мы готовы ко всему за ислам и родной Афганистан.

Ф. А. С. Я понял сказанное вами, также понял, почему вы обижены. Мне понятно. Однако через радио нельзя все обсудить. Я намеревался это сделать и когда то, что случилось с Арбобом Гани — я вынужден был уйти от него. Я перед братьями и друзьями сказал ему и объяснил причины. Я вернулся из Кабула недавно и за короткое время наконец на практике покажу вам все. Я направляю своего связника к вам, чтобы все вам рассказал. И соответственно он доведет до нас ваши решения и указания, которые мы выполним. Есть ли у вас что ко мне?

Т. И. Желаю только здоровья.

Ф. А. С. Мы все свои силы направим для дела. Передайте наши приветы и пожелания всем братьям.

(Перевод с дари.)



Радиоперехват разведки 40-й армии


Беседа Турана Исмаила с Даудом Зиярджем 25.10.1988 г.

Дауд Зиярдж (Д. 3.). Амир-саиб, как ваше здоровье? Как наши братья?

Туран Исмаил (Т. И.). Слава богу, слушаю вас.

Д. 3. Если мы сделаем одно дело завтра вечером, совместно проведем чистку района?

Т. И. Очень хорошо, предложение хорошее. Если вы готовы, то мы тоже готовы.

Д. 3. Мы готовы в каждую минуту, Амир-саиб. Мы постараемся вместе с вами обязательно очистить указанный район, если даже придется пожертвовать сотней мусульман, так как этот район стал преградой на нашем с вами пути.

Т. И. Вы правы, мы готовы к этому.

Д. 3. В отношении человека, который ранее беседовал с вами (речь идет о Фазиль Ахмаде Саиди). Дайте ему возможность возвратиться к нашему общему делу.

Т. И. Поверьте мне, да и вы тоже слышали о том, что он никогда не говорит правду.С самого начала до сегодняшнего дня мы ему ставили ничтожные задачи, однако он их не выполнял. В свою очередь, создал нам ряд больших трудностей.

Д. 3. Я знаю об этом, я пригласил его несколько людей и еще приглашу группу. Я предложил им принять участие в чистке этого района. Это послужит хорошим подспорьем в отношениях между нами. Кроме того, он доставил два танка в Занган.

Т. И. Через некоторое время после нашего разговора, не знаю по какой причине, вчера тот район был обстрелян. Вам это говорит о чем-нибудь?

Д. 3. Да, конечно, это было сделано с получением информации. Вы же сами все понимаете.

Т. И. Эти проблемы решаются. Эти БШУ ничтожны.

Д. 3. Они не имеют значения для нашей с вами победы. Амир-саиб, направьте Гулоба в те районы, где он хорошо ориентируется, пусть начнет боевые действия и этим отвлечет силы, чтобы в районы наших действий не могла быть переброшена…

Т. И. Хорошо, я утром его направлю. Единственная трудность в том, что мы с вами обговаривали (выстрелы к РПГ), которые вы нам еще не направили.

Д. 3. Султан Ахмад свидетель, что во вчерашней автомашине, с которой случилось то, что вам известно, было 40 выстрелов к РПГ, 10 ящиков мин, по десять ящиков патронов к пятизарядкам и АХ, и боеприпасы к ЗГУ. Их мы направили к вам. Возможно, при взрыве половина всего этого уничтожена.

Т. И. Действительно, если бы не этот случай. Но все же нам очень трудно.

Д. 3. Ничего, я скажу Фазиль Ахмаду Саиди, и он направит вам. Я в прошлый раз привез 300 выстрелов к РПГ и отдал их нашим братьям. Сейчас у нас 40 РПГ, на каждый из которых имеется не более пяти выстрелов. Если и тот человек направит мне, то я переправлю их вам.

Т. И. Если он до завтрашнего вечера не направит, то наши дела плохи.

Д. 3. Постараемся направить вам все виды боеприпасов.

Т. И. Если тот человек согласится дать, пусть выделит 100 выстрелов.

Д. 3. В прошлый раз тот человек выдал мне 300 выстрелов. В этот раз, когда я был в Кабуле, по отдельным вопросам мы поссорились, я его выгнал из своего дома. Поверьте, моя машина следовала из аэропорта и по пути поломалась, он не направил нам машину.

Т. И. Да, а тот, который раньше вас говорил со мной (Ф. А. Саиди), не может нам помочь?

Д. 3. Я говорил ему. Кроме того, Ариф-хан в тот раз из Тургунди для себя доставил 800 штук. Пока их не использовал, все они находятся у него. Я направлю и к нему. Вы тоже запросите у него.

Т. И. Я уже направил к нему. Однако до завтрашней операции не поступит.

Д. 3. Вы все же постарайтесь, мы тоже предпримем все. Амир-саиб, мы завтра вечером в то же место для вас доставим что-нибудь. С началом совместной операции танки, которые направятся на вашу сторону, доставят их.

Т. И. Пусть Аллах смилостивится!

Д. 3. Тот человек, у которого мы получали, имеет 30 тысяч выстрелов. В тот приезд он говорил о многом, и вновь я ему нагрубил.

Т. И. Почему он быстро отказался от своих обещаний?

Д. 3. Амир-саиб, они на самом деле не имеют чистого сердца и правильного пути. Те, кто не имеют веру, могут перепрыгивать с дерева на дерево.

Т. И. Пусть Аллах поможет им в этом.

Д. 3. Их смерть в двух осветительных ракетах. Амир-саиб, они, как всегда, вновь с мольбой придут к нам и будут целовать наши с вами руки и ноги.

Т. И. Еще что у вас для меня?

Д. 3. Только пожелания здоровья. Сумиан Ахмад находится у меня в качестве инструктора. Жалуется, что находится как в тюрьме. С очисткой дороги намерены вместе с ним прийти к вам.

Т. И. До появления возможности свободной переброски его никуда не отпускайте.

Д. 3. Пока не будет очищена дорога, я его не отпущу.

Т. И. Передайте мои приветы всем братьям, Гулям Сарвару и Гулям Яхи.

Д. 3. До свиданья.

(Перевод с дари.)

В то же время возможности по установлению контактов и проведению переговоров государственной власти с оппозицией были далеко не исчерпаны. Советское руководство стало предпринимать усилия по установлению контактов и ведению диалога с лидерами оппозиционных партий из «Альянса-7» и вовлечению их в прямые переговоры с НДПА. Однако такие действия явно запоздали. Об этом руководитель Оперативной группы МО СССР докладывал министру обороны:«Сердцевиной провозглашенной руководством РА политики национального примирения является установление и развитие контактов с видными деятелями различных сил оппозиции с целью достижения взаимоприемлемых компромиссов в интересах прекращения кровопролития и последующего урегулирования положения в стране.»

С января 1987 г. афганское руководство предприняло определенные усилия по следующим основным направлениям: поиск каналов для установления контактов и проведения переговоров с отдельными лидерами «Альянса-7»; выход на бывшего короля Афганистана Захир Шаха и близкие к нему круги, представленные в основном видными деятелями прошлых режимов; проведение диалога с полевыми командирами вооруженной оппозиции, возглавляющими крупные группировки мятежников; достижение договоренностей с командирами формирований среднего и мелкого уровня в интересах локального прекращения огня в отдельных районах страны.

Для ведения этой работы на различных уровнях было создано около 1500 комиссий по национальному примирению.

Отрабатывались вопросы проведения встречи Наджибуллы с Ахмад Шахом (после соответствующих контактов и переговоров с ним советских представителей). Однако не было твердых гарантий в том, что лидер ИОАП пойдет на развитие контактов на более высоком уровне. Масуд сомневался в искренности намерений афганских властей, которые своими непосредственными действиями уже неоднократно срывали начинавшийся конструктивный диалог.

Наиболее успешно развивались отношения руководства РА с Саид Ахмадом (Герат), Саид Кайяном (Баглан), Самадом (по линии РОТА, Тахар). Вместе с тем эти контакты были не в состоянии привести к полной нормализации обстановки в пользу госвласти и ПНП в районах, где действовали вооруженные формирования этих полевых командиров. Так, например, во время захвата экстремистами провинциального центра Талукан (Тахар) отряды и группы Самада (РОТА) не оказали поддержки правительственным силам.

На основе анализа можно сделать вывод, что это основное направление в программе национального примирения, несмотря на придание ему в официальных заявлениях руководителей страны высокой значимости, не находило должной практической реализации по следующим причинам: отсутствие единства в действиях между руководством НДПА и правительством РА, особенно в понимании необходимости срочно проводить диалог с оппозицией в рамках политики национального примирения. Многие ответственные работники не желали идти на компромиссы и не поддерживали идею раздела власти, что довлело на президента; низкий моральный и боевой дух ВС РА давал основание оппозиции быть уверенной в своем успехе после вывода советских войск из Афганистана; категорический отказ оппозиции от сотрудничества с НДПА при ее амбициозных претензиях в практической жизни на руководящую роль при формировании коалиционной структуры управления страной; продолжающееся обострение межнациональных отношений и рост влияния этого фактора на установление контактов между госвластью и оппозицией. Всплеск в стране самосознания нацменьшинств воспринимался руководством РА (в большинстве пуштунского происхождения) негативно, что выражалось в сознательном затягивании принятия решений по дальнейшему развитию наметившихся контактов с непуштунскими бандформированиями (например, с хазарейцами); активная деятельность спецслужб США, Пакистана и Ирана по недопущению контактов госвласти с представителями оппозиции.

Использовались как физическое устранение отдельных бандглаварей, так и организация массового вооруженного давления с использованием экстремистских сил (главным образом ИПА) на целые группировки, у которых наметилась связь с госвластью.

Правда, надо заметить, что авторитетные полевые командиры не хотели запятнать себя сотрудничеством с умирающим режимом, а если некоторые главари средних отрядов и шли на такой шаг, то только из меркантильных соображений: получение от правительства оружия, боеприпасов, продовольствия и т. д. Но союз этот был крайне непрочным, так как при любом удобном случае они вновь отказывались от сотрудничества и переходили в лагерь мятежников. Таким образом, массового перехода отрядов оппозиции на сторону режима Наджибуллы, на что рассчитывали, начиная проведение политики национального примирения, не произошло.

В самой оппозиции тоже усиливались разногласия, ожесточалась борьба за власть и сферы влияния, нередко принимая форму вооруженных столкновений между отрядами разных партий, но кабульские власти не могли или не хотели воспользоваться этим обстоятельством с целью завоевания на свою сторону союзников.

С начала вывода советских войск из Афганистана мнения лидеров «Союза семи» по тактике действий в ряде случаев разделились.

Об этом, в частности, свидетельствовал опыт вывода советских войск из провинций Нангархар, Газни, Логар, Кунар, Лагман, Пактия, Варак, Заболь, Кандагар, Гильменд, где вооруженные формирования различной партийной принадлежности действовали в зависимости от конкретных условий и от общих планов, выработанных их партийными лидерами. Здесь колонны выводимых советских частей огневому воздействию практически не подвергались.

Непримиримое отношение к процессу вывода советских войск заняли вооруженные формирования ИПА, получившие специальные указания из Пакистана. Примером этому может служить операция «Памир», проводимая в провинции Бадахшан (вывод 860-го отдельного мотострелкового полка), где мятежники из ИПА выдвинулись к району коммуникаций и провели интенсивное минирование отдельных участков, обстреливали советские подразделения, и лишь после нанесения массированных авиаударов и огневых налетов их активность значительно снизилась и мы смогли завершить эту операцию.

Вывод советских войск в соответствии с объявленным графиком усиливал поляризацию в лагере оппозиции. Все острее вставала проблема выбора: или политическое решение, или продолжение войны.

Мы отмечали, что отношение лидеров «Альянса-7», даже наиболее радикально настроенных, к данному вопросу постепенно стало меняться. В частности, это касалось лидера ИПА Г. Хекматияра, который несколько утратил свой авторитет в силу своей резкой непримиримости и нежелания считаться с мнением других участников «семерки». Г. Хекматияр вынужден был дать указания о необходимости гибкого реагирования на изменения обстановки в контролируемых группировкой районах, отказе от ведения широкомасштабных боевых действий против советских войск и госвласти за исключением тех случаев, когда происходило их проникновение в зоны влияния ИПА.

С началом вывода ОКСВ часть полевых командиров заняла выжидательную позицию и практически прекратила боевые действия против советских и правительственных войск. Например, в сентябре таких отрядов и групп насчитывалось около 300, в которые входило 12 тыс. чел. (что составляло соответственно 15 и 17% от общей активной группировки мятежников).

Важную роль в обеспечении стабильности обстановки в отдельных районах страны сыграли и проведенные советским командованием и органами госвласти переговоры с наиболее влиятельными руководителями вооруженных формирований оппозиции.

