ТАЙНЫ АМЕРИКИ

факты о настоящей Империи Зла

Америка во Второй Мировой войне. Подборка фактов и статей. Часть 5


Часть 1, 2, 3, 4, 5


Содержание страницы:

  • ЮРИЙ СЫСОЕВ "ДЕНЬ 22 ИЮНЯ. ЕГО ПРОРАБЫ И АРХИТЕКТОРЫ"

  • БОРИС КЛЕЙН "МИНУТЫ РОКОВЫЕ"

  • НИКОЛАЙ МОРОЗОВ "СМЕНИЛИ ОККУПАНТОВ"



День 22 июня
Его прорабы и архитекторы


22 июня 1941 г. Для большинства людей старшего поколения нашей страны день этот — вечно открытая рана, и время никогда не заживит ее. Наверное, поэтому всю жизнь мы были так терпимы, так покорны своей тяжелой доле. «Лишь бы не было войны» — это убеждение выстрадали в таких муках и лишениях, что всякое неуважение к нему равносильно человеческой подлости. Скажем честно, в последние 10 лет в отдельных частях бывшего СССР (особенно в Прибалтике, на Западной Украине) вновь гремят голоса тех, кто считает тот день своим и сожалеет, что тогда все не так кончилось, как замышлялось; они даже надеются на реванш, на свой день победы...

22 июня 1941 года в 4 часа утра грохотом германских пушек по всей западной границе СССР для народа нашей страны началась война, сразу названная Отечественной, а потом и Великой: народ наш вновь стал биться за свое Отечество, ну а труд его, жертвы и муки были в этой войне действительно великими. В этот предрассветный час вооруженные силы Германии, Румынии и Финляндии начали выполнение Директивы №21, подписанной верховным главнокомандующим и фюрером третьего рейха А. Гитлером 18 декабря 1940 г. Именно эта Директива, изготовленная в 9 экземплярах, получила условное наименование «План Барбаросса». На нашу страну ринулись 152 германских и 29 румынских и финских дивизий, имеющих вооружение: 4950 самолетов, 2800 танков, 47 000 орудий и минометов — всего с той стороны гигантского Восточного фронта на нас кинулось во всеоружии около 5,5 миллиона человек!

Остановись на минуту, читатель! Осмысли: за спиной этих 5,5 миллиона — экономическая и военная мощь почти всей Европы (и не только Европы!), успешный двухлетний опыт разгрома Польши, Франции, Норвегии, Дании, Бельгии, Голландии, Люксембурга, Греции, Югославии.

У нас в Вооруженных силах — 4,6 миллиона человек.

Удар был страшен. Все было на кону. И огромная страна встала во весь свой рост. Сейчас мы можем сказать, не лукавя, что народ наш в той суровой битве за жизнь отдал все — и это его спасло, он выстоял. Пламя войны дошло до берегов Волги и там, шипя и замерзая, стало затухать и пятиться. Но погасло оно окончательно лишь в 23 часа 8 мая 1945 года у берегов Эльбы и Шпрее. Drang nach Osten закончился.

И тогда мы начали считать раны и погибших товарищей. Потери нашей страны — страшные: до 27 000 000 человек; общая сумма экономических потерь — более двух триллионов долларов! Человеческий ум не в силах воспринять это, перед такими громадными цифрами он «останавливается», лишь боль в сердце говорит, что мы понимаем, что это значит. Так вот, «Манхэттенский проект» — разработка и изготовление 2 атомных бомб — стоил США менее 4 миллиардов долларов — громадную по тем временам сумму, которую тогда смогла выложить только богатая Америка.

...Но все это будет потом, много и много дней спустя, а тогда, 22 июня 1941-го... Весь мир замер, ожидая, выполнит ли Гитлер свое обещание «рассчитаться с большевизмом». Первым поднял свой голос Э.Тельман, вождь коммунистов Германии: «Советский народ сломает шею Гитлеру», — прозвучало уже 22 июня сквозь глухие стены берлинской тюрьмы Моабит. На другой день Компартия США опубликовала «Заявление в поддержку Советского Союза в его войне против фашизма»: «...Эта военная агрессия фашистских заправил Германии представляет собой удар по народу Германии, а также по народам Соединенных Штатов и всего мира....Американский народ — рабочие, трудящиеся, фермеры, массы негритянского народа, мелкобуржуазные слои — все те, кто ненавидит фашизм и угнетение и любит мир и свободу, будут считать дело Советского Союза и его народов делом всего передового и прогрессивного человечества». 24 июня Коммунистическая партии Германии приняла «Воззвание в защиту СССР»:

24 июня сенатор Гарри Трумэн, будущий президент США, в газете «Нью-Йорк таймс» заявил: «Если мы увидим, что выигрывает Германия, то нам следует помогать России, если выигрывать будет Россия, то нам следует помогать Германии, и, таким образом, пусть они убивают как можно больше».

Ему вторил Герберт Гувер, бывший президент США: «Говоря по правде, цель моей жизни — уничтожение Советской России».
Сэр Уинстон Черчилль, премьер-министр Великобритании, соблаговолил позволить своему старшему сыну Рандольфу высказать то, что думал сам: «Идеальным исходом войны на Востоке был бы такой, когда последний немец убил бы последнего русского и растянулся мертвый рядом».

Войну против СССР руководство германского рейха готовило тщательно и всесторонне. Гитлер рассматривал эту войну как один из этапов обеспечения господства «арийской расы» сначала в Европе, а затем и во всем мире. В своей Директиве №21, явившейся основой для всех военных и экономических приготовлений, он так сформулировал цель операции на Востоке:«Конечной целью операции является создание заградительного барьера против азиатской России по общей линии Волга — Архангельск. Таким образом, последний индустриальный район, оставшийся у русских на Урале, можно будет парализовать с помощью авиации». Фельдмаршал Паулюс, командующий 6-й армией, дошедшей до Волги, давая свидетельские показания на Нюрнбергском процессе, подтвердил:«Указанные цели означали завоевание с целью колонизации русской территории, эксплуатация ресурсов которой должна была дать возможность завершить войну на Западе с той целью, чтобы окончательно установить господство Германии в Европе».

В целях реализации конечной цели «Операции на Востоке» подчиненные фюрера разработали целую серию планов и директив, детализирующих «План Барбаросса»...

«Генеральный план Ост» (Правовые, экономические и территориальные основы развития Востока) — наисекретнейший документ нацистской верхушки, формулировавший один из самых чудовищных замыслов в истории человечества:

истребление славянских наций (русских, украинцев, белорусов, поляков), а также евреев, литовцев, эстонцев, латышей, крымских татар и других;

ликвидация за 25—30 лет 120—140 миллионов человек, а в конечном итоге — «уничтожить биологический потенциал европейской России и Польши».