Количество мятежников, вступивших в контакт с госвластью, составляло: перешедших на сторону госвласти — 175 отрядов и групп, 10 тыс. чел.; подписавших протоколы о прекращении огня — 206 отрядов и групп, 8840 чел.; вступивших в переговоры — 549 отрядов и групп, 17 240 чел.

Потом этот процесс значительно притормозился.



Справка


О количестве банд мятежников, перешедших на сторону государства и вышедших на переговоры
Зона, провинции Перешло на сторону государства Вышло на переговоры
  банд мятежников банд мятежников
Зона Кабул 6 213 7 150
Провинции:
Бамиан 3 130
Парван 3 28 18 654
Каписа 6 318
Тохар 6 454
Кундуз 1 60
Баглан 11 1692 8 305
Бадахшан 5 115
Кунар 7 395 7 900
Нангархар 10 344 25 454
Лагман 5 149 1 38
Газни 4 420 4 295
Пактия
Пактика 1 350
Заболь 1 250 1 30
Гильменд 7 184 6 215
Кандагар 1 150 5 685
Урузган
Нимруз 3 135
Фарах 9 567 10 610
Герат 55 5555 10 1720
Гур 2 92 4 1580
Бадгиз 4 131 2 1300
Фарьяб 14 5947 16 735
Балх 1 70 14 700
Джаузджан 16 1247 6 315
Саманган 4 94
Сари-Пуль
Округ Хост 1 14 6 305
Итого: 173 14 163 11533


 

Источники информации: штаб 40-й армии, аппарат главного военного советника в Афганистане, г. Кабул, 30 ноября 1988 г.

В то же время по мере вывода советских войск из Афганистана все более обострялись разногласия между вооруженными формированиями различных партий оппозиции, действующими на территории РА. Это обусловливалось стремлением полевых командиров оппозиционных формирований, пользуясь благоприятной ситуацией, установить свое господство в тех или иных районах.

Наиболее остро эти противоречия проявлялись между вооруженными отрядами двух наиболее крупных оппозиционных партий — ИОА (лидер Б. Раббани) и ИПА (лидер Г. Хекматияр).



Информация


В конце июля с. г. отряды ИОА из провинции Лагман и Панджшера численностью до 900 человек совершили нападение на группы ИПА в районе Пачеган уезда Тагаб (провинция Каписа), вытеснили их и в районе Ашли развернули свой оперативный пункт.

Развернулись боевые действия между отрядами главарей Арьянпура (ИОА) и Мухаммада Бахадура Модафе (ИПА) в районах Вахши, Дашти Ага и Хайбак уезда Кишим провинции Бадахшан. С обеих сторон имеются значительные потери. В конце июля с. г. после продолжительных боестолкновений формирование Мухаммада сдалось Арьянпуру.

В борьбе за расширение сферы влияния отмечается активизация отрядов Ахмад Шаха Масуда (ИОАП) в северных и центральных районах Афганистана. Только за последние два-три месяца отряды А. Ш. Масуда не менее девяти раз предпринимали попытки оттеснить силы ИПА из северных районов провинции Баглан.

В конце июля-начале августа с. г. отмечается резкое обострение противоречий между различными формированиями различных контрреволюционных партий и организаций в провинции Вардак. Так, в конце июля вновь возобновились столкновения между группами ДИРА (лидер М. Наби) и НФСА (лидер Моджаддади) в районе Шамиз (уезд Нерх).

Органы разведки ИПА располагают сведениями о том, что в ближайшее время планируется переброска из Пакистана групп мятежников ИСОА и ДИРА под командованием Мула Ник в провинцию Вардак с целью захвата районов Дадал и Садмарда уезда Нерх, которые в настоящее время контролируются силами ИПА.

По мнению руководства ИПА, в Хазараджате сложилась крайне неблагоприятная обстановка для сторонников Хекматияра. Пользуясь слабостью позиций ИПА в этом районе, отряды «Наср» и другие шиитские формирования перехватывают и грабят караваны этой партии, следующие в северные районы Афганистана. В конце июля хазарейцами был перехвачен караван, следовавший в уезд Кишим провинции Бадахшан под командованием Моулана Сафар Мухаммада. При этом было изъято оружия, боеприпасов и другого имущества общим весом около 10 тонн и четыре миллиона афгани.

Источники информации: штаб 40-й армии, советское посольство в Кабуле, КГБ СССР, ГРУ ГШ ВС СССР,
август 1988 г.

Внешняя оппозиция активизировала свои усилия по созданию условий для захвата власти в стране. Но она по-прежнему была разобщена и неоднородна, что значительно снижало результативность ее действий. Организовавшись к середине 80-х годов в какое-то подобие «единого фронта», она вела усиленную работу по формированию из вооруженных отрядов мятежников исламских полков и батальонов наподобие регулярной армии, так как понимала, что партизанскими методами власть в стране захватить будет трудно и даже невозможно. Советское военное командование внимательно следило за всеми изменениями в стане оппозиции и вырабатывало соответствующие меры противодействия.



Информация к размышлению (Секретно)


Силы контрреволюции на территории Афганистана

Численность вооруженных отрядов оппозиции, действующих на территории РА, сохраняется на достаточно высоком уровне. На конец 1988 г. общая численность группировки мятежных формирований составила 4530 отрядов и групп, 173 тыс. чел,, из них наиболее активно действующих бандотрядов насчитывается 1920, численностью до 82,3 тыс. мятежников.

На вооружении бандформирований находятся главным образом стрелковое оружие, противопехотные и противотанковые мины, легкие артиллерийско-минометные и зенитные средства, вес и габариты которых позволяют перевозить их на небольших грузовых автомобилях, вьючных животных и переносить вручную.

В течение 1987-1988 гг., несмотря на потери, понесенные в ходе вооруженной борьбы с правительственными войсками, контрреволюции удалось повысить оснащенность бандформирований. Так, в настоящее время на вооружении бандформирований состоит: 692 ПЗРК, 1020 ПУРС, 28 ПТРК, 86 ГП, 1440 БО, 2780 МНТ, 770 ЗГУ, 64050 ДШК, 10140 РПГ (ПЗРК — переносные зенитные ракетные комплексы, ПУРС — пусковые установки реактивных снарядов, ГП — горные пушки, БО — безоткатные орудия, МНТ — минометы, ЗГУ — зенитные горные установки, ДШК — крупнокалиберные пулеметы, РПГ — ручные противотанковые гранатометы. — Примеч. авт.).

Для военной подготовки мятежников продолжает использоваться созданная сеть специализированных центров подготовки и военизированных лагерей, в которых под руководством иностранных инструкторов и специалистов проводится обучение рекрутов методам и способам вооруженной борьбы и прививаются навыки в применении различного оружия.

Новым моментом в деятельности лидеров оппозиции является их стремление реализовать программу формирования так называемых исламских полков, которая разработана под нажимом и при участии США, Пакистана и других стран, финансирующих деятельность антиправительственных сил. Ее главные цели — упорядочение организационной структуры бандформирований и повышение на этой основе эффективности их действий против ОКСВ и афганской армии. Кроме того, по оценке главарей контрреволюции и работающих с ними представителей западных стран, создание полков, приближающихся по своей организации к частям регулярной армии, должно способствовать росту престижа мятежных сил на международной арене, обеспечить им дальнейший приток финансовой, военной и другой помощи. Оппозиционное руководство рассчитывает использовать их в перспективе в целях реализации вынашиваемой идеи создания так называемой единой исламской армии, которая может стать основным инструментом в деле борьбы за власть в стране после вывода советских войск из Афганистана.

К настоящему времени афганской контрреволюцией сформировано 62 полка, из них 22 — на территории Пакистана, остальные — главным образом в приграничных с Пакистаном районах (Кандагар, Пактия, Пактика, Нангархар, Кунар, Заболь) и некоторых других провинциях (Герат, Баглан). При этом каждая контрреволюционная организация имеет свои полки. Так, ИПА имеет — 40, ИОА — 14 полков и т. д. Отмечаются случаи попытки создания полков, в состав которых входят отряды и группы различной партийной принадлежности.

На территории Афганистана вооруженные формирования полкового типа создаются на базе нескольких бандгрупп и отрядов по территориальному и родоплеменному признаку. Такие полки имеют свои четко ограниченные зоны ответственности. Каждый из них состоит из штаба полка, трех батальонов трехротного состава и нескольких вспомогательных подразделений, в том числе огневой подготовки и по борьбе с воздушными целями.

Полки, формируемые на территории Афганистана, по замыслу лидеров контрреволюционных группировок, должны со временем стать основными организационными и боевыми единицами мятежных сил в районах их ответственности. Каждый такой полк подчиняется непосредственно своей организации, поддерживает радиосвязь с ее штабом в Пакистане.

Полки, дислоцирующиеся на пакистанской территории, используются для формирования и переправки отрядов и групп мятежников, а также в качестве перевалочных баз для оперативной переброски в Афганистан оружия, боеприпасов и средств снабжения. Боевые батальоны полков привлекаются для участия в боевых операциях мятежников в приграничных районах РА. В местах дислокации полков построены военные склады.

На территории Афганистана насчитывается 172 основных объекта мятежников, в том числе 14 базовых районов, 4 перевалочные базы, 9 перевалочных пунктов, 145 районов базирования. Наибольшее количество объектов размещено в северо-восточных, центральных, южных провинциях и в зоне Кабула.

В приграничных районах СЗПП (на территории проживания пуштунских племен), а также в центральных горных районах РА ведется интенсивное строительство новых, около 110 объектов, в основном складов ОПБР (оружия и боеприпасов).

Наибольшая активность в подрывной деятельности бандформирований проявляется в провинциях Кабул, Тохар, Бадахшан, Порван, Каписа, Вардак, Кунар, Нангархар, Пактия, Газни, Канда Кандагар, округе Хост, на основных магистралях страны, где сосредоточено около 70% общей численности мятежников.

Несмотря на подписание Женевских соглашений, США и Пакистан продолжают обеспечивать оппозицию всем необходимым для ведения подрывной деятельности на территории Афганистана. Только за октябрь 1988 г. из Ирана и Пакистана отмечено прохождение свыше 100 караванов с ОБПР.

На восполнение потерь и усиление группировки из Ирана и Пакистана переброшено с мая 1988 г. около 21,7 тыс. чел. (май — 9,5; июнь — 2,3; июль — 3,4; август — 2,5; сентябрь — 1,6; октябрь — 2,4 тыс. чел.).

С момента начала вывода советских войск (15.05.1988 г.) территория, контролируемая госвластью, начала сокращаться. Полностью под контролем мятежников находятся провинции Бамиан, Пактика, Кунар. Из 30191 кишлака госвласть контролирует около 8500 (28%), 22 провинциальных центра и г. Хост, 39 уездов и волостей, 91 уездный и волостной центр (из 290).

Источники информации: МГБ РА, РУ ГШ ВС РА, штаб 40-й армии, КГБ СССР , ГРУ ГШ ВС СССР,
г. Кабул, ноябрь 1988 г.



Наджибулла стремится удержаться у власти любым путем


Психологическая война, диверсии, экономический саботаж, вывод из строя транспортных коммуникаций, участившиеся обстрелы воинских частей, создание обстановки страха путем «слепых» обстрелов крупных городов со стороны оппозиции вели к дальнейшему обострению военно-политической обстановки в РА. Дипломаты многих стран покинули свои посольства в Кабуле. Население, осуждая оппозицию за обстрелы городов и диверсии, высказывало недовольство правящим режимом, который не мог обеспечить нормальной жизнедеятельности даже в контролируемых им административных центрах.

Многие руководители партийно-государственного аппарата РА (в том числе и в ВС РА) занимали в это время пассивную позицию.

Некоторые из них игнорировали требования издаваемых правительственными органами постановлений, приказов, директив и даже законов (особенно это касалось вопросов призыва в армию). Прикрываясь лозунгами политики национального примирения, большинство руководителей Советов обороны провинций систематически не выполняли планы призыва в армию.

В итоге она постепенно уменьшалась численно и утрачивала свои боевые качества. Однако к ним никаких мер не предпринималось, несмотря на постоянные настойчивые рекомендации советников. Либерализм и всепрощенчество, проявляемые на всех уровнях, порождали еще большую апатию и стимулировали нежелание выполнять задачи по борьбе за режим. Усиливалась деморализация партии, многие руководящие члены ЦК и функционеры больше были озабочены собственной судьбой, чем судьбой НДПА. В партии все больше стало проявляться дезертирство. Многие члены НДПА, сохраняя свое членство в этой партии, становились активными членами других политических партий (РОТА, ОТА, АМРА). Все заметнее ослабевала связь между руководством и нижестоящими партийными организациями. Последних, особенно в провинциях, практически бросили на произвол судьбы. Нарастали капитулянтские и пораженческие настроения.