Разработчики «Плана Ост» руководствовались и устными указаниями фюрера: «Речь идет о борьбе на уничтожение... На Востоке сама жестокость — благо для будущего».

Ему вторил и один из основных разработчиков плана рейхсфюрер СС Г. Гиммлер: «Истребление населения — это входит в нашу миссию. Нам предстоит развивать технику истребления».

И развивали. К 22 июня 1941 г. уже создана целая сеть лагерей уничтожения: Освенцим (Аушвиц), Майданек, Треблинка, Собибор, Хелмна, Белжец, Штутгоф... Способы уничтожения самые разнообразные: применение отравляющих газов, расстрелы, заражение инфекционными болезнями (в основном сыпным тифом), вспрыскивание различных веществ в вену (бензин), избиения, потопления, умерщвление путем голода, холода...

Справка: за период с ноября 1941 г. по январь 1942 г. голодом и холодом нацисты погубили 500000 советских военнопленных; позднее виновные были подвергнуты в Германии суровой критике — нельзя так нерадиво относиться к собственности рейха: пропало даром полмиллиона «восточных рабов»!

В нацистских лагерях уничтожения проводились и «медицинские опыты» по очень широкой программе:

стерилизация женщин евреек, засушивание голов, изготовление абажуров и перчаток из татуированной человеческой кожи и т.д. и т.п. Английская парламентская делегация, посетившая в апреле 1945 г. концлагерь Бухенвальд, в конце своего отчета Ее Величеству записала:

«Впечатление от того, что мы видели и слышали в Бухенвальде, будет еще годами преследовать нас».

16 сентября 1942 г., в разгар Сталинградской битвы, когда победа казалась нацистам такой близкой, выступая перед чинами СС, Г.Гиммлер так сформулировал геополитические замыслы «Плана Ост»:

«Мы должны добиться того, чтобы был создан Германский Восток, простирающийся до Урала. Это будет оранжерея германской крови. Тогда через 400—500 лет в случае возможного конфликта континентов в нашем распоряжении будет не 120 млн., а 500—600 млн.германцев». Сейчас, спустя более полувека, все это кажется лишь бредом, но... У Гиммлера были единомышленники и по другую сторону Атлантики, в США. Ниже мы расскажем о них.

...«Директива начальника штаба ОКВ по вопросам пропаганды в период нападения на Советский Союз», подписана Йодлем 6 июня 1941 г.; в ней изложены основные пропагандистские установки для народов СССР:

«п. 1 А) Противником Германии являются не народы Советского Союза, а исключительно еврейско-большевистское советское правительство со всеми подчиненными ему сотрудниками и Коммунистическая партия, предпринимающая усилия, чтобы добиться мировой революции...

Г) Пропаганда должна вообще способствовать распадению Советского Союза на отдельные государства. Но на первом этапе вести ее по этой линии не следует. Правда, в различных частях страны немецкие органы пропаганды должны пользоваться тем языком, который здесь наиболее употребителен; однако отдельные пропагандистские материалы не должны преждевременно привести население к мысли о нашем намерении расчленить Советский Союз.

п. 11 Желательно продолжать выпуск нескольких крупных газет под немецкой цензурой. Это относится в первую очередь к Украине и Прибалтике. Цензуру следует организовать немедленно».

Переведи дух, читатель. И еще раз вчитайся в пп. А и Г Директивы. Ее автор по приговору Международного трибунала над главными немецкими преступниками повешен, труп его кремирован, а пепел развеян. Но дух его и дело живы, только теперь они культивируются и в нашей стране! Причем лозунг «Коммунизм — раковая опухоль человечества» появился впервые на плакатах в Литве в феврале 1989 г., а теперь он стал официальной идеологией руководства в иных независимых государствах на территории бывшего Советского Союза.
То, что не удалось вооруженному до зубов вермахту во время его «Восточной кампании», удалось нашей «новой демократии» почти без кровопролития (ее жертвы в Тбилиси, Сумгаите, Баку, Фергане, Дубоссарах, Вильнюсе, Грозном... для нее не в счет) с помощью «идеологов перестройки»!

...Выполняя п.11 Директивы Йодля, немецкое командование разрешило «Активистам литовского фронта» уже на другой день после занятия Каунаса (25.06.41 г.) издавать независимую газету «И лайсве» (К свободе).

Информация к размышлению: в 1988 г. в Эстонии и Латвии были созданы т.н. народные фронты, а в Литве — не фронт, а «Саюдис» (Содвижение...за перестройку!): у многих литовцев слова «литовский фронт» вызывали в памяти картины зверств, чинимых его «активистами» в 1941—1953 гг. 1-й съезд «Саюдиса» проходил 22—23 октября 1988 г., открывал его «патриарх Литвы» В. Ландсбергис — Жямкальнис, а один из «архитекторов перестройки» А. Яковлев прислал съезду приветственную телеграмму.

Так вот, первый номер газеты «К свободе» открывало заявление Временного литовского правительства, выдержки из которого (в переводе на русский) приводим:

«Временное литовское правительство благодарно спасителю европейской культуры рейхсканцлеру великой Германии Адольфу Гитлеру и его отважной армии, освободившей литовскую территорию. Отдавая дань памяти пролитой крови лучших сыновей народа — партизан, их кровь и жертвы уполномочивают нас объявить волю народа:

национализированное еврейское богатство, а также...принадлежащее другим лицам, активно действующим против литовского народа, остается собственностью литовского государства».

Боже мой! И ЭТО писалось тогда, когда в рейхе уже была утверждена программа германизации Прибалтики и согласован процент ликвидации литовцев — 50%! Среди членов «правительства» (а немцы вытерпели его только до 2 августа 1941 г.) был и «министр коммунального хозяйства» В. Ландсбергис — Жямкальнис, по профессии «архитектор», завязавший связи с фашизмом в Италии еще в 1926 г. Именно он еще весной 1941 г. начал организовывать батальоны литовцев-«белоповязачников», которые с 22 июня 1941 г. приступили к «окончательному решению еврейского вопроса» на выделенной им территории (Литва, Южная Латвия, Северная Белоруссия). Национализация «еврейского богатства» позволила «архитектору» создать изрядный капитал, который он успешно приумножал после краха рейха на далеких меридианах (даже в Австралии). Спекулируя на исторических проблемах между Прибалтикой и Россией, эти «архитекторы» ловко загоняли свои народы в вермахт, СС — во что угодно, лишь бы иметь от этого свой «законный процент». Деньги не пахнут!