Вместе с тем все-таки главной опасностью для режима Наджибуллы по-прежнему оставались внутренние противоречия, расшатывающие партийный и государственный аппарат. Фракционная борьба по мере вывода советских войск обострилась во всех эшелонах. Причем это противоборство усложнялось борьбой многочисленных клановых группировок, что способствовало организационной нестабильности и аморфности не только НДПА в целом, но и обеих фракций. Кроме того, в партии, как и в обществе, все острее стал ощущаться потенциальный конфликт, в основе которого лежали этнические проблемы. И причиной конфликта выступал пуштунский гегемонизм, захвативший партию.

Если при Н. М. Тараки и особенно при X. Амине линию на пуштунизацию проводила фракция «Хальк», то с приходом к власти Наджибуллы тенденция к пуштунизации партийного, государственного и военного руководства захватила и «Парчам». К примеру, подавляющее большинство членов и кандидатов в члены Политбюро ЦК НДПА, руководителей в Совете Министров, старших офицеров и генералов… были пуштуны. Это вызывало протест и противодействие представителей нацменьшинств, которые составляли большинство рядового и среднего звена Вооруженных сил.

Усиливалась борьба за лидерство и между клановыми группировками, которые существовали в НДПА наряду с фракциями. В то время поступали данные о наличии таких группировок, которые сформировались вокруг Наджибуллы, Кештманда, Нура, Рафи, Вакиля, Зерая, Лаека, Гулябзоя, Таная, Кавьяни, Олюми, Карваля. В своей деятельности они опирались на различные слои и группы населения, включая оппозицию. Эта борьба вела к форсированному разрушению партии, а также Вооруженных сил.

Действительно, особенно пагубные последствия сохранявшееся фракционное противостояние имело в Вооруженных силах. На фоне внутрипартийной борьбы проявились всегда существовавшие антагонизмы между различными видами Вооруженных сил и службами безопасности. Подчеркнутое приоритетное отношение президента к Гвардии особого назначения МГБ (ГОН) вызывало недовольство халькистской части командного состава армии и царандоя. Ведь ни для кого не было секретом, что Наджибулла опирался на МГБ и не доверял армии и царандою. Складывалось впечатление, что президент боялся усиления армии, хотя и понимал, что без нее не решить военно-политических проблем.

Перед лицом нарастающей боевой активности вооруженной оппозиции внешне проявлялась низкая устойчивость афганских Вооруженных сил, хотя у них имелось все необходимое для успешных действий, но из-за неясности перспектив никто не хотел рисковать.



Донесение из Кабула (Секретно)


О состоянии Вооруженных сил РА

В настоящее время общая численность Вооруженных сил достигает около 300 тыс. чел, и состоит из трех видов: Министерства обороны — около 132 тыс. чел., Министерства внутренних дел — 100 тыс. чел., и Министерства госбезопасности — до 80 тыс. чел., в том числе Гвардия особого назначения — 11,5 тыс. чел. Все виды ВС оснащены современной боевой техникой и оружием. Обучены и имеют боевой опыт.

Однако по ряду причин ВС РА не могут сейчас в полной мере использовать имеющийся потенциал и поэтому вынужденно ведут в основном оборонительную борьбу.

Главными причинами их недостаточной боеспособности являются: низкая, в связи с плохой призывной работой, укомплектованность боевых частей, не снижающееся дезертирство, слабый морально-боевой дух, а также нежелание значительной части военнослужащих вести вооруженную борьбу с контрреволюцией.

Укомплектованность составляет: армия — 30%, МВД — 60%, МГБ — 70,5%.

…О некоторых особенностях видов Вооруженных сил.

Афганская армия (Министерство обороны)

Состоит из сухопутных войск, военно-воздушных сил и войск ПВО, пограничных войск, формирований гражданской обороны, военно-учебных заведений, частей и учреждений тыла. В армию входит основной орган управления вооруженными силами — Генеральный штаб.

Основу армии составляют Сухопутные войска, которые включают четыре армейских корпуса, соединения и части центрального подчинения .

Министерство государственной безопасности

Органы и боевые части МГБ состоят из оперативных батальонов, оперативных рот и взводов, а также Гвардии особого назначения президента. Главные усилия МГБ сосредоточивает на:

  • военной разведке и контрразведывательной работе;
  • своевременном вскрытии и ликвидации контрреволюционного подполья;
  • разложении банддвижения и проведении специальных мероприятий;
  • ведении совместно с армейскими частями боевых действий силами оперативных подразделений;
  • обеспечении безопасности высших органов власти. Кроме того, подразделения и части МГБ используются на некоторых постах безопасности, проводках автоколонн.

На базе МГБ с привлечением лучших офицеров, сержантов и солдат армии создана Гвардия особого назначения, в которой специально поддерживаются высокие условия материального и финансового обеспечения. Это положительно сказалось на общем состоянии Гвардии, и она выделяется по сравнению с линейными частями армии, МВД и МГБ в лучшую сторону, особенно — по своей надежности.

В последнее время части Гвардии все более активно задействуются в боях с непримиримой оппозицией (Кундуз, Майданшахр, Кандагар, проведение чистки вокруг Кабула).

Министерство внутренних дел

Состоит из оперативных, территориальных и племенных войск, подразделений общественного порядка, а также специальных служб.

Министерством обеспечивается общественная безопасность и порядок в стране, охрана государственной, общественной и частной собственности, защита прав и интересов граждан, расследование и своевременное раскрытие преступлений и др.

Наиболее мобильным, оснащенным и подготовленным компонентом МВД является Главное управление защитников революции.

Основными видами техники и вооружения МВД обеспечено к штату на 60-70%, а стрелковым оружием — более 100%.

Морально-боевой дух личного состава МВД не на высоком уровне, вследствие чего подразделения часто проявляют слабую устойчивость в борьбе с контрреволюцией. В МВД много случаев дезертирства и предательства.

…В целом же Вооруженные силы РА имеют все необходимое и способны при желании защитить демократический режим…

Н. Егорычев, В. Варенников, В. Зайцев, М. Соцков, В. Егоров.
Сентябрь 1988 г.

Создание трех равносильных видов ВС (МО, МВД, МГБ) не укрепляло государственную власть, а скорее являлось политикой обеспечения безопасности самого Наджибуллы на случай критической ситуации в стране. Поэтому он болезненно воспринял предложение советских военных об усилении обороны Кабула за счет армейских частей и сил МВД, а также назначении министра внутренних дел С. М. Гулябзоя начальником гарнизона и ответственным за организацию обороны столицы. Президентом срочно был взят курс на экстренное формирование гвардии, которая должна была подчиняться лично ему и министру государственной безопасности. При этом он сначала объявил, что сам берется выполнять обязанности начальника столичного гарнизона, а затем назначил на эту должность командующего Гвардии особого назначения. Одновременно предпринял меры по ослаблению сил армии в Кабуле. Впрочем, как оказалось впоследствии, во время мятежа Ш. Н. Таная в 1990 г. для Наджибуллы это был очень предусмотрительный шаг.



Информация (Секретно)


…8 августа текущего года на очередном заседании Ставки ВГК, на котором кроме разбора военно-политической и оперативной обстановки во всех районах страны, принятия решения и отдачи необходимых распоряжений было разобрано три крупных вопроса…

Третье. Об усилении режимной зоны Кабул. Обсуждался вопрос о проведении дополнительных мероприятий по улучшению обороны г. Кабула. Предварительно с Наджибуллой была проведена подробная беседа на эту тему. Исходя из имеющейся договоренности, в Оперативной группе МО СССР был разработан проект директивы Верховного главнокомандующего ВС РА «О неотложных мерах по обеспечению безопасности населения столицы и улучшению охраны и обороны режимной зоны Кабул», который был направлен министрам обороны, государственной безопасности и внутренних дел для согласования. Проектом директивы предусматривалось создание Объединенного штаба режимной зоны под непосредственным руководством президента, назначения министра внутренних дел генерал-полковника Гулябзоя его первым заместителем и начальником гарнизона Кабула с передачей в его оперативное подчинение всех сил и средств режимной зоны, формирование дивизии МВД и ряд других мероприятий, проведение которых способствовало бы улучшению охраны и обороны Кабула. Однако внесенные некоторые дополнения в проект директивы в ходе согласования вызвали крайне негативную реакцию со стороны Наджибуллы.

Президент в резкой форме высказался против назначения генерал-полковника Гулябзоя начальником гарнизона Кабул и передачи в его оперативное подчинение всех соединений и частей, дислоцирующихся в столице, в том числе и Гвардии особого назначения. Президент отметил, что Гулябзой хочет создать громоздкий аппарат, в котором нужды нет. Наджибулла подчеркнул, что обязанности начальника гарнизона он будет исполнять лично. Своими заместителями он предлагает назначить генерал-полковников Гулябзоя, Шах Наваза Таная и Якуби.

Несмотря на все доводы Гулябзоя о том, что проведение намеченных мероприятий значительно повысит надежность охраны и обороны Кабула, Наджибулла остался при своем мнении, продолжая обвинять Гулябзоя в стремлении сконцентрировать все силы и средства в своих руках.

Указанный инцидент на заседании Ставки ВГК еще раз свидетельствует о недоверии, проявляемом президентом, к одному из руководителей халькистского крыла НДПА и стремлении добиться ограничения его влияния и власти…

Источник информации: Оперативная группа МО СССР в РА,
г. Кабул, август 1988 г.

В условиях нестабильности, деморализации части партийно-государственного аппарата Наджибулла проявил гибкость и твердость. Он сумел в нужный момент сманеврировать (назначение Шах Наваза Таная министром обороны, присвоение генеральских званий некоторым халькистам и т. п.) и на какое-то время стабилизировать обстановку в руководстве партии и государства. Однако это были лишь частные шаги, и проблемы фракционности в армии и НДПА в целом они не решали.

На октябрьском (1988 г.) пленуме ЦК НДПА были разработаны мероприятия, направленные на выход из кризисного положения, проведены кадровые перестановки в партгосаппарате и предприняты другие решительные меры с целью улучшения положения в стране и партии. Так, из состава Политбюро ЦК НДПА были выведены Зерай и Размджо. Этот шаг вызвал неоднозначную реакцию со стороны различных сил. Немного позднее (в беседах с совпредставителями) некоторые лица из состава высшего руководства РА были крайне сдержанны в оценках итогов XXVI пленума ЦК НДПА и недовольны, как на нем решались кадровые вопросы.

После пленума высказывалась озабоченность тем, что хотя 19 октября 1988 г., при разногласии в Политбюро, члены ЦК (в большинстве своем) и поддержали президента, но руководство военных министерств в лице Шах Наваза Таная, Сайда Мухаммеда Гулябзоя, Н. Олюми (командир 2-го АК), А. Кадыра (командующий ВВС и ПВО) и других, а также члена Политбюро, секретаря ЦК НДПА Мирсахиба Карваля стали к нему в оппозицию при голосовании по организационному вопросу (о снятии со своих постов Зерая и Зухура Размджо).

В этот период близкие к Наджибулле партийцы уже подозревали наличие в Политбюро оппозиции президенту. Зная о постоянных контактах между Карвалем, Танаем и Гулябзоем, они опасались за судьбу страны после вывода ОКСВ. Считали, что в сложившейся ситуации необходимо принимать еще более решительные меры для укрепления руководства Министерства обороны и Министерства внутренних дел РА.



Документ (Секретно)


Генералу армии, товарищу Варенникову В. И.

Докладываю.

…По Вашему распоряжению 22.10.88 г. имел встречи с министром обороны РА генерал-полковником Шах Навазом Танаем и начальником ГлавПУРа Армии генерал-лейтенантом Зиярмалем. Цель — выяснить мнение руководства Министерства обороны РА об итогах состоявшегося 19 октября с. г. XXVI пленума ЦК НДПА.

Генерал-полковник Шах Наваз Танай был крайне сдержан в оценках. Пытался обойти острые вопросы. Сказал, что он целиком и полностью согласен с выводами начальника Главного политического управления армии, и рекомендовал с ним поговорить. Вместе с тем признал, что голосовал против вывода Зерая и Зухура из состава Политбюро, так как выдвигаемые против них аргументы были не убедительны. «У нас в Политбюро есть такие члены, как, например, Кештманд и другие, которые давно не работают, а лишь занимают почетное место, но о них мы вопросы почему-то не ставим», — сказал Танай. Относительно Зухура добавил, что мы его полгода назад ввели сначала в кандидаты, а затем в члены Политбюро, это молодой и энергичный работник, а теперь мы его лишаем постов только потому, что он кому-то стал неугоден (характерно, что халькист Шах Наваз проявляет беспокойство о парчамисте Зухуре).