Выводы? Автору они представляются такими: созданный в Литве с благословения «архитекторов перестройки» «Саюдис» практически реализовал п.1 Г Директивы Йодля от 6 июня 1941 г., преемственность его действий с замыслами наци подчеркивает и тот факт, что лидером «Саюдиса» стал сын В. Ландсбергиса — Жямкальниса В. Ландсбергис, до этого никому не известный доцент Вильнюсской консерватории. Так заканчивается для Литвы в XX веке тот далекий день 22 июня 1941 г...

...А теперь о том, что и почему именно столь много стоил для СССР день 22 июня 1941 г. Потери нашей страны в результате жуткого удара, нанесенного ей военной машиной фашистской Германии и ее сателлитов (Румынии, Финляндии, Италии, Испании, Венгрии, Словакии, Болгарии), а также организованного с немецкой тщательностью грабежа страшно велики. Для многих из нас это не абстрактные цифры, а жизни и судьбы и нас, и наших близких. Перед моими глазами, к примеру, до сих пор стоит Сталинград 1948 г.: города нет, есть его кладбище — дырявые трубы бывших заводов, груды кирпича, землянки, скопления калек... Всех нас мучает вопрос: могли ли быть меньше наши потери? Теперь, спустя более полувека, мы точно знаем, что могли и должны были быть меньше. Но на сколько? На сколько они могли быть меньше с учетом силы удара и подлинных целей, которые ставил перед собой наш противник?

5,5-миллионное войско с победным боевым опытом на полях всей Европы;

самое современное оружие, созданное с участием многих стран мира;

непрерывная, до самого последнего дня, экономическая и финансовая помощь крупнейших концернов и банков мира.
Вот основные составляющие «силы удара».

«Рассчитаться с большевизмом», «уничтожить Советскую Россию, превратить ее в колонию», «уничтожить биологический потенциал Европейской России» (120 миллионов человек!) — цели фашизма в этой войне.

Так давайте честно скажем, что при таких целях войны со стороны агрессора, такой силе его удара, да еще и при наших собственных бедах потери наши, к несчастью, не могли быть значительно, принципиально меньше тех, что реально оказались.

Вот потери стран-агрессоров Второй мировой:
Германии — 6 млн.,
Японии — 2 млн.;

а вот стран, подвергшихся нападению и понесших наибольшие потери:
Польши — 6 млн.,
Китая — 10 млн.,
СССР — 27 млн.

Большая часть этих потерь — мирные жители, а Красная Армия, вступив на территорию рейха, не стала вести войну на истребление немецкой нации, ликвидации ее народа как «биологической единицы». Мы всегда должны гордиться тем, что в то жуткое время Отечество наше не опустилось до животной мести.

Меч нашего воина разрубил лишь фашистскую свастику, не осквернив себя кровью невинных... Уверен, что осознание этого глубоко проникло в душу немецкого народа. Германия никогда не будет больше воевать с Россией — это, наверное, единственное, что может оправдать жуткие жертвы обоих наших народов в той далекой и близкой войне, начавшейся на рассвете 22 июня 1941 г.



Прорабы и архитекторы


22 июня1941 г.

Трудно найти в нашей стране человека, который хотя бы раз не видел телефильм «Семнадцать мгновений весны». Мастерски созданы там яркие портреты многих прорабов фашизма в Германии: Гитлера, Гесса, Геринга, Гиммлера, Бормана, Шелленберга... — тех, кто свой недюжинный талант отдал в руки дьявола. Но за кадром остались все те, кто допустил этих гениев зла к вершине исполнительной власти крупнейшей страны Западной Европы.

За кадром осталось, что руководитель немецкой политической разведки Вальтер Шелленберг входил в совет директоров гигантской американской корпорации ИТТ, контролируемой банком Моргана...

Не узнали мы и о том, что президент США Ф.Д.Рузвельт не препятствовал поставкам в Германию лицензий на новейшие американские технологии, без которых не было бы дьявольской мощи вермахта, — а ведь тогда демократическая Америка не трубила о нарушении прав человека в Германии...

Не узнали мы и о том поистине гигантском потоке нефти, целом Гольфстриме, который с американского континента подпитывал вермахт, так и не добравшийся до русских кладовых...

Все это и многое другое происходило за кулисами той гигантской, раскинувшейся на весь мир сцены, на подмостках которой мы видели лишь рядовых исполнителей.

За кулисами — это в мозговых центрах мировых банков, гигантских корпораций, уже тогда охватывающих почти весь мир. Так давайте же хоть чуть-чуть заглянем за кулисы того жуткого «спектакля», который начался в 4.00 22 июня 1941 г.
Наберись терпения, читатель!

Главным прорабом фашизма в Германии был фюрер (вождь) национал-социалистической рабочей партии (НСДАП) А. Гитлер, ставший в январе 1933 г. канцлером страны. Пророчески прозвучали тогда слова руководителя немецких коммунистов Э. Тельмана: «Гитлер — это война». Еще в 1925 г. вышла книга Гитлера «Майн кампф» («Моя борьба»), написанная им во время недолгого заключения в тюрьме для военных преступников Ландсберг, куда он попал после неудачного «пивного путча» в Мюнхене в 1923 г. В этой книге обосновывалась идея исключительности « арийской расы» и ставились задачи, решение которых должно было обеспечить господство «арийцев» сначала в Европе, а затем и во всем мире:

— захват Австрии, Чехословакии, Польши, Дании, Норвегии, Голландии, Бельгии, Люксембурга, разгром Франции;

— захват европейской части России вплоть до Урала;

— физическое истребление целых народов, в первую очередь евреев и славян («ликвидация отдельных расовых единиц»).

Так вот, этому «прорабу» потребовалось всего 6 лет после прихода к власти, чтобы практически полностью выполнить первую задачу, сформулированную в «Майн кампф». Реализация второй и третьей связана в основном с датой 22 июня 1941 г. — днем нападения на СССР.

Очевидно, что «План Барбаросса», «Генеральный план Ост», «Зеленая папка» и другие — это всего лишь документальная отработка (тщательная и всесторонняя) уже на государственном уровне основных задач, изложенных Гитлером в тюрьме Ландсберг. Сама идея исключительности одной расы, законности ее господства в мире не возникла сама собой в голове фюрера: она носилась в воздухе в кругах «сильных мира сего» не только в Германии, но и в Италии, Англии и особенно в США — среди тех, кто всегда искал способы расширения своего господства в мире через увеличение своего богатства. Гитлер и его соратники (Гесс, Геринг, Штрассер и др.) лишь наиболее ярко сформулировали эти идеи, ну а те, кто фактически был их «заказчиком», — тотчас же запустили их в тираж.