В продолжение беседы обсудили складывающуюся в Афганистане военно-политическую обстановку. По мнению министра обороны, она с каждым днем обостряется, а у правительства становится все меньше и меньше сил для противодействия противнику. Сужается зона призыва на военную службу, более малочисленными в силу этого становятся соединения и части всех видов ВС РА. На основании этого сделал вывод, что мы обречены постоянно быть в обороне, которая будет все менее и менее активной. Относительно охраны и обороны коммуникации Кабул — Хайратон заметил, что предлагаемые правительством меры желаемых результатов не дадут опять-таки по причине слабости войск. Части МВД и МГБ с возложенными на них задачами также не справятся, как это уже было неоднократно в прошлом. Шах Наваз Танай пытался меня убедить, что единственный выход — как можно скорей договориться с Ахмад Шахом Масудом, а если он обманывает и тянет время (на самом деле договора не желает), его надо принудить к этому силой советских войск.

В заключение беседы провел мысль о том, что «Ахмад Шах не имеет такого большого влияния, которое мы ему приписываем. Его никогда не примут и не поддержат большинство афганцев. За ним только Панджшер и население южной части провинций Бадахшан, Тохар и Кундуз. Номы вынуждены идти с ним на компромиссы, так как кровно заинтересованы в дороге Кабул — Хайратон. И делать это надо до вывода ОКСВ, так как потом ни на какие компромиссы он не пойдет».

Начальник Главного политического управления генерал-лейтенант Зиярмаль был более откровенен и не скрывал своей большой озабоченности результатами октябрьского пленума ЦК НДПА. Он, в частности, отметил, что «за последние 2-3 года обстановка в руководстве партии сложилась в пользу людей, которые, занимая высокое положение, могут позволить себе любые злоупотребления властью, фракционизм и не понести за это никакого наказания».

Большой вред в прошлом наносило также существующее мнение большинства членов Политбюро о том, что все вопросы должны решаться только единогласно и что в противном случае они не могут выноситься на обсуждение ЦК.

В этом смысле октябрьский пленум ЦК НДПА стал хорошим исключением…

Зиярмаль отметил, что фактически власть президента распространяется только на МГБ, а МВД и армия выходят из-под контроля. Что касается решений пленума ЦК НДПА, то они не укрепили единство рядов, а, наоборот, внесли еще больший разлад в партию.

На вопрос, почему на пленуме не было обсуждения по основному вопросу, Зиярмаль ответил: «Поймите, в нашей партии никогда не было борьбы взглядов и идей. Была и остается борьба за посты. Поэтому прения были просто не нужны. Все предложения, высказанные в докладе президента по основному вопросу, приняты единогласно и одобрены при голосовании».

В адрес президента Зиярмаль сказал следующее критическое замечание: «Наш президент и Генсек перерос партию. Он руководит так, как будто имеет дело с партией более цивилизованного общества. А у нас Восток. Он требует соблюдения традиций, личных контактов с членами ЦК. Этого, к сожалению, нет».

Докладываю на Ваше решение.
23 октября 1988 г.
Генерал-майор Серебров.

На этой докладной записке руководитель Оперативной группы МО СССР в РА наложил резолюцию: «Прошу доложить т.т. Воронцову Ю. М., Зайцеву В. П.».

Сразу же после пленума ЦК НДПА стали проводиться практические мероприятия по укреплению позиций Наджибуллы им самим и его сторонниками. Вскоре министр внутренних дел Гулябзой был направлен послом в Советский Союз, вместо него назначили Ватанджара. Ускоренными темпами формировали Гвардию особого назначения. Для президента силами советских специалистов в авральном порядке строили специальный защищенный бункер в его резиденции и другие сооружения, призванные обеспечить безопасность Наджибуллы и его семьи в случае штурма или обстрелов столицы. Эти работы продолжались и после вывода советских войск из Афганистана.



Документ


Совершенно секретно
Особая папка
Распоряжение Совмина СССР
(Одобрено на заседании Политбюро ЦК КПСС,
1 ноября 1989 года)

1. В связи с просьбой правительства Республики Афганистан дать согласие на выполнение в IV квартале 1989 г.-I квартале 1990 г. дополнительных работ по оборудованию служебных и жилых помещений президента Республики Афганистан (комната отдыха в старом здании ЦК НДПА; приемная и зал заседаний Политбюро в новом здании ЦК НДПА; комната проживания членов семьи президента на первом и втором этажах виллы; кабинет и приемная президента на первом и втором этажах, зал заседания ставки, столовая, малый зал приемов в Гульхане) пуленепробиваемыми стеклами и металлическими броневыми конструкциями, а также по повышению защищенности крыши виллы президента от реактивных снарядов.

Расходы советской стороны, связанные с выполнением указанных работ, включая расходы по командированию в Афганистан советских специалистов, изготовлению, транспортировке изделий и материально-технических средств, отнести в советских рублях за счет ассигнований по Государственному бюджету СССР на оказание безвозмездной помощи иностранным государствам, а в иностранной валюте — за счет валютных планов МВЭСа СССР…

Н. Рыжков.

В ответ на распространяющиеся слухи о его отставке и выезде за границу Наджибулла публично заявил, что он «в судьбоносное для Родины время останется на своем посту и сделает все от него зависящее для предотвращения кровопролития». Одновременно, видимо опасаясь разделить участь X. Амина, президент заменил свою личную охрану (сотрудников 9-го управления КГБ СССР), назначив туда особо приближенных и преданных людей во главе со своим младшим братом Ахмадзаем.

Члены его семьи тоже оставались в Афганистане.

«Накануне вывода советских войск, — вспоминал через год Наджибулла, — к нам домой пришли Э. А. Шеварднадзе и В. А. Крючков. Это была теплая и так необходимая встреча для моей жены Фатаны, трех наших детей. В разговоре в деликатной форме было предложено, чтобы моя жена с детьми выехала, пока идут бои, в Советский Союз в более спокойное место. Фатана твердо ответила: мы никуда из дома не уедем, будем все вместе…»

Построенные с помощью советских специалистов убежища не спасли Наджибуллу и его близких, когда в апреле 1992 г. моджахеды вошли в Кабул, а президент был отстранен от власти своими же соратниками по партии.

В октябре же 1988 г. советское военное командование, оценивая итоги работы пленума ЦК НДПА и перспективы развития обстановки в Афганистане, докладывало в Москву свои соображения, ожидая получить четкие указания на дальнейшие действия.



Донесение из Кабула (Секретно)


Министру обороны СССР генералу армии товарищу Язову Д. Т.

Докладываю.

…Итоги работы XXVI пленума ЦКНДПА вызвали определенное разочарование афганской общественности. Учитывая сложность положения в стране, неясность перспектив развития обстановки и тупиковую ситуацию, сложившуюся на пути урегулирования афганской проблемы, ожидалось, что на пленуме будет дан новый сильный импульс для политики национального примирения, в том числе и главным образом в отыскании путей создания коалиционного правительства как решающего фактора в стабилизации обстановки в Афганистане. Однако эти надежды оправдались не в полной мере. Работа пленума свелась в основном к обсуждению одного, а именно организационного, вопроса, который был почему-то поставлен первым, занял большую часть времени, и только вокруг него велась полемика. Все остальные вопросы практически не обсуждались, хотя содержали в себе ряд предложений, отвечавших требованиям текущего момента, в том числе об укреплении Вооруженных сил РА, созыве международной конференции под эгидой ООН, начале прямых переговоров с оппозицией, формировании временного «переходного правительства» Афганистана и др. Единогласное принятие этих предложений в условиях отсутствия единства в партии свидетельствует о равнодушном отношении к ним со стороны членов ЦК.

Такой порядок и метод проведения пленума, а также аресты некоторых, не особо влиятельных кармалистов, осуществленные накануне и в ходе его работы, показали, что Генеральный секретарь ЦК НДПА Наджибулла в это судьбоносное для партии и государства время вместо решения центральной проблемы — создания коалиционного правительства как главного инструмента стабилизации обстановки в республике занялся укреплением своих личных позиций.

В настоящее время среди афганских руководителей, в том числе и военных, фактически обсуждаются две проблемы:

  1. Пленум еще раз наглядно показал отсутствие единства в партии, а несвоевременность проведения оргмероприятий еще больше может углубить ее раскол. Показательно, что при решении оргвопроса в оппозиции Наджибулле, кроме министра госбезопасности, оказались руководители всех военных ведомств и многие военачальники. При этом отмечается, что его не поддержали не только халькисты, но и определенная часть парчамистов.
  2. На пленуме не сделано новых дополнительных шагов в вопросе создания коалиционного правительства, а наоборот, эта проблема была отодвинута на второй план, хотя все об этом только и говорят, имея в виду, что без образования такого правительства, представляющего интересы всех слоев общества, другой реальной альтернативы решения афганской проблемы нет.

Сейчас требуются нестандартные шаги в этой области, привлечения всех заинтересованных сторон к открытому диалогу для выработки и затем осуществления мер по проведению общенациональной Джирги мира, прекращению огня и установлению надежного контроля за его соблюдением. Непременным условием достижения положительных результатов на пути поиска взаимоприемлемых компромиссов должен стать реальный отказ НДПА от монополии на власть. Нынешний же курс партии на национальное примирение при ее жестких претензиях на лидерство в обществе и право выбора и сохранения за собой большинства руководящих постов в государстве, внутренней и внешней оппозицией вряд ли будет принят. Правящая коалиция только в том случае получит признание афганской общественности и в целом народа, если в нее будут вовлечены все политические течения.

В случае, если со стороны Наджибуллы не будут предприняты конкретные, конструктивные меры (например, поручение X. Шарку создать коалиционное правительство и, в качестве первого шага, смещение с поста министра иностранных дел Вакиля с передачей его полномочий премьер-министру РА), то процесс развития не получит и все опять зайдет в тупик. На наш взгляд, какие бы другие меры ни принимались, тем более военные, в оставшиеся три месяца до вывода советских войск они не дадут положительных результатов.

По оценке некоторых кругов афганской общественности, укрепление позиций Наджибуллы не приблизило, а, наоборот, отдалило перспективу создания в Афганистане правительства на широкой коалиционной основе, так как многие влиятельные силы внутри страны и за рубежом не видят возможности для формирования такого правительства вокруг НДПА, тем более с участием Наджибуллы. Дальнейшее его пребывание на посту президента считается нецелесообразным, потому что он не воспринимается в качестве лидера нации оппозицией и большинством населения страны.

С учетом сложившейся в Афганистане ситуации и существующих реалий с нашей стороны необходимо выработать и рассмотреть различные варианты действий на перспективу. При Вашем согласии совпредставителями будет представлен доклад по этому вопросу…

Варенников, г. Кабул,
октябрь 1988 г.

Эта оценка обстановки в Афганистане советским военным руководством практически была оставлена без внимания. А сам руководитель ОГ МО СССР в Афганистане генерал армии В. И. Варенников потерял доверие Наджибуллы (видимо, этот доклад президенту в доверительном порядке довели советские представители в Кабуле из другого ведомства).

В то же время, хорошо понимая, что в руках В. Варенникова находится реальная сила и он пользуется авторитетом у многих влиятельных деятелей, в том числе и его потенциальных противников, президент предпринял шаги по сближению с руководителем ОГ МО СССР. В частности, сам неоднократно приезжал в резиденцию В. Варенникова и в ходе дружеских бесед наедине пытался заручиться его поддержкой.

После октябрьского пленума ЦК НДПА и проведения ряда организационных мероприятий положение в руководстве Афганистана к лучшему существенно не изменилось. Более того, наметились новые трения и разногласия между отдельными представителями высшего эшелона власти по некоторым вопросам организации деятельности партийно-государственного аппарата и на личной основе. Все это серьезно мешало процессу консолидации усилий всех звеньев в интересах стабилизации обстановки в стране.

Декларируемый партией курс на национальное примирение носил общий, расплывчатый характер, не подкреплялся практическими действиями. Призывы к налаживанию контактов с оппозицией и организации отпора непримиримой ее части не имели под собой четко выраженной и ясной для членов партии программы. Они отвергались лидерами «семерки», которые заявляли, что никогда не пойдут на создание коалиционного правительства в условиях руководящего положения НДПА. Концепция национального примирения из-за отказа вооруженной оппозиции идти на переговоры с правительством не срабатывала и все более представлялась нежизненной. Да и сама НДПА все больше становилась политической партией, не имеющей самостоятельной исторической перспективы.



Голод угрожает Кабулу


Под воздействием антиправительственной пропаганды и шантажа в партии стало утверждаться мнение о скором уходе НДПА с политической арены с передачей власти оппозиции. Этому способствовали усилия, предпринимаемые оппозицией, свободной печатью и другими средствами информации.



Листовка ИПА


Обращение к жителям Кабула

Уважаемые жители Кабула, братья и сестры, здравствуйте!

Несчастный и беспомощный наш народ в течение десяти лет угнетения и войны потерял 1 250 000 человек, около 5 миллионов беженцев проживают за пределами страны, еще 2 миллиона — беженцы внутри страны, тысячи людей получили ранения.

Сегодня кровожадный, деспотичный режим находится на грани краха и до окончательной победы осталось очень мало времени. Город Кабул, имеющий исторически важное значение, требует большой ответственности от своих жителей, активного участия в борьбе за веру, за сохранение исламских законов и национальных традиций. Для достижения этой цели имеются различные пути:

  1. Увеличение числа обстрелов города Кабула с использованием РС и других видов оружия, которые наносят большой ущерб населению, материальным ценностям, национальной экономике. Но это не лучшее решение для афганского народа.
  2. Экономическая блокада города путем перекрытия путей сообщения, по которым снабжается город Кабул, в результате чего нарушается нормальная жизнь города и возникнет нехватка продуктов и голод, пострадают тысячи невинных людей, в том числе женщины и дети. Коммунисты-еретики будут пользоваться льготами, а пострадают те люди, которые считали честью оказать содействие моджахедам, считали позором не уважать своих соотечественников-мусульман, быть рабами русских. Поэтому этот путь, по нашему мнению, неприемлем, пока есть другие пути.
  3. Ваш отказ от содействия режиму и присоединение к моджахедам, уважаемые соотечественники, на первом этапе — единственно правильный путь, выбранный вами.

Уважаемые соотечественники!

Ваши братья-моджахеддины с целью обеспечения вашей безопасности и сохранения вашего имущества не советуют вам вести на данном этапе вооруженную борьбу с режимом. Имеются иные, мирные способы, для осуществления которых просим вашего содействия.

Уважаемые соотечественники! Третий способ состоит в следующем:

  • чиновники, служащие государственных предприятий, преподаватели, студенты должны быть готовы отказаться от выполнения своих служебных обязанностей в критический момент, когда коммунисты будут направлены на фронт, а вся ответственная работа будет возложена на беспартийных лиц. Их отказ от выполнения служебных обязанностей обессилит государственную власть и ускорит ее гибель;
  • оторвать от работы в органах госвласти истинных сторонников режима путем установления различного рода дружеских отношений с ними через их родственников и соотечественников;
  • подготовить почву для бунта против существующего режима путем прекращения вашей поддержки государственной власти с целью разрушить основу режима, а также освобождение от него города Кабула. Этот путь не требует больших жертв.

Уверяем вас, настало время проводить работу для привлечения солдат и офицеров армии, всех мусульман, на нашу сторону, чтобы они в нужное время присоединились к моджахеддинам.

В настоящее время ваши братья-моджахеды проводят ряд мероприятий по ликвидации беспорядков, для чего созданы специальные группы, обеспечивающие сохранность имущества народа, безопасность жителей, в основном женщин, а также предотвращение различного рода беспорядков, совершаемых в городе Кабуле отдельными лицами.

Для ведения борьбы мирным путем созданы группы, которые будут проводить работу среди офицеров армии.

Сообщаем уважаемым братьям и сестрам, которые имеют или хотят иметь с нами контакты: не теряйте доверия режима, так как в скором будущем вам будет поставлена задача по бунту и прекращению содействия государственной власти. Те соотечественники, которые имеют честь участвовать в борьбе за веру, старайтесь входить в контакт с нашими представителями и надейтесь, что скоро режим коммунистов-еретиков будет свергнут.

Уважаемые жители!

Наберитесь мужества и готовьтесь к бунту, массовым демонстрациям. Не бойтесь предпринимаемых режимом мер. Для вашей безопасности, жители Кабула, ваши братья-моджахеддины выбрали мирный путь.

В наших с вами руках с помощью Аллаха независимость мусульманского народа, гибель наемников!

Мы дополнительно сообщим вам о времени прекращения ваших связей с режимом и отказе от выполнения поставленных им задач.

Абдул Хак,
3 октября 1988 г.

Известный журналист Эдвард Жирарде* в статье «Афганская коалиция представляется делом далекого будущего», оценивая перспективы развития ситуации в Афганистане, писал: «Руководители афганского сопротивления резко осудили Женевские соглашения как «несправедливые» и неспособные положить конец войне. Они повторили свое намерение создать временное правительство на «освобожденных» территориях Афганистана, которое позднее в текущем году проведет всеобщие парламентские выборы. С точки зрения партизан, отсутствует всякая возможность создания коалиции с участием коммунистов. Как они говорят, «только наследники мучеников, чья кровь обагрила землю Афганистана, могут быть истинными правителями». Тем не менее в состав временного правительства могли бы войти «хорошие мусульмане» из нынешней кабульской администрации, которые тайно сотрудничали с сопротивлением. По сведениям из партизанских источников, есть такие гражданские служащие и офицеры Вооруженных сил, которые за много лет завоевали доверие сил сопротивления, передавая разведывательные данные или оказывая особые услуги.

*Girardet Edward. Afgan Coalition Seems Remote // The Christian Science Monitor. 1988. April 19.

Многие из имеющихся в стране 850 командиров партизан укрепляют свои владения в оказании вывода советских войск и отступления правительственных сил.

Некоторые западные наблюдатели в Исламабаде и Кабуле ожидают, что в конечном счете режим НДПА рассыплется, как карточный домик».

Действительно, в это время в столице хуже начали работать государственные органы РА, ряд руководителей стал проявлять безответственность, граничащую с саботажем. Осенью 1988 г. Кабул, некоторые другие крупные города, населенные пункты стали с перебоями снабжаться продовольствием, горючим, материальными средствами. Возникли и срывы с поставкой плановых партий оружия и боеприпасов для Вооруженных сил Афганистана. Распространялись слухи, что в столице вот-вот начнется голод, а Советский Союз не собирается выполнять свои обязательства по поставкам продовольствия и других предметов первой необходимости. Дескать, русские уходят, им теперь все равно… А на базах уже давно исчезли запасы продовольствия.

В западных средствах информации прослеживались панические нотки относительно положения в афганской столице. Зечини Лоран, к примеру, в статье «Кабул объят страхом» (Le Monde. 28 janvier 1989) писал: «Страх — это язва, разъедающая весь город…

Кажется, война удаляется, но тем не менее она никогда не была столь близка, потому что стала более опасной. Она приняла форму нехватки продуктов и галопирующей спекуляции.

Панические слухи, которые ходят по Кабулу и не перестают раздуваться по мере приближения 15 февраля…

Начиная с середины августа сократился численный состав посольств. Начали с женщин и детей. Вторая волна отъездов имела место в начале января.

Все страны превратили свои дипломатические представительства в укрепленные крепости. Мешки с песком, листы железа, колючая проволока и вооруженная охрана окружают сегодня посольства. Каждое посольство создало запасы продовольствия, предвидя возможность экономической блокады.

Нехватка в основном касается муки, масла, риса, сахара, бензина и топлива для обогрева жилищ… В среду генерал Серебров, представитель главного командования Красной Армии в афганской столице, пригласил представителей иностранной прессы присутствовать при распределении мешков с мукой…»

Безусловно, тогда в Кабуле сложилась очень напряженная обстановка, хотя она в немалой степени нагнеталась искусственно западными корреспондентами и самими афганцами. Как мне представляется, главной целью этой кампании было получить дополнительные материальные ресурсы из Советского Союза и вынудить советские войска провести операцию против отрядов Ахмад Шаха Масуда.

Действительно, в то время на магистрали Хайратон — Кабул, особенно в районе Южного Саланга, участились случаи разгрузки машин с продовольствием мятежниками и населением, проживающим в расположенной вдоль трассы кишлачной зоне. Основными причинами этого являлись плохая организация подвоза, неудовлетворительная дисциплина марша, предательство и прямой сговор отдельных афганских водителей с мятежниками, а также невыполнение своих обязанностей назначаемыми от ВС РА органами непосредственного охранения колонн, которые закрывали глаза на подобные факты. При этом представители оппозиции в своей пропаганде заявляли, что Советский Союз оказывает безвозмездную помощь всему народу Афганистана, из которой население Панджшера от правительства РА ничего не получает, поэтому причитающуюся часть продовольствия оно берет само.

В связи с такими действиями оппозиции, а также главным образом из-за срыва афганской стороной графика поставок в столице сложилось напряженное положение в снабжении продовольственными товарами и другими предметами первой необходимости, что вызывало острое недовольство жителей Кабула.

С целью улучшения ситуации предпринимались дополнительные меры по линии правительства РА, местных органов власти, а также предусматривалось привлечение афганских Вооруженных сил и 40-й армии. Вопрос обеспечения города продовольствием рассматривался на совещании, проведенном премьер-министром М. X. Шарком с участием вице-президента генерал-полковника М. Рафи, министров ВС РА, министра торговли X. М. Джалалара и руководителя Оперативной группы МО СССР в РА. В ходе обсуждения этой проблемы отмечалось, что для удовлетворения текущих потребностей и создания необходимых запасов надо ежесуточно подвозить в Кабул не менее 2 тыс. т продовольствия. Однако эта норма не выполнялась, а из-за осложнения обстановки на магистрали положение с продовольствием в столице продолжало ухудшаться.

В своем выступлении на совещании руководитель ОГ МО СССР подчеркнул, что ситуация не является критической, многое еще можно поправить, и предложил афганской стороне провести следующие мероприятия:

  1. В кратчайшие сроки создать надежную систему поставок продовольствия и других товаров первой необходимости населению Кабула. Для руководства подвозом организовать чрезвычайную комиссию Кабинета Министров РА, которой подчинить все органы, отвечающие за доставку и распределение продовольственных товаров.
  2. Организовать 20 продовольственных колонн по 100 автомашин, каждая из расчета: от 40-й армии — 2, МО РА — 2, по одной от МГБ и МВД, от других министерств, ведомств и частного сектора — 14.
  3. Разработать четкий график движения, план охраны и обороны этих колонн, предусмотрев при этом создание дополнительных постов и застав от ВС РА, диспетчерско-контрольных пунктов, охраняемых районов привалов и ночного отдыха, а также непосредственное охранение каждой автоколонны подвижными средствами.
  4. Упорядочить торговлю продовольственными товарами. Организовать их четкий учет и справедливое распределение среди населения. Не допускать вывоз продовольствия из города и его продажу в больших количествах по спекулятивным ценам.
  5. Усилить агитационно-пропагандистскую работу с населением Кабула и расположенной вдоль магистрали кишлачной зоны, особенно в районе Южного Саланга. Подписать протоколы о сотрудничестве с населением и оппозицией по привлечению их к охране магистрали, материально стимулировать жителей кишлаков этих районов путем доставки выделенного правительством РА продовольствия и других товаров первой необходимости.

Указанные предложения были приняты участниками совещания, и организовано их выполнение. Председателем Чрезвычайной комиссии Кабинета Министров был назначен заместитель премьер-министра РА Амин. В короткие сроки организовали создание автоколонн и системы гарантированной охраны магистрали.

Для активизации агитационно-пропагандистской работы с населением и оппозицией 16 октября совместно с секретарем ЦК НДПА, членом Политбюро М. Карвалем было проведено совещание с руководством партийных и административных органов пяти провинций (Кабул, Парван, Баглан, Саманган, Балх), а также представителями политорганов и агитотрядов ВС РА и 40-й армии.

На совещании была выработана и рекомендована для реализации комплексная программа деятельности, которая предусматривала разработку концепции взаимоотношений государства с населением и плана социально-экономического развития кишлачной зоны на всем протяжении коммуникации, а также был определен порядок контроля за выполнением правительственных решений.

На основе опыта действий агитационно-пропагандистских отрядов в районе Южного Саланга были намечены конкретные меры по активизации и повышению эффективности их деятельности, предусмотрено привлечение к этой работе руководства и дополнительных сил и средств от ВС РА местных партийно-административных органов.

Со стороны 40-й армии и советских военных советников афганцам была оказана необходимая помощь в организации и выполнении этих мероприятий. Эти комплексные меры помогли несколько снять остроту проблемы, однако Наджибулла продолжал обращаться с новыми просьбами, на сей раз — помочь разгрузить базу Хайратон. Мы подключились к этой работе.



Документ-справка


О состоянии перевозок в Кабул и состоянии на базе Хайратон на 1.11.1988 г.

(Получена совпослом и Оперативной группой МО в РА)

Положение с поставкой грузов в Афганистан железнодорожным транспортом продолжает ухудшаться. Особенно напряженная обстановка складывается на станции Хайратон, где на 17 октября с. г. скопилось более 570 грузовых вагонов, в числе которых 150 вагонов с пшеницей и другими продовольственными продуктами. Некоторые вагоны с посудой, обувью и т. п. простаивают с 1987 г. Подобное положение в Хайратоне влечет, в свою очередь, накопление подвижного состава с афганскими грузами на станциях Термезского узла Среднеазиатской железной дороги, где в настоящее время уже находится более 1100 вагонов с грузами по линии безвозмездной помощи Афганистану, оказываемой советскими республиками и областями.