Но в 1925 г. время Гитлера и его партии еще не пришло, лишь мировой экономический кризис 1929—1933 гг. расшатал устои «демократии» и приоткрыл путь фюреру. Хозяевам Германии не удалось справиться с экономическим и политическим хаосом на путях традиционного буржуазного парламентаризма, и тогда, резко увеличив финансирование НСДАП, они привели ее к власти. Они — это не безликая масса, их имена давно известны; назовем лишь самые громкие: Г.Шахт, В.Функ, Э. Пуль, Г.Штейн, К.Шредер — банкиры, Крупп фон Болен, Г.Шмиц, Ф.Иссен, Г.Стиннес, Ф.Флик — промышленники.

Но... ведь рука об руку с ними действовали финансовые и промышленные магнаты США, Англии, Швеции, стран Южной Америки, Японии.
Еще во время Первой мировой войны президент «Рейхсбанка» Гельмар Шахт усиленно развивал среди своих коллег идеи мирового финансового сообщества, не подвластного ни империям, ни войнам, — «братства». В Германии среди близко воспринимающих эти идеи был Герман Шмиц, человек необыкновенно честолюбивый и предприимчивый, один из создателей и первый председатель правления гигантского химического концерна «И.Г. Фарбениндустри» (основан в 1925 г.). При содействии Шахта Шмиц завязал важные контакты в США и Великобритании. У них появляются единомышленники, полностью разделяющие идею о международной солидарности финансистов: Уолтер Тигл из «Стандарт ойл» и Эдзел Форд, сын Генри Форда. С их помощью Г. Шмиц создает в 1929 г. американский филиал «И.Г. Фарбен» — «Америкэн И Г./ Кемикл. корп». (в 1939 г. (!) переименована в «Дженерал анилайн энд филм» — ДАФ), становится ее президентом, а свои полномочия в Европе передает брату Дитриху. Это позволило их фирме настолько прочно укрепиться по обе стороны Атлантики, что она могла пережить любую войну без ущерба для себя.

Именно «Америкэн И.Г.» становится основным орудием германских членов «братства», особенно после того, как они сделали Гитлера канцлером. Среди товаров, производимых «Америкэн И.Г.», были различные химикаты и химические продукты, включая отравляющие газы и ядовитые вещества. Последние использовались как на заводах «И.Г. Фарбен» для производства резины, так и для газовых камер лагерей уничтожения.

В 1931 г. президент США Г.Гувер принял Г.Шмица в Белом доме. Они быстро нашли общий язык — Советская Россия должна быть уничтожена (Гуверу, вложившему большие капиталы в нефтяные месторождения России, Октябрь 17-го г. принес серьезные убытки)! В реализацию этой задачи «И.Г. Фарбен» внесла весьма высокий вклад: к 1939 г. она давала 90% притока иностранной валюты и 85% всей военной и промышленной продукции, необходимой для подготовки Германии к мировой войне!

Генри и Эдзел Форды участвовали в деятельности «братства» не только через «Америкэн И.Г.» В Германии они создали филиал своего концерна, в руководство которого вошли такие фашисты, как внук кайзера Вильгельма К. Шредер, К. Краух. Когда США объявили войну Германии, последний обратился к Г. Герингу и предложил не национализировать заводы Форда, т.к. этот шаг оказал бы негативное влияние на характер будущего американо-германского сотрудничества, от которого зависит успех внедрения в промышленность Германии американских технологий. Геринг мгновенно согласился — «Форд» сохранил независимость, и его предприятия не были конфискованы!

В 1941 г. Форд ввел в свой штат в качестве консультанта концерна одного из самых ярых приверженцев Гитлера в Америке — знаменитого летчика Чарльза Линдберга. 17 декабря 1941 г. в доме одного крупного нью-йоркского бизнесмена Линдберг заявил в кругу сторонников движения «Америка прежде всего»:

«В мире есть лишь одна опасность — желтая. Китай и Япония едины против белой расы. Эффективным орудием против этого альянса может быть только Германия... И было бы идеальным, если бы она захватила Польшу и Россию, создав при содействии Великобритании заслон против желтолицых и большевиков».

Сравни, читатель, это заявление Линдберга с целями «Кампании на Востоке», изложенными Гитлером в Директиве №21. Вот уж поистине родство душ! В США идеи финансового «братства» активно поддерживал и клан Дюпонов. Ирене Дюпон, обладавший наибольшим влиянием в этом клане, был фанатично предан идеям Гитлера и еще с 20-х годов внимательно следил за его карьерой. 7 сентября 1926 г., выступая перед членами общества американских химиков, он выдвинул теорию создания расы «суперменов», которые по физическим данным не должны будут уступать морским пехотинцам, а по чистоте крови — викингам. Принадлежащий семье Дюпонов автомобильный концерн «Дженерал моторс» и в годы войны активно сотрудничал с Германией. В его предприятия крупный капитал вложила «Америкэн И.Г.», в свою очередь руководство «Дженерал моторс» вложило в «И.Г. Фарбен» только с 1932-го по 1939 г. 30 миллионов долларов. Кстати, широко известный немецкий завод «Опель», производивший тогда бронемашины и грузовики, принадлежал «Дженерал моторс»! Понятное дело, что в годы войны его предприятия не были конфискованы.

После прихода Гитлера к власти Дюпон начал финансировать и фашистские группировки в самих США: Американскую лигу свободы, «Крестоносцев Кларка», клеймивших президента Ф. Рузвельта как коммуниста, намеренно окружившего себя евреями. К началу 1934 г. антирузвельтовская деятельность Дюпонов и Морганов достигла апогея: они финансировали подготовку к государственному перевороту. По их замыслу, отряд террористов, получивший 3 миллиона долларов, должен был свергнуть президента. Рузвельту стало известно об этом. Он сознавал, что заговор, за которым стояли влиятельные финансовые круги, нельзя считать безумной авантюрой, не имевшей никаких шансов на успех. Ему было известно о мощных фашистских группировках, которые легко могли превратить США в союзника Германии уже тогда, спустя всего год после прихода Гитлера к власти. С другой стороны, Рузвельт понимал, что арест главарей из кланов Дюпонов и Морганов вызовет тяжелейший национальный кризис, а может, и еще один крах на Уолл-стрит. Не в первый и не в последний раз президент ощутил наличие в США сил более влиятельных, чем он сам. Искусный политик, Ф.Д.Рузвельт сумел опереться на демократическое большинство американцев, явно не симпатизирующих фашизму, и, используя прессу, пресечь заговор.