Основной причиной такого положения является практически полное прекращение перевозок в сторону Кабула, вызванное острой нехваткой автотранспортных средств, необеспеченность которыми «АФСОТРА» составляет на сегодняшний день 75-50%.

Другим моментом, тормозящим перевозку грузов в Кабул, является слабая охрана формируемых колонн, не дающая полной гарантии безопасности их проводки по всей трассе Хайратон — Кабул.

Емкости складских помещений станции Хайратон уже полностью использованы.

Складывающаяся обстановка отрицательно влияет на работу мостового перехода, снижает пропускную способность и маневренность станции Термезского узла в преддверии второго этапа вывода ОКСВ, а также наносит значительный материальный ущерб из-за простоя большого количества вагонов и порчи грузов.

Источник информации: штаб 40-й армии,
г. Кабул, ноябрь 1988 г.

Афганские власти, надеясь, что им таким образом удастся задержать вывод советских войск с территории РА, сами пытались нагнетать обстановку, постоянно обращались с жалобами на действия отрядов Ахмад Шаха Масуда, сетовали на нехватку автотранспорта, а также скрывали истинное положение дел, складывающееся на перевалочной базе в Хайратоне. Генерал армии Варенников вынужден был послать группу офицеров во главе с полковником А. Попенковым для того, чтобы они сфотографировали и представили документы о тех запасах вооружения и материальных средств, которые хранятся на базах и не вывозятся в Кабул. Эта работа была проведена, ее результаты отражены в таблице.


 

Наличие грузов укрупненной номенклатуры на складах перевал-комплекса А/О «АСТРАС» в Хайратоне (по состоянию на 1 ноября 1988 г., в т)
№ п. п. Номенклатура Общий объем грузов Безвозмездные грузы Грузы шефской помощи С какого времени хранятся
1 Пшеница 7482 6880 201 с июля 1988 г.
2 Мука 3056 2521 январь-февраль
3 Сахар 11159 10769 январь
4 Жиры 8468 4060 июль-сентябрь
5 Цемент 8363 1203 март-апрель
6 Удобрения 2966 1544 июль-август
7 Чай 506 июль-август
8 Мыло 1407 912 68 июль-август
9 Контейнеры
советские
11542 2168 953 январь-сентябрь
10 Контейнеры
транзитные
13064  
11 Автотехника 3100 595 круглый год
12 Оборудование 13721 250 свыше 1 года
13 Металл 8204 1014 19 свыше 1 года
14 Лесоматериалы 6661 356 130 ноябрь-декабрь
15 ГСМ и битум 3479 180 круглый год
16 Бумага 2709 663 август
17 Уголь 168 168 с прошлого года
18 Ткани 1714 1714 ноябрь-декабрь
19 Мебель 1127 1127 ноябрь-декабрь
20 Соль 4867 4867 январь-февраль
21 Посуда 1715 1715 ноябрь
22 Хозтовары 2606 2606 март
23 Прочие грузы 11020 4012 120  

В ноябре сложилась напряженная ситуация на центральной перевалочной базе Хайратон в связи со скоплением на ней большого количества различных грузов, в том числе техники, вооружения и боеприпасов, предназначенных для ВС РА. Вывоз грузов осуществлялся крайне медленно, а товары безвозмездной шефской помощи вообще не вывозились в течение почти полугода. Емкости складских помещений в Хайратоне и открытые площадки для складирования были полностью загружены.

Главная причина такого положения — крайне плохая организованность афганских высших должностных лиц, ответственных за вывоз поставляемых из СССР продовольствия и других материальных средств. Налицо была их неспособность мобилизовать имеющиеся транспортные средства. В результате вместо требуемых 700 машин в дни выхода из Кабула в Хайратон уходило только 250. Отрицательно сказывалось также недостаточное количество средств погрузки и выгрузки как в Хайратоне, так и в Кабуле.

Существовавшие темпы вывоза материальных средств из Хайратона не обеспечивали даже своевременного высвобождения подвижного состава, что влекло за собой его накопление на станциях Термезского узла Среднеазиатской железной дороги. Там в то время скопилось более 1100 неразгруженных вагонов. Из-за простоя большого количества подвижного состава, а также порчи грузов, прибывших ранее и не вывезенных, наносился значительный ущерб как Советскому Союзу, так и Афганистану. Кроме того, скопление на базе в Хайратоне большого количества материально-технических ценностей делало ее объектом пристального внимания вооруженной оппозиции.

Все это создавало тяжелое положение с обеспечением населения Кабула продовольствием и товарами первой необходимости.

Министерства ВС Республики Афганистан (МО, МВД, МГБ) в этих условиях не могли оказать значительную помощь в вывозе народнохозяйственных грузов, так как их транспорт едва справлялся с доставкой вооружения и боеприпасов.

Учитывая положение с вывозом продовольствия из Хайратона в Кабул, советским военным командованием было принято решение выделить на эти цели часть автотранспорта (до 250 машин) советских войск в Афганистане, а также выделить дополнительно 150 большегрузных автомобилей из наличия Министерства обороны СССР. Эта мера позволила в определенной степени снять напряженность в обеспечении населения столицы продовольствием.

На основе детального изучения состояния дел на перевалочной базе Хайратон советскими представителями мы рекомендовали ряд мер по улучшению системы вывоза грузов в центральные районы страны. В частности, с одобрения президента в стране создана Чрезвычайная комиссия во главе с вице-президентом генерал-полковником Рафи. В состав комиссии введены министры торговли и легкой промышленности, заместители министров транспорта, обороны, внутренних дел, госбезопасности, руководители автотранспортных предприятий АФСОТРа и бензовозов, департамента частного транспорта, мэр Кабула. Основной задачей комиссии являлось обеспечение бесперебойного подвоза продовольствия в г. Кабул в объеме, необходимом для текущего потребления населением и создания запасов на зимний период (до 2 тыс. т ежедневно).

Принимались меры по формированию постоянных типовых автотранспортных колонн численностью 100 автомобилей каждая (Минтрансом — 10 колонн, АФСОТРом — 4, Минобороны — 2, МВД — 1, МГБ — 1). Организовывался призыв водительского состава (на базе Хайратон длительное время находилось 600 машин без водителей). Принято было также решение повысить оплату труда водительскому составу, в том числе и частных автомашин.

Для рассредоточения запасов, скопившихся в Хайратоне, и тем самым разгрузки его для приема новых поступлений создавались филиалы центральной базы в Мазари-Шариф и Ташкургане.

В интересах обеспечения безопасности автомобильных колонн министрам обороны, внутренних дел и госбезопасности президентом было предписано выделить постоянные силы сопровождения и закрепить их за каждой колонной Минтранса и АФСОТРа. Принимались также меры по повышению дисциплины, организованности и ответственности афганских водителей.

Оперативная группа Министерства обороны СССР в РА помогала афганским ведомствам выполнять принятые президентом Наджибуллой решения по обеспечению Кабула продовольствием.

Мы обоснованно рассчитывали на то, что, если афганские руководители осознают серьезность положения, принятыми мерами через некоторое время удастся стабилизировать вывоз грузов из Хайратона в глубь страны. Вместе с тем попросили направить в РА на определенный срок товарища Ю. С. Сухина, который имел большой опыт по организации перевозок (для консультации афганских руководителей и советских представителей по этим вопросам).

Москва оперативно отреагировала на обращение совпредставителей в Кабуле. Председатель советской части Советско-афганской подкомиссии по транспорту, министр автомобильного транспорта РСФСР Ю. Сухин срочно был командирован в Афганистан, где он на основе анализа сложившейся ситуации выдал руководству страны рекомендации по проведению мероприятий, направленных на стабилизацию положения на магистрали Хайратон — Кабул.



Памятная записка


Президенту Республики Афганистан т. Наджибулле

В период с 14 по 20 ноября с. г. состоялось очередное заседание Советско-афганской подкомиссии по транспорту.

Было отмечено следующее:

…Начиная с сентября 1988 г. транспортная ситуация в Афганистане резко осложнилась. Вывоз грузов из Хайратона сократился с 4 до 1-1,2 тыс. т в сутки. Остатки сухогрузов в Хайратоне превысили 140 тыс. т в том числе более 40 тыс. т продовольствия (пшеница, сахар, жиры, чай). Кроме того, емкости нефтехранилищ в порту Хайратон (17,4 тыс. т) полностью загружены. Количество вагонов на Термезско-Хайратонском транспортном узле составляет более 1500 единиц.

В сложившейся ситуации советские транспортные организации вынуждены приостановить поставки внешнеторговых и транзитных грузов в Афганистан.

Рекомендации советской стороны, переданные в июне с. г. руководству Республики Афганистан, касающиеся усиления безопасности на автодороге, а также повышения экономической заинтересованности транспортных предприятий государственного и частного сектора, не выполняются.

В результате этого отдельные участки автодороги Хайратон — Кабул перешли под контроль сил оппозиции, которые, по существу, блокировали доставку грузов в столицу страны.

За последние два месяца на этой дороге уничтожено более 250 грузовых автомашин по сравнению с 6 машинами за весь 1987 г.

Потери грузов за этот же период оцениваются в сумме около 900 млн. афгани против 4,8 млн. за весь предыдущий год.

В связи с этим крайне обострилась проблема обеспечения Кабула продовольствием и нефтепродуктами. В городе практически отсутствуют запасы топлива, пшеницы, муки, сахара, жиров, что может привести в самое ближайшее время к непредсказуемым последствиям, если не будут приняты срочные, экстракардинальные меры.

В дополнение и развитие мероприятий, предусмотренных Рабочим протоколом сторон от 12 ноября 1988 г. по транспортным вопросам, представляется целесообразным безотлагательно решить следующие вопросы:

  1. Учитывая исключительность обстановки, создать до 1 декабря единую службу по обеспечению транспортировки грузов на трассе Хайратон — Кабул во главе с начальником дороги, наделив его чрезвычайными полномочиями…
  2. В целях более широкого привлечения местного населения к охране и обеспечению безопасности вдоль трассы предоставить начальнику автодороги право передавать местным авторитетам часть продовольствия и товаров широкого потребления, поступающих в счет безвозмездной помощи.
  3. В целях поисков компромиссов и урегулирования конфликтных ситуаций, возникающих при транспортировке грузов, предоставить право начальнику автодороги вступать в контакт с руководством оппозиционных групп и передавать им часть безвозмездных товаров для использования в контролируемых ими районах…
  4. Принимая во внимание значительный объем товаров, предусмотренных к поставке в счет программ гуманитарной и экономической помощи Афганистану по линии ООН, провести в первой половине декабря с. г. переговоры с представителями координатора указанных программ в Кабуле об организации перевозок этих грузов под флагом ООН…

…Направляя на Ваше рассмотрение изложенные выше рекомендации, выражаем надежду, что их реализация поможет улучшению транспортной ситуации на автодороге Кабул — Хайратон.

С уважением Ю. Сухин,
19.11.1988 г.

Несколько опережая события, скажу: задачу снабжения Кабула и других регионов продовольствием, материальными средствами, различными грузами через несколько месяцев решить в основном удалось. Однако до выхода из Афганистана ОКСВ еще не раз приходилось возвращаться к этой проблеме. Причем совпосольство, Оперативная группа МО СССР в Афганистане, командование 40-й армии особое внимание обращали на снабжение населения столицы РА, многих провинций в первую очередь продуктами питания. Нам тогда пришлось много заниматься этими вопросами: постоянно бывать на кабульском элеваторе, «проталкивать» колонны с продовольствием и заставлять афганцев работать над разрешением проблемы снабжения столицы.

Ракетно-минометные обстрелы, диверсионно-террористические акты, ухудшение экономического положения привели к усилению недовольства населения существующим режимом. Начали возникать стихийные митинги, на которых жители Кабула требовали от властей принятия энергичных мер по нормализации обстановки, не допустить голода.

Советским военным командованием была организована выдача муки и керосина жителям различных районов столицы. Безусловно, такую акцию можно расценивать как политическую, но она облегчала в какой-то степени жизнь людям, и они были благодарны за это.



Справка


О подвозе продовольствия из Хайратона в Кабул

…Ежемесячная потребность Кабула в продовольствии составляет ориентировочно 33 тыс. т минимум). В ноябре-декабре 1988 г из Хайратона в Кабул было доставлено 27,5 тыс. т продовольствия, причем половина транспортом ОКСВ.

Несмотря на это, запасы продовольствия в Кабуле сократились и на 2.01.1989 г. составляли: муки — 1800 т, риса — 532 т, жира — 28 т, сахара — 20 т, бобовых — 200 т. 3.01.1989 г. транспортом ОКСВ было доставлено в Кабул 600 т муки и еще 2000 т на подходе. Для подвоза продовольствия в столицу в настоящее время задействовано около 700 автомашин советских войск.