Основным рабочим инструментом «братства» стал созданный в 1930 г. Банк международных расчетов (БМР). Вдохновителем этого был президент «Рейхсбанка» Г.Шахт, располагавший могущественными связями на Уолл-стрит. Ему удалось объединить усилия крупнейших мировых банков, в том числе Нью-Йоркского федерального резервного банка. В этой операции Шахту помогал влиятельный немецкий банкир Эмиль Пуль. Устав БМР подписали представители центральных банков Англии, Франции, Бельгии, Италии, Швеции, Германии, трех частных банков США и частных банков Японии. Быстро распознав тягу Гитлера к войнам и аннексии, Г.Шахт позаботился о создании такого учреждения, которое позволило бы сохранить связи с воротилами финансового мира и осуществлять сделки даже в случае международного конфликта. С согласия всех сторон в устав БМР была включена статья, обеспечивающая ему неприкосновенность. Независимо от того, окажутся хозяева БМР в состоянии войны или нет, банк не подлежал ни конфискации, ни ликвидации, а его деятельность — контролю. БМР превратился в канал, по которому американские и английские деньги перекачивались в резервуары нацистов. К началу Второй мировой войны Банк полностью перешел под контроль Гитлера. В правлении Банка, возглавляевом Т.Маккитриком, входили Г.Шмиц, К.Шредер, В.Функ, Э.Пуль. Двух последних назначил лично Гитлер.

БМР стал верно служить «братству» с первых дней своего создания. Его эффективность стала особенно заметна после того, как Германия стала «прибирать к рукам» Европу. В марте 1938 г., после вступления гитлеровцев в Вену, большая часть похищенного ими австрийского золота немедленно перекочевала в сейфы БМР. Та же участь постигла золотые запасы Чешского национального банка — 48 миллионов долларов, Банка Бельгии — 228 миллионов долларов. Искусные финансисты совершили эту операцию путем простого приведения в соответствие золотых депозитов счетов — согласно договору между БМР и Банками-членами. Именно таким образом стараниями К. Шредера и Э. Пуля в БМР было депонировано огромное количество золота и ценностей, награбленных гитлеровцами в оккупированных странах (в том числе и в СССР). А БМР в свою очередь вложил миллионы в германскую промышленность.

Фактически «братство» превратило БМР в общий котел, на воровском жаргоне — «общак», сбрасывая туда все награбленное и черпая оттуда по договоренности. Невероятно, но факт: в течение всей войны большинство членов правления БМР свободно пересекало границы враждующих европейских государств для встреч в Париже, Берлине, Риме или Базеле, заключая закулисные сделки, выгодные фашистской Германии. И тем не менее у фюрера были основания заподозрить Шахта в том, что он в интересах «братства» плетет интриги и против его самого. В конце войны Гитлер даже заключил его в тюрьму.

Деятельность БМР не могла не привлечь внимание прогрессивной мировой общественности. Так, в мае 1942 г. член парламента от лейбористской партии Англии Дж.Страусс сделал запрос министру финансов по поводу деятельности БМР. 26 марта 1943 г. конгрессмен Д. Вурхиз представил в палату представителей конгресса США проект резолюции, в которой призвал провести расследование деятельности БМР. Но... все эти запросы и проекты клались под сукно. Дело сдвинулось, когда энергичный норвежский экономист В. Кейлау узнал, что Вашингтон до сих пор сохраняет отношения с БМР и поддерживает возмутительный финансовый союз с врагами своей страны.

10 июля 1944 г. на международной валютно-финансовой конференции в Бреттон-Вудсе (США) Кейлау внес проект резолюции о роспуске БМР в кратчайший срок. Мнения членов конференции разделились. Зам. госсекретаря США Дин Ачесон говорил, что банк-космополит послужит удобным финансовым рычагом влияния США на процесс восстановления промышленности послевоенной Германии (он оказался абсолютно прав!) и должен быть сохранен «в качестве орудия внешней политики». Лишь 21 июля делегация США проголосовала за ликвидацию БМР, однако руководство банка сделало все возможное, чтобы саботировать это решение. Объясняя свою позицию, Маккитрик говорил: «...Необходимо оценить всю меру доверия, которую ведущие банкиры испытывают друг к другу, и силу их решимости вести честную игру». Вот так!

Что же касается честности... На заседаниях Международного нюрнбергского трибунала установлено, что Э. Пуль, один из членов правления БМР и одновременно «Рейхсбанка», лично контролировал поступления чешского и бельгийского золота в «Рейхсбанк»! Кроме того, именно Пулю было поручено заниматься в «Рейхсбанке» золотом и другими ценностями, доставляемыми из концлагерей. Монокли, золотые оправы для часов, часы, портсигары и золотые коронки, получаемые Пулем из «ведомства» Г. Гиммлера, стекались в «Рейхсбанк», а затем переплавлялись в слитки по 20 кг каждый и отправлялись в Швейцарию, где обменивались на необходимую Германии валюту.

После принятия решения о ликвидации БМР члены «братства» стали действовать похитрее: награбленное нацистами золото и драгоценности стали поступать непосредственно в хранилище Швейцарского национального банка — держателя акций БМР. Так как Швейцарский Национальный был связан с американцами обязательством не укрывать это золото, операции по его обмену на валюту для маскировки оформлялись в виде платежей Американского Красного Креста и германской дипломатической миссии в Швейцарии.
Тонны золота, «выстиранные» до неузнаваемости и замаскированные любым путем, продолжали поступать в Швейцарию до самого конца войны. Что ж, каждая страна понимает нейтралитет по-своему.

Лишь в 1948 г., уступая давлению со стороны министерства финансов США, БМР наконец согласился передать союзникам ничтожную долю награбленного золота — 4 миллиона долларов. А БМР процветает и по сей день!

После капитуляции Германии лишь один из членов «братства» — Вальтер Функ был приговорен Нюрнбергским трибуналом к пожизненному заключению, Гельмар Шахт — оправдан, Герман Шмиц, планировавший превратить Германию всего лишь в одну из составных частей «Соединенных Штатов фашизма», провел в тюрьме после суда... 8 месяцев. Оказалось, что практически все предприятия «И.Г. Фарбен» работоспособны, так как уцелели от бомбардировок — благодаря заботам командующего армейской авиации США генерала Г. Арнольда. Сразу после войны основные предприятия концерна увеличили объемы производства, т.к. американские оккупационные власти саботировали решение Потсдамской конференции по ликвидации «И.Г. Фарбен»: он был просто разделен на составляющие его компании. Лишь СССР ликвидировал заводы «И.Г.» в своей зоне оккупации.

В 1948 г. комиссия палаты представителей США, занимающаяся расследованием антиамериканской деятельности, заклеймила «большевистскими агентами» Гарри Уайта и Лочлина Карри — честных американцев, которыми была вскрыта преступная деятельность членов «братства»:

— Банка международных расчетов,
— концерна «Стандарт ойл» и банка «Чейз нэшнл» Рокфеллеров,
— концерна «Форд» и банка «Нэшнл сити» Фордов,
— концерна «Дженерал моторс» Дюпонов,
— концерна ИТТ С. Бена и Морганов,
— концерна СКФ Якоба Валленберга — могущественных Колоссов, без участия которых не было бы Второй мировой войны.

Одурманив ядом фашизма целые народы, возведя разбой в ранг закона, они не могли нарадоваться, оценивая дивиденды от своих «операций». На тот Олимп, где находились эти «братья-боги», не доносилось ни одного звука от жуткой и чудовищно беспощадной битвы, которая была где-то там, внизу. В королевских отелях, чудных виллах на берегах вечно теплых морей, на альпийских лугах, там, в высотах современного Эдема, они мыслили высокими категориями и абстрактными цифрами.

Ужасы и мерзость войны были им действительно неведомы. Игроки высокого класса, они так кидали свои «кости», что им всегда доставалась «шестерка» — но именно они-то и были настоящими архитекторами трагедии народов.

Но...час грянул, чары злодейства, разрубленные ударом богатырского меча, спали, Европа пришла в себя.

...А «братство» — оно, конечно, живо-здорово, вновь процветает. Теперь у него в руках еще один, более совершенный инструмент — Международный валютный фонд, с помощью которого оно хочет использовать уже просто доллар (а не меч и огонь) для установления своего мирового господства. Наверное, установит... Вряд ли наш ослабленный той страшной войной народ разорвет новые сети, в которые его заманивают его собственные «архитекторы».

Юрий СЫСОЕВ
http://www.sovross.ru/2005/62/62_3_4.htm



МИНУТЫ РОКОВЫЕ


«Блажен, кто посетил сей мир
в его минуты роковые…»


Эти поэтические строки как бы встретили наше поколение на пороге жизни, – и они же провожают его.

Наше детство заканчивалось на рубеже сороковых, и могло казаться, что переступившим тот рубеж судьба принесет не такую опасную жизнь, как прежде. Это была мечта, так и не сбывшаяся в прошлом веке. Но вот, мы дождались нового столетия, и что же?

Уже не счесть этих «роковых минут», но они все такие разные, и каждая держится в памяти. Годы и опыт позволяют глубже осознать их смысл. Из многих я выбрал две, чтобы с чего-то начать. Рассказ пойдет о событиях, поворотных для народов.


ЗАГОВОР ПРОТИВ РУЗВЕЛЬТА

На первый взгляд, к исходу тридцатых годов творец «нового курса» мог пожинать плоды своих успехов и огромной популярности. На деле именно в это время было поставлено под угрозу все, чему посвятил свою жизнь Франклин Делано Рузвельт. Противники президента объясняли новый спад деловой активности и серьезный рост безработицы главным образом его «вмешательством в экономику», то есть слишком щедрой социальной политикой, уступками беднякам, попытками планирования и т.п. Влиятельные круги «большого бизнеса» вынашивали планы отстранения Рузвельта от власти. В беседах с ближайшими сотрудниками он мрачно говорил даже о возможности заговора против него с целью подготовки фашистского переворота в США.

Развитие агрессии, как он называл их, «бандитских наций» усугубляло эту угрозу. В Берлине отдавали себе отчет, сколь сильно Рузвельт ненавидел нацизм, и строили расчеты на приход к власти в Америке прогерманских сил. Ведь истекал второй срок его президентства. Даже если, в противоречии с американской традицией, Рузвельта и выдвинут на третий срок, победу на выборах мог бы одержать не он, а человек, отвечавший интересам Третьего Рейха.

Драматизм ситуации усиливало состояние здоровья президента, который, будучи инвалидом после перенесенного полиомиелита, передвигался при помощи костылей со все большими усилиями. У него случались и кратковременные потери сознания.

По контрасту, Уэнделл Уилки, кандидат от Республиканской партии, выглядел бодрым, полным сил. Родом из штата Индиана, по образованию юрист, он начинал политическую карьеру как сторонник демократов, но перешел в лагерь республиканцев, сделавшись президентом крупной электрической компании. Мы не встретим в энциклопедиях и других массовых изданиях примечательных фактов из биографии Уилки, которые появились в некоторых специальных трудах американских историков.

Начать с того, что Уилки был выходцем из семьи немецких иммигрантов: его матерью была Генриетта Триш, отца звали Герман. Конечно, новый кандидат в президенты рекомендовался коренным американцем и стремился не дать повода для причисления себя к сторонникам гитлеровской экспансии. Отсутствуют доказательства прямой связи Уилки с агентурой Рейха, – например, с «Бундом», организацией этнических немцев в США, получавшей указания и деньги из Берлина.

Но, как говорится, нет дыма без огня.

Летом 1940 года разгромленные британские войска покинули континентальную Европу, оказавшуюся под контролем Германии. Черчилль писал Рузвельту, что без срочной американской помощи организовать отпор нацизму невозможно.

Вначале создавалось впечатление, что оба кандидата в президенты не против, чтобы США послали несколько десятков устаревших военных кораблей на помощь Англии. Но, как только Рузвельт принял об этом решение, Уилки публично назвал его действия «наиболее диктаторским и произвольным поступком президента за всю историю Соединенных Штатов». И это в критический момент Второй мировой войны!