Но подвоз продуктов питания не может быть решен без резкой активизации работы транспорта Минтранса, Минторга и частного сектора РА. За декабрь 1989 г. прибыло в Кабул только 800 автомашин с продовольствием (парк машин Минтранса — 2200 ед., Минторга — 1200 ед., частного сектора — около 6000 ед.), из них Министерства торговли — 52 автомашины и частного сектора — 50. Значительная часть транспорта — 1000 а/м, прибывших в декабре в Кабул, привезли второстепенные грузы: цемент, уголь, удобрения и т. д.

Для обеспечения повседневных потребностей населения столицы РА в продуктах питания (продовольствие, подвозимое транспортом ОКСВ, теперь планируется использовать для создания запасов) необходимо основную часть транспорта задействовать для подвоза муки, риса, бобовых, жира, сахара, соли, масла и т. д., эффективнее привлечь а/м частного сектора.

Продовольствие в достаточном количестве находится в Пули-Хумри (30 тыс. т пшеницы), Мозари-Шариф (20 тыс. т пшеницы) и в Хайратоне — 4 тыс. т отличного риса, 3 тыс. т муки, 12 тыс. т сахара и т. д.

Кроме того, в Хайратоне длительное время (до 2 лет) хранятся купеческие товары — 2,5 тыс. т сахара, 500 т муки, 250 т жира и др., которые целесообразно доставить в Кабул для Министерства торговли с последующей полной компенсацией их стоимости купцам.

Для вывоза продовольствия из Хайратона в Кабул требуется распоряжение министра торговли. Для обеспечения погрузочно-разгрузочных работ в Мазари-Шариф и Пули-Хумри требуется распоряжение о привлечении дополнительного количества грузчиков и порядке их оплаты.

…Перевозка муки в Кабул военно-транспортной авиацией осуществляется ритмично. Ежедневно доставляется в среднем 350-375 т. Всего уже завезено 1375 т муки (из 3,5 тыс. т). Силами советских войск организовано ее хранение и выдача на предприятиях столицы по купонам в соответствии с решением президента РА…

Источники информации: Оперативная группа МО СССР в РА,
штаб 40-й армии,
г. Кабул, январь 1989 г.



Экономическая помощь режим не спасет


В целом население страны с благодарностью воспринимало советскую продовольственную помощь. Многие образованные афганцы, безусловно, знали: оказывать ее СССР не так-то легко — у нас у самих не решена продовольственная проблема. Более того, в последние годы она заметно обострилась. Значит, в определенной мере население Советского Союза, чтобы оказать помощь соседнему Афганистану продовольствием, и не только им, шло на жертвы — мука, рис, сахар, жиры, масло и другие продукты питания не были у нас лишними! Немало советских военных водителей погибло, перевозя эти мирные грузы по дорогам ДРА-РА. Поэтому было просто обидно и горько, когда часть нашей помощи, зачастую безвозмездной, попадала в провинции, уездные центры, на базары, привозилась в кишлаки и одно время раздавалась населению в прекрасных мешках с изображением массивного звездно-полосатого американского флага. Да еще с выразительной надписью на мешках: «В подарок от американского народа!» (попадалась на них, правда, и другая символика — кленовые листья Канады. Тогда была приписка: «В подарок от правительства Канады!» и т. п.). Естественно, все надписи — на дари или на фарси.

Офицеры Оперативной группы МО СССР и советские военные советники, конечно, удивлялись и возмущались этим. Даже высказывались предположения о какой-то там идеологической диверсии. Однако все было гораздо проще. Объяснялось все русской безалаберностью и недостатком опыта в такой деятельности. Да к тому же все упиралось в тару. Дело в том, что безвозмездная помощь доставлялась в мешках (матерчатых, полиэтиленовых и из «плотной бумаги»), ящиках, емкостях, коробках и т. д. Иногда — с маленькими бирочками (на русском языке, дескать, примите безвозмездную помощь от трудящихся РСФСР, Украины, Узбекистана, Казахстана, Таджикистана…).

Но кто из по большей части неграмотных афганцев знал русский?! Да и везти товар далеко, а тара плохая. В Афганистане же в огромном количестве были, например, американские и канадские мешки — караваны-то через пакистанскую границу шли, беженцы возвращались, привозили (в Пакистан мешки переправлялись по линии ООН афганским беженцам и оппозиции), кто со старых времен сохранил, а кто просто купил — крепкие да красивые. Вот и перекладывали афганцы советскую муку, рис, сахар, соль, фасоль и другие продукты в американскую тару. Не говоря уже о том, что часто этот прием преднамеренно использовали моджахеды.

Новый импульс получили прямые связи между отдельными советскими республиками и афганскими провинциями. Надо сказать, что еще постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 26 февраля 1987 г. и решением ЦК КПСС от 10 июля 1987 г. советам министров соответствующих союзных республик было разрешено осуществлять без обращения в Совмин СССР прямые связи с отдельными провинциями Афганистана путем обмена делегациями в области культуры, обмена производственным опытом, оказания шефской помощи в области подготовки кадров, а также путем поставки товарно-материальных ценностей за счет ресурсов соответствующих республик СССР.

Устанавливалось следующее распределение:

Таджикистан — Горно-Бадахшанская автономная область, Кулябская и Курган-Тюбинская области — провинции Бадахшан, Тахар и Кундуз.

Узбекистан — Ташкентская, Сурхан-Дарьинская, Самаркандская и Ферганская области — провинции Саманган, Балх, Баглан и Джаузджан.

Туркменская ССР — Ашхабадская, Чарджоуская и Марыйская области — провинции Герат, Фарьяб и Бадгис.

РСФСР — Астраханская, Оренбургская, Саратовская, Челябинская области — провинции Фарах, Нангархар, Гильменд и Кабул.

Украинская ССР — Херсонская, Харьковская области — провинции Нимруз, Парван.

Казахская ССР, Алма-атинская, Карагандинская, Чимкентская области — провинции Кандагар, Урузган, Заболь.

Киргизская ССР — Ошская, Таласская области — провинции Бамиан, Вардак.

Грузинская ССР — провинция Каписа.

Белорусская ССР — Минская, Гродненская области — провинции Кунар, Лагман.

Армянская ССР — провинции Логар и Гур.

Азербайджанская ССР — провинции Пактика, Пактия и округ Хост.

Молдавская ССР — провинция Газни.

Город Москва — город Кабул.

Прямым связям придавалось большое значение, особенно с северными районами Афганистана, так как считалось, что если режим Наджибуллы падет или его функционеры переместятся на север, то такие связи помогут их поддержать и сохранить там влияние Советского Союза. Лично я считал, что вряд ли такое развитие событий будет возможным, так как ближайшими соратниками Наджибуллы являлись пуштуны, и они не имели твердых позиций среди населения северных провинций Афганистана.

В то же время, и это не стоит скрывать, в силу недостаточной эффективной деятельности военно-политического руководства РА, ее государственных и общественных структур советская военная и экономическая помощь часто не давала ожидаемой отдачи. Как я указывал ранее, были случаи, когда она, образно говоря, использовалась нерационально и не по-хозяйски, расхищалась, «приходила в негодное состояние». И в итоге не оказывала существенного воздействия на ситуацию в стране.

Кстати, на одном из пленумов ЦК НДПА Наджибулла сам констатировал: «Как это ни тяжело говорить, но надо сказать правду. К примеру, размеры государственной дотации сельскому хозяйству только по семенам и удобрениям составляют в год 400 миллионов афгани. А что имеет государство? Почти ничего.

Совет Министров установил план закупок зерна в объеме 110 тысяч тонн, из-за невыполнения его скорректировали до 40 тысяч. Зато из Советского Союза получаем зерна в объеме 240 тысяч тонн. Легко и удобно!

Хочу напомнить: перелом в гражданской войне в России произошел тогда, когда на сторону революции стал середняк. У нас материальное положение крестьян в районах, контролируемых мятежниками, нередко лучше, чем в районах, контролируемых народной властью. Необходимо все делать для того, чтобы крестьянство почувствовало перемены к лучшему, чтобы набирало силу кооперативное движение. Создавать различные кооперативы, в частности потребительские, которые обеспечивали бы крестьян товарами массового спроса! Если нужно, оказать помощь в восстановлении ирригационной системы, бурении скважин, доставке удобрений, это следует делать немедленно!

Политбюро ЦК располагает фактами, когда советская безвозмездная помощь зачастую реализуется торговцами на рынках. Надо выработать такой механизм, чтобы эти товары наверняка поступали крестьянству. А может быть, пойти по такому пути: все, что касается безвозмездной помощи беднейшей части афганского народа, следует возложить кроме местных органов на армию, царандой, госбезопасность».

Здесь следует добавить, что подчас разбазаривалась и разворовывалась не только безвозмездная помощь народу РА, но даже подвергались разграблению военные городки, которые были переданы афганской стороне уходящими частями ОКСВ на первом этапе. Советское военное командование об этом знало и предпринимало меры для предотвращения грабежей.



Документ


Совпослу в РА,
Представителям КГБ и МВД СССР в РА (советникам),
Командующему 40-й армией

О недостатках в передаче военных городков, имущества вооружения и боеприпасов ВС РА

…В соответствии с решением Советского правительства с 15 мая с. г. началось возвращение советских войск из Афганистана на Родину. Решением Инстанции предусмотрено в интересах Вооруженных сил РА (МО, МГБ и МВД), передать афганской стороне большие материальные ценности непосредственно из 40-й армии, в том числе и все строения с системами их обеспечения. Плюс создаются некоторые запасы для всех трех видов ВС — МО, МГБ, МВД (боеприпасы, горючее, продовольствие, вещевое и медицинское имущество, дрова, уголь, комплекты инженерной, БТ и автотехники).

Практика передачи первых военных городков, сторожевых застав в режимных зонах и на магистралях, включая оружие и боевую технику, а также создание запасов в основных гарнизонах афганских ВС показала, что в методах передачи имеются существенные недостатки.

В настоящее время военные городки, заставы, боевая техника, вооружение, запасы материальных средств и другое имущество передаются обычным установленным порядком — создаются смешанные комиссии, которые поштучно (пообъектно) просчитывают, проверяют качество и состояние, работоспособность систем, составляют акты приема-передачи, утверждают их старшими начальниками соответствующих гарнизонов как от афганской, так и от советской сторон. Документы заверяются печатью.

Однако по причине низкой организации и стремления ряда лиц афганской стороны использовать этот момент для личной наживы, а также наличие среди афганских военнослужащих армии, МГБ и МВД враждебно настроенных к Советскому Союзу элементов, допускаются грабеж, мародерство и выведение боевой техники и имущества из строя.

Еще за три месяца до вывода наших войск в Джелалабаде советским командованием были организованы курсы по подготовке афганских специалистов в целях правильного содержания и надежного функционирования всех систем городков (электростанций и электросистем, систем водоснабжения, канализации, холодильных установок, хлебопекарен, современного электрифицированного кухонного оборудования, медицинских учреждений, телецентров, радиоузлов, котельных, теплосетей и т. д.).

За 10 дней до начала вывода войск с местными комиссиями было просчитано и проверено боевой стрельбой и пробегом все передаваемое вооружение и боевая техника, тщательно проверено имущество военных городков.

С утра 14 мая с. г. военнослужащие нашей бригады освободили полностью свой военный городок (бригада жила сутки в полевых условиях) и передали его афганской стороне, которая выставила свою охрану и подписала соответствующие документы. Командование 40-й армии — первый заместитель командующего армии генерал-майор А. Г. Шеенков, начальник политотдела генерал-майор А. И. Захаров, заместители командующего армией по вооружению, строительству и расквартированию войск, по тылу лично приняли участие в проверке готовности к передаче военных городков, военной техники и имущества. До этого в выводимых частях несколько суток работал командующий армией генерал-лейтенант Б. В. Громов.

Однако уже во второй половине 14 и особенно 15 и 16 мая военный городок бригады был полностью разграблен, а ценное имущество распродано через дуканы города (телевизоры, радиоаппаратура, холодильники, кондиционеры, мебель, в том числе даже солдатские кровати). В большинстве помещений вырваны двери и оконные рамы.

Создавшаяся ситуация вынудила сделать сообщение т. Наджибулле о недостойном поведении афганских военнослужащих при приеме военных городков. Высказано пожелание о недопущении впредь подобных действий. Наджибулла дал необходимые распоряжения.

Однако в другой бригаде две казармы на второй день после передачи военного городка были уничтожены пожаром. В безответственном и преступно халатном отношении к приему военных городков от советских войск убедился лично начальник Генерального штаба ВС РА генерал-полковник Шах Наваз Танай, который посетил гарнизон Джелалабад через два-три дня после оставления их частями 40-й армии.