Собравшись у Рузвельта, члены кабинета пришли к выводу, что Уилки не только отстаивает пагубную внешнеполитическую стратегию; он вообще сторонник «корпоративного государства», на манер фашистской Италии. В какой форме довести это до сведения избирателей? Кандидат в вице-президенты от демократов Уоллес сделал заявление об опасности, исходящей от гитлеровских прихвостней в США. Большой резонанс вызвала опубликованная многими газетами статья видной журналистки Дороти Томпсон. Она написала в середине октября 1940 г., что, хотя Уилки «как личность и патриот» может быть и непричастен к этому, однако систематическая кампания против Франклина Д. Рузвельта «руководилась из Берлина и Рима через всю фашистскую сеть в этой стране, включая значительную часть итальянской и немецкой печати»

Опросы избирателей показывали, что Рузвельт значительно опережает конкурента. В штабе последнего решено было пустить в ход главный козырь. Уилки обозвал Рузвельта «поджигателем войны», диктатором, который в Америке больше угрожает миру, чем Гитлер. И якобы заключено секретное соглашение с участием США, чтобы втянуть эту страну в войну. А потому, если выберут Рузвельта, то «в апреле 1941 года нужно ожидать начала войны».

Политика Уилки учитывала сильные антивоенные настроения в американском обществе. Многие люди не понимали, что нацистская агрессия создает прямую угрозу безопасности США. Завороженные индустриальной мощью своей страны, они не отдавали себе отчета, насколько малы ее реальные военные силы по сравнению с Вермахтом. А между тем, как подсчитал историк Р. Кетчум, к началу Второй мировой войны американская армия занимала 19-е место в мире где- то между Португалией и Болгарией.

Кто входил в лагерь «изоляционистов», то есть коалиции, готовой заплатить любую цену, чтобы Америка осталась в стороне от войны? В кампании, направленной против антигитлеровского курса Ф. Рузвельта стал задавать тон комитет «Америка прежде всего», возглавленный Чарльзом Линдбергом. Знаменитый летчик усвоил бредовые идеи о «сверхчеловеке» и расовые теории нацизма. С посещения в 1936 году Олимпийских игр в Германии началось сближение Линдберга с вождями Рейха. В 1938 году Гитлер наградил его орденом «за особые заслуги». Посол США в Великобритании Джозеф Кеннеди (отец будущего президента), реакционер и антисемит, устраивал встречи Линдберга с английскими политиками, которых они склоняли к мюнхенскому соглашению и содействию Гитлеру в разделе Чехословакии. Имевший огромную аудиторию в США «радиопроповедник» Кофлин обвинял евреев в сговоре, направленном на втягивание Америки в войну, которая выгодна лишь еврейским финансистам и послужит их обогащению.

Чтобы скомпрометировать президента и проложить дорогу его сопернику, видный профсоюзный деятель Джон Льюис в своем обращении к молодежи нагнетал пораженческие настроения: «Вы, кому суждено будет погибнуть по прихоти интернационального смутьяна, будете ли вы приветствовать своего Цезаря?»

Популярность Рузвельта снижалась. Этому способствовали усилия Берлина, откуда осуществлялось вмешательство в американскую избирательную кампанию. Действия агентуры Рейха подтверждаются документами из нацистских архивов, опубликованными историками Х. Пармет и М. Гехт. Ключевую роль играл германский поверенный в делах в Вашингтоне Ганс Томсен.

Нацистские деньги помогли члену Палаты представителей Г. Фишу объединить в Филадельфии 50 конгрессменов в поддержку «антивоенной» платформы Республиканской партии. Из фондов немецкого посольства была оплачена «Нью-Йорк Таймс» целая страница в поддержку прогерманских лозунгов: «Американизм, готовность и мир» (откуда деньги, в газете не интересовались). Пять с половиной тысяч долларов выделило посольство неустановленным конгрессменам для аналогичной пропаганды на съезде Демократической партии в Чикаго и для публикации в «Чикаго Трибюн». Двадцать тысяч долларов было ассигновано на реализацию проектов по очернению Рузвельта как «члена международного еврейского заговора».

Не последнее место отводилось привлечению интеллектуалов. Через одного нью-йоркского издателя германские деньги вручались намеченным писателям-изоляционистам, очевидно, не знавшим источника их финансирования. К сожалению, в сети нацистских пособников попал и классик американской литературы Теодор Драйзер, который выступил с «антивоенными» публикациями.

Изоляционисты имели поддержку ряда крупных промышленников, например, известного своими антисемитскими взглядами Генри Форда. Богатый нефтяной делец Дейвис даже вступил в контакт с Герингом и Риббентропом. Это он предложил кандидатуру профсоюзного босса Д. Льюиса, – не только как противника переизбрания Рузвельта, но и (в случае вступления США в войну) как подходящего организатора всеобщей забастовки в Америке.

Хотя пронацистские конгрессмены и не имели преобладающего влияния, они активизировались в канун выборов. Как доносил в Берлин Томсен, сто тысяч американцев получат бесплатно тексты выступлений в Конгрессе, отвечавших установкам министерства иностранных дел Германии.

В окружении президента могли не знать хитросплетений всей интриги. Но Рузвельт имел тайные каналы слежения, чтобы узнать о главном. За несколько дней до голосования на его стол легло сообщение о секретной встрече между представителями германского правительства и людьми, которые отрекомендовались представителями Уилки. В противоречии с официальной позицией республиканского кандидата, немцам было обещано, что Уилки, став президентом, пойдет навстречу германским домогательствам. Он прекратит военную помощь Британии и принудит ее принять условия мира, предложенные Гитлером. В обмен на это, согласно составленному участниками встречи документу, Германия гарантирует «неоспоримую гегемонию Соединенных Штатов в Западном полушарии». (Kenneth S. Davis. FDR. Into the Storm. 1937-1940. A History. № 4, 1993. P. 624.)

Судьба этого документа остается загадкой. Можно понять, почему Рузвельт в тот момент воздержался от его опубликования: он опасался, что раскол в американском обществе мог бы дойти до открытого противостояния. Но по сей день остается спорным, вправе ли был президент, считавший достоверной такую информацию, держать народ в неведении о факте государственной измены?

Конечно, в предвыборном штабе президента не оставались в бездействии перед лицом угрозы. Гарри Гопкинс, Сэм Розенман, Роберт Шервуд и другие находили возможности эффективного противодействия. Примером явились события вокруг возвращения в США Джозефа Кеннеди, который покинул Лондон, чтобы лично поддержать Уилки. А ведь фронтальная атака бывшего посла накануне выборов президента на его внешнюю политику, на попытки втянуть Америку в «ненужную войну» могла бы дать верный шанс на победу противнику Рузвельта.

Пустив в ход свое обаяние и дипломатические способности, Рузвельт обратился к Кеннеди с настоятельной просьбой, чтобы тот сразу по прибытии в США явился в Белый дом, где ему будет оказан самый теплый прием. А по свидетельству молодого Линдона Джонсона (впоследствии президента США), вешая телефонную трубку после столь сердечного приглашения, Рузвельт проводил пальцем, как будто бритвой, по своему горлу... Компромисс, предложенный гостю, состоял в следующем: если теперь Джо поддержит на выборах президента, то, в свою очередь, он может рассчитывать на поддержку собственной кандидатуры в канун президентских выборов 1944 года. Кеннеди устроил такой исход.