…Личным составом 40-й армии было сделано все для того, чтобы оставить в памяти афганцев хорошее, доброе отношение советского человека к афганскому народу и его вооруженным силам. Однако по указанным причинам эти благие намерения не только сводятся к нулю, но еще и порождают негативы. Кроме того, просматривается стремление военного руководства провинции — командира 1-го АК, начальника У МГБ, командующего царандоя и других — снять с себя ответственность за состояние дел, а также представить президенту неблаговидную картину, якобы созданную советскими войсками при оставлении гарнизонов. Представление президенту ложной информации о неисправности техники и вооружения, переданной в части МГБ, направлено на подготовку почвы, которая бы оправдала руководителей провинции в случае возможного поражения от контрреволюции при развязывании боевых действий.

Командир 1-го АК генерал-лейтенант Асеф опустился до того, что доложил президенту республики об отсутствии в Джелалабаде запасов (боеприпасов, горючего, продовольствия, средств связи, вещевого имущества, запасных частей к бронетанковому и автомобильному имуществу и т. д.), хотя сам лично утвердил акт их приема.

Целесообразно:

  1. Командующему 40-й армией впредь передачу военных городков, застав, вооружения, боевой техники и всех видов запасов осуществлять в присутствии не только непосредственно принимающих и составляющих документ о приеме-передаче, но и соответствующего представителя советнического аппарата (МО, МГБ, МВД РА), а также представителей руководства МО РА, Госбезопасности и внутренних дел Афганистана. Приглашать для этих целей также руководителей или их заместителей совпредставительств в Афганистане (аппарата ГВС, представительств КГБ и МВД СССР в РА).
    Добиться от афганской стороны создания условий, обеспечивающих сохранность военных городков, передаваемых частями 40-й армии. Кроме актов приема-передачи делать фотоснимки передаваемых объектов…
  2. Настаивать на том, чтобы МО, МГБ, МВД, а также Генеральный штаб ВС РА в первый день приема и передачи соответствующего военного городка, застав, боевой техники и вооружения, запасов материальных средств докладывали письменно президенту РА с указанием количества и качества принятого имущества.
  3. В основе действия каждого из нас и подчиненных коллективов должны быть высокие государственные интересы Советского Союза. На это должны быть направлены все наши устремления.

Только правдивые и честные отношения с афганской стороной, недопущение послабления к лицам, действующим в ущерб афгано-советским отношениям, широкий показ масштабов помощи, которую оказывает Советский Союз Афганистану, могут в итоге вывода советских войск создать благоприятную обстановку у широкой общественности страны по отношению к советскому народу и его Вооруженным Силам…

Генерал армии Варенников,
3 июня 1988 г.

На основании этих жестких указаний на втором этапе вывода советских войск из РА работа по подготовке и передаче военных городков ВС Афганистана велась более целенаправленно и результативно. Все мероприятия проводились заблаговременно и соответственно протоколировались, тщательно проверялись. Однако и это не спасло городки от варварского разграбления, а их передавалось довольно значительное количество.



Справка


Казармено-жилищный фонд военных гарнизонов ОКСВ в РА,
который будет передан ВС Афганистана на 2-м этапе вывода советских войск

Советские войска в Афганистане размещались в 179 военных городках (32 гарнизона). Стоимость казарменно-жилищного фонда, коммунальных объектов, оборудования и инвентаря составляет 699362 тыс. руб. В связи с частичным выводом советских войск афганским вооруженным силам по состоянию на 10 ноября 1988 г. передано 57 военных городков с казарменно-жилищным фондом стоимостью 202510 тыс. руб.

В настоящее время войсковые части 40-й ОА размещаются в 122 военных городках (17 гарнизонах), стоимость казарменно-жилищного фонда которых составляет около 497 млн. руб., в том числе:

Кабульский гарнизон

В 33 военных городках размещалось 25,9 тыс. чел. (в том числе офицеры — 3,9 тыс. чел., прапорщики — 2,0 тыс. чел., солдаты и сержанты — 77,7 тыс. чел., рабочие и служащие — 2,2 тыс. чел.). Часть из них — уже вышла.

Козарменно-жилищный фонд указанных военных городков состоит из 1200 зданий и сооружений.

Баграмский гарнизон

В 14 военных городках размещалось 9,3 тыс. чел. (в том числе офицеры — 1,5 тыс. чел., прапорщики — 0,8 тыс. чел., солдаты и сержанты — 6,2 тыс. чел., рабочие и служащие — 0,8 тыс. чел.). Часть из них — уже вышла.

Казарменно-жилищный фонд 4 городков состоит из 533 зданий и сооружений.

Пули-Хумри

В 25 военных городках размещалось 6,7 тыс. чел. (в том числе офицеры — 0,6 тыс. чел., прапорщики — 0,4 тыс. чел,, солдаты и сержанты — 5,2 тыс. чел., рабочие и служащие — 0,4 тыс. чел.). Часть из них — вышла.

Казарменно-жилищный фонд гарнизона состоит из 376 зданий и сооружений.

Хайратон

В 18 военных городках размещено 2,6 тыс. чел. (в том числе офицеры — 0,2 тыс. чел., прапорщики — 0,2 тыс. чел., солдаты и сержанты — 2,0 тыс. чел., рабочие и служащие — 0,2 тыс. чел.).

Казарменно-жилищный фонд гарнизона состоит из 188 зданий и сооружений.

Чарикар

Гарнизон состоит из одного военного городка, в котором размещено 1,4 тыс. чел. (в том числе офицеры — 149 чел., прапорщики — 98 чел., солдаты и сержанты — 7095 чел., рабочие и служащие — 46 чел.).

Казарменно-жилищный фонд состоит из 40 зданий и сооружений.

Джабаль-Уссарадж

Гарнизон состоит из двух военных городков, в которых размещено 2680 чел. (в том числе офицеры — 240 чел., прапорщики — 130 чел., солдаты и сержанты — 2200 чел., рабочие и служащие — 64 чел.).

Казарменно-жилищный фонд состоит из 63 зданий и сооружений.

Калавуланг

В гарнизоне размещено 70 чел. (в том числе офицеры — 5 чел., прапорщики — 5 чел., солдаты — 60 чел.).

Казарменно-жилищный фонд состоит из двух сооружений.

Саланг

В гарнизоне размещено 95 чел. Гарнизон состоит из одного военного городка, в состав которого входит 11 зданий и сооружений.

Шауль

В гарнизоне размещено 270 чел. Гарнизон состоит из одного военного городка, в составе которого имеется 33 здания и сооружения.

Душах

В гарнизоне размещено 250 чел. Гарнизон состоит из одного военного городка, в состав которого входят 21 здание и сооружение.

Чаугани

В гарнизоне размещено 980 чел. (в том числе офицеры — 90 чел., прапорщики — 50 чел., солдаты — 800 чел., рабочие и служащие — 72 чел.). В состав городка входит 17 зданий и сооружений.

Айбак

В гарнизоне размещено 150 чел. Казарменно-жилищный фонд состоит из 19 зданий и сооружений.

Ташкурган

В гарнизоне размещено 3000 чел. (в том числе офицеры — 240 чел., прапорщики — 750 чел., солдаты — 2400 чел., рабочие и служащие — 750 чел.). Казарменно-жилищный фонд состоит из 42 зданий и сооружений.

Шинданд

В гарнизоне размещалось 8,6 тыс. чел. (в том числе офицеры — 7200 чел., прапорщики — 600 чел., солдаты — 6000 чел., рабочие и служащие 800 чел.). Часть из них — уже вышла.

Гарнизон состоит из 23 военных городков со 175 зданиями и сооружениями.

Адраскан

В гарнизоне размещено 440 чел. (в том числе офицеры — 40 чел., прапорщики — 20 чел., солдаты — 370 чел., рабочие и служащие — 7 чел.).

Казарменно-жилищный фонд состоит из 22 зданий и сооружений.

Герат

В гарнизоне размещено 2800 чел. (в том числе офицеры — 250 чел., прапорщики — 140 чел., солдаты — 2300 чел., рабочие и служащие — 80 чел.). Казарменно-жилищный фонд состоит из 69 зданий и сооружений.

Турагунди

В военном городке гарнизона размещено 540 чел. (в том числе, офицеры — 85 чел., прапорщики — 80 чел., солдаты — 310 чел., рабочие и служащие — 65 чел.). Казарменно-жилищный фонд состоит из 42 зданий и сооружений.

Подготовка эксплуатационного персонала

Для эксплуатации и технического обслуживания коммунальных объектов и инженерных систем передаваемых военных городков силами советских преподавателей в учебном центре в Кабуле и силами специалистов КЭЧ районов подготовлено 620 специалистов из числа личного состава Вооруженных сил Афганистана, в том числе: МО РА — 347 чел.; МВД РА — 110 чел.; МГБ РА — 163 чел.

В настоящее время начата подготовка персонала для эксплуатации военных городков, передаваемых на втором этапе вывода.

Источник информации: штаб 40-й армии,
г. Кабул, ноябрь 1988 г.



Разные оценки обстановки


Складывающаяся в Афганистане ситуация после завершения первого этапа вывода советских войск оценивалась по-разному. Большинство аналитиков оценивали ее пессимистически, но были и оптимисты. Для сравнения приведу мнения различных сторон. Наджибулла, в свою очередь, дал оценку обстановки. Подчеркнул, что Женевские соглашения пока не принесли положительных подвижек в процессы урегулирования афганской проблемы, а, наоборот, обострили ситуацию. Такой поворот событий явился результатом одностороннего выполнения Советским Союзом и Афганистаном взятых на себя обязательств, в то время как США и Пакистан не только их игнорируют, но даже усилили вмешательство в дела Республики, «Наш расчет на то, что штаб-квартиры контрреволюционных сил будут выдворены с пакистанской территории и будут ликвидированы учебные центры и базы, а афганские беженцы возвратятся на родину, не оправдался».

С началом вывода советских войск из приграничных районов и отвода афганских пограничных частей и объединений в глубь страны резко возрос поток караванов из Пакистана. Особенно это сказалось в связи с выводом частей «спецназ» 40-й армии, которые эффективно осуществляли борьбу с караванами. Неясность перспектив развития обстановки в РА, расширение масштабов помощи афганской контрреволюции со стороны США и Пакистана и ослабление позиций госвласти привело к тому, что многие из командиров так называемого второго эшелона (Туран Аманула — Вардак, Хаккани — племя джадран, Башир Гаюр — Баглан и др.), ранее изъявлявшие готовность пойти на коалицию, сейчас отказались от этого, заняли выжидательную позицию. По их мнению, правительственные силы сейчас ослаблены и после завершения вывода советских войск правящий режим падет, поэтому идти с ним на компромиссы нет смысла.

«Никто не хочет идти на контакты с режимом, не имеющим за собой силы, — сказал Наджибулла, — если вчера еще активные бандформирования насчитывали всего 50 тыс. чел. из общей группировки 274 тыс. чел., то сегодня их численность возросла до 140 тыс. чел. И это будет продолжаться».

Далее президент отметил, что, для того чтобы компенсировать вывод 40-й армии, насчитывающей около 100 тыс. чел., афганской стороне необходимо увеличить свои Вооруженные силы, как минимум, на 500 тыс. чел., что абсолютно нереально, так как, несмотря на предпринимаемые усилия, так и не удалось добиться укомплектования армии до 200 тыс. чел., она составляет в настоящее время 148 тыс. чел. Вооруженные силы РА, на первый взгляд, большие (по оценке Наджибуллы — 370 тыс. чел.), и они должны иметь неоспоримое преимущество над противником, однако этого не происходит. Следует учитывать более высокий морально-боевой дух мятежников, имеющих десятилетний опыт партизанской войны. При этом Наджибулла подчеркнул, что «если бы не было советских военных товарищей, то мы уже давно потеряли бы большую часть страны. Только присутствие 40-й армии позволяет еще в какой-то степени контролировать обстановку».

Наджибулла сказал, что в настоящее время есть два варианта развития обстановки в Афганистане: военный и политический.

В первом случае — внутренняя оппозиция не идет ни на какие компромиссы с госвластью, после вывода советских войск активизирует боевые действия с правительственными силами, уничтожает НДПА, захватывает власть и устанавливает в Афганистане «исламскую республику». Такой ход и исход событий в Афганистане поставит его в один ряд с такими государствами, как Турция и Иран, что обострит положение на южных границах СССР.

При втором варианте — Советский Союз и Афганистан в противовес действиям американской администрации и пакистанских властей, игнорирующих Женевские соглашения, объявляют об изменении графика вывода советских войск и переносят начало его второго этапа на более поздний срок. Это создаст благоприятные условия для продолжения политического урегулирования, придаст уверенности правительству в отыскании путей установления компромиссов с внутренней оппозицией. При этом более активно будет проводиться работа по реализации политики национального примирения. НДПА «готов