Но угрожала новая опасность. Ширилось недовольство объявленным призывом резервистов на военную службу. Поступали предупреждения, что президент проиграет выборы, если не даст заверения влиятельной организации «Американские матери», что молодых призывников окружат в лагерях всяческой заботой, а главное, они не должны будут воевать. Сказать, что война неотвратима, проиграть выборы и открыть дорогу к власти – кому? Рузвельт искусно маневрировал, делая в речах оговорки: «Если кто-нибудь нападет на нас, это уже не будет иностранной войной, правда?»

Ситуацию усугублял пакт между Гитлером и Сталиным. Из стана «левых» все громче раздавались призывы покончить с «империалистической войной», то есть, по сути, капитулировать перед Германией. Разношерстные пацифисты дули в одну дудку. «Какое-то бедствие совершается в этой стране, – предупреждал избирателей Рузвельт, – если целые страницы обвинений в адрес действующей администрации, оплаченные сторонниками Республиканцев, появляются – где бы вы думали? – в «Дейли Уоркер», газете Коммунистической партии».

3 ноября 1940 года, в последний раз перед выборами, президент обратился по радио к избирателям. «Диктаторы, – сказал он, – забыли, а возможно, они никогда и не понимали, на чем основана власть демократии». Рузвельт напомнил миллионам слушателей об ответственности за то, какого лидера страны они предпочтут перед лицом угрозы самому ее существованию: «Ваша воля – это часть великой воли Америки. Ваш голос – это часть великого голоса Америки».

На следующий день он принял участие в голосовании вместе с женой Элеонорой и матерью Сарой. Собравшись на вечернем приеме, близкие ему люди не могли скрыть своей тревоги за исход выборов; это особенно было заметно по поведению министра финансов Гарри Моргентау. Внезапно Рузвельт резко обратился к шефу личной охраны:

– Майк, я не хочу видеть здесь никого.

– Включая вашу семью, м-р Президент?

– Я сказал: никого.

Он оставался в одиночестве примерно сорок минут. Можно догадываться, какое настроение владело поистине великим лидером, от которого, пока решалась его участь, не зависело уже ничего.

Начали поступать сведения, вселявшие оптимизм. Под утро, вспоминал молодой друг семьи, Лэш, президент сказал ему:

– Джо, мы, кажется, предотвратили путч.

Немецкое слово, не требовавшее перевода: параллель с «пивным путчем» Гитлера была самоочевидной.

К вечеру 6 ноября стало известно, что за Рузвельта было подано 27,2 миллиона голосов, а за Уилки – 22,3 миллиона.

Победа с минимальным преимуществом, – если сравнивать с любыми выборами после 1916 года.

Но все-таки - победа.

Борис Клейн
http://stonesi.net/kstatie/article.php?sid=718



СМЕНИЛИ ОККУПАНТОВ


2006

На экране - привычные кадры хроники времен Второй мировой войны: радостные француженки в летних платьях с букетами цветов встречают въезжающих на танках в город американских солдат-освободителей, которые щедро раздают им сигареты и жвачку... Благодаря бесчисленным книгам и фильмам, которые прославляют бравых парней, прибывших из-за океана, чтобы спасти Францию от коричневой чумы, эти картинки бережно хранятся в коллективной памяти французов.

«Слишком красивые образы», - считает еженедельник «Нувель обсерватер», комментируя показанный по французскому телевидению документальный фильм «Истинное лицо освободителей». Лента снята Аленом Моро и Патриком Кабуа по книге американского исследователя Роберта Дж. Лилли.

Работу удалось издать только во Франции, так как на родине ученого ее отказались публиковать якобы как несвоевременную из-за войны в Ираке. Историк изучил и предал гласности многочисленные досье из военных архивов США. Документы свидетельствуют об убийствах, изнасилованиях, бандитских налетах, совершенных американскими солдатами на территории освобождаемой Франции. Только за июнь 1944 года военная Фемида США зафиксировала 175 изнасилований, совершенных «джи-ай» в Нормандии.

Повсюду рекой лился кальвадос, звучал популярный в то время джазовый ритм «би-боп» и бродили пьяные ковбои в военной форме и с шальными глазами, свидетельствуют очевидцы. В представлении «джи-ай», француженка - это легкомысленная, ветреная, доступная женщина, которая должна стать заслуженной наградой для уставшего в боях героя. В результате, как писала шербурская газета, «сцены зверства и скотства разыгрываются в наших деревнях, где грабят, насилуют, убивают».

К осени 1944 года американское командование было уже не в силах поддерживать в войсках дисциплину. Насчитывалось более 10 тыс. дезертиров, которые сеяли повсюду панику, а отношения между населением и войсками ухудшились до предела. Согласно Лилли, с 14 июня 1944 года по 19 июня 1945 года «джи-ай» совершили во Франции 3620 изнасилований и убийств. А всего в 1944-1945 годы, добавляет «Нувель обсерватер», американские солдаты совершили по миру 170 тыс. изнасилований и других преступлений. Примечательно, что 84% смертных приговоров военные трибуналы вынесли чернокожим солдатам, которые составляли всего 10% личного состава армии. Если изнасилование совершал чернокожий, то это считалось «отвратительным скотством», если же белый - лишь «бесчестьем». И все же, разгул американской солдатни во Франции нельзя сравнить с ситуацией в Германии.

Там было уже не союзное государство, а захваченная территория, подчеркивает «Нувель обсерватер». Жестокие изнасилования среди руин были обычным явлением, пишет журнал, а американские части шли по немецким городам под крики: «Спать со мной!» По приблизительным оценкам, 11 500 германских женщин и детей стали жертвами насилия со стороны «джи-ай». Фильм, основанный на богатом документальном материале, напоминает и о том, что «не без греха» и сами французы, признает «Нувель обсерватер». В ходе итальянской кампании они так зверски надругались над тысячами итальянок, что римское правительство было вынуждено отправить их на пенсию. В Германии было еще хуже: согласно документам, только в Штутгарте французские войска совершили 1198 изнасилований. «Когда будет фильм, книга или дискуссия на эту тему?» - спрашивает журнал.

Николай МОРОЗОВ
http://www.duel.ru/200620/?20_7_9


Часть 1, 2, 3, 4, 5